Судья Калиниченко Н.А. Дело № 33-6121/2023

1-я инстанция № 2-650/2023

86RS0001-01-2023-000004-33

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 сентября 2023 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Ковалёва А.А.,

судей Галкиной Н.Б., Максименко И.В.,

при секретаре Бессарбове Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Иртыш» к ФИО1 о взыскании убытков, причиненных организации в результате виновных действий в период исполнения обязанностей директора, третьи лица ФИО2, ФИО3,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Иртыш» на решение Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от 22.05.2023,

заслушав доклад судьи Галкиной Н.Б., объяснения представителей истца ФИО4, ФИО5, ответчика ФИО1 и его представителя адвоката Савельева И.А.,

УСТАНОВИЛА:

ООО «Иртыш» обратилось в суд с иском к ФИО1 и с учетом отказа от части исковых требований и уменьшения исковых требований просило суд взыскать с ФИО1 убытки в размере 30 052 206,92 рублей, состоящие из:

- задолженности перед Акционерным обществом «УТС» в размере 9 558 099,98 рублей, взысканных решением по делу № А75-7260/2020, из которых 7 686 884,90 рубля сумма основного долга, 1 871 215,98 рублей неустойка, 70 791 рубль в счет возмещения госпошлины;

- дебиторской задолженности физических лиц за коммунальные услуги перед ОООО «Иртыш» в рамках договоров управления на сумму в размере 13 466 696,69 рублей, образовавшейся за период с января 2017 года по декабрь 2021 года;

- убытков, понесенных ООО «Иртыш» в результате взаимосвязанных сделок: договора по обслуживанию общего имущества МКД 01-04/2021 от 30.04.2021, соглашения № 01/54-21 по взаимодействию участников рынка коммунальных услуг от 30.04.2021, дополнительного соглашения № 1 от 11.08.2021 к соглашению № 01/54-21 от 30.04.2021, договора № 11-А/21 на возмездное оказание услуг от 18.06.2021, дополнительного соглашения № 1 от 17.08.2021, совершенных ответчиком не в интересах общества при сокрытии сделок и при личной выгоде, заинтересованности на сумму в размере 7 027 410,25 рублей (по реестрам поступлений 4 599 994,71 рубля от ООО «ИРЦ» и 2 427 415,54 рублей от ИП ФИО6)

В обосновании заявленных требований указано, что стороны состояли в трудовых отношениях, ответчик работал в ООО «Иртыш» директором, трудовой договор с ответчиком был 10.02.2022 досрочно расторгнут, в связи с недобросовестным поведением ответчика, не соблюдением Устава ООО «Иртыш», совершением действий, которые привели к образованию у ООО «Иртыш» убытков.

Решением Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от 22.05.2023 исковые требования ООО «Иртыш» к ФИО1 оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец ООО «Иртыш» (далее – истец, Общество) просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении убытков в размере 5 418 656,91 рублей (7 027 410,25 – 1 608 753,34), причиненных ответчиком истцу в результате взаимосвязанных сделок. Считает, что судом не верно определены обстоятельства дела, так суд в решении указал на отсутствие оснований для оценки законности и действительности сделок и не представление истцом доказательств, что сделка совершена не интересах Общества, получения ответчиком личной выгоды и его заинтересованности. Общество является управляющей компанией, выполняет работы по управлению, содержанию и текущему ремонту общего имущества МКД за плату от собственников. Для целей исполнения обязательств был заключен агентский договор с ООО «ИРЦ», по условиям которого ООО «ИРЦ» оказывало ООО «Иртыш» услуги по начислению и приему платежей за ЖКУ. Поступившие денежные средства от ООО «ИРЦ» распределялись Обществом для расчета за оказанные услуги, на заработную плату работникам. После заключения соглашения № 01/54-21 от 30.04.2021 к агентскому договору, денежные средства стали напрямую поступать на счет ИП ФИО7 – сына директора. То же самое произошло и с агентским договором, заключенным с ИП ФИО6 Основанием для заключения соглашений явилась сделка, совершенная не в интересах Общества – Договор по обслуживанию общего имущества МКД 01-04/2021 от 30.04.2021, заключенный между ответчикам и сыном (далее – Договор обслуживания). Таким образом, вопреки п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) ответчик при совершении названных сделок действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки. Реальный ущерб, причиненный ответчиком подтверждён реестрами поступлений от ООО «ИРЦ» в размере 4 599 994,71 рублей и от ИП ФИО6 в размере 2 427 415,54 рублей, поступивших напрямую ИП ФИО7 минуя счета Общества. Судом сделаны выводы не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, приняты во внимание ненадлежащие доказательства. Так в ходе судебного заседания свидетельскими показаниями установлено, что все работы в рамках Договора обслуживания выполнялись не ИП ФИО7, а работниками ООО «Иртыш», заработная плата выплачивалась также Обществом. Судом не дана должная оценка доводам истца. Так истец просил привлечь бывшего директора к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, причинённых его виновными действиями, при этом истец в силу ст. 10 ГК РФ должен доказать наличие обстоятельств свидетельствующих о недобросовестности ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Обстоятельства и доводы недобросовестных действий ответчика, которые привели к неблагоприятным последствиям для Общества, подробно приведены в дополнениях к иску, подтверждаются реестрами перечисления денежных средств, ответчик уволен с должности по причине недобросовестности, то есть доводы истца не носят предположительного характера, а подтверждены материалами дела. Доводы, изложенные судом в решении, что в связи с отсутствием заключения ревизионной комиссии у Общества не было оснований созыва внеочередного собрания и не существовало угрозы интересам Общества, не состоятельны, поскольку в силу Закона об ООО избрание ревизионной комиссии в данном случае не было обязательным, так как штат Общества составлял менее 15 человек. Также судом при вынесении решения нарушены нормы процессуального права. Так в судебном заседании по ходатайству истца были допрошены свидетели, их показания имеют огромное значение для правильного рассмотрения дела, однако эти показания не были судом положены в основу решения, на момент ознакомления с материалами дела протокол судебного заседания от 27.02.2023 отсутствовал, как и электронный носитель.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что истцом не представлено доказательств причинения ответчиком реального ущерба ООО «Иртыш» в период исполнения им своих должностных обязанностей директора. Полагает, что доводы истца носят предположительный характер. Считает, что признанием отсутствия убытков в размере 1 608 753, 34 рублей, истец фактически признал исполнение ИП ФИО7 обязательств ООО «Иртыш». Указывает, что необходимость заключения договора с ИП ФИО7 была обусловлена лишением возможности обществом распоряжаться своим имуществом, ввиду наличия исполнительных документов в кредитных организациях. Отмечает, что ИП ФИО7 занимался обслуживанием лишь тех домов, которые находились на обслуживании у ООО «Иртыш», при этом, ИП ФИО7 надлежащим образом выполнял работы, жалоб со стороны граждан не поступало. Настаивает на том, что к апрелю 2021 года в штате ООО «Иртыш» было лишь 6 человек, а именно ФИО8 (главный бухгалтер), ФИО2 (бухгалтер), ФИО9 (заместитель директора по правовым вопросам), ФИО10, ФИО11 (мастер) и сам ответчик. При этом указывает, что у ООО «Иртыш» попросту отсутствовали работники, которые непосредственно бы осуществляли обслуживание домов. Договоры с рабочими (уборщиками, электриками, и т.п.) по обслуживанию домов заключались между ИП ФИО7 и самими рабочими. Обращает внимание на то, что согласно платежным ведомостям ИП ФИО7 выплачена заработная плата как сотрудникам, занятым обслуживанием многоквартирных домов, так и непосредственно работникам ООО «Иртыш» на общую сумму 4 599 615 рублей. Из ведомостей следует, что фамилии работников ИП ФИО7 приведены в ведомостях печатным текстом, а фамилии работников ООО «Иртыш» - рукописным. Указанное обстоятельство объясняется тем, что ФИО2 собственноручно вносила фамилии лиц, которым необходимо выплатить заработную плату, помимо тех, кто изначально был указан в ведомостях. Достоверность указанных ведомостей оспорена не была. Отмечает, что сам средства, поступавшие на счет ИП ФИО7 не получал, поскольку те средства расходовались в целях надлежащего обслуживания многоквартирных домов и шли на погашение обязательств ООО «Иртыш». Банковская карта ИП ФИО7, на которую поступали денежные средства, была в пользовании у ФИО2 и ФИО9 Полагает, что вопреки доводам апелляционной жалобы, обществу не был причинен вред в результате заключения ряда сделок с ИП ФИО7, более того в результате заключения таких сделок обществу был предотвращен ущерб в виде прекращения деятельности в связи с неспособностью отвечать по обязательствам.

Представители истца ФИО4, ФИО5 в судебном заседании суда апелляционной инстанции просили решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в обжалуемой части, в свою очередь ответчик ФИО1 и его представитель адвокат Савельев И.А. просили решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения, иные участвующие в деле лица, в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены надлежаще, в связи с чем, судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 ГПК РФ рассмотрела дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на жалобу, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, основным видом экономической деятельности ООО «Иртыш» является управление и эксплуатация жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

В период с 23.11.2017 по 10.02.2022 ФИО1 являлся директором ООО «Иртыш», уволен по п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ на основании решения внеочередного общего собрания учредителей ООО «Иртыш» от 10.02.2022, оформленного протоколом № 1.

Спор между сторонами возник по поводу возмещения убытков, возникших у ООО «Иртыш» в период руководства ответчиком деятельностью организации.

Суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал в полном объеме, решение истцом обжалуется только в части отказа в возмещении убытков в размере 5 418 656,91 рублей, причиненных ответчиком истцу в результате взаимосвязанных сделок.

При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ, решение суда первой инстанции в остальной части предметом проверки судебной коллегии не является.

Из материалов дела следует, что 30.04.2021 между ООО «Иртыш», в лице директора ФИО1, и ИП ФИО7, приходящимся сыном ответчику, заключен договор по обслуживанию общего имущества МКД 01-04/2021, по условиям которого ИП ФИО7 принял на себя обязательства по выполнению работ и оказанию услуг по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирных домов, находящихся на управлении ООО «Иртыш».

В этот же день между АО «ИРЦ» (в последующем ООО «ИРЦ»») и ООО «Иртыш», в лице директора ФИО1, заключен агентский договор № 54-А/21, по условиям которого АО «ИРЦ» приняло на себя обязательства, в том числе по приему платежей за ЖКУ от потребителей с последующим их перечислением на счет ООО «Иртыш» и соглашение № 01/54-21 по взаимодействию участников рынка коммунальных услуг к этому агентскому договору, между ООО «Иртыш», в лице директора ФИО1, ИП ФИО7, АО «ИРЦ», по условиям которого поступившие от потребителей денежные средства АО «ИРЦ» перечисляются ИП ФИО7

18.06.2021 также был заключён договор между ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «Иртыш» в лице директора ФИО1, а 17.08.2021 дополнительное соглашение № 1 к этому договору, по условиям которого ИП ФИО6 приняла себя обязательства, в том числе с помощью технических средств по приему платежей от клиентов ООО «Иртыш» и их перечислению ИП ФИО7

Из материалов дела (актов сверок, выписок по счетам), следует, что всего по указанным соглашениям ИП ФИО7 от ООО «ИРЦ» поступило 4 444 803,68 рублей, от ИП ФИО6 – 2 427 415,54 рублей, 1 608 753,34 рубля из которых ИП ФИО7 было направлено на погашение обязательств ООО «Иртыш» перед его контрагентами, что повреждается платёжными поручениями, остаток составил 5 418 656,91 рублей.

Суд первой инстанции, отказывая во взыскании убытков, сославшись на ч. 1 ст. 277 ТК РФ, указал, что при рассмотрении спора истцом не предоставлено суду доказательств причинения ФИО1 реального ущерба ООО «Иртыш» в период исполнения им должностных обязанностей.

Судебная коллегия не может согласиться с данным выводом.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Пунктом 1 ст. 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу ч. 1 ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством (ч. 2 ст. 277 ТК РФ).

В абз. 2 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» разъяснено, что привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» Трудового кодекса Российской Федерации (гл. 37 «Общие положения» и 39 «Материальная ответственность работника»).

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании ч. 2 ст. 277 ТК РФ возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 года № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьей 44 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и др.). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации»).

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что ответственность руководителя организации за причиненный ущерб может возникать по двум основаниям: в случае, предусмотренном ч. 1 ст. 277 ТК РФ, и в случае, предусмотренном ч. 2 ст. 277 ТК РФ.

В п. 9 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что полная материальная ответственность руководителя организации за ущерб, причиненный организации, наступает в силу закона (ст. 277 ТК РФ), работодатель вправе требовать возмещения ущерба в полном размере независимо от того, содержится ли в трудовом договоре условие о полной материальной ответственности. При этом вопрос о размере возмещения ущерба (прямой действительный ущерб, убытки) решается на основании того федерального закона, соответствии с которым руководитель несет материальную ответственность.

В данном случае Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» прямо предусмотрена ответственность руководителя организации в виде полного возмещения убытков, причинённых по его вине (ст. 44).

По ч. 2 ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода).

Исходя из этого необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причиненных его руководителем (в том числе бывшим) убытков являются: факт противоправного поведения руководителя, недобросовестность или неразумность его действий; наступление негативных последствий для юридического лица в виде понесенных убытков, их размер; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением руководителя и убытками юридического лица; вина руководителя в причинении убытков юридическому лицу.

С учетом разъяснений, данных в пп. 1, 5 п. 2, п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» поведение руководителя организации предполагается недобросовестным, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица.

Понятие сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, дано в п. 1 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно которому сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания (абзац первый).

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации) являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке (абзац третий).

Пунктом 9.2.13 Устава ООО «Иртыш» предусмотрено, что к исключительной компетенции общего собрания участников общества отнесено принятие решения об одобрении Обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность.

Пунктом 3.1 трудового договора, заключенного между сторонами по делу, предусмотрено, что работник обязан разумно и добросовестно действовать в интересах ООО «Иртыш». В случае возникновения или угрозы возникновения конфликта деятельности ООО «Иртыш» с личными интересами работника он немедленно уведомляет об этом учредителей. До принятия решения учредителями работник воздерживается от совершения действий, которые приведут к возникновению конфликта между его интересами и интересами ООО «Иртыш» (п. 3.4 трудового договора).

С учетом приведенных норм права и актов их толкования недобросовестность действий ФИО1 как директора Общества при заключении договора и соглашений со своим сыном, считается доказанной.

Судебная коллегия приходит к выводу, что заключая соглашения, ответчик действовал недобросовестно, поскольку в результате его действий денежные средства, причитающиеся истцу, поступали в распоряжение третьего лица, приходящегося ответчику сыном, что лишило Общество возможности получить эти денежные средства и привело к возникновению у истца убытков в размере 5 418 656,91 рублей.

Довод ответчика, что полученные ИП ФИО7 денежные средства были потрачены на выполнение работ и оказание услуг по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирных домов, находящихся в управлении ООО «Иртыш», не освобождают его от ответственности по возмещению улыбкой истцу, поскольку ИП ФИО7, исполняя принятые на себя по договору обязательства, был вправе рассчитывать на получение вознаграждения по этому договору, а не всех доходов ООО «Иртыш» и неся расходы по выплате заработной платы, приобретению материалов, действовал в рамках своей хозяйственно-экономической деятельности.

В данном случае ответчик, приводя вышеизложенный довод, ошибочно отождествляет обязательства, выполняемые ИП ФИО7 по договору, заключенному в ООО «Иртыш», и самостоятельную экономическую деятельность истца.

Доводы ответчика, что он действовал в интересах Общества опровергаются и тем обстоятельством, что в отношении ООО «Иртыш» в настоящее время введена процедура наблюдения, вызванная неисполнением Обществом обязательств перед своими контрагентами, что стало возможно, в том числе из-за того, что причитающиеся Обществу денежные средства не получались им, длительное время (около года) поступали в распоряжение третьего лица, что привело к неплатежеспособности ООО «Иртыш» и возникновению у него долгов.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что недобросовестные действия ответчика, как руководителя истца, противоречили интересам Общества и привели к неблагоприятным для истца последствиям в виде возникновения убытков.

Довод ответчика, что учредители Общества были осведомлены о заключении спорных сделок и одобрили их заключение, отклоняется, поскольку доказательства этого в отношении учредителя ФИО3 материалы дела не содержат, ответчиком их также не представлено.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа во взыскании с ответчика в пользу истца указанных убытков, в связи с чем, решение суда в этой части подлежит отмене, как вынесенное в неправильным применением норм материального права, с принятием нового о частичном удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от 22.05.2023 отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ООО «Иртыш» удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Иртыш» убытки в размере 5 418 656,91 рублей.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 3-х месяцев через суд первой инстанции.

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 29.09.2023.

Председательствующий Ковалёв А.А.

Судьи Галкина Н.Б.

Максименко И.В.