№ Дело № 2-934/2022
Изготовлено 10.08.2022 года
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
14 июля 2022 г. г. Ярославль
Ленинский районный суд г.Ярославля в составе
председательствующего судьи Панюшкиной А.В.,
при секретаре Романовой Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Карелиянефтепродукт» об оспаривании приказа о применении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Карелиянефтепродукт» (далее – Общество), в котором (с учетом уточнения) просит признать незаконным приказ АО «Карелиянефтепродукт» № № от 09 декабря 2021 года «О применении дисциплинарного взыскания» к ФИО1 в виде объявления выговора, компенсации морального вреда в сумме 20 000 руб.
В обоснование иска указано, что истец с 2017 года работал в должности главного инженера в АО «Карелиянефтепродукт». Его должностные обязанности установлены трудовыми договорами и должностной инструкцией. 20 декабря 2021 года либо несколько позднее работодатель выдал истцу копию приказа от 09.12.2021 № № о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде выговора. В этот же день истцу пришлось уволиться по собственному желанию по причине конфликта с руководством Общества. Истец считает приказ о привлечении к ответственности в виде выговора незаконным. Как указано в тексте приказа, он вынесен на основании заключения внутреннего служебного расследования от 19.11.2021 по факту заключения договора № № от 23.07.2021 между Обществом-работодателем и ООО «Профэнергоаудит». По мнению работодателя, при заключении указанного договора истцом допущен «ненадлежащий контроль процесса организации подключения АЗС № 24 к электросетям,.. . что могло привести к причинению Обществу существенного материального ущерба». Однако указанный договор с ООО «Профэнергоаудит» от имени Общества заключен не истцом, а генеральным директором. ФИО1, как руководитель одной из многочисленных служб, участвовал в согласовании заключения данного договора. При этом предотвращение имущественного (финансового) ущерба Обществу при заключении и исполнении гражданско-правовых договоров является должностной обязанностью соответствующих финансовых служб и служб безопасности, но никак не Главного инженера, очевидно возглавляет техническую службу и отвечает за вопросы надлежащей технической эксплуатации. В чем именно выразился со стороны истца ненадлежащий контроль процесса организации подключения АЗС № 24 к электросетям ни в приказе, ни в заключении служебного расследования не указано. Техническая сторона процесса энергоснабжения АЗС № 24 у руководства Общества никаких нареканий не вызывала и не вызывает. Истец считает приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности не мотивирован, а положенные в его основу выводы о якобы ненадлежащем исполнении им трудовых обязанностей не соответствуют действительности. Письменные объяснения по факту ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей у истца работодателем не запрашивались. В рамках служебного расследования истец письменно ответил на 5 вопросов, заданных ему сотрудниками службы безопасности, однако никто не предупредил истца о том, что он, тем самым, дает письменные пояснения по факту, который может явиться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности. Комиссия по трудовым спорам в Обществе не создана. Предъявление к истцу претензий, связанных с реализацией указанного проекта и приказ об объявлении ему выговора явились для истца полной неожиданностью, «выбили из колеи». Работодатель, по сути, решил возложить на истца ответственность за чужие ошибки, и создал такую конфликтную ситуацию, в которой ФИО1 не только незаконно подвергнут дисциплинарному взысканию, но и вынужден уволиться по собственному желанию, ясно осознавая, что продолжение работы в должности технического руководителя при таком отношении вышестоящего руководства лично к истцу невозможно. Такими действиями работодателя истцу, очевидно, причинены нравственные страдания. После увольнения истец вынужден был вернуться в Ярославль, то есть сменить уже ставший привычным образ жизни, сильно переживал по поводу случившегося. Работу в должности, аналогичной занимаемой в АО «Карелиянефтепродукт», истцу найти не удалось до настоящего времени.
В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал, дал пояснения, аналогичные изложенным в иске, а также пояснил, что истец в сентябре 2021 года обратился к своему непосредственному руководителю, с указанием на подозрение по поводу выбора компании, которой предстояло реализовать проект подключения. В рамках служебного расследования истцу было предложено ответить на несколько вопросов, при этом уведомления о предоставлении письменных объяснений в рамках служебной проверки истцу не вручалось, в связи с чем истец полагал, что служебное расследование проводится по подозрению, высказанному им ранее руководителю.
В судебном заседании представители ответчика ФИО2 иск не признала, поддержала письменную позицию, дополнительно пояснила, что объяснения с истца взяты в рамках служебного расследования.
Заслушав участников процесса, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Приказом № № от 26.07.2017 года истец принят на работу в АО «Карелиянефтепродукт» в должности главного инженера.
10.01.2022 года ФИО1 уволен по собственному желанию (приказ от 10.01.2022 года № №).
09 декабря 2021 г. на основании приказа генерального директора Общества №№ ФИО1 за ненадлежащее исполнение по его вине возложенных на него должностных обязанностей применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Основанием для применения работнику выговора явилось нарушение п.1 раздела 6 должностной инструкции главного инженера, в соответствии с которым установлен ненадлежащий контроль за деятельностью технической службы Общества, организация ее работы, контроль за результатами ее деятельности, а именно по факту ненадлежащего контроля процесса организации подключения АЗК №24 к электросетям, что могло привести к причинению существенного материального ущерба Обществу в случае строительства ЛЭП силами Общества.
Поводом для привлечения к дисциплинарной ответственности явилось заключение службы безопасности Общества о результатах внутреннего служебного расследования от 19.11.2021 г. В результате внутреннего расследования установлено следующее.
В целях экономии затрат по электроэнергии на АЗК №24 (РК Питкярантский р-н д.Койриноя) и на основании полученных от ПАО «МРСК Северо-Запад» в 2019 году условий на техническое присоединение были проведены проектно-изыскательские работы по строительству спорных ЛЭП. Указанные работы проводились подрядчиком ООО «Профэнергоаудит» по договору подряда от 23.07.2020 г. №№, сроком завершения работ в феврале 2021 года. Документация на проведение проектно-изыскательских работ, а также результат этих работ согласовывались истцом. Несмотря на получение новых условий по техническому присоединению ЛЭП АЗК №24 (в декабре 2020 года) со стороны технической службы было инициировано проведение закупки на строительство спорных ЛЭП. По результатам закупки был выбран победитель - ООО «Профэнергоаудит», с которым был заключен договор подряда на строительство спорных ЛЭП №№ от 23.07.2021 г. сроком завершения работ до 31.12.2021 г. и стоимостью строительно-монтажных работ 12 863 721,07 руб. При этом документация на строительно-монтажные работы также согласовывалась истцом.
Заместителем генерального директора по экономической безопасности Общества ФИО3 был сделан запрос в Карельский филиал ПАО «Россети Северо-Запад» по вопросу строительства спорной ЛЭП. В ответе от 04.10.2021 г. №№ Карельский филиал ПАО «Россети Северо-Запад» сообщил, что ввод проектируемой ЛЭП будет осуществлен не ранее 1 квартала 2022 г., стоимость услуги за техприсоединение составила бы для общества 496 260, 00 руб.
В целях предотвращения причинения Обществу материального ущерба по необоснованным строительно-монтажным работам, по предложению службы безопасности, договор с ООО «Профэнергоаудит» №№ от 23.07.2021 г. был расторгнут.
Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплиной труда является обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Согласно подпункту 2 абзаца 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде объявления выговора по соответствующим основаниям.
Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
При этом, в силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
Как следует из текста приказа № 359-н от 09.12.2021 года истцу объявлен выговор за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, выразившееся в осуществлении ненадлежащего контроля процесса организации подключения АЗК № 24 к электросетям (п. 1 раздела 6 должностной инструкции главного инженера), что могло привести к причинению Обществу существенного материального ущерба в случае строительства ЛЭП силами Общества.
В соответствии с результатами служебного расследования, комиссия пришла в выводу о нарушении истцом (п. 2 раздела 6 и п. 5 раздела 6 должностной инструкции). В силу пунктов 2.1.1 и 2.1.2 трудового договора работник обязуется выполнять трудовые обязанности в соответствии с действующим законодательством РФ, должностной инструкцией, обеспечивать эффективное и экономное использование средств и имущества Работодателя, принимать меры для предотвращения причинения ущерба.
Согласно п. 2 раздела 1 должностной инструкции предназначение должности главный инженер является руководство деятельностью технической службы Общества, организация ее работы, контроль результатов ее деятельности.
Разделом 6 должностной инструкции установлены обязанности главного инженера в частности: руководство деятельностью технической службы Общества, организация ее работы, контроль за результатами ее деятельности (п.1); работа с документацией (финансовой, распорядительной, договорной, технической, учетной и т.д.) в соответствии с существующими локальными нормативными документами Компании и Общества (п.2); осуществление технического надзора за капитальным строительством объектов согласно проектно-сметной документации (п.5); участие в ведении договоров с подрядными и сервисными организациями, ведение переговоров с представителями подрядных и сервисных организаций, подготовка документов 1.15) подготовка исходных данных для проведения процедур выбора контрагентов и заключения договоров подряда по капитальному и текущему ремонту объектов общества 17).
Пунктами «в» и «л» раздела 7 должностной инструкции предусмотрено, что главный инженер несет ответственность за недобросовестное и некачественное выполнение возложенных на него должностных обязанностей; неисполнение или ненадлежащее исполнение подчиненными работниками требований локальных нормативных документов Общества и Компании.
При этом в заключении по результатам служебного расследования не указано, в чем именно выразилось нарушение в работе с документацией (финансовой, распорядительной, договорной, технической, учетной и т.д.) в соответствии с существующими локальными нормативными документами Компании и Общества, а также нарушение в осуществление технического надзора за капитальным строительством объектов согласно проектно-сметной документации.
Истец указывает, что спорная ситуация сложилась по причине неправильного финансового обеспечения проекта, за которое истец не отвечает. Проект подключения АЗС № 24 к электросетям, в том числе его финансовая (затратная) часть был согласован не только профильными службами АО «Карелиянефтепродукт», но и головной организацией. В заключении о проведении служебного расследования указано, что договор с подрядчиком ООО «Профэнергоаудит» на выполнение СМР по проекту подключения АЗС № 24 к электросетям заключен по результатам закупочной процедуры, проведенной закупочной комиссией Общества, членом которой истец являлся. Договор, не имеющий, по выражению ответчика, «бизнесе-необходимости», заключен генеральным директором АО «Карелиянефтепродукт» по результатам закупочной процедуры, проведенной коллегиальным органом Общества - закупочной комиссией. Работодатель поставил истцу в вину то, что при наличии технических условий на подключение АЗС к электросетям, выданных МРСК 09.12.2020, и стоимость работ по которым составила бы около 500 тыс. рублей, было инициировано заключение договора с ООО «Профэнергоаудит» на выполнение тех же самых работ за 12 млн. рублей. Разработка проекта электрификации АЗС № 24 началась гораздо ранее получения техусловий МРСК от 09.12.2020, то есть в отсутствие сведений о стоимости такого подключения. По проекту, который являлся предметом закупки, ООО «Профэнергоаудит» должно было выполнить техусловия МРСК от 09.12.2020 в полном объеме, а не только ту часть, которую на себя приняло МРСК (то есть и строительство энергоструктуры на территории АЗС). Кроме того, в письме МРСК от 04.10.2021 в адрес зам. генерального директора АО «Карелиянефтепродукт», указано что, помимо платы за подключение в размере 496260,00 рублей, реализация техприсоединения силами МРСК повлекла бы и необходимость возмещения затрат на строительство ЛЭП в размере около 3,5 млн. рублей. В результате выполнения работ «Профэнергоаудит» подлежала созданию линия ЛЭП, принадлежащая АО «Карелиянефтепродукт» на праве собственности. А по техническим условиям МРСК подлежала созданию ЛЭП, принадлежащая МРСК, с точкой разграничения балансовой принадлежности на границе земельного участка АЗС № 24. Проект электрификации АЗС № 24 силами ООО «Профэнергоаудит» и подключение АЗС к электрическим сетям силами МРСК – это два различных проекта электроснабжения АЗС, с различным результатом. Решение о том, имеется ли у Общества бизнес-необходимость в строительстве собственной ЛЭП (имеющей свой потенциал дополнительного подключения объектов), или Обществу достаточно технологического присоединения к сетям МРСК, истец, как главный инженер, не принимал.
Стороной ответчика указанные доводы не опровергнуты, не представлено доказательств того, что в данном случае обществу мог быть нанесен материальный ущерб, при наличии разных юридических последствий в заключении указанных договоров (в результате выполнения работ «Профэнергоаудит» подлежала созданию линия ЛЭП, принадлежащая АО «Карелиянефтепродукт» на праве собственности. А по техническим условиям МРСК подлежала созданию ЛЭП, принадлежащая МРСК, с точкой разграничения балансовой принадлежности на границе земельного участка АЗС № 24).
Свидетель Х. в судебном заседании, лишь подтвердил выводы служебного расследования, а также указал, что истцу вручалось уведомление о необходимости дачи объяснений, при этом истец не поставил свою подпись в получении уведомления.
Таким образом, руководствуясь вышеуказанными нормами права, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца, поскольку при рассмотрении дела не был установлен факт неисполнения или ненадлежащего исполнения истцом своих должностных обязанностей, поручений работодателя, следствием чего могло быть привлечение его ответчиком к дисциплинарной ответственности.
Сам по себе факт наличия возможности заключения ответчиком договора на иных, более выгодных для него условиях, не является дисциплинарным проступком со стороны истца.
В соответствии с ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
В силу ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений следует, что для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе - затребовать у работника письменное объяснение.
В материалах дела имеются письменные объяснения ФИО1, датированные 10.09.2021 года, при этом служебная проверка проводилась в период с 06.10.2021 года по 19.11.2021 года (Приказ № № от 06.10.2021 года о проведении служебного расследования, Приказ № № от 28.10.2021 года о продлении срока проведения служебного расследования).
ФИО1 сообщил, что уведомление от 26.10.2021 года о необходимости дачи объяснений ему не вручалось, доказательств обратного в материалы дела не представлено. Отвечая на заданные вопросы в рамках проведения служебного расследования, ФИО1 заблуждался относительно предмета проведения служебного расследования. Доводы ФИО1 в данной части не опровергнуты. Также не представлено доказательств того, что ответчик ознакомил истца с результатами служебной проверки до вынесения приказа о наложении дисциплинарного взыскания, когда ФИО1 мог представить объяснения до вынесения приказа.
Таким образом, суд полагает, что процедура привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем нарушена.
В соответствии с частью первой статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", в предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд.
Истец получил копию приказа о наложении дисциплинарного взыскания 10.12.2021 года, в суд ФИО1 обратился 10.03.2022 года, то есть в срок, предусмотренный для обращения в суд с указанными требованиями.
Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о незаконном применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора, а потому требования истца о признании приказа АО «Карелиянефтепродукт» от 09.12.2021 года № №, суд удовлетворяет.
Статьей 237 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности истцу причинен моральный вред, суд определяет размер его компенсации в сумме 3 000 рублей, взыскиваемой с ответчика в пользу истца.
На основании ст.98 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей.
Руководствуясь ст.193-199 ГПК РФ
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Карелиянефтепродукт» об оспаривании дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать приказ Акционерного общества «Карелиянефтепродукт» (ИНН <***>) от 09.12.2021 года № 359-н о наложении дисциплинарного взыскания незаконным.
Взыскать с Акционерного общества «Карелиянефтепродукт» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб.
Взыскать с Акционерного общества «Карелиянефтепродукт» (ИНН <***>) в доход бюджета города Ярославля государственную пошлину в сумме 300 руб. 00 коп.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через данный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.
Судья А.В. Панюшкина