Судья Гриценко Ю.А. УИД 61RS0022-01-2022-011205-70

дело № 33-11601/2023

номер дела суда первой инстанции 2-1278/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

06 июля 2023 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего Глебкина П.С.,

судей Гросс И.Н., Котельниковой Л.П.

при секретаре Поповой Е.А.,

с участием прокурора Серебрянниковой Э.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному унитарному предприятию «Управление «Водоканал» о взыскании денежной компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни работнику, по апелляционной жалобе муниципального унитарного предприятия «Управление «Водоканал» на решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 21 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Глебкина П.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к муниципальному унитарному предприятию (сокращенно и далее по тексту МУП) «Управление «Водоканал» о взыскании денежной компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни работнику при исполнении трудовых обязанностей в размере 2 000 000 рублей 00 копеек, расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей 00 копеек, а также судебных расходов на оформление нотариальной доверенности в размере 1 800 рублей 00 копеек, указав следующие обстоятельства.

ФИО1 приходится сестрой погибшего ФИО16, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении.

21.05.2021 в помещении станции аммиачных (клоачных) газов после снятия неработавшей задвижки произошел выброс, вызвавший резкое отравление сотрудников МУП «Управление «Водоканал» г. Таганрога выполнявших работы, в числе которых был ФИО17 в результате которого ее брат погиб.

Согласно заключению главного государственного инспектора труда от 30.06.2021 о несчастном групповом случае на производстве, ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных актов, приведших к несчастному случаю, являются: начальник очистных сооружений МУП «Управление «Водоканал» г. Таганрога, главный инженер – заместитель директора по производству МУП «Управление «Водоканал» г. Таганрога и директор МУП «Управление «Водоканал» г. Таганрога. Бездействие указанных лиц, ответственных за безопасность труда на предприятии, повлекло смерть ФИО2

Истец, ссылаясь на то, что из-за неожиданной и трагической гибели близкого человека она испытала нравственные страдания, выразившиеся в том, что неожиданная и трагическая гибель любимого брата полностью изменила привычный уклад жизни последней, поскольку до несчастного случая у них была замечательная дружная семья, с братом прожили вместе все детство и юность в их общем родительском доме, часто до смерти проводили свободное от работы время. После похорон истец испытывает страдания и переживания.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 21.03.2023 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Суд взыскал в счет компенсации морального вреда с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1 денежную сумму в размере 500 000 рублей 00 копеек.

Взыскал с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей 00 копеек. В удовлетворении остальной части иска отказал.

Взыскал с МУП «Управление «Водоканал» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек.

В апелляционной жалобе МУП «Управление Водоканал», ссылаясь на незаконность и необоснованность решения суда первой инстанции, просило его отменить, указывая, что судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, суд неправильно определил фактические и юридически значимые обстоятельства, выводы суда, указанные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.

В случае отказа в удовлетворении требования об отмене решения суда, апеллянт просил изменить решение суда и снизить взысканный судом размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

МУП «Управление «Водоканал» указало, что суду первой инстанции необходимо было установить степень вины и неправомерность действий работодателя.

Судом также не учтено, что при рассмотрении дела о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации морального вреда, наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для денежной компенсации морального вреда.

Апеллянт указал на то, что суд не дал должной оценки степени причиненного истцу морального вреда, доказательств причинения ей вреда в заявленном размере истцом не представлено. ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, убедиться в степени ее переживания суд первой инстанции не имел возможности. Доказательств обращения истца за медицинской, в том числе, психологической помощью, вследствие перенесенных страданий не представлено. Действительно, истец приходится родной сестрой погибшего, однако проживала отдельно, совместного хозяйства с братом не вела, материально от него не зависела. Кроме того, апеллянт сослался на то, что матери и дочери погибшего ранее уже выплачены денежные компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей в пользу каждой на основании решений судов, принятых по другим гражданским делам.

Между тем, мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости взыскания денежной компенсации причиненного истцу морального вреда в размере 500 000 рублей 00 копеек не являются убедительными, противоречат закону, а также судебной практике, которая не допускает произвольного определения размера компенсации морального вреда.

Истцом ФИО1 поданы возражения, в которых указано о законности и обоснованности обжалуемого решения суда первой инстанции и отсутствии оснований, предусмотренных процессуальным законом для его отмены или изменения.

Стороны, будучи извещенными в заседание судебной коллегии не явились, в связи с чем в отношении них дело рассмотрено в порядке статей 167 и 327 ГПК РФ.

Представитель истца ФИО3 в заседании судебной коллегии просил обжалуемое решение суда первой инстанции оставить без изменения, полагая его законным и обоснованным.

На основании положений части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Рассмотрев документы гражданского дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав объяснения представителя истца ФИО3, заключение прокурора Серебрянниковой Э.В., которая полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом установлено и следует из документов гражданского дела, что ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, приходится родной сестрой ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, что подтверждается свидетельствами о рождении I-AH НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН и II-AH НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН (л.д. 32, 33).

02.07.2018 ФИО18. принят на работу в МУП «Управление «Водоканал» на должность слесаря-ремонтника (л.д. 17).

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ФИО19 умер (л.д. 34).

Согласно заключению государственного инспектора труда от 30.06.2021 по групповому несчастному случаю со смертельным исходом, произошедшему ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, в 10 часов 30 минут с ФИО20 и другими работниками МУП «Управление Водоканал», основной причиной несчастного случая на производстве явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в производстве работ по демонтажу и монтажу запорной арматуры (задвижки) на трубопроводе, находящемся под нагрузкой, что привело к несанкционированному затоплению заглубленного помещения насосной станции сырого осадка и выбросу вредных газов, в нарушение требований наряд-допуска НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 21.05.2021, в допуске к производству работ по замене задвижки в насосной станции сырого осадка работником, привлеченных к работе в две смены подряд, к работе в выходной день без письменного распоряжения работодателя, без выдачи работникам наряд-допуска на работы повышенной опасности, без наличия предусмотренных средств защиты, в том числе защиты органов дыхания, без наличия приточно-вытяжной вентиляции в помещении насосной стации сырого осадка, где на момент производства работ возможно наличие опасных и вредных производственных факторов, связанных с чрезмерным загрязнением воздушной среды, то есть с аномальным физическим состоянием воздуха.

Сопутствующей причиной несчастного случая является непроведение оценки уровня профессиональных рисков при производстве ремонтных работ по замене задвижки в насосной станции сырого осадка и недоведение информации об опасности травмирования работников при данных работах, чем нарушены требования п.п. 34, 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Министерства труда и социального развития РФ от 19.08.2016 № 438.

В ходе расследования установлено, что ФИО21 не был обеспечен специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, а именно ему не были выданы в установленные сроки костюм для защиты от общих производственных загрязнений с водоотталкивающей пропиткой, ботинки или сапоги кожаные, сапоги резиновые, что подтверждено личной карточкой учета выдачи средств индивидуальной защиты.

Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю являются ФИО9 – начальник очистных сооружений МУП «Управление «Водоканал», не обеспечившая безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществления технологического процесса, контроль за производством работ, ФИО10, занимавший должность главного инженера-заместителя директора по производству, не обеспечивший контроль за соблюдением трудовой и производственной дисциплины в подчинённых подразделениях и ФИО11 – директор МУП «Управление «Водоканал» г. Таганрог, не обеспечивший приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты.

Как следует из пункта 4 «Обстоятельства несчастного случая» заключения от 30.06.2021, предварительной причиной смерти ФИО2 является острое ингаляционное отравление летучими углеводородами, отправление другими газами (л.д. 16.).

Из представленной квитанции НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 22.12.2022, договора об оказании юридических услуг от 22.12.2022 также следует, что истец понесла расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей 00 копеек.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (сокращенно и далее по тексту ГК РФ), статей 21, 22, 210, 212, 219, 237 Трудового кодекса Российской Федерации (сокращенно и далее по тексту ТК РФ), и исходил из того, что несчастный случай с братом истца произошел при исполнении им должностных обязанностей в результате не соответствующей требованиям безопасности организации производства работ со стороны работодателя, в связи с чем ответчик как работодатель обязан выплатить сестре погибшего компенсацию морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1, суд первой инстанции учел, что истец приходится родной сестрой погибшего, а также, то, что причиной гибели ФИО2 явилось нарушение правил безопасности производства работ со стороны работодателя, степень вины причинителя вреда, возмещение ответчиком расходов по погребению, выплату пособия, посчитав разумной и справедливой сумму компенсации в размере 500 000 рублей 00 копеек.

Суд принял во внимание, что, безусловно, потеря близкого человека причиняет нравственные страдания, душевные переживания, длительность и интенсивность которых, а также объективные проявления различны и индивидуальны.

Исходя из положений статей 98, 100 ГПК РФ, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд взыскал с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя, снизив их размер с учетом разумности и справедливости до 20 000 рублей 00 копеек.

Установив, что доверенность НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН выданная 04.10.2022, не содержит сведений о наделении представителей полномочиями на участие в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу, уполномочивает представителя на совершение различных действий по представлению интересов ФИО1 не только в суде, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что расходы по оплате доверенности не могут быть признаны судебными издержками по настоящему спору.

Поскольку при подаче настоящего иска ФИО1 на основании ст. 333.36 НК РФ освобождена в силу закона от уплаты государственной пошлины, при разрешении спора по существу суд посчитал необходимым взыскать с МУП «Управление «Водоканал» по правилам статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 300 рублей 00 копеек.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции об обязанности МУП «Управление «Водоканал» произвести денежную компенсацию ФИО1 причиненного ответчиком морального вреда, взыскании судебных расходов, рассматривая доводы апелляционной жалобы в части обоснованности взысканного размера денежной компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к выводу, что, в данном случае взысканная судом первой инстанции денежная сумма компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости, поскольку при определении его размера не в полном мере учтены фактические обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, состав семьи и род ее занятий.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» ГК РФ (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 ГК РФ).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация.

Из содержания иска следует, что требование о взыскании денежной компенсации морального вреда заявлены ФИО1, в связи со смертью ее родного брата ФИО2 по вине его работодателя МУП «Управление «Водоканал», что привело к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи, причинены нравственные страдания, выразившиеся том, что неожиданная и трагическая гибель брата полностью изменила привычный уклад ее жизни, до несчастного случая у них была замечательная дружная семья, с братом прожили вместе все детство и юность в их общем родительском доме, часто до смерти проводили свободное от работы время. После похорон истец испытывает страдания и переживания.

Вместе с тем, суду первой инстанции при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо было в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, обжалуемое судебное постановление отвечает не в полной мере, вышеуказанные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судом первой инстанции не учтены.

Так, суд первой инстанции, снижая заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда с 2 000 000 рублей до 500 000 рублей, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, не привел выводов о том, почему определенная судом в качестве компенсации морального вреда сумма является соотносимой с тяжестью причиненных ФИО1 нравственных страданий, ее индивидуальными особенностями.

Между тем, при рассмотрении дела судом первой инстанции, как следует из протокола судебного заседания от 21.03.2023, ФИО1 даны объяснения, являющиеся в силу статьи 55 ГПК РФ одним из видов доказательств, согласно которым с погибшим родным братом истец не проживала последние 19 лет, поскольку вышла замуж и переехала в другой город, где проживает со своей семьей. Погибший до своей смерти проживал с их матерью, брат с мамой вели совместное хозяйство. После смерти родного брата, обязанность по уходу за их мамой-инвалидом легла на истца и ее семью ( л.д. 71-72).

Суд же первой инстанции указанные сведения при определении размера подлежащего взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда не учет в совокупности с другими доказательствами по делу, какой-либо оценки не дал.

При рассмотрении данного гражданского дела судом не принято во внимание, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина. В каждом конкретном случае суду необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает, в том числе выяснение характера отношений (семейные, родственные), сложившихся между этими лицами и потерпевшим при его жизни.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу, судебная коллегия принимает во внимание совокупность ряда обстоятельств: характер и объем причиненных ФИО1 нравственных страданий, степень вреда, причиненного здоровью ФИО1 Учитываются судебной коллегией раздельное проживание ФИО1 и погибшего родного брата ФИО2 на протяжении более 19 лет, отсутствие ведения общего хозяйства, степень родственных отношений ФИО1 и погибшего ФИО2

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда, взысканный с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1 в размере 500 000 рублей требованиям разумности и справедливости не отвечает, в том числе учитывая, что на основании решений суда от 17.02.2022 и от 18.08.2022 по другим гражданским делам матери ФИО12 и дочери ФИО13 в счет компенсации морального вреда, в связи со смертью сына и отца ФИО2, также взыскана денежная сумма в размере 500 000 рублей (л.д. 49-58).

В этой связи, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости снижения размера взысканной судом первой инстанции компенсации морального вреда с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1 до 350 000 рублей 00 копеек.

В тоже время, уменьшая размер заявленной к взысканию денежной компенсаций морального вреда, судебная коллегия принимает также во внимание то, что в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ каких-либо доказательств, подтверждающих причинение морального вреда, который судом оценен в размере 500 000 рублей, истцом суду первой инстанции не представлено, также, как и не представлено доказательств, что в результате смерти родного брата у истца ухудшилось состояние здоровья, изменился образ жизни.

Таким образом, определяя компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с МУП «Управление «Водоканал», в размере 500 000 рублей, суд первой инстанции ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в положениях статей 151, 1101 ГК РФ: характер нравственных страданий, обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, однако суд не применил их к спорным отношениям, не выяснил тяжесть причиненных истцу ФИО1 нравственных страданий в связи с гибелью ее брата ФИО2, не учел индивидуальные особенности личности истца, ее возраст, семейное положение, не дал оценки тому обстоятельству, что утрата близкого человека ФИО2, исполнявшего трудовые обязанности на момент гибели, не привела, в том числе к разрыву семейной связи между сестрой и братом, значительному ухудшению здоровья истца.

Взыскивая в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда, суд первой инстанции не привел мотивы и не обосновал, почему пришел к выводу о том, что именно сумма в 500 000 рублей является достаточной компенсацией причиненных ей ответчиком нравственных страданий.

Суд первой инстанции не указал, какие же конкретно обстоятельства дела повлияли на данный размер взысканной судом суммы компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для уменьшения суммы компенсации морального вреда, заявленной истцом в иске. В решении суда также не приведены мотивы относительно степени вины работодателя.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о размере взыскиваемой в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда в нарушение норм материального права об основаниях, о принципах и критериях определения размера компенсации морального вреда не мотивирован, в решении суда не приведены доводы в обоснование размера присужденной истцу компенсации морального вреда со ссылкой на какие-либо доказательства, что не отвечает требованиям статьи 195 ГПК РФ о законности и обоснованности решения суда в указанной части.

В этой связи решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 21.03.2023 в части взыскания с МУП «Управление «Водоканал» в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда подлежит изменению, в части уменьшения размера подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда до 350 000 рублей 00 копеек.

В остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения, поскольку оснований к отмене или изменению решения суда, предусмотренных статью 330 ГПК РФ по доводам, изложенным в апелляционной жалобе МУП «Управление «Водоканал», не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 21 марта 2023 года в части взыскания с муниципального унитарного предприятия «Управление «Водоканал», ИНН <***>, ОГРН <***>, в пользу ФИО1, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, денежной компенсации морального вреда изменить, уменьшив размер подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда до 350 000 рублей 00 копеек.

В остальной части данное решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу муниципального унитарного предприятия «Управление «Водоканал»– без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 7 июля 2023 года