Решение по делу № 2-1363/2023 от 30.10.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

Дело № 2-1363/2023

64RS0048-01-2023-001810-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 октября 2023 года город Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Шамаиловой О.В.,

при секретаре судебного заседания Никишиной В.В.,

с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Саратова Шапошниковой К.А.,

с участием представителя истцов ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 , ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3, ФИО4 (далее по тексту – истцы) обратились в суд с иском к ООО «ТК Транзит» (далее по тексту – ответчик) и, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), окончательно просят взыскать с ответчика в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного в результате гибели ее сына ФИО19 в дорожно-транспортном происшествии от 18.12.2021 года, в размере 1 000 000 руб., взыскать с ответчика в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда, причиненного в результате причинения легкого вреда здоровью в дорожно-транспортном происшествии от 18.12.2021 года, в размере 500 000 руб., взыскать с ответчика в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда, причиненного в результате гибели его брата ФИО20 в дорожно-транспортном происшествии (далее ДТП), имевшим место 18.12.2021 года, в размере 1 000 000 руб.

Требования мотивированы тем, что 18.12.2021 года около 13 часов 30 минут водитель ФИО5, в условиях светлого времени суток и неограниченной видимости, управлял механическим транспортным средством – технически исправным автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащим ООО «ТК Транзит». Следуя по <адрес>, при наличии предупреждающих знаков 1.33 «Прочие опасности» – участок дороги, на котором имеются опасности, не предусмотренные другими предупреждающими знаками, 1.12.2 «Опасные дороги» – участок дороги, на котором имеются опасности, не предусмотренные другими предупреждающими знаками, 1.12.2 «Опасные повороты» – участок дороги с опасными поворотами – информирующих водителей о приближении к опасному участку дороги, движение по которому требует принятия мер, соответствующих обстановке, ФИО5, в нарушение требований абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее по тексту – ПДД РФ), своевременно мер к снижению скорости до безопасной не принял. Осуществляя движение по участку проезжей части, имеющей затяжной спуск со значительным уклоном величиной от 3 до 6°, множественные повороты и мокрое покрытие, ФИО5, при наличии запрещающего дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» 40 км/ч, вел автобус со скоростью около 80 км/ч, чем нарушил требования данного дорожного знака, а также требования п. 10.2 ПДД РФ, согласно которому в населенных пунктах разрешается движение со скоростью не более 60 км/ч и требования абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ, обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения и обеспечивающей постоянный контроль за движением, для выполнения требований ПДД РФ. Игнорируя требования указанных дорожных знаков, ФИО5 создал реальную угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, нарушив требования п. 1.5 ПДД РФ, обязывающего водителя не создавать опасности для движения и не причинять вреда, а также требования п. 1.3 ПДД РФ, согласно которому участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил и знаков. Вследствие нарушения требований ПДД РФ и собственной неосторожности, ФИО5 поставил себя в условия, при которых дорожно-транспортное происшествие стало неизбежным и 18.12.2021 года около 13 часов 30 минут, приближаясь к очередному закруглению проезжей части вправо, расположенному в районе <адрес>, двигаясь со скоростью, не обеспечивающей безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в нарушение п. п. 9.7 и 9.9 ПДД РФ не обеспечил контролируемое движение управляемого автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в пределах своей стороны проезжей части, допустил его выезд из занимаемой полосы за пределы проезжей части – на левую обочину, а далее на примыкающую к дорогу дворовую территорию <адрес>, где совершил наезд на припаркованные автомобили. В результате данного ДТП пассажир автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО21 получил телесные повреждения, от которых скончался в медицинском учреждении 23.01.2022 года. ФИО3 является матерью ФИО22 Смертью сына ФИО3 причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях, она не сразу поверила в гибель сына, смерть дорого и близкого человека явилась для ФИО3 невосполнимой утратой и тяжелой моральной травмой, до настоящего времени она не может привыкнуть к мысли, что ее сына нет в живых, что она лишена возможности общения с ним. Пассажир ФИО4 получил телесные повреждения, причинившие легкий вред его здоровью, что причинило ему физические и нравственные страдания. Кроме того, он является братом погибшего ФИО23, смерть которого явилась для него невосполнимой утратой и тяжелой моральной травмой. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истцы обратились в суд с настоящим иском.

В судебном заседании представитель истцов ФИО1 уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании не возражал против удовлетворения уточненных исковых требований, вместе с тем, просил снизить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости. Кроме того? считает, что требования ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, в связи с смертью брата являются неправомерными, поскольку ФИО4 не был признан по уголовному делу потерпевшим.

Истцы ФИО3, ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки суду не сообщили.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заслушав заключение прокурора Шапошниковой К.А., полагавшей иск подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ст. 123 Конституции РФ и ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, исходя из положений ст. 57 ГПК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На основании абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Таким образом, законом предусмотрено возложение на причинителя вреда ответственности при причинении вреда жизни или здоровью гражданина, морального вреда и при отсутствии его вины, что является специальным условием ответственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Из п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 следует, что согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В абз. 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33).

В силу п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ). Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Согласно п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Из содержания вышеприведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 18.12.2021 года около 13 часов 30 минут водитель ФИО5, в условиях светлого времени суток и неограниченной видимости, управлял механическим транспортным средством – технически исправным автобусом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащим ООО «ТК Транзит», и, двигаясь со скоростью, не обеспечивающей безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в нарушение п. п. 9.7 и 9.9 ПДД РФ не обеспечил контролируемое движение управляемого автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в пределах своей стороны проезжей части, допустил его выезд из занимаемой полосы за пределы проезжей части – на левую обочину, а далее на примыкающую к дорогу дворовую территорию <адрес>, где совершил наезд на припаркованные автомобили.

В результате данного ДТП пассажир автобуса <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО24 получил телесные повреждения, от которых скончался в медицинском учреждении 23.01.2022 года, что подтверждается справкой о смерти № от 01.02.2022 года.

Постановлением следователя Жирновского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Волгоградской области от 11.04.2022 года возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 Уголовного кодекса РФ по факту оказания ООО «ТК Транзит» услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшие по неосторожности смерть человека.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором Фрунзенского районного суда г. Саратова от ДД.ММ.ГГГГ года, ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Приговором суда от 11.05.2023 года установлено, что 18.12.2021 года около 13 часов 30 минут водитель ФИО5, в условиях светлого времени суток и неограниченной видимости, управлял механическим транспортным средством - технически исправным автобусом <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, принадлежащим ООО «ТК Транзит». Следуя по <адрес>, при наличии предупреждающих дорожных знаков - 1.33 «Прочие опасности» - участок дороги, на котором имеются опасности, не предусмотренные другими предупреждающими знаками, 1.12.2 «Опасные повороты» - участок дороги с опасными поворотами - информирующих водителей о приближении к опасному участку дороги, движение по которому требует принятия мер, соответствующих обстановке, ФИО5 в нарушение требований абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее Правил), своевременно мер к снижению скорости до безопасной не принял. Осуществляя движение по участку проезжей части, имеющей затяжной спуск со значительным уклоном величиной от 3 до 6°, множественные повороты и мокрое покрытие, ФИО5, при наличии запрещающего дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» 40 км/ч, вел автобус со скоростью около 80 км/ч, чем нарушил требования данного дорожного знака, а также требования п. 10.2 Правил, согласно которому в населенных пунктах разрешается движение со скоростью не более 60 км/ч и требования абз. 1 п. 10.1 Правил, обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения и обеспечивающей постоянный контроль за движением, для выполнения требований Правил. Игнорируя требования указанных дорожных знаков, ФИО5 создал реальную угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, нарушив требования п. 1.5 Правил, обязывающего водителя не создавать опасности для движения и не причинять вреда, а также требования п. 1.3 Правил, согласно которому участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил и знаков. Вследствие нарушения требований Правил дорожного движения РФ и собственной неосторожности, ФИО5 поставил себя в условия, при которых дорожно-транспортное происшествие стало неизбежным и 18.12.2021 года около 13 часов 30 минут, приближаясь к очередному закруглению проезжей части вправо, расположенному в районе <адрес>, двигаясь со скоростью, не обеспечивающей безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в нарушении требований п.п. 9.7 и 9.9 Правил не обеспечил контролируемое движение управляемого автобуса <данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> в пределах своей стороны проезжей части, допустил его выезд из занимаемой полосы за пределы проезжей части – на левую обочину, а далее на примыкающую к дороге дворовую территорию <адрес>, где совершил наезд на припаркованные автомобили: <данные изъяты>. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажир указанного автобуса <данные изъяты> ФИО25 получил телесные повреждения, от которых скончался в медицинском учреждении 23.01.2022 года; пассажиры того же автобуса ФИО26 и ФИО27 получили телесные повреждения, причинившие вред их здоровью средней тяжести, пассажир ФИО4 получил телесные повреждения, причинившие легкий вред его здоровью, пассажиры ФИО28 получили телесные повреждения, не причинившие вред здоровью. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия у ФИО29., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, образовались следующие телесные повреждения: <данные изъяты>. Все имевшиеся повреждения состояли в прямой причинной связи с наступлением смерти, расцениваются в комплексе единой травмы и в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека. Смерть ФИО30 наступила от <данные изъяты>.

Таким образом, вступившим в законную силу приговором суда установлено, что нарушение ФИО5 требований Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием и наступившей смертью ФИО31

Погибший ФИО32 приходится сыном ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года, и братом ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании не оспаривал факт того, что собственником транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, является ООО «ТК Транзит», а также то, что ФИО5 на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ООО «ТК Транзит».

Принимая во внимание, что ФИО5, управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства - ООО «ТК Транзит», при этом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент ДТП транспортное средство передавалось ФИО5 для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО3, ФИО4 с владельца источника повышенной опасности - ООО «ТК Транзит».

При этом, суд учитывает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абз. 2 ст. 1100 ГК РФ). Тогда как деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности, а также работодателей в отношении вреда, причиненного его работником при исполнении им трудовых обязанностей (независимо от наличия их вины) в случае наступления неблагоприятных последствий для третьих лиц.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истцов, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, приходит к следующим выводам.

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

По смыслу указанных норм, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Законодатель, закрепив в ст. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом, согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ, нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В данном случае, по мнению суда, нарушено принадлежащее ФИО3 неимущественное благо и причинены нравственные страдания в связи со смертью близкого человека – сына, что бесспорно свидетельствует о причинении истцу морального вреда и наличии у нее права на компенсацию такого вреда.

Также нарушено принадлежащее ФИО4 неимущественное благо и причинены нравственные страдания в связи с причинением вреда его здоровью в результате ДТП, а также со смертью близкого человека – брата, что бесспорно свидетельствует о причинении истцу морального вреда и наличии у него права на компенсацию такого вреда.

По мнению суда, гибель ФИО33 причинила его матери и брату физические и нравственные страдания, вследствие невосполнимой утраты близкого родственника. Тогда как жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Суд учитывает, что смерть сына и брата сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой является для матери боль от утраты сына, для брата боль от утраты брата в любом возрасте и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред, степень физических и нравственных страданий, связанных с невосполнимой утратой близкого родственника, индивидуальные особенности личности истцов, их возраст, психологическое состояние, семейную, психологическую связь с погибшим, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 800 000 руб., в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели ФИО34, в размере 700 000 руб.

ФИО4, получив телесные повреждения в виде <данные изъяты> (л.д.17-19), испытал физические и нравственные страдания, поэтому имеет право на возмещение морального вреда.

Размер компенсации морального вреда суд определяет с учетом характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшего.

Тяжесть причиненных ФИО4 физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, влияющих на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда принимается во внимание, в частности: последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, необходимостью амбулаторного лечения потерпевшего, сохранение возможности ведения прежнего образа жизни.

На основании изложенного в пользу ФИО4 подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного в результате ДТП, в размере 100 000 руб.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, исходя из размера удовлетворенных исковых требований, с ответчика следует взыскать государственную пошлину в размере 900 руб. в доход бюджета муниципального образования «Город Саратов».

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 , ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит», ИНН <***> в пользу ФИО3, паспорт <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит», ИНН <***> в пользу ФИО4 , паспорт <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного в результате гибели ФИО39, в размере 700 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит», ИНН <***> в пользу ФИО4 , паспорт <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транспортная компания Транзит», ИНН <***> государственную пошлину в доход муниципального бюджета в размере 900 руб.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Срок составления мотивированного решения – 07 ноября 2023 года.

Судья О.В. Шамаилова