Производство № 2-2450/2022

УИД 28RS0004-01-2022-002007-52

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2022 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Майданкиной Т.Н.,

При секретаре судебного заседания Рыковой Л.В.,

С участием представителя истца - ОП, ответчиков - НЛ, ответчика МП, представителя ответчика МКУ «БГАЖЦ» - ЮВ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИИ к НЛ, ДП, в лице ее законного представителя НЛ, МП, ЕЕ, в лице его законного представителя МП, администрации г. Благовещенска, МКУ «Благовещенский городской архивный и жилищный центр» о признании утратившими право пользования жилым помещением,

установил:

ИИ обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, в обоснование требований которого указала, что с 1999 года она сожительствовала с ЛФ Проживали совместно по адресу: ***. Право пользования указанной квартирой возникло у ЛФ на основании ордера на жилое помещение, выданного исполнительным комитетом Ленинградского района Совета народных депутатов г. Благовещенска 07 мая 1991 года. В 1999 году ЛФ зарегистрировал по указанному адресу ее и ее дочь АИ 13 марта 2015 года она и ЛФ заключили брак. 02 сентября 2020 года ЛФ умер. После его смерти она и ее дочь АИ остались проживать в спорном жилом помещении. При обращении в феврале 2022 года в МКУ «БГАЖЦ» г. Благовещенска для заключения договора социального найма, выяснилось, что в указанной квартире зарегистрированы ответчики НЛ, которая является дочерью умершего от первого брака, и ее несовершеннолетняя дочь ДП, а также МП, которая является дочерью бывшей жены умершего от первого брака, и ее несовершеннолетний сын ЕЕ Ответчики НЛ и МП в указанной квартире не проживают более 25 лет. Их несовершеннолетние дети также в данной квартире никогда не проживали. Личных вещей ответчиков и их детей в квартире не имеется. При этом, она никогда не чинила ответчикам и их детям каких- либо препятствий в пользовании спорной квартирой. При жизни ЛФ ответчики отношений с ним не поддерживали, после его смерти к ней, с просьбой о вселении в квартиру, не обращались. О том, где в настоящее время проживают ответчики и их дети, ей ничего не известно, контактные номера телефонов отсутствуют. Также ответчики ни при жизни ЛФ, ни после его смерти, не предпринимали каких-либо мер по содержанию указанной квартиры. Участия в оплате коммунальных услуг не принимали.

На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований, просит: признать НЛ и МП утратившими право пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***; признать несовершеннолетних ДП, *** г.р. и ЕЕ, *** г.р. не приобретшими право пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***; признать за ИИ право пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивала, поясняла, что истец в спорном жилом помещении не зарегистрирована, поскольку при жизни, супруг, не успел оформить договор социального найма, имелся только ордер, в котором истец не указана.

Ответчики НЛ, МП возражали против удовлетворения исковых требований, пояснили, что они проживали в спорном жилом помещении примерно до 1999 года, после развода, отец сразу стал проживать с ИИ (истцом), они с отцом общались, на похороны отца передавали деньги истцу. Дополнительно ответчик НЛ пояснила, что давно не была в спорном жилом помещении, поскольку истец часто употребляет алкоголь, а у нее двое маленьких детей.

Представитель ответчика МКУ «БГАЖЦ» в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, из которого следует, что жилое помещение - квартира № ***, расположенная по адресу: ***, числится в реестре муниципального имущества города Благовещенска. 07.05.1991 года, квартира № *** на основании ордера № 292 серии «А» предоставлена в пользование по договору социального использования ЛФ на состав семьи три человека. Согласно сведениям из поквартирной карточки, в квартире № *** с 1991 года по настоящее время зарегистрированы: ЛФ, *** г.р., с 1999 по настоящее время, ИИ, *** г.р., с 2007 по настоящее время, АИ, *** г.р., с 2002 по настоящее время, НЛ, *** г.р., с 2004 по настоящее время, МП, с 2010 по настоящее время, ДП, *** г.р., с 2015 по настоящее время, ЕЕ, *** г.р. Договор социального найма жилого помещения на квартиру № *** в письменном виде между муниципальным образованием г. Благовещенска в лице МКУ «БГАЖЦ» и указанными гражданами не оформлялся. 13.06.2022 года специалистами МКУ «БГАЖЦ» в рамках своих полномочий была организована проверка фактического проживания: НЛ, ДП, МП, ЕЕ, в ходе которой было установлено, что в квартире № *** по указанному адресу с 1999 года по настоящее время проживает одна ИИ. АИ в настоящее время находится в г. Москва. НЛ, ДП, МП, ЕЕ в квартире № *** не проживают, личных вещей в квартире не имеется.

В судебное заседание не явились: истец, представитель ответчика – администрации г. Благовещенска, представители третьих лиц, о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела извещены надлежащим образом. Доказательства уважительности причин неявки суду не представили, заявлений об отложении дела не поступало. Руководствуясь ч.4 ст. 167 ГПК РФ суд определил, дело рассмотреть в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав пояснения представителя истца, возражения ответчиков, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ЛФ на основании на основании ордера № 292 серии «А» от 7.05.1991 года, предоставлена квартира № *** по адресу: ***, с учетом членов семьи: жены ЛФ, дочери НЛ (сменила фамилию на «НЛ»), дочери МП (сменила фамилию на «***»).

Согласно сведений, представленных МКУ «БГАЖЦ», жилое помещение - квартира № ***, расположенная по адресу: ***, числится в реестре муниципального имущества города Благовещенска.

13.03.2015 года ЛФ вступил в брак с ИИ

Брак между ЛФ и ЛФ расторгнут, что сторонами не оспаривалось.

2.09.2020 года ЛФ умер, что подтверждается свидетельством о смерти I-OT № ***.

Согласно сведениям из поквартирной карточки, в квартире № *** с 1991 года по настоящее время зарегистрированы: ЛФ, *** г.р., с 1999 по настоящее время, ИИ, *** г.р., с 2007 по настоящее время, АИ, *** г.р., с 2002 по настоящее время, НЛ, *** г.р., с 2004 по настоящее время, МП, с 2010 по настоящее время, ДП, *** г.р., с 2015 по настоящее время, ЕЕ, *** г.р.

Договор социального найма жилого помещения на квартиру № *** в письменном виде между муниципальным образованием г. Благовещенска в лице МКУ «БГАЖЦ» и указанными гражданами не оформлялся.

Согласно акта проверки жилого помещения от 13.06.2022 года, составленного специалистами МКУ «БГАЖЦ», в ходе проверки фактического проживания: НЛ, ДП, МП, ЕЕ, установлено, что в квартире № *** по указанному адресу с 1999 года по настоящее время проживает одна ИИ. АИ в настоящее время находится в г. Москва. НЛ, ДП, МП, ЕЕ в квартире № *** не проживают, личных вещей в квартире не имеется.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указала, что в настоящее время в спорном жилом помещении фактически проживает она одна, ответчики членами ее семьи не являются и не имеют законных оснований для сохранения права пользования спорной квартирой.

Обстоятельства проживания в спорной квартире истца и не проживания в спорной квартире ответчиков подтверждаются показаниями допрошенного в ходе рассмотрения дела свидетеля АИ, который пояснил, что он является братом истца, ему известно, что истец проживает в спорном жилом помещении более 20 лет, также знает, что у ЛФ имелись дети от первого брака, с которыми он связь не поддерживал, перед смертью ЛФ был тяжело болен, но его никто не навещал.

К показаниям свидетеля АИ суд относится критически, поскольку он является близким родственником истца.

Часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации провозглашает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства.

В силу положений статьи 3 Конвенции ООН "О правах ребенка", одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г., во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

Государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В силу части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение.

Между тем, суд отмечает, что несовершеннолетние ДП, ЕЕ приобрели право пользования спорным жилым помещением по договору социального найма в качестве члена семьи своей матери, в силу возраста лишены возможности самостоятельно реализовать свои жилищные права, в том числе на вселение в жилое помещение и проживание в нем.

Судом не установлено, что несовершеннолетние ДП, ЕЕ приобрели право пользования каким-либо иным жилым помещением, что подтверждается уведомлениями об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости сведений о зарегистрированных правах на какие либо объекты недвижимости.

То обстоятельство, что матери несовершеннолетних ДП, ЕЕ – НЛ, МП в настоящее время проживают по другому адресу, не влияет на право пользования несовершеннолетними ДП, ЕЕ спорным жилым помещением, которое они с выездом из него своих родителей не утратили, в связи с чем исковые требования о признании несовершеннолетних ДП, *** г.р. и ЕЕ, *** г.р. не приобретшими право пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: *** удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно пункту 2 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Суд отмечает, что данных том, что МП, НЛ вселились в спорное жилое помещение самовольно, в материалы дела не представлено, в ордере на жилое помещение № 292 от 7 мая 1991 года они указаны в качестве членов семьи ЛФ, данных о том, что ответчики имеют в собственности иные жилые помещения, материалы дела не содержат. Непроживание ответчиков в спорном жилом помещении носит вынужденный характер ввиду невозможности пользоваться однокомнатной квартирой несколькими разными семьями, состоящими из непрямых родственников.

На основании изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о признании НЛ и МП утратившими право пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***.

Рассматривая исковые требования о признать за ИИ права пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 10 Жилищного кодекса РСФСР ранее было предусмотрено, что жилые помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда предоставлялись гражданам в бессрочное пользование.

Материалами дела подтверждается, что в настоящее время, жилое помещение - квартира № ***, расположенная по адресу: ***, числится в реестре муниципального имущества города Благовещенска.

В силу положений ст. 30 Жилищного кодекса РФ, ч. 1 ст. 671 Гражданского кодекса РФ, только собственник жилого помещения или управомоченное им лицо вправе предоставлять его по договору найма.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 63 указанного кодекса договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

Решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, принятое с соблюдением требований этого же кодекса, является основанием заключения соответствующего договора социального найма в срок, установленный данным решением (часть 4 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Следовательно, правоотношения по социальному найму жилого помещения подлежат юридическому оформлению путем заключения между сторонами таких правоотношений - наймодателем и нанимателем - договора социального найма в письменной форме.

Спорная квартира является для истца ИИ единственным местом жительства, она постоянно зарегистрирована в данной квартире по месту жительства с 05.03.1999 года. С момента фактического вселения ИИ продолжает пользоваться указанной квартирой. В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что отсутствие ордера (при соблюдении порядка вселения в жилое помещение) не является безусловным основанием для отказа в заключении с истцом договора социального найма.

Однако, в материалах дела, отсутствуют сведения о том, что истец обращалась в МКУ «Благовещенский городской архивный и жилищный центр» с заявлением о заключении договора социального найма жилого помещения и ей было отказано, в связи с чем суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований истца о признании за ней права пользования жилым помещением – квартирой № *** по адресу: ***, не имеется.

На основании изложенного, исковые требования ИИ не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования ИИ к НЛ, ДП, в лице ее законного представителя НЛ, МП, ЕЕ, в лице его законного представителя МП, администрации г. Благовещенска, МКУ «Благовещенский городской архивный и жилищный центр» о признании утратившими право пользования жилым помещением – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Майданкина Т.Н.

Решение в окончательной форме составлено 23 июня 2022 года.