Дело № 2-1435/2025
УИД 54RS0003-01-2025-000069-79
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 апреля 2025 г. г. Новосибирск
Заельцовский районный суд г. Новосибирска в составе:
председательствующего судьи Лисиной Е.В.,
при секретаре Вишневской Ю.А.,
с участием прокурора Педрико О.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, о признании сделки недействительной,
установил:
ФИО1 обратился в суд с указанным иском.
В обоснование исковых требований указал, что в 2005 году он приобрел квартиру, расположенную по адресу: ..., и был единственным собственником.
xx.xx.xxxx г. ФИО1 заключил брак с ответчиком ФИО2 От брака xx.xx.xxxx г. у них родился сын ФИО2
В 2018 году истцу был поставлен диагноз «онкология» и назначено лечение, в 2019 году истец перенес инсульт, из-за которого лечение онкологии пришлось остановить.
xx.xx.xxxx г. брак между ФИО1 и ФИО2 был расторгнут, однако, бывшие супруги продолжили проживать вместе по прежнему адресу: ....
После расторжения брака ответчик, воспользовавшись плохим состоянием здоровья истца, с применением уговоров и обещаний осуществлять необходимый уход за истцом, гарантией достойного проживания, склонила истца на заключение договора дарения.
xx.xx.xxxx г. был заключен договор дарения, согласно которому ФИО1 (даритель) подарил 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: ..., ФИО2 (одаряемой) и 2/3 доли квартиры, расположенной по адресу: ..., подарил ФИО2 (одаряемому).
Однако, ответчик ФИО2 не выполняет своих обещаний, уход за истцом не осуществляет, неоднократно пыталась выгнать истца из квартиры, которая для истца является единственным жильем.
Ссылаясь на указанные обстоятельства, просил признать договор дарения квартиры от xx.xx.xxxx г., заключенный между дарителем ФИО1 и одаряемыми ФИО2 и ФИО2 недействительным и применить последствия недействительности сделки в форме обращения предмета дарения в пользу истца ФИО1
В судебное заседание истец ФИО1 не явился, направил своего представителя ФИО3, которая исковые требования поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении. Также пояснила, что в момент заключения договора дарения истец заблуждался относительно состояния своего здоровья, а также правдивости обещаний ответчика. Истец не был при смерти. Он понимал, что заключает договор дарения, его воля была направлена именно на дарение. Ответчик склоняла истца к необходимости заключения договора дарения, говорила, что если он умрет, то придется делить квартиру на других наследников – детей от первого брака. У истца было стрессовое состояние в связи с состоянием здоровья.
Ответчик ФИО2, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.
Суд, исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителя истца, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковое заявление не подлежащим удовлетворению, приходит к следующему.
Согласно ч. 1,2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (ч. 3 ст. 574 ГК РФ).
Судом установлено, что xx.xx.xxxx года между ФИО1 и ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2, заключен договор дарения, согласно которому даритель (ФИО1) подарил, а одаряемые приняли в дар в общую долевую собственность (1/3 доли ФИО2 и 2/3 доли ФИО2) квартиру, расположенную по адресу: ..., общей площадью 62,9 кв.м., с кадастровым номером __.
В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Согласно указанному договору, даритель (ФИО1) и одаряемые (ФИО2 и ФИО2) утверждают, что заключили настоящий договор, находясь в твердом уме, ясной памяти, в дееспособности не ограниченные, под опекой, попечительством, а также под патронажем не состоящие, полностью понимающие значение своих действий и руководящие своими действиями, не находясь в состоянии заблуждения относительно природы или предмета настоящего договора, не находясь под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых жизненных обстоятельств, не находясь в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения на момент подписания настоящего договора.
В силу п. 6 договора, указанная квартира передана дарителем одаряемым и одаряемые приняли при подписании настоящего договора, который по взаимному соглашению сторон одновременно имеет силу акта приема-передачи (л.д. 9-10).
С xx.xx.xxxx г. право собственности на вышеуказанную квартиру зарегистрировано за ФИО2 (в размере 1/3 доли) и несовершеннолетним ФИО2 (в размере 2/3 доли), что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 24-26).
Обращаясь в суд с иском, истец ФИО1 указывает, что данный договор является сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, так как фактически ответчик воспользовалась плохим состоянием здоровья истца, говорила, что в случае его смерти, квартиру придется делить с другими наследниками, склонила истца к заключению сделки договора дарения, обещала осуществлять должный уход, но фактически данные обещания не выполняет, уход за истцом не осуществляет.
На основании статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В соответствии со статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Из буквального толкования приведенной правовой нормы следует, что сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные правовые последствия, а не те, которые он имел в действительности, т.е. волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.
Существенным является заблуждение относительно природы сделки, т.е. совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность, а также относительно ее последствий (перехода права собственности).
В силу положений ст. 56 ГПК РФ на сторону по сделке, заявляющей о заключении договора под влиянием заблуждения, возлагается обязанность доказать наличие данных обстоятельств.
Из искового заявления и пояснений представителя истца в судебном заседании следует, что истцу было известно о совершении оспариваемой сделки, в момент ее заключения он понимал, что производит отчуждение принадлежащего ему имущества – квартиры в собственность бывшей супруги и сына. Истцом лично подписан договор дарения в филиале ГАУ НСО «МФЦ» г. Новосибирска «Железнодорожный», один экземпляр договора, подписанный дарителем и одаряемым, им получен на руки.
Оспариваемый договор дарения от xx.xx.xxxx г. заключен в письменной форме, соответствует требованиям статей 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации и иным требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора.
Из содержания оспариваемого договора дарения явно следует, что стороны совершили дарение, неоднозначное толкование условий договора отсутствует. Все существенные условия договора изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истец не высказывал, стороны добровольно подписали указанный договор (что не оспаривалось сторонами), понимая его содержание, условия и суть сделки, истец согласился со всеми условиями. Оспариваемый договор дарения был заключен в установленной письменной форме, содержит все существенные условия, подписан и передан сторонам на руки. Каких-либо нарушений при оформлении договора дарения спорной квартиры допущено не было. Правовые последствия договора дарения наступили - право собственности на квартиру за одаряемыми ФИО2 и несовершеннолетним ФИО2 зарегистрировано в установленном порядке.
Таким образом, суд приходит к выводу, что воля сторон была направлена на заключение договора дарения.
При этом, материалы дела не содержат доказательств, что ответчик сообщил истцу информацию, не соответствующую действительности либо намеренно умолчал об обстоятельствах, имеющих значение при формировании воли истца на совершение сделки, поскольку ни наименование договора, ни его содержание, при обычной степени разумности и осмотрительности, которая требуется от участников правоотношений, не давали истцу оснований предполагать, что он заключает договор, предусматривающий иные последствия, чем дарение.
Доводы истца о том, что ответчик ФИО2 обещала осуществлять за ним уход, однако, не выполняет свое обещание, не являются основаниями для признания заключенного договора дарения недействительным. Наличие воли дарителя на совершение сделки подтверждено письменно договором дарения квартиры, который подписан дарителем ФИО1, доказательств порочности воли дарителя суду не представлено.
Кроме того, на момент заключения договора дарения ответчик ФИО2 не являлась супругой истца, брак был расторгнут задолго до заключения договора – в 2020 года, и соответственно, ФИО2 не имела каких-либо обязательств по отношению к бывшему супругу, связанных с оказанием взаимной помощи и поддержки, о чем истцу ФИО1 не могло быть неизвестно.
Ссылки истца на то, что ответчик выгоняет его из квартиры являются безосновательными, не подтверждены какими-либо доказательствами, а потому отклоняются судом.
То обстоятельство, что истец ФИО1 с 2018 года страдает онкологическим заболеванием, в 2019 году перенес инсульт правового значения для разрешения спора по заявленному основанию иска не имеет, поскольку ФИО1 не ссылался на то, что состояние здоровья не позволяло ему осознавать характер своих действий и руководить ими, а изложение истцом в обоснование иска с подробностью всех обстоятельств, предшествовавших моменту заключения сделки, хода событий после договора дарения, подтверждает нахождение ФИО1 в здравом уме.
Вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлена достаточная совокупность доказательств заключения ФИО1 договора дарения под влиянием заблуждения со стороны ФИО2, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора дарения квартиры от xx.xx.xxxx года недействительным и об отказе в удовлетворении иска.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194- 198 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Заельцовский районный суд г. Новосибирска.
Мотивированное решение изготовлено 30.04.2025 года.
Судья (подпись) Е.В. Лисина