УИД 72RS0010-01-2022-001436-56
№ 2-1069/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Город Ишим Тюменской области 20 сентября 2022 года
Ишимский городской суд Тюменской области в составе:
председательствующего судьи Клюка М.А.,
с участием:
помощника Ишимского межрайонного прокурора Нуруллина В.А., истца ФИО1, участвующего в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, представителя ответчика – Правительства Тюменской области, третьего лица – Управления социальной защиты населения г.Ишима и Ишимского района – ФИО2,
при секретаре Бочковской С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Ишимского межрайонного прокурора в интересах ФИО1 к Департаменту социального развития Тюменской области о возложении обязанности включить в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, к Правительству Тюменской области о возложении обязанности предоставить жилое помещение, Администрации г. Ишима Тюменской области о возложении обязанности заключить договор найма специализированного жилого помещения,
УСТАНОВИЛ:
Ишимский межрайонный прокурор обратился в суд в интересах ФИО1 с иском о возложении обязанности на Департамент социального развития Тюменской области включить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на <адрес> предоставить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, жилое помещение из специализированного жилищного фонда <адрес>, отвечающее установленным жилищным законодательством требованиям, находящееся натерритории <адрес>, общей площадью не менее 18 кв.м., на администрацию <адрес> принять решение опредоставлении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения обеспеченной <адрес> из специализированного жилищного фонда <адрес> благоустроенного (применительно к условиям <адрес>) жилого помещения на территории <адрес>, общей площадью не менее 18 кв.м., отвечающего санитарным и техническим требованиям, а также заключить с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения договор найма специализированного жилого помещения. Свои исковые требования мотивировал тем, что проведенной проверкой установлено, что компетентными государственными органами ввиду ненадлежащего исполнения обязанностей не было принято своевременных и должных мер к определению статуса ФИО1 как лица, оставшегося без попечения родителей, что повлекло невозможность реализации ФИО1 социальных прав и гарантий, в том числе по обеспечению жилым помещением. А именно, проверкой установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения поступил в Ишимский детский дом в связи с тем, что его отец ФИО3 приговором Ишимского городского суда от 11.08. 1999 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. Согласно приговору Ишимского городского суда ФИО4 причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть ФИО5 - матери ФИО1 Из личного дела ФИО1 следует, что в 2000 году постановлением администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был определен в Юргинскую специальную (коррекционную) школу-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей на полное государственное обеспечение. Согласно медицинского заключения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. уcтaнoвлeн диагноз «олигофрения в степени дебильности». Согласно справки комитета по образованию администрация <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетний ФИО1 включен в программу «Жилье детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей и лицам из их числа до 23 лет» в 2002 году. В связи с досрочным освобождением ФИО4 от наказания комитетом по образованию администрации <адрес> директору Юргинской специальной (коррекционной) школы была направлена информация о необходимости инициировать обращение в суд в интересах несовершеннолетнего ФИО1 об ограничении в родительских правах ФИО4 по причине невозможности возвращения ФИО1 в семью. В качестве причин невозможности возвращения в семью компетентным государственным органом указано о том, что ФИО4 объективно не имеет возможности надлежащим образом исполнять родительские обязанности по воспитанию и содержанию несовершеннолетнего сына, поскольку является инвали<адрес> группы, размер пенсии 900 рублей, у ФИО4 нет жилья, он проживает с матерью во времянке. Проигнорировав указанную объективную информацию образовательной организацией не было принято мер, направленных на защиту интересов несовершеннолетнего ФИО1 Более того, на основании акта о передаче от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передан отцу ФИО4 В свою очередь органы опеки и попечительства <адрес>, проинформированные о передаче ФИО1 отцу, не приняли никаких мер по выяснению обстоятельств проживания и воспитания несовершеннолетнего ФИО1 ранее осужденным отцом, и при наличии оснований по обращению в суд по вопросу ограничения ФИО4 в родительских правах. При этом, как указано выше, именно отделом по опеке администрации <адрес> направлялась информация о невозможности родителем - ФИО4 исполнять родительские обязанности и необходимости обращения в суд с требованием об ограничении в родительских правах. Факт бездействия органов опеки и попечительства <адрес> по защите прав и интересов несовершеннолетнего ФИО1 путем обращения в суд по вопросу ограничения ФИО4 в родительских правах и определении статуса ФИО1 как лица, оставшегося без попечения родителей является вопиющим. Согласно акту обследования социально-бытовых условий семьи ФИО4, составленного специалистом по охране прав ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, в жилом помещении проживает ФИО4 и его мать-пенсионерка. Жилое помещение 20 кв.м., временное. Жилое помещение явится ветхим, требуется ремонт, так как нет потолка, окон, дверей, пола, все рушится. Также согласно указанного акта ФИО4 устроиться на работу не может, передвигается медленно, в связи с тем, что является инвалидом. Родительские обязанности надлежащим образом исполнять не может, с ограничением в родительских правах согласен. Также в акте имеется обоснование причин проведение осмотра, а именно в связи с рассмотрением вопроса об ограничении в родительских правах ФИО4 в отношении несовершеннолетнего сына ФИО1 Органы опеки и попечительства <адрес>, а также образовательная организация в которой проживал до 2004 года ФИО1 - ФИО7 специальная (коррекционная) школа-интернат при указанных обстоятельствах проявили бездействие и не приняли современных и должных мер по защите прав несовершеннолетнего ФИО1 и определении его статуса. Опекой <адрес> при в том числе не было принято мер, направленных на исключение факта нахождения несовершеннолетнего ФИО1 без попечения и в социально опасном положении. В свою очередь как пояснил ФИО1 после выпуска из Юргинской специальной (коррекционной) школы-интернат его передали отцу-ФИО4, который не мог исполнять родительские обязанности по воспитанию и содержанию, так как являлся инвали<адрес> группы по зрению, систематически употреблял спиртное. Также ФИО1 пояснил, что фактически вел бродяжнический образ жизни. С 2004 по 2006 год ФИО1 проживал по адресу: <адрес>, с отцом и бабушкой ФИО8,М. которая в силу возраста и состояния здоровья также не могла исполнять обязанности по воспитанию несовершеннолетнего ФИО1 Таким образом не смотря на то, что ФИО1 был передан законному представителю фактически находился без попечения родителей. Сам же ФИО1 обучался по коррекционной программе. В связи с таким состоянием здоровья ФИО1, фактически оставшийся без попечения родителей, не мог самостоятельно осуществлять защиту своих прав, в Том числе жилищных. В связи с чем не обращался в органы опеки по вопросу определения его статуса и включения в список лиц, оставшихся без попечения родителей с целью предоставления ему жилого помещения. При надлежащим исполнении должностными лицами органов образования и опеки обязанностей, и принятии мер, направленных на установление статуса ФИО1 он претендовал на право воспользоваться всеми социальными гарантиями, предусмотренными действующим законодательством, в том числе на обеспечение жилым помещением. Передача ФИО1, образовательной Организацией отцу при наличии оснований для рассмотрения вопроса об ограничении его в родительских правах и в дальнейшем бездействие органов опеки и попечительства по непринятию мер к определению статуса ФИО1 повлекло невозможность реализации права на обсечение жилым помещением. В настоящее время защитить права ФИО1, фактически имевшего право на определение статуса лица, оставшегося без попечения родителей, кроме как в судебном порядке не представляется возможным. В связи с тем, что статус лица, оставшегося без попечения родителей Самсыкина определен не был, до достижения 23-летнего возраста ни органы опеки и попечительства, ни администрация учреждения образования, в котором проживал ФИО1, не приняли мер к защите его жилищных прав. Ввиду уважительных причин, а именно возраста, состояния здоровья и незнания права ФИО1 не мог самостоятельно обратиться ни в администрацию по месту жительства ни в органы опеки по вопросу определения статуса лица, оставшегося без попечения родителей и постановки его на учет. Таким образом, из-за ненадлежащего исполнения своих обязанностей, должностными лицами учреждений образования и органов опеки и попечительства, не был определен Статус ФИО1 как лица, оставшегося без попечения родителей. Указанные выше обстоятельства являются уважительными причинами, по которым ФИО1 не смог встать на учет, граждан, нуждающихся в предоставлении жилых помещений вне очереди. До настоящего времени ФИО1 жильем, пригодным для проживания, не обеспечен /л.д. 5-13/.
В судебном заседании помощник Ишимского межрайонного прокурора Нуруллин В.А., на иске настаивает в полном объёме по основаниям, изложенным в нём.
Истец ФИО1, участвующий в деле посредством видеоконференцсвязи, также настаивал на удовлетворении иска. Дополнительно пояснил, что 18 лет ему исполнилось в 2005 году, с 2004 по 2006 годы он проходил обучение в ПТУ, однако попал в места лишения свободы, в 2007 году, был освобожден, но в с февраля 2008 года вновь пребывал в местах лишения свободы. В 2011 году он освободился и около двух лет прожил в <адрес>. В период с 2013 по 2019 годы вновь отбывал наказание в местах лишения свободы, освободился в 2016 и пребывал на свободе только 4 месяца, после чего в начале 2017 года попал в места лишения свободы, отбывал наказание по 2019 год в условиях особого режима. Освободился 20.09.2-19 года, после чего сожительствовал с девушкой на протяжении 1 года и 2 месяцев в городе Ишиме, а в ноябре 2020 года вновь попал в места лишения свободы. Из-за незнания своих прав и пребывания в местах лишения свободы свои права как ребенок-сирота он не реализовал. Также указал, что его регистрация в <адрес> является формальной, по месту регистрации он никогда не проживал. До того, как последний раз он попал в места лишения свободы, он более года проживал в <адрес>, куда планирует вернуться после освобождения из мест лишения свободы.
Представитель ответчика – <адрес>, третьего лица – Управления социальной защиты населения <адрес> и <адрес> – ФИО2, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, с исковыми требованиями не согласилась, поддержала доводы письменных возражений, согласно которым до 01.012008 года функции органа опеки и попечительства осуществляли органы местного самоуправления. Истец не является лицом из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Мать ФИО1 умерла, отец ФИО4 вернулся из мест лишения свободы в 2004 году, в связи с чем ФИО1 был передан ему на воспитание в возрасте 17 лет. В связи с отсутствием у ФИО1 статуса ребенка-сироты у него отсутствуют правовые основания на дополнительную гарантию прав на имущество и жилое помещение, предусмотренную ст. 8 Федерального закона №159-ФЗ, а следовательно, отсутствуют основания и для включения его в список детей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями. Кроме этого, до ДД.ММ.ГГГГ учет детей (лиц), нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями, осуществляли органы местного самоуправления, с ДД.ММ.ГГГГ эта функция возложена на Департамент социального развития <адрес>. Жилые помещения предоставляются детям, включенным в список. Списки детей, состоявших на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях органами местного самоуправления передавались Департаменту социального развития на основании <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ. Между тем, в актах-приема-передачи лиц, нуждающихся в жилых помещениях, переданных Департаменту органами местного самоуправления для включения в список, ФИО1 не значится, в списках не состоит. В настоящее время законодательством предусмотрен заявительный характер постановки граждан на учет, нуждающихся в жилом помещении. Дети включаются в список до достижения возраста 23 лет, при наличии документов, подтверждающих, что ребенок относится к указанной категории. Истцом не представлено документов, подтверждающих, что ФИО1 относится к категории детей-сирот, уважительность причин, по которым истец не смог до достижения возраста 23 лет обратиться в орган местного самоуправления по месту жительства с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении по договору социального найма по категории дети-сироты, с заявлением о включении в список(после ДД.ММ.ГГГГ) в Департамент, территориальные органы социальной защиты населения также не обращался. Кроме этого, дети-сироты подлежат включению в список по месту их жительства. Вместе с тем, из искового заявления следует, что ФИО1 зарегистрирован в <адрес>, в связи с чем, требование о включении его в список и предоставление ему жилого помещения на территории <адрес> является необоснованным.
Ответчики Департамент социального развития <адрес>, Администрация <адрес>, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания своего представителя в суд не направили, о причинах неявки представителя суду не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили, в связи с чем, суд определил рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих по делу, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что ФИО10 родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являются ФИО4 ич, ФИО11, что следует из копии актовой записи о рождении ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ.
Решением Ишимского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт того, что ФИО5 является матерью ФИО1.
Приговором Ишимского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 ич осужден за причинение смерти по неосторожности ФИО5..
Таким образом, мать ФИО1 – ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 51), отец в этом же году осужден к пяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
На основании постановления Администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №ФИО1 определен в детское учреждение, за ним закреплено жилье по <адрес>.
По случаю потери кормильца ФИО1 назначена пенсия (лист 22 личного дела).
На основании путевки № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 переведен из Ишимского детского дома в Юргинскую специальную (коррекционную) школу-интернат (л.д. 37 личного дела).
Согласно акут обследования социально-бытовых условий семьи от ДД.ММ.ГГГГ, по адресу: <адрес> доме никто не проживает по причине его ветхости. Рекомендовано ФИО1 включить в программу «Жилье детям-сиротам, детям, оставшимся без попечения родителей и лицам из их числа до 23 лет в 2002 году (л.д. 52 личного дела).
Согласно справке комитета по образованию Администрации <адрес> ФИО1 включен в указанную программу на основании потсановления <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 54 личного дела).
Из сообщения комитета по образованию Администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, адресованного Директору Юргинской коррекционной школы-интерната, следует, что в связи с освобождением ФИО4 и невозможностью проживания несовершеннолетнего ФИО1 с отцом, учреждению следует выйти в суд с иском об ограничении ФИО4 в родительских правах (л.д. 60 личного дела).
Из акта обследования жилищно-бытовых условий семьи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО4 не может осуществлять родительские обязанности ввиду отсуттсвия дохода, жилья и слабого зрения (л.д. 61 личного дела).
Согласно акту передачи несовершеннолетнего от ДД.ММ.ГГГГ, несовершеннолетний ФИО1 передан отцу ФИО4 (л.д. 67 личного дела).
Согласно сведениям ОВМ МО МВД России «Ишимский» ФИО1 зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.
Указанное жилое помещение, согласно сведениям ГБУ ТО «Центр кадастровой оценки и хранения учетно-технической документации» от ДД.ММ.ГГГГ, принадлежит на праве собственности ФИО12.
Согласно сведениям ГБУ ТО «Центр кадастровой оценки и хранения учетно-технической документации» от ДД.ММ.ГГГГ, объект по адресу: <адрес> принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО13 и ФИО14 (по ? доле).
Согласно сведениям ГБУ ТО «Центр кадастровой оценки и хранения учетно-технической документации» от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении ФИО1 отсутствует сведения о существующем либо прекращенном праве собственности на объекты недвижимости на территории <адрес>.
Из сообщения Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ЕГРН не содержит сведений о зарегистрированных (прекращенных) правах ФИО1.
Из сообщения Администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на основании Постановления Администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ «Об устройстве в детское учреждение ФИО1», за ФИО1 закреплена жилая площадь по адресу: <адрес>.
Сведениями ИЦ УМВД России по <адрес> подтверждается, что ФИО1 отбывал наказание в местах лишения свободы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по 12.07..2016, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время.
В соответствии с ч. 2 ст. 109.1 ЖК РФ предоставление жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по договорам найма специализированных жилых помещений осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.
В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» настоящий Федеральный закон регулирует отношения, возникающие в связи с предоставлением и обеспечением органами государственной власти дополнительных гарантий по социальной защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
В силу положений статьи 1 Закона для его целей используются, в том числе следующие понятия: лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.
В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений (часть 1).
Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей предусмотрена обязанность органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации по формированию списка детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями (пункт 3 статьи 8).
Право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями (часть 9).
Таким образом, дополнительные гарантии по социальной поддержке, установленные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», в том числе и на обеспечение жилым помещением по договорам найма специализированных жилых помещений, распространяются на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа до достижения ими возраста 23 лет.
Согласно части 2 статьи 4 Федерального закона от 29.02.2012 N 15-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" действие положений статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" и Жилищного кодекса Российской Федерации распространяется на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае, если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из их числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.
Жилищное законодательство Российской Федерации в части, касающейся предоставления жилых помещений по договорам социального найма и по договорам найма специализированных жилых помещений, предусматривает заявительный характер учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Факт такого учета означает констатацию уполномоченным на то органом наличия предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, иным федеральным законом, Указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации оснований для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении и, как следствие, последующую реализацию права на предоставление жилого помещения.
Следовательно, до достижения возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа в целях реализации своего права на обеспечение жилым помещением должны встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений. По достижении возраста 23 лет указанные граждане уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» меры социальной поддержки, так как они перестают относиться к категории детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа, утрачивая таким образом одно из установленных законодателем условий получения такой поддержки.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 января 2013 года № 120-О, Федеральный закон «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» как в прежней, так и в новой редакции, закрепляет общие принципы, содержание и меры государственной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в частности, обеспечение данных лиц жильем в целях их социализации по окончании срока пребывания в образовательных учреждениях, учреждениях социального обслуживания населения, учреждениях системы здравоохранения и иных учреждениях, создаваемых в установленном законом порядке для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также по завершении обучения в образовательных организациях профессионального образования либо окончании прохождения военной службы по призыву, либо окончании отбывания наказания в исправительных учреждениях.
В исключение из общего правила о необходимости государственной поддержки детей, то есть лиц, не достигших 18-летнего возраста (пункт 1 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации), лишившихся или ограниченных в возможности иметь содержание от своих родителей и нуждающихся по этой причине в социальной защите, законодатель распространил действие названного Федерального закона на лиц, достигших 18-летнего возраста, и предоставил им право пользоваться соответствующими мерами социальной поддержки до достижения возраста 23 лет, обеспечив тем самым единообразный подход к определению оснований социальной защиты таких граждан (аналогичный возрастной критерий установлен пенсионным законодательством, законодательством об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, о социальной защите отдельных категорий граждан).
Правовой характер статуса лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сам по себе не подразумевает право данной категории граждан на получение мер социальной поддержки со стороны государства на основании Федерального закона N 159-ФЗ независимо от срока обращения в уполномоченный орган с соответствующим заявлением. С достижением возраста 23 лет такие граждане, не обратившиеся с соответствующим заявлением в компетентный орган местного самоуправления, уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные указанным Законом меры социальной поддержки, так как утрачивается одно из установленных законодателем условий получения такой социальной поддержки.
Таким образом, судом установлено, что истец ФИО1, которому в настоящее время исполнилось 35 лет, до достижения возраста 23 лет, с заявлением о постановке на учет для обеспечения жилыми помещениями в уполномоченные органы не обращался, каких-либо доказательств тому, что он обращался с заявлением о постановке на учет, либо состоял на таком учете, суд не предоставлено. Истцом и прокурором также не предоставлено доказательств в подтверждение наличия объективных и уважительных причин, не позволяющих своевременно обратиться в уполномоченные органы с соответствующим заявлением, препятствий в осуществлении права истца на включение в список со стороны государственных органов, при рассмотрении дела не установлено.
Доводы искового заявления о том, что социальная поддержка не была реализована в связи с бездействием органов опеки, является несостоятельными, поскольку установление возраста 23 лет направлено, в том числе, и на предоставление дополнительной возможности в течение пяти лет, после достижения 18 летнего возраста, самостоятельно реализовать соответствующее право, если по каким-либо причинам с заявлением (ходатайством) о постановке такого лица на учет нуждающихся в предоставлении жилья не обратились лица и органы, на которые возлагалась обязанность по защите их прав в тот период, когда они были несовершеннолетними.
Суд считает, что по достижению совершеннолетия в 2005 году ФИО1 имел возможность самостоятельно обратиться в уполномоченный орган с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилого помещения, поскольку дееспособности лишен не был, и каких-либо уважительных причин пропуска этого срока судом не установлено и сам истец на них не ссылается, а незнание своих прав уважительной причиной не является.
При таких обстоятельствах оснований для возложения на ответчиков обязанности по включению в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, по предоставлению истцу жилого помещения, как лицу, относившемуся к категории детей, оставшихся без попечения родителей, не имеется, поскольку ФИО1 не был поставлен уполномоченным органом на соответствующий учет до достижения им возраста 23 лет, с заявлением о постановке на учет в орган опеки не обращался. Оснований для включения в указанный список лиц, оставшихся без попечения родителей, достигших возраста 23 лет, действующее законодательство не предусматривает. Вопрос о постановке на учет носит заявительный характер, неправомерные действия (бездействие) органа опеки предметом рассмотрения данного спора не являются.
Таким образом, в иске Ишимскому межрайонному прокурору в интересах ФИО1 к Департаменту социального развития Тюменской области о возложении обязанности включить в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, Правительству Тюменской области об обеспечении жильем, Администрации города Ишима о заключении с истцом договора найма специализированного жилого помещения, надлежит отказать в полном объеме.
Руководствуясь статьями 56, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 2, 4, 8 Федерального закона № 159-ФЗ от 21 декабря 1996 года «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», суд
РЕШИЛ:
В иске Ишимскому межрайонному прокурору в интересах ФИО1 к Департаменту социального развития Тюменской области о возложении обязанности включить в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, к Правительству Тюменской области о возложении обязанности предоставить жилое помещение, Администрации г. Ишима Тюменской области о возложении обязанности заключить договор найма специализированного жилого помещения, - отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тюменский областной суд с подачей жалобы через Ишимский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Решение в окончательной форме изготовлено 29 сентября 2022 года.
Председательствующий: подпись М.А. Клюка
Копия верна:
Судья Ишимского городского суда
Тюменской области М.А. Клюка