КОПИЯ
Дело № 2-787/2025 УИД 68RS0004-01-2025-000702-08
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 мая 2025 г. г. Тамбов
Тамбовский районный суд Тамбовской области в составе:
председательствующего судьи Сошниковой Н.Н.,
при секретаре судебного заседания Соловьевой В.А.,
с участием помощника прокурора Тамбовского района Тамбовской области Забавиной С.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Тамбовнефтепродукт» о компенсации морального вреда.
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Тамбовнефтепродукт» о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.
В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 11-12 час., находясь при исполнении служебных обязанностей оператора-заправщика на АЗК-7, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, по указанию старшей смены ФИО2, с приставной лестницы окрашивал трубу в резервуаре, однако потеряв равновесие, упал с лестницы на твердое плиточное покрытие в резервуарном парке.
В результате падения получил телесные повреждения в виде <данные изъяты>
Постановлением старшего следователя Тамбовского МСО СУ СК России по Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по факту нарушения требований охраны труда, в результате которых ему причинен тяжкий вред здоровью, прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Согласно акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, старшая смены АЗК допустила нарушение требований охраны труда, а именно не обеспечила контроль со стороны руководителя смены за ходом выполнения покрасочных работ дыхательных клапанов с использованием лестницы истцом, чем нарушила требования ст. 214 ТК РФ, а также п. 3.4, 3.11 должностной инструкции старшего смены АО «Нефтепродукт»
В результате полученной травмы он /истец/ испытывал и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания, сильные боли в правой ноге, особенно при ходьбе. После получения травмы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки <адрес>». После выписки из больницы находится на амбулаторном лечении в поликлинике данного медицинского учреждения.
Просит взыскать с ответчика в качестве компенсации причиненного морального вреда 1000000 руб.
Истец в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнив, что ДД.ММ.ГГГГ пришел на работу, был трезв, в семь утра приступил к работе. В его обязанности входила заправка транспортных средств клиентов, уборка территории, проверка резервуаров на АЗС. Старшая смены ФИО2 попросила его покрасить трубы в резервуарном парке. Она должна была контролировать, но этого было некому делать, на рабочем месте был он, кассир и старшая смены. Его ошибка была в том, что он не сообщил старшей смены, что пошел красить трубы. Он поставил лестницу, начал красить, и неожиданно упал с лестницы. После падения с лестницы и полученной травмы он был доставлен в больницу, где находился на лечении, ему установили аппарат ФИО3. В настоящее время приходится передвигаться с костылем, нога болит, много ходить не может, его физическая активность ограничена, тяжести поднимать можно не более пяти килограммов, ходить много нельзя.
Представитель истца адвокат Савин А.А. поддержал доводы искового заявления в полном объеме, по изложенным в нем основаниям, дополнительно пояснил, что денежные выплаты, произведенные ответчиком, это не компенсация морального вреда, с такими требованиями истец к ответчику не обращался. Компенсация ответчиком морального вреда составила всего 26000 рублей, в остальной части – это другие выплаты. У истца не восстановлены полностью функции ноги, он ходит с бадиком. В результате полученной травмы ему был причинен тяжкий вред здоровью.
Представитель ответчика АО "Тамбовнефтепродукт" ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что истец получил выплаты по добровольному страхованию. Ответчик в свою очередь произвел все возможные выплаты. Со стороны истца ФИО1 не поступало заявления о компенсации морального вреда. Считает, что в произошедшем есть вина самого работника.
Дополнительно представила письменные возражения, в которых указала, что ФИО1 работает на АЗК № АО "Тамбовнефтепродукт" с ДД.ММ.ГГГГ оператором-заправщиком.
ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве - падение при разности уровней высот (приставных лестниц), события описаны подробно в акте по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ.
В Обществе проводилось расследование несчастного случая, были опрошены работники, проверена документация в части проведения инструктажей, выдачи СИЗ, соответствия лестницы нормативам. О случившемся сообщалось в ГИТ по Тамбовской области и региональное ОСФР.
Действующим Коллективным договором между работодателем и работниками АО «Тамбовнефтепродукт», принятым на конференции работников ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрены меры социальной поддержки работникам по различным семейным обстоятельствам, в том числе связанные с определенными событиями в жизни работника и членов его семьи.
ФИО1 на основании п. 8.6 Коллективного оговора в рамках социальной поддержки работника неоднократно была оказана материальная помощь, а именно: приказом от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ в размере 60000 руб., приказом от ДД.ММ.ГГГГ в размере 12680 руб., приказом от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 10000 руб. Помощь оказывалась как по инициативе работодателя, так и по заявлению самого работника.
На основании пп. 5 п. 8.3.1 Коллективного договора ФИО5 была оказана единовременная материальная помощь в сумме 196 980 руб. и 26 599,50 руб.
Помимо этого, ФИО1 в соответствии с п. 8.2.2.2 Коллективного договора является застрахованным лицом по договору добровольного страхования жизни и здоровья от несчастных случаев на производстве, заключенного между АО «Тамбовнефтепродукт» и АО «СОГАЗ». После обращения в АО «СОГАЗ» ФИО1 была выплачена страховая сумма в размере 75 000 руб.
Таким образом, суммарно со стороны АО «Тамбовнефтепродукт» как работодателя и АО «СОГАЗ» как страховщика (по страхованию за счет средств работодателя) ФИО1 в связи с произошедшим было выплачено 381 259,50 рублей.
И на этом поддержка работодателя не завершена. По выходу ФИО1 с больничного планируется направление работника на реабилитационно-восстановительное лечение по программе ДМС. Работодатель находится в постоянном контакте с ФИО1, его информируют о составе имеющихся в Обществе льгот и гарантий. Поэтому поступление рассматриваемого иска в суд для работодателя выглядит несколько странно, поскольку всяческая поддержка работнику оказывается незамедлительно. Никаких претензий в АО «Тамбовнефтепродукт» со стороны работника не поступало.
Таким образом, исходя из норм гражданского законодательства о соразмерности компенсации морального вреда, фактических обстоятельства произошедшего несчастного случая и его последствий, АО «Тамбовефтепродукт» полагает, что выполнило обязательства по компенсации морального вреда в полном объеме.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ранее пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она была старшей смены на АЗК, в течении дня дала задание истцу подмести, покрасить. Она должна была осуществлять контроль при выполнении работ истцом, но только после того, как работник сообщит, что подготовил рабочее место. Истец об этом ей не сообщил, и самостоятельно приступил к выполнению работы.
В судебном заседании по ходатайству представителя истца был допрошен свидетель ФИО6. которая показала, что с истцом знакома, они бывшие коллеги, а также проживают по соседству. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 позвонил и сказал, что сломал ногу. Она пришла на заправку, вызвала скорую помощь. Ей известно, что первый вызов скорой помощи был отменен.
Прокурор в своем заключении указал, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда с работодателя; с учетом степени вины и оказанной поддержки, полагал заявленные требования удовлетворить частично в рамках разумности и справедливости.
Изучив материалы дела, выслушав доводы сторон, заключение прокурора, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на жизнь /ст. 20/ и право на охрану здоровья /ст. 41/.
Частью 3 стать 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В силу положений ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в том числе, на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (ст. 210 ТК РФ).
Статьей 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ст. 216 ТК РФ).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав, согласно положениям ст. 12 ГК РФ, является компенсация морального вреда.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса /п. 1 ст. 1099 ГК РФ/.
Согласно положениям ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты> честь и доброе имя, и др.).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) /п.14/.
Работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216 1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем /п.46/.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника, в произошедшем несчастном случае /п. 47/
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 11 часов 12 минут оператор-заправщик ФИО1, находясь на рабочем месте по адресу: <адрес> по заданию старшего смены ФИО2 решил осуществить покраску трубопровода в резервуарном парке АЗС №.
Для выполнения работ ФИО1, не уведомив об этом своего непосредственного руководителя старшего смены ФИО2, взял приставную лестницу и, не убедившись в устойчивости ее положения, стал окрашивать трубу в резервуаре. В ходе выполнения работ, не обеспечив дополнительную фиксацию руками, препятствующей утрате равновесия, ФИО1 пошатнулся с лестницы, в результате чего упал на правый бок твердого плиточного покрытия в резервуарном парке.
Согласно Акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, несчастный случай с оператором-заправщиком ФИО1 произошел в резервуарном парке на территории АЗК № в ходе выполнения покрасочных работ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл на территорию АЗК, и согласно графика работы в 07-00 приступил к выполнению служебных обязанностей согласно должностной инструкции.
В 11-08 ФИО1 самостоятельно подготовил рабочее место в резервуарном парке для покраски, принес краску и лестницу, установил лестницу, оперев ее на верхнюю ступень о трубопровод дыхательного клапана, а пятки лестницы – на зеленую зону за пределами резпарка.
Поднявшись на высоту 90 см. от уровня основания резервуарного парка, ФИО1 приступил в покраске трубопровода.
Незафиксированная лестница, опертая о трубу, начала колебательное движение, ФИО1 потерял равновесие и спрыгнул на плиту резервуарного парка, упал на крышку технологического колодца.
В 12-40 ФИО1 бригадой скорой помощи был доставлен в ТОГБУЗ ГКБ им. Арх. Луки <адрес>.
Указанным Актом о несчастном случае на производстве было также установлено, что старшая смены АЗК ФИО2 не обеспечила контроль со стороны руководителя смены за ходом выполнения покрасочных работ дыхательных клапанов с использованием лестницы оператором-заправщиком ФИО1, чем нарушила требования ст. 214 ТК РФ, а также п. 3.4, п. 3.11 должностной инструкции старшего смены АО «Тамбовнефтепродукт».
Кроме того, было установлено, что оператор-заправщик ФИО1 использовал оборудование (лестницу), не соответствующее технологии и виду выполняемых работ.
Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 по данным судебно-медицинского осмотра и представленной медицинской карты, имел место <данные изъяты>
Данное телесное повреждение могло возникнуть в результате непрямого травмирующего воздействия, в том числе в результате падения на правую ногу с одновременной ротацией (поворотом) голени вокруг своей оси. Срок образования указанного телесного повреждения соответствует – ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ (п. 6.11.8) в результате получения закрытого оскольчатого перелома диафиза большеберцовой кости правой голени в нижней трети со смещением костных фрагментов ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее, чем на одну треть.
Постановлением старшего следователя Тамбовского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № по факту нарушения требований охраны труда, в результате которых ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, было прекращено по основанию, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 24 УК РФ, то есть за отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ.
Таким образом, факт получения истцом травмы на производстве и степень ее тяжести установлен и сомнений у суда не вызывает, сторонами не оспаривался.
Учитывая установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к выводу, что требования истца о компенсации морального вреда в связи с полученной на производстве травмой, являются законными и обоснованными, поскольку в ходе проверки по факту несчастного случая на производстве, проведенной по инициативе работодателя, был установлен факт нарушения руководителем смены требований ст. 214 ТК РФ.
Таким образом, исходя из приведенных выше норм закона и акта его толкования следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда в связи с повреждением его здоровья в ходе выполнения трудовых обязанностей на производстве в связи с ненадлежащим обеспечением работодателем условий по охране его труда, при том, что такая обязанность по обеспечению безопасности труда возложена законом на работодателя.
Довод представителя ответчика об исполнении работодателем обязательств перед работником в полном объеме в связи с произведенными выплатами, суд не принимает во внимание, полагая данный довод несостоятельным, поскольку, как указано выше, в случае нарушения условий по охране труда, работник, помимо прочего, имеет право на получение компенсации морального вреда в связи с причинением ему вреда здоровью.
Разрешая вопрос о размере компенсации, суд учитывает следующее.
У суда не вызывает сомнений, что истец в связи с полученной травмой понес физические страдания, связанные с болевыми ощущениями после полученной травмы, до настоящего времени истец продолжает испытывать боль, что нарушает нормальный образ жизни человека, ограничивает его физическую активность, истец до настоящего времени передвигается при помощи костыля.
После полученной травмы истец на протяжении длительного времени находился на стационарном лечении в медицинском учреждении, впоследствии получал амбулаторное лечение, ему была проведена операция по установлению аппарата ФИО3.
Факт душевных переживаний истца в связи с полученным повреждением также не вызывает у суда сомнений; его нравственные страдания связаны с беспокойством за возможные неблагоприятные последствия состояния своего здоровья.
Определяя размер компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, суд принимает во внимание, помимо характера, тяжести и последствий полученной травмы, наличие вины истца в произошедшем, что было установлено в ходе проверки, его личной неосторожности, а также степень вины ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда и контроль за безопасным проведением работ истцом, кроме того, учитывает характер и объем оказанной работодателем материальной помощи работнику, связанной с произведенными денежными выплатами.
С учетом всех вышеприведенных обстоятельств суд полагает удовлетворить требования о компенсации морального вреда частично, взыскав в пользу истца компенсацию в размере 600000 рублей.
По мнению суда, взыскание компенсации в указанном размере будет отвечать принципам разумности, справедливости, соразмерности и сохранению баланса прав и обязанностей участников гражданских правоотношений.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Тамбовнефтепродукт» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества «Тамбовнефтепродукт» /ИНН <данные изъяты>/ в пользу ФИО1 /паспорт гражданина РФ <данные изъяты>/ компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Тамбовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 03 июня 2025 года.
Судья Сошникова Н.Н.