УИД 68RS0002-01-2024-004076-64 2-314/2025 РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 февраля 2025 года г. Тамбов

Ленинский районный суд г. Тамбова в составе:

Судьи Карпухиной Ю.А.,

при секретаре Алексеевой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по ФИО4 к ФИО5 о признании договора дарения ничтожным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании договора дарения ничтожным.

В обоснование своих требований указал, что 13.08.2022 он заключил с дочерью ФИО5 договор дарения принадлежащей ему 1/2 доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: ***, общей площадью 69,4 кв.м. При этом в договоре дарения дата заключения указана 17.05.2016, что не соответствует действительности и дате регистрации в ТОГКУ «МФЦ». Однако, никаких договоров в 2016 году он не подписывал. На момент сделки в августе 2022 года он находился в тяжелой жизненной ситуации, т.к. поссорился с бывшей женой ФИО6 Кроме того, в течение длительного времени злоупотреблял спиртными напитками, в момент сделки не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Договор дарения совершен под влиянием обмана и психологического давления со стороны ответчицы, которая обещала предоставить ему отдельную комнату по месту своего проживания и осуществлять за ним уход. После заключения договора дарения он переехал к своей дочери, однако, из-за начавшихся ссор с ней в августе 2023 года вернулся в спорную квартиру. В 2024 году сожительница ФИО6 обнаружила, что в платежном документе на оплату коммунальных услуг указана собственником ФИО5, которая в оплате коммунальных услуг участия не принимала. Считает, что договор дарения является недействительным и ничтожным.

В судебном заседании истец и его представители ФИО7 и ФИО8 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. ФИО4 пояснил также, что при заключении и подписании договора дарения 13.08.2022 сотрудниками МФЦ ему не были разъяснены последствия заключения такого договора, он же полагал, что заключает договор, по условиям которого за ним будет осуществляться уход. Проживая у дочери, он почувствовал охлаждение к нему, и, помирившись с сожительницей, решил вернуться в спорную квартиру. При этом дочь его не выгоняла из своей квартиры, но он опасается, что дочь его может выгнать. Договор дарения при подписании не читал, был в состоянии опьянения. В связи с чем, считает договор ничтожным.

Ответчик ФИО5 исковые требования не признала, пояснив, что с отцом ФИО4 у нее были нормальные взаимоотношения, она постоянно осуществляла за ним уход, помогала ему. Отец сам предложил составить договор дарения принадлежащей ему доли в спорной квартире, так как не полагался на свою вторую дочь, которая злоупотребляет спиртным и никогда не ухаживала за ним. В 2016 году они составили договор дарения, с которым обратились в МФЦ 13 августа 2022 для его регистрации. При этом ФИО4 находился в трезвом виде, был адекватен. Последствия заключения договора ему были разъяснены, он был с ними согласен. После подписания договора отец в сентябре 2022 года сообщил ей о недовольстве таким договором со стороны сожительницы ФИО6 02.12.2022 он ушел проживать к ней - дочери по адресу: ***. 08.08.2023 отец добровольно вернулся в спорную квартиру. После подписания договора за коммунальные услуги они производили оплату по договоренности между собой, она не возражала, чтобы отец пользовался принадлежащей ей долей в спорной квартире.

Привлеченная по делу протокольным определением в качестве третьего лица ФИО6 исковые требования считает обоснованными, пояснив, что она состояла в зарегистрированном браке с истцом с 1998 по 2008 год. С дочерью ФИО5 ФИО4 общался, взаимоотношения были нормальными. В декабре 2022 года истец уехал жить к своей дочери ФИО5 Из квитанций ей стало известно о новом владельце 1/2 доли спорной квартиры- ФИО5 в сентябре 2023г. В августе 2023 года ФИО4 вернулся в спорную квартиру, так как с дочерью начались ссоры. О договоре дарения ничего конкретно пояснить не смог.

Суд, выслушав стороны, третье лицо, специалистов, свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии сп. 1 ст. 572Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силуп. п. 1,2 ст. 166Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласноп. п. 1,2 ст. 167Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ответчик ФИО5 является дочерью истца ФИО4

17.05.2016 между ФИО5 (одаряемый) и ФИО4 (даритель) заключен договор дарения, согласно п. 1 которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому (дарит), а одаряемый принимает в дар от дарителя 1/2 долю в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру, площадью 69.4 кв.м, по адресу: ***, с кадастровым номером ***, принадлежащая дарителю на основании договора купли-продажи квартиры от 06.06.2002, зарегистрированного в ЕГРП 14.06.2002, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии ***, выданным Управлением Федеральной регистрационной службы по Тамбовской области от 27.08.2007, о чем в ЕГРП 11.07.2002 сделана запись регистрации ***.

Договор дарения подписан лично каждой из сторон, что не оспаривалось ими в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела.

Данный договор, переход права и право собственности на вышеуказанную 1/2 доли квартиры по адресу: *** за ФИО5 зарегистрированы в Управлении Росреестра в установленном законом порядке, о чем произведена соответствующая запись *** от 15.08.2022 (л.д. 32-35,114).

Другая 1/2 доля указанной квартиры принадлежит ФИО6, что подтверждается выпиской из ЕГРП (л.д. 114).

ФИО4, обращаясь в суд с иском, ссылается на то, что договор дарения является ничтожным, поскольку в течение длительного времени злоупотреблял спиртными напитками, в момент сделки не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, договор дарения совершен под влиянием обмана и психологического давления со стороны ответчицы, которая обещала предоставить ему отдельную комнату по месту своего проживания и осуществлять за ним уход. В связи с чем, он введен в заблуждение ответчиком.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии сп.п. 1,2 ст. 178ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положенийст. 178ГК РФ, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные последствия, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Так, из текста договора дарения от 17.05.2016 усматривается, что сторонами согласованы все его существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон, договор дарения подписан истцом собственноручно, оснований полагать, что выполняя подпись на документе, истец не был ознакомлен с его содержанием, не имеется. Изложенный в договоре дарения текст является ясным, однозначным, исключает многозначное толкование.

Обращаясь с заявлением в Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг (МФЦ), истец лично подписал заявление о передаче договора дарения и документов на государственную регистрацию, а также собственноручно указал, что осознает суть своих действий по распоряжению имуществом, сотрудником МФЦ разъяснены последствия отчуждения имущества, которые ему понятны (л.д.62-67).

Таким образом, из совокупности вышеуказанных действий истца не усматривается наличие заблуждения в отношении существа сделки. ФИО4 сущность сделки дарения, в частности, утрату им права собственности на 1/2 доли спорной квартиры без какого-либо возмещения с другой стороны понимал.

После заключения договора в связи с ухудшением отношений с дочерью истец передумал передавать ей в дар спорное имущество.

Вместе с тем, изложенное свидетельствует, что на момент заключения оспариваемого договора волеизъявление истца, выразившееся в оформлении договора дарения, полностью соответствовало его намерению безвозмездно передать дочери ФИО5 без встречных условий 1/2 доли квартиры, расположенной в ***. Последующее изменение истцом своего решения не является основанием для признания недействительным заключенного договора по мотиву заблуждения.

Доводы истца о том, что он заблуждался относительно существа сделки, поскольку полагал, что в будущем ответчик будет оказывать ему помощь и содержание, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку договор дарения не содержит встречного обязательства ответчика по осуществлению ухода за истцом. К тому же, по смыслуст. 178ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не имеет правового значения.

Допрошенные в качестве свидетелей: внучка истца ФИО1 подруга ответчика ФИО2, работодатель ответчика- ФИО3 в суде пояснили, что между отцом ФИО4 и дочерью Ольгой были хорошие отношения. Дочь ухаживала за отцом, готовила и передавала ему еду, когда он проживал отдельно от нее, а также проживал некоторое время у дочери. Неоднократно говорил о своем желании подарить дочери Ольге свою долю в квартире, а также уже о заключенном договоре дарения. Проживая в квартире дочери, истец не злоупотреблял спиртными напитками. Ссоры начались с отцом из-за употребления им алкоголя. После чего он вернулся в спорную квартиру.

Ссылки истца на преклонный возраст, состояние здоровья, особенности личности также не являются основанием для удовлетворения иска, поскольку не подтверждают заблуждение истца относительно природы сделки. Данные доводы опровергаются вышеперечисленными доказательствами, а также пояснениями ответчика, специалистов - начальника Тамбовского филиала МФЦ ФИО9, начальника отдела государственной регистрации недвижимости Росреестра по Тамбовской области ФИО10, пояснивших, что оснований для отказа в регистрации перехода права собственности по договору дарения от 17.05.2016 не имелось. ФИО4 осознавал суть своих действий по распоряжению имуществом, сотрудником МФЦ разъяснены последствия отчуждения имущества, которые ему были понятны, о чем собственноручно было написано им в заявлении.

Доводы ФИО4 о том, что оспариваемый договор дарения не повлек для его сторон никаких правовых последствий и фактически сторонами не исполнен, суд находит неубедительным.

Из материалов дела видно, что лицевые счета по адресу: *** разделены для оплаты. Платежные документы направлялись с сентября 2022 года на имя ФИО5, оплачивались по договоренности с отцом коммунальные услуги (л.д. 113, 117-130). Из пояснений ответчицы следует, что она не возражала, чтобы принадлежащей ей долей спорной квартиры пользовался ее отец, в том числе и в настоящее время.

Специалист ООО «Управляющая компания РЭК-3» ФИО11 в суде пояснила, что переоформление платежных документов на оплату ЖКУ на квартиру произведено с ФИО4 на ФИО5 осенью 2022 года.

В качестве одного из оснований оспаривания сделки также указано на то, что ФИО12 в момент заключения сделки не понимал значение своих действий, поскольку имел преклонный возраст, употреблял спиртные напитки.

В силупункта 1 статьи 177ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу действующего законодательства такие сделки являются оспоримыми, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным вст. 177 ГК РФ, согласно положениямст. 56ГПК РФ обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Из материалов дела следует, что доказательств, подтверждающих, что при заключении договора дарения ФИО4 находился в нетрезвом виде и не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими не представлено. Доводы истца о нахождении его при заключении договора дарения и при подаче заявления о регистрации перехода права собственности в МФЦ в состоянии алкогольного опьянения, а также об отсутствии понимания сущности сделки договора дарения опровергаются вышеперечисленными доказательствами.

Доводы ФИО4 на незаконность регистрации в 2022 году перехода права собственности по договору дарения от 17.05.2016 не основаны на нормах закона.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1,2,3, и 4 части первой Гражданского кодекса РФ» правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года.

Исходя из указанных правовых норм, спорный договор дарения государственной регистрации не подлежал.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания ничтожным договора дарения от 17.05.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО5 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на *** расположенную по адресу: ***. В связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО4 следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО5 о признании ничтожным договора дарения от 17.05.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО5 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на *** расположенную по адресу: ***, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Ленинский районный суд г.Тамбова в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ю.А. Карпухина

Мотивированное решение составлено 06.03.2025.

Судья: Ю.А. Карпухина