УИД: 56RS0026-01-2022-001538-78

дело № 33-6331/2023

(2-1241/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Оренбург 19 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Данилевского Р.А.,

судей областного суда Зудерман Е.П., Синельниковой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Хамитовой Н.А.,

с участием прокурора Христич Т.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б.Р.Р. к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес), Межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское», Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Министерства внутренних дел Российской Федерации, Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес), Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское»

на решение Октябрьского районного суда (адрес) от (дата).

Заслушав доклад судьи Данилевского Р.А., пояснения представителя Министерства внутренних дел Российской Федерации и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес) ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, пояснения представителя Министерства финансов Российской Федерации ФИО2, просившей решение суда отменить и отказать в удовлетворении иска, прокурора Христич Т.В., полагавшей, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, а решение отмене по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

Б.Р.Р. обратился в суд с указанным иском. В обоснование исковых требований указал, что органами предварительного расследования он обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных *** Уголовного кодекса Российской Федерации (3 эпизода) и *** Уголовного кодекса Российской Федерации. В ходе рассмотрения уголовного дела в суде, государственный обвинитель отказался от поддержания обвинения по трём эпизодам преступлений, предусмотренных *** Уголовного кодекса Российской Федерации. Полагал, что в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации отказ государственного обвинителя от обвинения, даёт ему право на обращение в суд за реабилитацией и компенсацией морального вреда. Так, на протяжении всего времени он испытывал неприятные чувства угнетения, переживания, недоверия, беззащитности по поводу незаконного, без достаточных на то оснований, возбуждения уголовного дела и предъявления ему обвинения.

В связи с указанными обстоятельствами просил суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере ***.

В ходе рассмотрения дела, судом первой инстанции к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Межмуниципальное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское», Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес), Министерство финансов Российской Федерации, а в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора – (адрес) и С.Е.А.

Решением Октябрьского районного суда (адрес) от (дата) исковые требования Б.Р.Р. удовлетворены частично.

Судом постановлено: взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Б.Р.Р. компенсацию морального вреда в размере ***. В удовлетворении иска в большем размере отказано.

Дополнительным решением Октябрьского районного суда (адрес) от (дата) постановлено в удовлетворении исковых требований Б.Р.Р. к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес), Межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» и Министерству финансов Российской Федерации отказать.

С указанным решением суда не согласились ответчики – Министерство внутренних дел Российской Федерации, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес) и Межмуниципальное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское». В своей апелляционной жалобе выражают не согласие с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с Министерства внутренних дел Российской Федерации. Полагают, что надлежащим ответчиком является Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации. Кроме этого, считают, что оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу Б.Р.Р., не имеется.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции Б.Р.Р., представитель Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское», а также третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора С.Е.А., участие не принимали, о дате, месте и времени его проведения были извещены надлежащим образом, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили.

Представитель Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» в письменном заявлении на имя суда просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В соответствии с частями 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело было рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, приговором Октябрьского районного суда (адрес) от (дата) Б.Р.Р. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного *** Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок ***, с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

Согласно данному приговору, по окончании судебного следствия государственный обвинитель отказался от обвинения Б.Р.Р. по трём эпизодам по *** Уголовного кодекса Российской Федерации. Мотивом отказа от обвинения послужили обстоятельства того, что Б.Р.Р. действовал в качестве посредника в приобретении наркотического средства для ФИО и по просьбе последнего, не имея умысла на его сбыт. Однако, масса наркотического средства приобретенного Б.Р.Р. и переданного ФИО (дата) и (дата), а также (дата) не представляет собой крупный размер, поэтому данные эпизоды подлежат исключению из квалификации действий подсудимого Б.Р.Р.

Кроме того, по этим же основаниям прокурор изменил обвинение в сторону смягчения, путем переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей более мягкое наказание, а именно о переквалификации действий подсудимого Б.Р.Р. с пункта *** Уголовного кодекса Российской Федерации на *** Уголовного кодекса Российской Федерации, по указанным выше основаниям.

Установив указанные фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришёл к выводу, что государственный обвинитель не переквалифицировал действия подсудимого, а отказался от обвинения по трем эпизодам, что свидетельствует о безусловном причинении Б.Р.Р. морального вреда, вследствие его незаконного уголовного преследования.

При этом, суд первой инстанции пришёл к выводу, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств – Министерства внутренних дел Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции посчитал, что заявленный размер компенсации морального вреда в *** не отвечают требованиям разумности и справедливости, и учитывать степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, характер и небольшую продолжительность нарушений, отсутствие подтвержденных последствий для здоровья истца, пришёл к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда в размере ***.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции в части наличия правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда и определения размера компенсации морального соглашается и находит их законными и обоснованными, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны в точном соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Статья 53 Конституции Российской Федерации гарантирует, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В статье 52 Конституции Российской Федерации определено право потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Как предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено о том, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

На основании статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Положениями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий

При этом, в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъясняется, что содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В силу пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Из содержания вышеприведенных норм следует, что подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям, в том числе лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, имеет право на компенсацию морального вреда независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, а размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьями 52 и 53 Конституции Российской Федерации, статьями 150, 151, 1070, 1071, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исходя из того, что истцу Б.Р.Р. причинен моральный вред в результате незаконного уголовного преследования государственными органами, финансирование которых осуществляется из федерального бюджета, пришел к правильному выводу о возложении обязанности по компенсации истцу морального вреда на Российскую Федерацию.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции обоснованно исходил из фактических обстоятельств дела, учел объем обвинения, по которому истец Б.Р.Р. привлекался к уголовной ответственности незаконно, тяжесть совершенного преступления по которому он был признан виновным, относящегося к категории преступления небольшой тяжести, общественную опасность его действий, направленных против здоровья населения, также учитывая обстоятельства того, что сам по себе факт уголовного преследования, сопряженный с проведением следственных мероприятий по делу и нахождения под бременем ответственности за преступление, которое не совершал, влечет переживания, повышенную психологическую нагрузку, в связи с этим характер причиненных физических и нравственных страданий, душевных переживаний, отрицательных эмоций, определив размер компенсации морального вреда, в размере ***.

Вместе с тем, при определении органа, обязанного за счёт казны Российской Федерации осуществить компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, суд первой инстанции не правильно применил нормы материального права, возложив обязанность данной компенсации на Министерство внутренних дел Российской Федерации как главного распорядителя средств федерального бюджета.

Так, пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» разъяснено, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Субъектом же, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соответственно, при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, действующий правопорядок устанавливает, что возмещение вреда гражданину в результате, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, а также незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста осуществляется за счет казны Российской Федерации в соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом, от имени казны Российской Федерации в данном случае выступает Минфин России, а не главный распорядитель бюджетных средств. Вред, причиненный гражданину в результате иной незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации и в этом случае ответственность от имени казны Российской Федерации несёт главный распорядитель средств федерального бюджета.

Как следует из материалов настоящего дела, а также содержания иска Б.Р.Р., причинение ему морального вреда, он связывал именно с фактом его незаконного уголовного преследования. На незаконность каких-либо действий или бездействий должностных лиц Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» или Министерства внутренних дел Российской Федерации он не ссылался. Таким образом, исходя из заявленных исковых требований и установленных фактических обстоятельств дела, обязанность компенсации морального вреда Б.Р.Р. за счёт казны Российской Федерации должна быть возложена на основании статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации на Министерство финансов Российской Федерации.

В связи с указанными обстоятельствами, решение суда первой инстанции подлежит изменению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда (адрес) от (дата) изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции

«Иск Б.Р.Р. о взыскании компенсации морального вреда к Министерству финансов Российской Федерации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу Б.Р.Р. компенсацию морального вреда в размере ***.

В удовлетворении исковых требований Б.Р.Р. к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес), Межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» о компенсации морального вреда отказать».

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 сентября 2023 года.