РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 декабря 2023 года Свердловский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Смирновой Т.В., при секретаре Попцовой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0036-01-2023-006123-33 (производство № 2-5177/2023) по иску ФИО2 к Ланг А.А. о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутска обратился ФИО2 с иском к Ланг А.А. о взыскании убытков. В обоснование иска указано, что приговором свердловского районного суда <адрес обезличен> истец ФИО2 был оправдан и признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного .... УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В результате рассмотрения уголовного дела <Номер обезличен> истец ФИО2 понес расходы в виде оплаты услуг адвоката в размере 60 000 рублей, что подтверждается договором об оказании услуг <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, актом выполненных работ, распиской. В связи с чем, истец ФИО2 просит суд взыскать с ответчика Ланг А.А. причиненные убытки, понесенные на оплату услуг адвоката в размере 60 000 рублей.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил в суд представителя. Ранее, в судебном заседании свои требования поддержал, указав, что ответчик неоднократно привлекает его к разной ответственности исходя из личных неприязненных отношений, связанных с определением общения с детьми. Заявляя разные жалобы, она пытается исключить его участие в воспитании детей, проживании детей с ним.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 требования иска поддержала, указав, что в связи с вынесенным оправдательным приговором, истец имеет право на компенсацию материального вреда, подлежащие взысканию с ответчика. Обращение и возбуждение уголовного дела свидетельствует о злоупотреблении со стороны Ланг А.А. правом, предусмотренном ст. 22 УПК РФ, с целью причинить вред истцу, следовательно имеются основания, предусмотренные ст. 151 ГК РФ для компенсации его расходов. Положениями ч. 2.1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда по уголовным делам частного обвинения, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с ч. 4 ст. 20 данного Кодекса, а тк же осужденные по делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии сост. 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного, либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2 и 5 ч. 1 ст. 24 и пунктами 1,4 и 5 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса. Таким требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и законные интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотреблением правом. Между истцом и ответчиком давно сложился конфликт, в том числе по прядку воспитания и проживания их общих детей. Обвиняя истца в совершении преступления, ответчик сообщила заведомо ложные сведения, которые не нашли своего подтверждения при разбирательстве уголовного дела. В связи с привлечением к уголовной ответственности, истцу пришлось воспользоваться юридическими услугами, стоимость которых составила 60 000 рублей. В связи с чем, просила суд взыскать с ответчика сумму материального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности в виде расходов на оплату услуг представителя в уголовном деле в размере 60 000 рублей.

Ответчик Ланг А.А. в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, указав, что оснований не имеется, случаи причинения вреда были и ранее. Приговор она не обжаловала. Действительно, между ней и истцом сложились неприязненные отношения по поводу воспитания, проживания их совместных детей; имеется много судебных разбирательств; место жительства детей определены с истцом. Просила отказать в удовлетворении иска.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела <Номер обезличен>, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению частично. К данному выводу суд пришел на основании следующего.

Ланг А.А. обратилась в Свердловский районный суд <адрес обезличен> с заявлением о возбуждении дела частного обвинения в отношении ФИО2 о привлечении его к уголовной ответственности в совершении преступления, предусмотренного .... УК РФ, а именно за причинение <Дата обезличена> телесных повреждений.

В заявлении о возбуждении уголовного дела частного обвинения частный обвинитель Ланг А.А. указала, что <Дата обезличена> около 20.20 часов на лестничной площадке у <адрес обезличен> по <адрес обезличен> в <адрес обезличен> ФИО2 причинил ей телесные повреждения, а именно, схватил рукой за запястье левой руки, в результате чего, она почувствовала физическую боль.

Приговором Свердловского районного суда <адрес обезличен> от <Дата обезличена> ФИО2 признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного .... УК РФ в вязи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В обоснование своих доводов, истцом представлен договор <Номер обезличен>-юр возмездного оказания услуг от <Дата обезличена>, в соответствии с которым ФИО2 заключил договор с ФИО1 на оказание услуг: представление интересов по уголовному делу частного обвинения в свердловском районном суде <адрес обезличен> по делу <Номер обезличен>, устные консультации. Стоимость услуг по договору составила 60 000 рублей, что подтверждается п. 4.1 договора.

Из расписки ФИО1 видно, что она получила в счет исполнения договора <Номер обезличен> от <Дата обезличена> денежную сумму в размере 60 000 рублей.

Актом выполненных работ от <Дата обезличена> истец ФИО2 принял оказанные по договору <Номер обезличен> услуги в полном объеме.

Из материалов уголовного дела видно, что ФИО1 принимала участие в уголовном деле в качестве защитника ФИО2, что отражено, в том числе, и в самом приговоре от <Дата обезличена>.

Разрешая исковые требования о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг защитника, связанных с рассмотрением в суде уголовного дела по частному обвинению, суд приходит к выводу о том, что данные расходы являются убытками, понесенными истцом при рассмотрении уголовного дела, и подлежат возмещению на основании положений статьи 15 ГК РФ. К данному выводу суд пришел в силу следующего.

В соответствии с ч. 9 ст. 132 УПК РФ и разъяснениями пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" при оправдании подсудимого по уголовному делу суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи, включаются в процессуальные издержки только в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, а не по соглашению, как это имело место по настоящему уголовному делу.

Положения части 9 статьи 132 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации в системе правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с пунктом 4 части 1 статьи 135 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (прямо включающим суммы, выплаченные реабилитированными за оказание юридической помощи, в возмещаемый имущественный вред), не предполагают отнесение к числу процессуальных издержек расходов лица, против которого частным обвинителем выдвинуто обвинение, на оплату услуг защитника по делу частного обвинения. Не придается иной смысл этим нормам и Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2016 г. N 1141-О и от 23 июня 2016 г. N 1258-О).

При том, что взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 г. N 106-О), в отсутствие механизма разрешения поставленного в заявлении вопроса, установленного уголовно-процессуальным законодательством, вопрос о наличии оснований ответственности частного обвинителя подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства по общим правилам возмещения вреда, предусмотренным статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя обвиняемого не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 "Возмещение убытков" ГК РФ. Такие расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, которые предусмотрены статьей 1064 "Общие основания ответственности за причинение вреда" ГК РФ (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 1057-О, от 25 октября 2016 г. N 2230-О).

Исходя из вышеуказанных норм, расходы истца на оплату защитника при рассмотрении уголовного дела частного обвинения, являются его убытками и подлежат рассмотрения в порядке ГК РФ.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб, вред), а так же неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно с. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а так же вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, проанализировав данные положения закона, суд приходит к выводу, что обязательными условиями ответственности за причинение убытков в соответствии со ст. 15, 1064 ГК РФ, являются вина причинителя вреда и наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями (причиненными убытками).

В соответствии с частями 1, 2 статьи 20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции - до удаления суда апелляционной инстанции в совещательную комнату для вынесения решения по делу.

Частью 1 статьи 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно части 2.1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Поскольку ФИО2 оправдан на основании приговора от <Дата обезличена> по уголовному делу, возбужденном на основании заявления частного обвинителя Ланг А.А., суд приходит к выводу, что понесенные ФИО2 убытки в виде расходов на оплату защитника в уголовном деле частного обвинения явились следствием действий Ланг А.А. и имеется причинно-следственная связь между ее действиями и понесенными ФИО2 убытками в размере 60 000 рублей, оплаченных им защитнику.

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

Отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с частью 1 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

Таким образом, возможность обращения в суд с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом, использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным.

Изучив приговор от <Дата обезличена>, суд приходит к выводу, что подача Ланг А.А. заявления об обвинении ФИО2 в совершении преступления не свидетельствует о ее добросовестном заблуждении, поскольку в ее заявлении указаны сведения о причинении ей телесных повреждений, которые не подтвердились при рассмотрении уголовного дела.

Так, на странице 9 приговора расшифрована аудиозапись переговоров сторон при совершении инкриминируемого действия, в котором ответчик Ланг А.А. указывает, что данное заявление о возбуждении уголовного дела явилось защитой на ограничение ее в родительских правах, то есть является защитой для возможности ограничения ФИО2 в родительских правах. Так же Ланг А.А. указывает, что это нужно, что бы выиграть суд в отношении детей в правом поле.

При рассмотрении уголовного дела судом было установлено, что показания Ланг А.А. являются непоследовательными и противоречат другим доказательствам, в том числе, и ее показаниям о наличии телесных повреждений. Судом не установлено причастности ФИО2 к возникшим у Ланг А.А. телесных повреждений.

Ланг А.А. с приговором суда согласилась, не обжаловала.

В этой связи, суд приходит к выводу, что со стороны Ланг А.А., возбудившей уголовного дело об обвинении ФИО2 в нанесении ей телесных повреждений, имеется недобросовестность, Ланг А.А. при возбуждении уголовного дела не действовала с разумной достаточностью и справедливостью.

Таким образом, вышеуказанное свидетельствует о злоупотреблении ответчиком Ланг А.А. предусмотренным статьей 22 УПК РФ правом на обращение в суд в порядке частного обвинения; ее обращение в частном порядке не имело под собой никаких оснований, а свидетельствует об изложении ответчиком сведений с целью причинить истцу вред.

Таким образом, материалы дела содержат доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик Ланг А.А., предъявляя истцу ФИО2 частное обвинение, имела умысел причинить последнему вред, преследовала цель ограничить истца в правах на совместных детей, а не защитить свои права.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 мая 2009 г. N 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Как указал Верховный Суд РФ в своем определении от 23.05.2023 N 8-КГ23-1-К2, статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 указанного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от 2 июля 2013 г. N 1059-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3).

Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Учитывая вышеизложенное, установленные судом обстоятельства того, что обращение Ланг А.А. с заявлением о возбуждении уголовного дела не имело под собой никаких оснований, а свидетельствует об изложении ответчиком сведений с целью причинить истцу вред, суд приходит к выводу, что требования ФИО2 к Ланг А.А. о возмещении убытков, выразившихся в оплате услуг защитника в уголовном деле обоснованы.

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, понесенных на адвоката, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от <Дата обезличена> <Номер обезличен>).

Ответчик Ланг А.А. указала на завышенные требования, пояснив, что она в настоящее время не работает, состоит на учете в центре занятости, ежемесячно выплачивает алименты истцу на содержание двоих детей в размере 25 000 рублей, а так же у нее имеется долг по алиментам пред истцом в размере примерно 208 000 рублей.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

С учетом требования разумности, объема оказанных услуг защитником в уголовном деле, фактических обстоятельств дела, длительности рассмотрения судом дела, сложности рассматриваемого дела, фактических действий представителя, количества судебных заседаний, а так же имущественного положения ответчика, суд полагает правильным взыскать с ответчика в пользу истца убытки в виде затрат на оплату услуг защитника, понесенных при рассмотрении уголовного дела в размере 20 000 рублей.

В остальном расходы на услуги защитника в уголовном деле суд полагает завышенными. К данному выводу суд пришел и на основании того, что свобода договора, в том числе и по размеру оплаты юридических услуг, предусмотренная законодательством, не должна повлиять на свободу, права и обязанности третьих лиц.

Иных доказательств, в силу ст. 56 ГПК РФ, ответчик, истец суду не представили.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Ланг А.А. (<Дата обезличена> г.р, уроженка <адрес обезличен>) в пользу ФИО2 (<Дата обезличена> г.р., уроженец <адрес обезличен>) убытки в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 в большем размере отказать.

Взыскать с Ланг А.А. (<Дата обезличена> г.р, уроженка <адрес обезличен>) госпошлину в муниципальный бюджет <адрес обезличен> в размере 800 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья Смирнова Т.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 25 декабря 2023 года.