УИД 31RS0016-01-2023-007401-53 2-5482/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Белгород 11.12.2023

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе

председательствующего судьи Павленко Д.В.

при секретаре Лисицкой О.А.

с участием истца ФИО1, представителя третьих лиц УМВД России по Белгородской области и УМВД России по городу Белгороду ФИО2 (по доверенностям от 20.07.2023 и 18.07.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России о компенсации морального вреда,

установил:

02.09.2017 в дежурную часть отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду посредством телефонограммы поступило сообщение о драке в районе дома <адрес>, которое зарегистрировано в КУСП под № (л.д. 136).

03.09.2023 в КУСП под № зарегистрировано заявление ФИО1 о возбуждении уголовного дела в связи с избиением его и товарищей 02.09.2017 около 23:00 в районе дома <адрес>, а 04.09.2017 – под № заявление того же лица с просьбой провести проверку по факту причинения ему телесных повреждений со стороны неизвестных лиц 02.09.2017 около 23:00 (л.д. 137, 139).

В дальнейшем материалы проверок КУСП-№ от 03.09.2023 и КУСП-№ от 04.09.2017 приобщены к материалу проверки КУСП-№ от 02.09.2017.

02.10.2017 участковый уполномоченный отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду (далее по тексту – УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду) ФИО3 вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК Российской Федерации), на основании пункта 2 части 1 статьи 24 названного кодекса – ввиду отсутствия признаков преступления (л.д. 140-143).

06.12.2017 заместитель прокурора города Белгорода отменил вышеуказанное постановление как незаконное (необоснованное) и указал устранить недостатки проведенной проверки (л.д. 144).

17.01.2018 постановлением того же должностного лица ОП №2 УМВД России по городу Белгороду отказано в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, на основании пункта 2 части 1 статьи 24 названного кодекса – ввиду отсутствия признаков преступления (л.д. 145-148).

15.08.2018 вышеназванное постановление отменено заместителем прокурора города Белгорода как незаконное (необоснованное), указано на неполноту проведенной проверки и необходимость устранения недостатков (л.д. 149).

07.09.2018 старший УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду ФИО3 вновь вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, на основании пункта 2 части 1 статьи 24 названного кодекса – ввиду отсутствия признаков преступления, которое 15.10.2018 отменено заместителем прокурора города Белгорода как незаконное и необоснованное (л.д. 150-153).

16.11.2018 постановлением того же должностного лица ОП №2 УМВД России по городу Белгороду отказано: в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, в отношении граждан Т.В.И.., Т.В.В. и ФИО1 на основании пункта 2 части 1 статьи 24 названного кодекса – ввиду отсутствия признаков состава преступления; в возбуждении уголовного дела в отношении П.Д.А. и Н.А.А. в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 115 УК Российской Федерации по тому же основанию; в возбуждении уголовного дела в отношении П.Д.А.., Н.А.А. в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 УК Российской Федерации на основании пунктов 2, 5 части 1 статьи 24 данного кодекса – в связи с отсутствием заявления потерпевшего; в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, в отношении П.Д.А.. и Н.А.А. на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УК Российской Федерации (л.д. 154-158).

08.02.2018 заместитель прокурора города Белгорода отменил вышеуказанное постановление как незаконное (необоснованное) и указал устранить недостатки проведенной проверки (л.д. 159).

22.02.2018 старший УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду ФИО3 вновь вынес постановление, которым отказал: в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, в отношении граждан Т.В.И.., Т.В.И.. и ФИО1 на основании пункта 2 части 1 статьи 24 названного кодекса – ввиду отсутствия признаков преступления; в возбуждении уголовного дела в отношении П.Д.А. и Н.А.А. в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 115 УК Российской Федерации по тому же основанию; в возбуждении уголовного дела в отношении П.Д.А.., Н.А.А. в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 УК Российской Федерации на основании пунктов 2, 5 части 1 статьи 24 данного кодекса – в связи с отсутствием заявления потерпевшего; в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, в отношении П.Д.А. и Н.А.А. на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УК Российской Федерации (л.д. 160-164).

25.03.2019 вышеназванное постановление отменено заместителем прокурора города Белгорода как незаконное (необоснованное), указано на неполноту проведенной проверки и необходимость устранения недостатков (л.д. 135).

28.03.2019 старший дознаватель отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду (далее по тексту – старший дознаватель ОП №2 УМВД России по городу Белгороду) ФИО4 вынесла постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 115 УК Российской Федерации (уголовное дело №) (л.д. 134).

В ту же дату постановлением вышеназванного должностного лица ФИО1 признан потерпевшим (л.д. 165-166).

10.04.2019 произведен допрос потерпевшего ФИО1 (л.д. 167-168).

27.04.2019 дознаватель отделения №2 ОД УМВД России по городу Белгороду ФИО5 вынесла постановление о приостановлении дознания по уголовному делу № на основании пункта 1 части 1 статьи 208 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УПК Российской Федерации) – ввиду того, что лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено (л.д. 169).

08.05.2019 вышеназванное постановление отменено заместителем прокурора города Белгорода как преждевременное, необоснованное и вынесенное с нарушением части 5 статьи 208 УПК Российской Федерации (л.д. 170).

24.05.2019 постановлением того же должностного лица отделения №2 ОД УМВД России по городу Белгороду дознание по уголовному делу снова приостановлено на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК Российской Федерации (л.д. 171).

18.03.2020 заместитель прокурора города Белгорода отменил вышеуказанное постановление, установив, что по нему в нарушение части 5 статьи 208 УПК Российской Федерации не выполнены все следственные и процессуальные действия, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого (л.д. 172).

03.04.2020 дознаватель отделения №2 ОД УМВД России по городу Белгороду ФИО6 вынес постановление о приостановлении дознания по уголовному делу № на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК Российской Федерации, которое 28.12.2020 отменено заместителем прокурора города Белгорода как преждевременное, необоснованное и вынесенное с нарушением части 5 статьи 208 названного кодекса (л.д. 173-174, 175).

01.02.2021 постановлением того же должностного лица отделения №2 ОД УМВД России по городу Белгороду дознание по уголовному делу вновь приостановлено со ссылкой на совершение всех возможных следственных действий в отсутствие обвиняемого (подозреваемого) (л.д. 176).

26.11.2021 и.о. прокурора города Белгорода отменил вышеуказанное постановление, установив, что решение о приостановлении дознания вынесено в нарушение части 5 статьи 208 УПК Российской Федерации, является преждевременным и необоснованным (л.д. 177-178).

30.12.2021 постановлением дознавателя отделения №2 ОД УМВД России по городу Белгороду ФИО6 уголовное дело № прекращено по признакам преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 115 УК Российской Федерации, на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК Российской Федерации – в связи с истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 179).

Истец ФИО7 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит компенсировать ему моральный вред, причиненный в результате незаконного бездействия сотрудников отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду в ходе проведения проверки сообщения о преступлении (КУСП № от 02.09.2017) и уголовного дела №.

В обоснование заявленных требований, ссылаясь в том числе на вышеприведенные обстоятельства, указывает, что сотрудниками отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду в течение длительного периода времени допущено бездействие, волокита в ходе проведения проверки его заявления о преступлении и уголовного дела, которое привело к прекращению уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования. По мнению истца, виновное бездействие должностных лиц, подтвержденное актами прокурорского реагирования, подрывает авторитет правоохранительных органов, нарушает право на получение законного и обоснованного решения по сообщению о преступлении. Утверждает, что неоднократно установленное органами прокуратуры, в том числе по жалобам ФИО7, бездействие сотрудников полиции вызывало у него чувство тревоги по поводу возможного ухода от ответственности виновных лиц, причинивших ему вред здоровью, который не был возмещен; лишение ощущения безопасности, правовой стабильности, верховенства права привело к тому, что истец чувствует себя униженным и оскорбленным; при этом прекращение уголовного преследования фактически свидетельствует об утрате истцом права на восстановление справедливости и привлечение виновного лица к ответственности.

Полагает, что на основании положений статей 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК Российской Федерации), ему должен быть компенсирован моральный вред за допущенное должностными лицами государственного органа бездействие, который он оценивает в размере 1000000 руб.

В судебное заседание не явились следующие лица, участвующие в деле, которые извещены о времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом: ответчик Российская Федерация в лице МВД России – путем направления извещения по адресу электронной почты 27.10.2023; третьи лица дознаватель отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду ФИО6 и ФИО5 – нарочным способом 02.11.2023 и заказным письмом, которое возвращено в адрес суда по истечении срока хранения в отделении почтовой связи, соответственно; третье лицо старший УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду ФИО3 – телефонограммой 25.10.2023.

Названные участники процесса ходатайств об отложении судебного заседания не заявили, о причинах своей неявки в суд не сообщили.

Неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав.

На основании статьи 167 ГПК Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивая на причинении ему морального вреда бездействием должностных лиц отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду на протяжении длительного периода времени. Размер морального вреда истец обосновал невозможностью возмещения вреда здоровью, причиненного преступлением, а также наличием постоянного чувства тревоги, переживаний по поводу безнаказанности лиц, которые совершили в отношении него противоправные действия.

Представитель третьих лиц УМВД России по Белгородской области и УМВД России по городу Белгороду ФИО2 полагала исковые требования необоснованными, возражала против их удовлетворения ввиду недоказанности оснований для компенсации истцу морального вреда.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца ФИО1, представителя третьих лиц УМВД России по Белгородской области и УМВД России по городу Белгороду ФИО2, суд приходит к следующему выводу.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную и иную государственную защиту прав и свобод человека и гражданина (часть 1 статьи 45, часть 1 статьи 46); согласно статье 52 Конституции Российской Федерации государство обеспечивает потерпевшим от преступлений и злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Реализация указанных прав осуществляется, в частности, посредством уголовно-процессуального регулирования, предполагающего обязанность органов предварительного расследования при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвинения, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений.

Невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности, выражающееся в том числе в длительном затягивании решения вопроса по заявлению гражданина о совершенном в отношении него преступлении и неоднократном прерывании и возобновлении проверки такого заявления, приводит к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию.

При этом, однако, не должны нарушаться и интересы лица, в отношении которого подано заявление о привлечении к уголовной ответственности, с тем чтобы – вопреки части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации – уголовное дело не было возбуждено, а это лицо не было поставлено в положение подозреваемого без достаточных к тому оснований.

С учетом этого федеральный законодатель установил в уголовно-процессуальном законе обязательность принятия по заявлению (сообщению) о преступлении предусмотренного законом решения в установленный срок, допустимость возбуждения уголовного дела лишь при наличии предусмотренных законом поводов и оснований, возможность обжалования отказа в возбуждении уголовного дела в суд или прокурору, который вправе в соответствии с нормой части 6 статьи 148 названного кодекса по жалобе заинтересованных лиц отменить постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, признав его незаконным или необоснованным, и направить соответствующее постановление начальнику органа дознания (руководителю следственного органа) со своими указаниями, устанавливая срок их исполнения.

Выносимые в связи с проверкой сообщения о преступлении постановления, как и любые иные процессуальные решения, должны быть законными, обоснованными и мотивированными (статья 7 УПК Российской Федерации), что, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 27.12.2002 №300-О и от 16.05.2007 №374-О-О, не предполагает, в частности, возможность как неоднократной отмены прокурором по одним и тем же основаниям постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и направления материала для дополнительной проверки сообщения (заявления) о преступлении, так и принятия дознавателем решения по сообщению о преступлении вне пределов его компетенции, установленной уголовно-процессуальным законом.

Данная правовая позиция приведена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.02.2008 №133-О-О, от 29.01.2009 №10-О-О.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 вышеуказанной статьи).

Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

При этом ответственность, предусмотренная вышеназванной нормой, наступает при совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, подтверженность размера причиненного вреда, а также, причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В силу статьи 1069 ГК Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 названного кодекса).

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, статья 151 ГК Российской Федерации не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (постановления от 26.10.2021 №45-П, от 08.06.2015 №14-П, определение от 27.10.2015 № 2506-О).

Как следует из материалов дела и установлено судом, проверка в рамках материала КУСП-№, в частности, на основании заявления истца о совершенном в отношении него преступлении проводилась с 03.09.2017 (даты подачи заявления) до 28.03.2019 (возбуждения уголовного дела), то есть 1 год 6 месяцев.

При этом УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду ФИО3 5 раз выносил постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые прокурором были признаны незаконными и необоснованными.

Как следует из содержания постановлений прокурора об отмене постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, причинами отмены последних явились тождественные обстоятельства – неполнота проведенной проверки, невыполнение ранее данных указаний прокурора.

Дознание четырежды приостанавливалось в связи с тем, что лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, а все возможные следственные действия в его отсутствие осуществлены.

Постановления о приостановлении дознания также были отменены прокурором как преждевременные, необоснованные с указанием на невыполнение всех следственных и процессуальных действий, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого.

Суд полагает, что невыполнение и ненадлежащее выполнение сотрудниками органа уголовного преследования своей процессуальной обязанности по проверке сообщения о преступлении привели к затягиванию разрешения вопроса о возбуждении уголовного дела, к неоднократному необоснованному прерыванию проверки заявления о преступлении, а последующее после возбуждения уголовного дела уклонение от применения процессуальных мер, направленных на расследование уголовного дела в течение 2 лет 9 месяцев, привело к его прекращению ввиду истечения сроков давности уголовного преследования.

Истец был вынужден неоднократно обращаться в прокуратуру и уполномоченные органы государственной власти с жалобами на нарушение должностными лицами отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду требований уголовно-процессуального закона.

Обращает на себя внимание тот факт, что согласно ответам компетентных органов по результатам обращений ФИО7 в действиях сотрудников полиции, проводивших проверку по его заявлению, установлены нарушения ведомственных нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность полиции, виновные должностные лица привлечены к дисциплинарной ответственности; в действиях УУП ОП №2 УМВД России по городу Белгороду Лебедя П.О. установлены нарушения части 4 статьи 7 УПК Российской Федерации; в адрес начальника УМВД России по городу Белгороду внесено представление об устранении нарушений федерального законодательства Российской Федерации, допущенных в ходе производства предварительного расследования (л.д. 19, 21, 27, 44, 54).

Таким образом, в ходе рассмотрения дела нашли подтверждение обстоятельства волокиты, неэффективности расследования уголовного дела, некомпетентности и явного уклонения сотрудников полиции от принятия практических мер, направленных на раскрытие преступления.

Доводы ответчика и третьих лиц о том, что бездействие должностных лиц отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду не признано незаконным в установленном законе порядке, и акты прокурорского реагирования, на которые ссылается истец, не подтверждают данное обстоятельство, не состоятельны.

Действительно, сам по себе факт принятия органами дознания процессуальных решений, которые впоследствии были отменены, либо несовершения каких-либо следственных действий, не может являться безусловным основанием для компенсации морального вреда.

Однако, исходя из взаимосвязи положений статей 1069, 151 ГК Российской Федерации, если органами предварительного расследования не проводятся действия (бездействия) в рамках их процессуальных полномочий и они являются незаконными, имеется причинно-следственная связь между бездействием государственного органа, нарушающим личные неимущественные права гражданина, либо посягающим на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, моральный вред причиненный гражданину в результате этих незаконных действий подлежит возмещению.

По смыслу приведенных норм, вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любое неблагоприятное изменение в охраняемом законом благе, которое может быть имущественным или неимущественным (нематериальным). Наличие морального вреда предполагает негативные изменения в психической сфере человека, выражающиеся в претерпевании последним физических и нравственных страданий, как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага.

В рассматриваемом случае установлено, что прокурором неоднократно принимались постановления об отмене постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, однако указания прокурора в большинстве случаев не исполнялись, принятые должностными лицами в рамках проводимой проверки, а также в ходе предварительного расследования действия не были достаточными и эффективными для своевременного расследования преступления.

Вина в бездействии (непринятии необходимых мер, неэффективности проведения проверки заявления в рамках статей 144-145 УПК Российской Федерации, а в последующем и расследования уголовного дела по заявлению истца), допущенном должностными лицами отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду, подтверждается вышеупомянутыми постановлениями заместителя прокурора города Белгорода об отмене незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, постановлений о приостановлении дознания.

Следствием указанного незаконного бездействия должностных лиц отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду явилось то, что истец лишен конституционного права на эффективное средство государственной правовой защиты, досудебного расследования, не может реализовать право потерпевшего на предъявление к виновному в причинении ему вреда лицу соответствующего иска о возмещении данного вреда.

Таким образом, по настоящему делу в силу вышеприведенных обстоятельств является достоверно установленным тот факт, что незаконное бездействие органа дознания привело к нарушению прав истца как потерпевшего на своевременное осуществление досудебного производства по уголовному делу, в связи с чем ему был причинен моральный вред.

Заслуживают внимания доводы истца о том, что причиненный ему моральный вред заключался в переживаниях из-за бездеятельности органа дознания в ходе проверки его заявления о преступлении и при расследовании уголовного дела, а также о том, что в результате бездействия должностных лиц отдела полиции №2 УМВД России по городу Белгороду ему не были предоставлены эффективные средства правовой защиты для восстановления прав потерпевшего, на доступ к правосудию и на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, гарантированные Конституцией Российской Федерации.

По смыслу части 2 статьи 1101 ГК Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, требований разумности и справедливости.

Стоит учитывать разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в пунктах 25, 27 постановления от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

С учетом положений статей 151, 1100, 1101 ГК Российской Федерации, а также учитывая вышеизложенные обстоятельства проведения проверки по заявлению о преступлении и расследования уголовного дела, его продолжительность, значимость наступивших для истца последствий, характер бездействия должностных лиц органа дознания, которое, являясь для пострадавшего в результате преступления истца психотравмирующим фактором, очевидно, вызывало у него чувство тревоги, отчаяния и обиды по поводу длительности проверки и отсутствия на протяжении длительного времени окончательного решения по поданному им заявлению о преступлении, а также в связи с прекращением уголовного дела по мотиву истечения срока давности уголовного преследования, что сделало невозможным обращение истца к причинителю вреда с требованием о его возмещении, потребовало от истца настойчиво добиваться достаточности и эффективности действий должностных лиц, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, суд считает необходимым компенсировать ему моральный вред в размере 40 000 рублей.

Оснований для компенсации ФИО1 морального вреда в большей сумме суд не усматривает, заявленный в иске размер компенсации морального вреда (1 000 000 руб.) является чрезмерным.

Ввиду удовлетворения иска с ответчика в пользу истца подлежат возмещению судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска в размере 300 руб. (требования неимущественного характера).

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России (ИНН №) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска – 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья <данные изъяты>

Мотивированное решение суда составлено 19.12.2023.

Судья <данные изъяты>