отметка об исполнении решения дело № 2-3370/2023

61RS0012-01-2023-003662-62

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 декабря 2023 года г. Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Персидской И.Г.

при секретаре судебного заседания Жилиной И.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федеральной службы судебных приставов России в лице Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Крым и г.Севостополю к ФИО1, ФИО8, ФИО9 о возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФССП России в лице ГУ ФССП по Республике Крым и г.Севостополю обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО8, ФИО9 о возмещении ущерба, указав следующее.

Решением Ялтинского городского суда Республики Крым от 29.06.2021 года по делу № 2-558/2021 с Российской Федерации в лице ФССП России в пользу ФИО21 взысканы убытки в размере 314 615,67 руб., в пользу ФИО22 взысканы убытки в размере 314 615,67 руб.

Апелляционном определением Верховного суда Республики Крым от 21.04.2022 года, решение Киевского районного суда изменено в части, в пользу ФИО23. взысканы убытки в размере 251 023,92 руб., в пользу ФИО24 взысканы убытки в размере 283 577,24 руб.

На основании данного решения был выдан исполнительный лист, который предъявлен взыскателем в Министерство финансов РФ, согласно платежным поручениям № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 251 023,92 руб. и № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 283 577,24 руб. Министерством финансов РФ ФИО2 и ФИО3 выплачена сумма в размере 534 601,16 руб.

В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-588/2021 по иску ФИО2 и ФИО3 к Российской Федерации в лице ФССП России о взыскании ущерба, судом установлено и подтверждается материалами дела, что судебные приставы-исполни ОСП по г.Ялта нарушили требования ст.ст. 12, 34, 111 закона № 229-ФЗ об исполнительном производстве».

Так в ОСП по г Ялта:

06.10.2018 возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО6 572 387,20 рублей;

17.01.2019 возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО7 2 259 509,55 рублей (СПИ возбудивший ФИО9);

18.01.2019 возбуждены два исполнительных производства №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО5 581 020,69 руб. и №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО4 5860426,95 руб. оба производства возбуждены ФИО9;

31.01.2019 года указанные производства были переданы на исполнение судебному приставу-исполнителю ФИО10;

04.02.2019 возбуждены два исполнительных производства №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО2 336 630,92 руб. и №-ИП о взыскании с ФИО13 в пользу ФИО3 по взысканию 336 630,92 руб., указанные исполнительные производства возбуждены судебным приставом ФИО9 в нарушение требований ст.34 закона № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», возбужденные в отношении одного должника несколько исполнительных производств имущественного характера объединяются в сводное исполнительное производство (в редакции № 64 от 27.12.2018, начало действия с 08.01.2019).

Таким образом при возбуждении исполнительных производства №-ИП и №-ИП ФИО9 должен был объединить указанные исполнительные производства в сводное и передать на исполнение ФИО10

05.02.2019 на депозит ОСП по г.Ялта от наследника Бабич - ФИО13 с целью погашения названных долгов внесена стоимость наследственного имущества, установленная апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 29.11.2018, то есть 9 284 297,50 рублей.

Бездействие по необъединению исполнительных производств ФИО9 повлекло то, что стоимость наследственного имущества должника (9 284 297,50 рублей) была распределена ФИО10 между взыскателями в нарушении принципа пропорциональности, установленного ч.3 ст.111 ФЗ «Об исполнительном производстве».

В указанный период полномочия начальника ОСП по г.Ялта исполняла ФИО1, поскольку начальник обеспечивает контроль за поступлением и возбуждением исполнительных производств, то в данном случае начальник не организовал должным образом работу в вверенном ему отделе, а именно передав часть исполнительных производств (свыше 500 000 рублей) СПИ ФИО10, при этом дела ниже указанной суммы были на исполнении у ФИО9, при том, что должник был один и тот же и необходимо было производства передать одному судебному приставу исполнителю, для их объединения в сводное исполнительное производство.

На основании вышеизложенного просит взыскать в пользу ФССП России ущерб с ФИО1 в размере 178 201,16 руб., с ФИО8 – 178 200 руб., с ФИО9 – 178 200 руб.

В судебное заседание истец ФССП России в лице ГУ ФССП по Республике Крым и г.Севостополю не явился, о месте и времени судебного заседания был уведомлен надлежащим образом, при подаче заявления в суд просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Ответчики ФИО1, ФИО8 в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания были уведомлены надлежащим образом, представили возражения, согласно которому в удовлетворении исковых требований просили отказать, дело рассмотреть в их отсутствие.

Ответчик ФИО8 просит применить срок исковой давности, что подтверждается телефонограммой.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания был уведомлен надлежащим образом, причины неявки суду не известны.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон в порядке ст.167 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

Согласно Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Реализуя названные предписания Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в статьях 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти, в том числе судебной, и их должностных лиц.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу статьи 1 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ (в ред. от 27 декабря 2019 г.) "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации", на судебных приставов возлагаются задачи по организации обеспечения и непосредственному обеспечению установленного порядка деятельности Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов (далее - суды); по организации и осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" актов других органов и должностных лиц.

В соответствии со статьей 19 вышеуказанного Закона, ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (пункт 80).

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда (пункт 82).

Согласно положениям статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (часть 1).

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 настоящего Кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (часть 3.1).

Согласно части 4 статьи 15 Федерального закона от 1 октября 2019 года N 328-ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника при исполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган принудительного исполнения имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган принудительного исполнения может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

За ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 5 статьи 15 Федерального закона от 1 октября 2019 года N 328-ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходя из статьи 73 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" Трудовой кодекс Российской Федерации, другие федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, могут применяться к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации".

Исходя из изложенного, нормы Трудового кодекса Российской Федерации применяются к правоотношениям, возникшим при прохождении службы в органах Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, в случаях, предусмотренных специальными правовыми актами либо тогда, когда эти правоотношения не урегулированы ими и требуется применение норм трудового законодательства по аналогии.

Специальными законами материальная ответственность должностных лиц Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации не регулируется, поэтому при рассмотрении данного дела применению подлежат нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Суд, исходя из положений статей 15, 1069, 1070, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая непредоставление в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств причинения вреда вследствие виновных действий ответчика, а также нарушение процедуры привлечения работника к материальной ответственности, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований.

Суд отмечает, что необходимым условием для взыскания с истца убытков в силу вышеприведенным норм материального права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации является установление наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам, вместе с тем, таких обстоятельств судами нижестоящих инстанций не установлено.

Кроме того, в отношении ответчиков не соблюден установленный законом порядок привлечения работника к материальной ответственности, поскольку проверка по факту причинения ущерба ими не проводилась и письменные объяснения у ответчиков не истребовались, что свидетельствует о несоблюдении прав работников и исключает возложение на последнего материальной ответственности за причиненный работодателю ущерб.

В связи с чем, без проведения проверки и установлении вины каждого конкретного работника, доводы истца о причинении ущерба именно от действий (бездействия) ответчиков судом расцениваются как бездоказательные.

Необходимость установления вины служащего с целью возможности предъявления к нему обратного требования (регресса) в размере выплаченного возмещения, является обязательным условием для применения положений п. 3.1. ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений указанных в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" следует, что для возникновения оснований возмещения вреда, причиненного по вине судебного пристава-исполнителя, в порядке регресса должны быть установлены общие основания деликтной ответственности, то есть должна быть установлена противоправность постановления, действия либо бездействия, вина, ненадлежащее исполнение служебных обязанностей, наличие убытков, доказанность их размера.

Доводы истца о доказанности вины ответчика в образовании материального ущерба со ссылкой на обстоятельства, установленные апелляционным определением Верховного суда Республики Крым от 21.04.2022, являются несостоятельными, поскольку апелляционное определение не содержит вывода о вине ответчиков. Должностная инструкция, представленная в материалы дела, не свидетельствуют (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) о соблюдении истцом требований, предусмотренных ст. ст. 247, 248 Трудового кодекса Российской Федерации, что является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании материального ущерба.

В силу ч. 2 ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Начало течения срока исковой давности должно быть связано с конкретными датами, в которые происходили события.

Статья 392 ТК РФ указывает на конкретное событие, с которым связано начало течения срока исковой давности - момент обнаружения причиненного ущерба.

Согласно ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Таким образом, начало течения годичного срока для обращения работодателя в суд с иском о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, определяется в соответствии с названной нормой днем обнаружения работодателем такого ущерба.

Как усматривается из материалов дела, решением Ялтинского городского суда Республики Крым от 29.06.2021 исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворены частично, признано незаконным действия (бездействие) судебного пристава- исполнителя Отдела судебных приставов-исполнителей по г. Ялта УФССП по Республики Крым по не объединению в одно сводное исполнительное производство шести исполнительных производств, возбуждённых к одному должнику (ФИО13) в пользу взыскателей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, а также в части пропорциональности распределения денежных средств между взыскателями. Взыскано с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 308 332.35 рублей в счёт возмещения вреда, причинённого незаконными действиям (бездействием) судебного пристава-исполнителя, 6 283,32 рублей в счёт уплаты государственной пошлины, а всего 314 615,67 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Взысканом с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 308 332.35 рублей в счёт возмещения вреда, причинённого незаконными действиям (бездействием) судебного пристава-исполнителя, 6 283.32 рублей в счёт уплаты государственной пошлины, а всего 314 615.67 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Таким образом, началом исчисления годичного срока для обращения в суд с иском не может быть дата позднее 29.06.2021.

Однако истец обратился в суд с настоящим иском только 21.09.2023, то есть по истечении срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52, если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (ч. 3 ст. 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления. С учетом того, что ответчиком ФИО8 заявлено о применении срока исковой давности, указанное обстоятельство является самостоятельным основанием

Между тем, истцом при рассмотрении дела не были указаны обстоятельства, подтверждающие уважительные причины пропуска срока исковой давности; основания для перерыва течения срока исковой давности или его восстановления в рассматриваемом случае отсутствуют. С учетом указанных обстоятельств суд считает необходимым отказать в удовлетворении иска.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Федеральной службы судебных приставов России в лице Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Крым и г.Севостополю к ФИО1, ФИО8, ФИО9 о возмещении ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течение месяца с даты его изготовления в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 12.12.2023 года.

Судья