Дело № 2-5406/2025

УИД: 78RS0005-01-2023-014187-55

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 мая 2025 года г. Санкт-Петербург

Московский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи И.Д. Гармаевой

при секретаре Трубченко Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

установил:

ФИО3, ФИО4 первоначально обратились в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ФИО6 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 1 687 049 рублей.

Требования мотивированы тем, что истец ФИО7 является сыном истца ФИО3 и ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ; брак между его родителями зарегистрирован не был, истец ФИО7 является наследником первой очереди после смерти отца ФИО1 В период совместного проживания с ФИО7 в результате ведения совместного хозяйства и наличия общего бюджета ФИО3 за свой счет произвела неотделимые улучшения принадлежащего ответчику жилого дома по адресу: <адрес>, а именно: приобрела кухонную мебель, диван, холодильник, штакетник, профлисты, П-образную планку, поддон, парники, произвела оплату за строительно-монтажные работы по установке забора из профлиста. Работы производились с целью совместного проживания с ФИО1 и сыном ФИО4, с ответчиком было достигнуто соглашение о совместном проживании и с его согласия производились неотделимые улучшения. Согласно отчету № стоимость неотделимых улучшений составляет 1 687 049 рублей. Как указывают истцы, ранее они беспрепятственно пользовались жилым домом, однако в настоящее время им чинятся препятствия в пользовании домом, в котором в период фактических семейных отношений были произведены неотделимые улучшения (том 1 л.д. 2-5).

В ходе судебного разбирательства истцы, увеличив размер иска, дополнили исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просят взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 2 091 649 рублей в пользу каждого истца в равных долях. Дополнительные требования истцов мотивированы тем, что истец ФИО3 за свой счет заказала и установила в жилом доме оконные блоки, стоимость работ составила в размере 91 200 рублей, также ею произведены работы по внутренней и внешней отделке дома (теплоизоляция стен с внутренней стороны, капитальное выравнивание поверхностей, поклейка обоев, проведение наружной электропроводки с установкой розеток, электросчетчиков и системы освещения, утепление фасадов и др.), стоимость работ ориентировочно составила 300 000 рублей, кроме того истцом ФИО3 был приобретен для истца ФИО4 велосипед стоимостью 13 400 рублей (в редакции иска от 26.09.2024 том 1 л.д. 171-173).

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 умер. Определением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 31.01.2025 произведена замена ответчика ФИО2 на его правопреемника – ФИО5

Определением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 27.02.2025 настоящее гражданское дело передано по подсудности для рассмотрения в Московский районный суд города Санкт-Петербурга; 09.04.2025 дело принято судом к рассмотрению.

Истцы в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о дате, времени и месте его проведения, доверили представлять свои интересы представителю по доверенности ФИО8, которая после объявленного судом перерыва 12.05.2025 до 26.05.2025 в судебное заседание не явилась, направила письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие, ранее исковые требования своих доверителей и доводы в их обоснование поддержала в полном объеме.

Ответчик в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы представителю по доверенности ФИО9, который в судебном заседании исковые требования не признавал.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть данное дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав доводы и пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном истца ФИО3 и ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9- оборот, 10). ФИО3 и ФИО1 в зарегистрированном браке не состояли.

Отец истца ФИО4 - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2 являлся собственником жилого дома одноэтажного с надворными постройками, площадью 40,60 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>. Право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 45-47).

Истцы, обращаясь в суд, указывали, что совместно с ФИО1 проживали в принадлежащем ФИО2 жилом доме, расположенном по вышеуказанному адресу, с согласия последнего. Иск основан на факте вложений истцов в имущество ФИО2 и увеличения его стоимости за счет денежных средств истцов, что привело к возникновению на его стороне неосновательного обогащения в объеме стоимости неотделимых улучшений имущества в общей сумме 2 091 649 рублей.

Не признавая исковые требования, представитель ответчика ссылался на то, что истцами не представлено доказательств, подтверждающих неосновательное обогащение на стороне ответчика, требования об истребовании принадлежащего им имущества из чужого незаконного владения ими не заявлялось, доказательств, подтверждающих, что проведение и возможность проведения каких-либо работ в доме были согласованы с его собственником, не представлено, также представителем ответчика заявлено о пропуске истца срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого же кодекса.

Из содержания приведенной нормы права следует, что для возникновения неосновательного обогащения необходимы следующие условия: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя, убытки на стороне потерпевшего, являющиеся источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего), отсутствие правового основания для такого обогащения.

С учетом особенностей предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения, в силу ст. 56 ГПК РФ на истце, как на предполагаемом потерпевшем, лежит бремя доказывания факта обогащения приобретателя, включая количественную характеристику размера обогащения и факта наступления такого обогащения за счет потерпевшего.

Оценивая доводы сторон, как в обоснование иска, так и в обоснование возражений на исковые требования в совокупности с иными письменными материалами дела, суд приходит к выводу о необоснованности исковых требований, так как истцами по правилам ст. 56, 57 ГПК РФ не представлено достаточных, бесспорных и убедительных доказательств в подтверждение того, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истцов и правовые основания для такого обогащения отсутствуют.

Так, в соответствии со ст. 987 ГК РФ, если действия, непосредственно не направленные на обеспечение интересов другого лица, в том числе в случае, когда совершившее их лицо ошибочно предполагало, что действует в своем интересе, привели к неосновательному обогащению другого лица, применяются правила, предусмотренные главой 60 настоящего Кодекса.

Согласно подп. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

Из содержания приведенных выше положений закона следует, что при неосновательном обогащении восстановление имущественного положения потерпевшего возможно за счет правонарушителя, чье неправомерное поведение вызвало имущественные потери потерпевшего.

Соответственно, обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, направлены на защиту гражданских прав, так как относятся к числу внедоговорных, и наряду с деликтными служат оформлению отношений, не характерных для обычных имущественных отношений между субъектами гражданского права, так как вызваны недобросовестностью либо ошибкой субъектов. Обязательства из неосновательного обогащения являются охранительными - они предоставляют гарантию от нарушений прав и интересов субъектов и механизм защиты в случае обнаружения нарушений. Основная цель данных обязательств - восстановление имущественной сферы лица, за счет которого другое лицо неосновательно обогатилось.

Доказанность всей совокупности обстоятельств неосновательного обогащения является достаточным основанием для удовлетворения иска.

Таким образом, основанием к удовлетворению заявленных требований могло быть установление обстоятельств приобретения или сбережения ответчиком без оснований, установленных законом или договором, полученных от истца денежных средств в указанном истцом размере.

В ходе судебного разбирательства ответчиком не оспаривалось, что семья истцов совместно с ФИО1 периодически проживала в жилом доме, принадлежавшим ФИО2, в указанном доме производились работы, приобретено движимое имущество. Вместе с тем, ответчик указывал на то, что произведенные в доме работы были произведены ими в добровольном порядке, для собственного удобства пользования данным жилым помещением, без получения согласия собственника дома на производство ремонта и договоренности о возврате потраченных на ремонт денежных средств.

Истцами и его представителем не опровергнуты возражения стороны ответчика об отсутствии между ФИО2 при жизни каких-либо договорных отношений по поводу проведения в принадлежащем ему на праве собственности доме ремонтных работ. Вложение истцами, а также самим ФИО1 денежных средств в ремонт в не принадлежащего им жилого помещения, в котором они периодически проживали, осуществлялось в собственных интересах и не может считаться неосновательным обогащением ответчика в отсутствие доказательств, безусловно свидетельствующих о приобретении (сбережении) ответчиком имущества в требуемом истцом размере.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной истца по делу не представлено доказательств, свидетельствующих о заключении между ними и собственником жилого дома каких-либо соглашений, подтверждающих возникновение между ними каких-либо обязательств по оплате ремонтных работ в доме, либо каких-либо договоренностей о возврате потраченных на ремонт денежных средств.

В обоснование исковых требований истцы ссылаются, что истец ФИО3 в результате ведения совместного хозяйства и наличия общего бюджета с ФИО1 приобрела кухонную мебель, диван, холодильник, штакетник, профлисты, П-образную планку, поддон, парники, велосипед для истца ФИО4, произвела оплату за строительно-монтажные работы по установке забора из профлиста, ею произведены работы по внутренней и внешней отделке дома (теплоизоляция стен с внутренней стороны, капитальное выравнивание поверхностей, поклейка обоев, проведение наружной электропроводки с установкой розеток, электросчетчиков и системы освещения, утепление фасадов и др.). В подтверждение истцами представлены товарные чеки, накладные, акта приема-передачи выполненных работ по установке забора от ДД.ММ.ГГГГ, договор от ДД.ММ.ГГГГ на изготовление изделий из ПВХ Профиля оконных блоков, акт сдачи-приемки работ от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, из представленных доказательств не следует, что данные денежные средства являлись личными средствами истца, все оплаты произведены либо наличными денежными средствами, либо посредством безналичных платежей с банковской карты ФИО1, с которым истец ФИО3 в зарегистрированном браке не состояла, следовательно, потраченные денежные средства не являлись общим имуществом супругов, доказательств обратного в материалы дела истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Вместе с тем, сведений о том, что при жизни ФИО1, как наследодатель ФИО10, предъявлял к ФИО2 какие-либо требования о выплате денежных средств за произведенный им ремонт не представлено, а судом не установлено.

Таким образом, суд исходит из того, что несение наследодателем ФИО7, а также самим истцом ФИО3 затрат на протяжении совместного проживания осуществлялось добровольно, в силу имевшихся между ними личных отношений и в целях обеспечения условий для проживания самих истцов. Последующее изменение обстоятельств (смерть ФИО1, Н.П.) не привело к возникновению у ответчика обязательств по возврату стоимости ремонтно-отделочных работ, поскольку наличие обязательства должно иметь место на момент предоставления истцом ответчику денежных сумм или иного имущества.

Само по себе осуществление истцами каких-либо работ, связанных с улучшением дома, не влечет оснований получения истцом имущественного права на возмещение стоимости ремонтных работ после смерти наследодателя, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо наличие соответствующих возмездных соглашений между собственником жилого дома (ФИО2) и истцами, наследодателем ФИО1) о приобретении последними после завершения ремонтных работ имущественных благ, между тем какого-либо соглашения о порядке пользования домом, устанавливающего определенные возмездные обязательства, сторонами не заключалось, оплата ремонтных работ произведена наследодателем ФИО1 добровольно, в том числе и для удобства своего проживания в доме, при этом истец ФИО3 достоверно знала об отсутствии у неё обязательств по оплате ремонтных работ.

Кроме того, заявленная истцами стоимость имущества (холодильник, кухонная мебель, велосипед) не является неосновательным обогащением, указанное имущество в силу пункта 1 статьи 130 ГК РФ является отделимым имуществом (движимым), требований об истребовании данного имущества истцом не заявлялось, доказательств, подтверждающих утрату указанного имущества, не представлено.

Одновременно, суд считает, что истцами пропущен срок исковой давности, заявленного ответчиком в ходе судебного разбирательства, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления. Так, представленные истцами документы, подтверждающие приобретение имущество с целью проведения ремонтных работ, проведение самих работ датированы ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Обратившись в суд с иском ДД.ММ.ГГГГ согласно почтовому штемпелю на конверте, истцы пропустили трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, который в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Доказательства уважительности причин его пропуска истцы в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в суд не представили.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о взыскании суммы неосновательного обогащения - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 25.07.2025