№ 33-4572/2023

№ 2-2998/2022

47RS0006-01-2022-001801-89

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 26 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

Председательствующего Нестеровой М.В.,

судей Ильичевой Т.В., Озерова С.А.,

с участием прокурора Чигаркиной Е.Н.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница на решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 20 декабря 2022 года, которым частично удовлетворено исковое заявление ФИО2, ФИО3 к ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница, Комитету по здравоохранению Ленинградской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Нестеровой М.В., объяснения представителя ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница по доверенности ФИО4,, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора прокуратуры Ленинградской области Чигаркиной Е.Н., полагавшей решение законным и обоснованным, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО2, ФИО3 обратились в Гатчинский городской суд Ленинградской области с иском к ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница Перинатальный центр (далее – Перинатальный центр), в котором просили взыскать с Перинатального центра в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 2 500 000 руб., в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.; взыскать с ответчика государственную пошлину в сумме 300 руб., оплату услуг представителя в сумме 114 000 руб. (л.д. 5-9 том 1).

В обоснование заявленных требований указано, что в результате оказания медицинских услуг ненадлежащего качества специалистами Перинатального центра ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница, связанных с подготовкой к родам и родоразрешением, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была диагностирована <данные изъяты>, причинившая семье истцов глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей долгожданного, планируемого ребенка, который на протяжении всей беременности являлся жизнеспособным.

Определением суда от 31.05.2022, отраженном в протоколе судебного заседания, по ходатайству представителя истцов произведена замена ненадлежащего ответчика ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница Перинатальный центр на надлежащего – ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница (далее – ГБУЗ ЛОКБ) (л.д. 247-248 том 1).

Определением суда от 26.10.2022, отраженном в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика привлечен Комитет по здравоохранению Ленинградской области (далее – Комитет) (л.д. 54-60 том 2).

В письменном отзыве на исковое заявление ответчик ГБУЗ ЛОКБ выражает несогласие с доводами истцов о допущенных сотрудниками ГБУЗ ЛОКБ нарушениях в оценке срока гестации; указывает на отсутствие причинно-следственной связи между действиями сотрудников ответчика и гибелью плода. Кроме того, полагает предъявленный истцами ко взысканию размер компенсации морального вреда чрезмерно завышенным, не соответствующим принципам разумности и справедливости. В части взыскания расходов по оплате услуг представителя, указано на непредоставление истцами доказательств несения таких расходов (л.д. 2-6 том 2).

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истцов ФИО5, действующая на основании ордера, исковые требования поддержала. Представитель ответчика ГБУЗ ЛОКБ - ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования просил оставить без удовлетворения. Представитель третьего лица ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» - ФИО6, действующий на основании доверенности, разрешение спора оставил на усмотрение суда. Прокурор Тэнгель А.А., полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, со снижением суммы компенсации морального вреда.

Истцы ФИО2, ФИО3, представитель ответчика Комитета по здравоохранению Ленинградской области, а также третьи лица ФИО7, ФИО8 в судебное заседание суда первой инстанции не явились.

Решением Гатчинского городского суда Ленинградской области от 20 декабря 2022 года исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворены частично.

Суд взыскал с ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница, а при недостаточности у него денежных средств, в порядке субсидиарной ответственности - с Комитета по здравоохранению Ленинградской области, в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., оплату услуг представителя в сумме 40 000 руб., всего 540 000 руб.; в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. В удовлетворении остальной части требований истцам отказано.

Этим же решением с ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница, а при недостаточности у него денежных средств, в порядке субсидиарной ответственности - с Комитета по здравоохранению Ленинградской области, в бюджет Гатчинского муниципального района Ленинградской области взыскана государственная пошлина в сумме 600 руб. (л.д. 106-117 том 2).

Не согласившись с решением суда первой инстанции ответчиком ГБУЗ ЛОКБ подана апелляционная жалоба, в которой ставиться вопрос об отмене решения суда, вынесении по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме (л.д. 177-182 том 2).

В обоснование доводов жалобы указано, что в решении суда обоснование выводов о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО2, послужившей причиной гибели плода, отсутствует; какие именно действия (бездействие) ответчика свидетельствовали об оказании медицинских услуг ненадлежащего качества и привели к гибели плода – не указано. Ссылаясь на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, представленное в материалах дела, податель жалобы обращает внимание на тот факт, что экспертами указано на невозможность прогнозирования образования <данные изъяты> (ИУП), поскольку указанное состояние развивается в считанные минуты. Таким образом, ответчик полагает, что наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями в виде <данные изъяты> в ходе рассмотрения дела судом не доказано. Ответчик указывает также, что судом не дана оценка представленной в материалы дела рецензии на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Кроме того, полагает, что взысканная судом сумма компенсации морального вреда является чрезмерно завышенной, не соответствует принципам разумности и справедливости.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение по изложенным основаниям.

Истцы ФИО2, ФИО3, представитель ответчика Комитета по здравоохранению Ленинградской области, а также третьи лица ФИО7, ФИО8 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не направляли, доказательств уважительности причин не явки в суд апелляционной инстанции не представили.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия находит причину не явки указанных лиц не уважительной, в связи с чем имеются основания для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения лиц, явившихся в суд апелляционной инстанции, заключение прокурора полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 323-ФЗ) основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи.

В п.п. 3, 9 ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ понятие медицинской помощи определено как комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

При этом качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона №323-ФЗ).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона № 323-ФЗ).

Материнство в Российской Федерации охраняется и поощряется государством. Каждая женщина в период беременности, во время родов и после родов обеспечивается медицинской помощью в медицинских организациях в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (ч.ч. 1, 2 ст. 52 Федерального закона № 323-ФЗ).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 ст.98 Федерального закона № 323-ФЗ).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 встала на учет в Женскую консультацию ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» в связи с беременностью, где продолжила наблюдаться в течение беременности (л.д. 12-41,141-178 том 1).

По УЗИ скринингу беременной 1 триместра от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ЛОКБ была определена предполагаемая дата родов ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 36 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом Женской консультации ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» ФИО8, осуществлявшей сопровождение беременности, был установлен диагноз ФИО2: <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>), <данные изъяты>. ФИО2 выдано направление на консультацию в КДО ПЦ ЛОКБ для определения даты госпитализации (л.д. 31, 32 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ на консультации в ГБУЗ ЛОКБ ФИО2 лечащим врачом ФИО7 было выдано направление на госпитализацию для подготовки к родам и родоразрешению на ДД.ММ.ГГГГ, определен срок беременности <данные изъяты>, поставлен диагноз <данные изъяты>, рекомендовано наблюдение в женской консультации по месту жительства, <данные изъяты> (л.д. 33 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в Перинатальный центр ГБУЗ ЛОКБ, где была установлена <данные изъяты> вследствие <данные изъяты> (л.д. 81, 179-213, 214-221 том 1).

<данные изъяты> наступившей в результате оказания ненадлежащей медицинской помощи, истец ФИО3 – супруг ФИО2 обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела, в котором ссылался на дефекты оказания медицинской помощи лечащими врачами ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» и ГБУЗ ЛОКБ.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по г. Гатчина СУ СК РФ по Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по факту оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека (п. «в» ч. 2 ст. 238 Уголовного кодекса РФ), в связи с отсутствием события преступления.

В рамках уголовного дела органами следствия была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 04.10.2021, проведенной ГКУЗ ЛО БСМЭ, причиной <данные изъяты> плода(л.д. 42-79 том 1).

Из заключения экспертов следует, в период беременности медицинская помощь ФИО2 врачами Перинатального центра оказывалась в полном объеме, за исключением консультации от ДД.ММ.ГГГГ на сроке <данные изъяты>. Тактика ведения родов при обращении ФИО2 в Перинатальный центр ДД.ММ.ГГГГ была выбрана правильно.При оказании медицинской помощи ФИО2 в родильном и послеродовом отделениях имели место следующие недостатки (дефекты):

- отсутствие назначения антибиотикотерапии <данные изъяты>;

- отсутствие определения рисков <данные изъяты>);

- отсутствие в рекомендациях при выписке <данные изъяты>;

- недостатки ведения медицинской документации (<данные изъяты>).

Указанные недостатки медицинской помощи, за исключением выбора неадекватной тактики врачом Перинатального центра при проведении консультации ДД.ММ.ГГГГ и отсутствия адекватной антибиотикотерапии при родоразрешении, не привели к негативным последствиям.

Экспертами указано, что своевременными считаются роды в срок 37 недель 1 день - 41 неделя гестации. При этом ДД.ММ.ГГГГ при осмотре ФИО2 врачом Перинатального центра срок гестации у нее составил <данные изъяты>. Таким образом, на дату определенной ей плановой госпитализации - ДД.ММ.ГГГГ - срок гестации составил бы <данные изъяты>. В таком случае роды принято считать запоздалыми, что, в свою очередь, может привести к последующим осложнениям, как со стороны роженицы, так и со стороны плода.

Тем не менее, в представленной медицинской документации отсутствуют сведения о состоянии <данные изъяты>), то есть, данные о проведении <данные изъяты> исследования, а также не приведен письменный отказ ФИО2 от подготовки <данные изъяты> <данные изъяты> во избежание осложнений <данные изъяты>.

Ретроспективно, в связи с отсутствием проведения <данные изъяты> исследования ФИО2 как ДД.ММ.ГГГГ (врачом Перинатального центра), так и ДД.ММ.ГГГГ (врачом женской консультации ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ»), установить степень <данные изъяты> в указанные даты не представляется возможным.

С учетом <данные изъяты> у ФИО2 на сроке <данные изъяты>, а также периодических <данные изъяты>, ее следовало направить на плановую госпитализацию <данные изъяты>

Таким образом, тактика ведения ФИО2 врачами Перинатального центра ДД.ММ.ГГГГ и женской консультации (ДД.ММ.ГГГГ) на последних неделях беременности не соответствовала утвержденным протоколам и клиническим принципам акушерской тактики. Данный дефект обусловил невозможность реализации всего потенциала специализированной медицинской помощи, которая могла быть оказана ФИО2 для предотвращения негативного исхода беременности. Однако ввиду того, что <данные изъяты> наступила по независящим от действий врачей причинам при отсутствии объективной возможности диагностирования обусловившего ее патологического состояния <данные изъяты> в прямой причинно-следственной связи данный дефект с <данные изъяты> не находится.

В случае оказания медицинской помощи ФИО2 в соответствии с вышеуказанными протоколами и рекомендациями, у нее имелись шансы на благоприятный исход <данные изъяты>. Однако ввиду имевшейся <данные изъяты>) и связанных с этим рисков развития острой ситуации <данные изъяты>, сохранялась вероятность <данные изъяты>).

Также экспертами отмечено, что медицинские критерии, позволяющие достоверно установить причину <данные изъяты>, отсутствуют. Определить наличие <данные изъяты> не представляется возможным, равно, как и уточнить <данные изъяты>. Выявить наличие <данные изъяты> возможно при проведении УЗ-исследования. С помощью доплерометрии можно установить наличие <данные изъяты>. Однако только <данные изъяты>. Установить наличие <данные изъяты> по данным УЗИ и доплерометрии достоверно не представляется возможным.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была допрошена эксперт ФИО14, которая подтвердила выводы, изложенные в заключении эксперта, указав, что <данные изъяты>, у ФИО2 были выявлены на стадии наблюдения в женской консультации, указанные обстоятельства являлись основанием для направления на госпитализацию на более ранних сроках, и, по результатам обследования, возможного изменения даты родоразрешения. Между тем, необходимый комплекс диагностических мероприятий ФИО2 проведен не был, в связи с чем, спрогнозировать дальнейшее развитие ситуации с родоразрешением не представляется возможным (л.д. 54-60 том 2).

Разрешая заявленные требования, руководствуясь вышеприведенными положениями Федерального закона № 323-ФЗ, установив наличие недостатков оказания медицинской помощи ФИО2 специалистами Перинатального центра ГБУЗ ЛОКБ при подготовке к родам и родоразрешению, приняв во внимание также, что ответчиком не доказан тот факт, что проведение своевременного и необходимого комплекса диагностических мероприятий привело бы к аналогичному негативному результату, то есть не доказаны обстоятельства, исключающие вину работников ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница в ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО2, повлекшим для истцов тяжкие последствия в виде внутриутробной гибели плода, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании с ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница компенсации морального вреда, а также судебных расходов, снизив при этом, с учетом характера причиненных нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, заявленную истцами ко взысканию сумму. При этом, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений, судом также указано, что при недостаточности у ГБУЗ ЛОКБ денежных средств субсидиарную ответственность должен нести собственник имущества бюджетного учреждения - Комитет по здравоохранению Ленинградской области.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основании тщательного исследования всех представленных по делу доказательств в их совокупности, с учетом требований действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон и соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст.ст. 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Таким образом, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников ГБУЗ ЛОКБ и наступившими для истцов неблагоприятными последствями в виде гибели плода судебной коллегией отклоняются, как необоснованные.

Так, заключением судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках возбужденного уголовного дела по факту оказания ФИО2 медицинской помощи ненадлежащего качества, установлено наличие дефектов при оказании ФИО2 медицинской помощи.

Экспертами прямо указано, что тактика ведения ФИО2 врачами Перинатального центра ДД.ММ.ГГГГ и женской консультации (ДД.ММ.ГГГГ) на последних неделях беременности не соответствовала утвержденным протоколам и клиническим принципам акушерской тактики. Данный дефект обусловил невозможность реализации всего потенциала специализированной медицинской помощи, которая могла быть оказана ФИО2 для предотвращения негативного исхода беременности.

В качестве недостатков экспертами указано на отсутствие сведений о состоянии <данные изъяты>, то есть, данные о проведении <данные изъяты> исследования, как ДД.ММ.ГГГГ (врачом Перинатального центра), так и ДД.ММ.ГГГГ (врачом женской консультации ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ»), в связи с чем, установить степень <данные изъяты> в указанные даты не представляется возможным. Тогда как при достаточной <данные изъяты>, при условии имеющихся в анамнезе – <данные изъяты> у ФИО2, <данные изъяты>, а также того обстоятельства, что срок гестации у ФИО2 превышал средние показатели, имелись основания для направления ФИО2 на плановую госпитализацию для подготовки к родам и динамического наблюдения.

Вместе с тем, указанные действия не были совершены сотрудниками ГБУЗ ЛОКБ, что, как отмечено в заключении экспертов, не позволило реализовать весь комплекс медицинских процедур. При этом экспертами отмечено, что в случае оказания медицинской помощи ФИО2 в соответствии с протоколами и рекомендациями, у нее имелись шансы на благоприятный исход <данные изъяты>

Указанное подтверждается и показаниями эксперта ФИО14, из которых также следует, что еще при наблюдении в женской консультации имелись основания для более ранней госпитализации ФИО2 и проведения дополнительных исследований, по результатам которых возможно было изменить тактику ведения беременности, скорректировать дату родов.

Таким образом, с учетом достоверно установленного факта наличия недостатков при оказании ФИО2 медицинской помощи, а также ввиду непредоставления ответчиком доказательств того, что даже при реализации всего комплекса предусмотренных медицинских исследований и мероприятий, избежать неблагоприятного последствия в виде <данные изъяты> не удалось бы, оснований для отказа в удовлетворении заявленных истцами требований у суда первой инстанции не имелось.

Представленная ответчиком рецензия на заключение эксперта, не свидетельствует об обратном (л.д. 15-23 том 2). Указанная рецензия выполнена сторонним специалистом, является частным мнением. Рецензент об уголовной ответственности не предупреждался, в его распоряжение не были представлены медицинские документы в отношении роженицы и плода. В связи с чем, данная рецензия не может служить основанием для признания заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы порочной.

Определяя сумму компенсации морального вреда, подлежащую взысканию, суд первой инстанции обоснованно учел, что беременность у ФИО2 была первой, желанной, <данные изъяты>. При этом судом учтено также, что экспертами указано на <данные изъяты>, и невозможность точного прогнозирования и отслеживания данной патологии. В связи с чем, сумма компенсации судом была значительно снижена.

С указанными выводами, а также установленным судом первой инстанции размером взыскиваемой компенсации судебная коллегия соглашается, поскольку судом учтены как характер причиненных истцам нравственных страданий, так и данные об ответчике, являющемся специализированной медицинской организацией, обязанной заботиться о здоровье пациентов. В связи с чем, доводы жалобы о чрезмерно завышенной сумме компенсации судебной коллегией отклоняются.

Учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений судом первой инстанции, в соответствии с положениями гражданского законодательства обосновано указано на возможность взыскания определенной судом суммы с Комитета по здравоохранению Ленинградской области в случае отсутствия собственных денежных средств у ГБУЗ ЛОКБ.

Также судом сделаны правомерные выводы об отсутствии оснований для взыскания в пользу истцов государственной пошлины в сумме 300 руб. в порядке ст. 98 ГПК РФ, поскольку государственная пошлина уплачена неуполномоченным лицом – ФИО15 (вноситель), плательщиком указана ФИО11 (л.д. 4 том 1).

Разрешая заявленные истцами требования о взыскании судебных расходов, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 98, 100 ГПК РФ, учитывая, что в ходе рассмотрения дела судом, факт причинения морального вреда истцам со стороны ответчика нашел свое подтверждение, а также факт несения расходов истцами подтвержден, с учетом обстоятельства дела, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования о взыскании судебных расходов, также с уменьшением заявленной истцами суммы с учетом степени разумности и справедливости.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешая спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судебной коллегией не установлено.

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда,

определила:

решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 20 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ГБУЗ Ленинградская областная клиническая больница - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Судья: Шумейко Н.В.