Решение по делу № 2-4685/2023 от 04.07.2023

Дело №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

04 июля 2023 года <адрес>

Советский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Мукаиловой В.И., при секретаре с/з ФИО5, с участием: представителя истца ФИО23 по доверенности ФИО7, представителя ответчика ГБУ РД «ДЦГБ» по доверенности ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО24 ФИО4 к Министерству здравоохранения РД, ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО23 обратилась в суд с иском к Министерству здравоохранения РД, ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью.

В судебном заседании представитель истца ФИО7 исковые требования поддержал, просил удовлетворить, пояснив, что ФИО24 ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является супругой ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который погиб ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в результате заражения новой коронавирусной инфекцией, в связи с нарушением работодателем условий охраны труда из-за невыдачи СИЗ и отсутствия тестирования на наличие COVID-19.

ФИО2 работал участковым врачом-терапевтом в Поликлинике № при ГБУ РД «Дербентская ЦГБ», согласно Трудовому договору (Приложение № - Трудовой договор №ТД от ДД.ММ.ГГГГ). В его трудовые обязанности входил прием граждан в больнице и на дому.

На момент смерти ФИО2 было 72 года, и с началом эпидемии вынужден был находится на рабочем месте, и освобожден он от своих обязанностей не был. В качестве средств защиты с поликлиники фактически для работников выдавались несколько кусков марлевых повязок, чтобы персонал самостоятельно изготавливал для себя маски. Более того, его отправляли на вызовы на дом больным с признаками ОРВИ, которые схожи с признаками COVID-19.

Несмотря на пандемию, высокий риск заразиться на рабочем месте в больнице COVID-19, а также возраст, ФИО8 не было выдано никаких дополнительных СИЗ, которые работодатель был обязан выдать ему в связи с Письмом Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ № «О направлении рекомендаций по применению СИЗ для различных категорий граждан при рисках инфицирования COVID-19» (Письмо Роспотребнадзора N №

Согласно п.5 Методических рекомендаций МР 3.1/ДД.ММ.ГГГГ/1-20, к лицам высокого профессионального риска, которые должны в ходе своей деятельности применять защитную одежду II типа, также относятся сотрудники диагностических лабораторий, проводящих первичные исследования на COVID-19.

Поскольку ФИО8 являлся участковым врачом-терапевтом поликлиники, в ходе профессиональной деятельности он должен был быть обеспечен работодателем СИЗ II типа: защитным костюмом, состоящим из комбинезона или пижамы, противочумного (большого) халата, капюшона (большой косынки), ватно-марлевой маски, резиновых перчаток, носков, сапог резиновых (водонепроницаемых бахил или моющейся закрытой обуви) и полотенца. Роспотребнадзор также указывал на целесообразность обеспечения не менее чем пятидневного запаса СИЗ органов дыхания (маски, респираторы) и перчаток (Письмо от ДД.ММ.ГГГГ N №

Таким образом, ему не были выданы (1) комбинезон или пижама (2) противочумный халат (3) водонепроницаемые бахилы/резиновые сапоги/моющаяся закрытая обувь.

ДД.ММ.ГГГГ следователь ФИО3 межрайонного СО СУ СК РФ по РД ФИО9 вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением следователя ФИО3 межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ в отношении руководства поликлиники № ГБУ РД “Дербентская ЦГБ” ввиду не выдачи ФИО2 достаточных средств индивидуальной защиты (далее - СИЗ) (материал проверки №пр-20). В качестве основания отказа в постановлении указано, что в действиях ФИО11 отсутствуют составы названных преступлений (Приложение № - Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ).

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следствием указано, что выдача СИЗ подтверждается объяснениями ФИО11 - заведующей поликлиникой №, ФИО15 - участковой медсестры, ФИО16 - старшей медсестры, ФИО17 - врача-терапевта, ФИО12 - врача-терапевта, ФИО13 - участковой “медсестры, а также накладными от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ. Однако, данные накладные свидетельствуют только о закупке 200 пар перчаток. Никакие другие СИЗ в данных накладных не указаны. В частности, в накладных указаны: шприцы, салфетки стерильные, марля, вата, пробирки, бинты и т.д. Все это не относится к средствам индивидуальной защиты. Также следствием не установлено, когда в следующий раз была закупка масок и на какой промежуток времени могло хватить 200 масок на весь персонал больницы. При этом согласно рекомендациям по использованию и обеззараживанию СИЗ, разработанные Роспотребнадзором, маски должны меняться каждые 2-3 часа, либо незамедлительно при увлажнении или загрязнении.

ФИО2 работал участковым врачом-терапевтом. Следовательно, так как он работал с лицами, у которых есть признаки инфекционных заболеваний, то ему полагалась выдача СИЗ II типа.

Накладные от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ подтверждают лишь факт закупки медицинских масок, но не остальных СИЗ, которые полагались ФИО2

Также отказывая в возбуждении уголовного дела, следователь полагался на показания ФИО11, ФИО15, ФИО16, ФИО12, ФИО13, которые подтвердили выдачу медицинских масок, перчаток, очков и антисептиков. При этом никто из опрошенных не упомянул выдачу защитного костюма, противочумного халата, косынки, носков, бахил и полотенца.

При этом ни накладные от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, ни объяснения работников поликлиники № ГБУ РД “Дербентская ЦГБ” не доказывают сам факт выдачи СИЗ ФИО2 Согласно п. 13 Приказу Минздравсоцразвития от ДД.ММ.ГГГГ №н “Об утверждении Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты”- работодатель обязан организовать надлежащий учет и контроль за выдачей работникам СИЗ в установленные сроки. Также в п.13 указано, что выдача работникам и сдача ими СИЗ фиксируются записью в личной карточке учета выдачи СИЗ.

Руководство поликлиники № ГБУ РД “Дербентская ЦГБ” были обязаны провести инструктаж по охране труда, на котором рассказывалось бы о технике правильности применения СИЗ. Также на работодателе лежала обязанность проверить знания ФИО2

В своих объяснениях ФИО14, ФИО15, ФИО16 и ФИО17 указали, что ФИО2 было сказано сидеть дома на самоизоляции. Однако в материалах дела не содержится информация было ли это оформлено приказом или было выражено исключительно в устной форме. ФИО16 также указала, что ФИО18 находился неделю на самоизоляции, но был вынужден вернуться в больницу, так как принимал пациентов на дому.

Просит суд:

1. Признать бездействие ГБУ РД «Дербентская ЦГБ», выразившееся в нарушении охраны труда (ст.212 и ст.221 ТК РФ) ввиду невыдачи необходимых СИЗ и отсутствия тестирования ФИО2 на наличие новой коронавирусной инфекции во время его работы, незаконным и необоснованным.

2. Взыскать с ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» в пользу ФИО24 ФИО4 денежные средства в размере 2 000 000 (двух миллионов) рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного ей смертью мужа.

3. Признать бездействие Министерства здравоохранения Республики Дагестан, выразившееся в отсутствии обеспечения необходимым уровнем средств индивидуальной защиты для работников ГБУ РД «ФИО3 ЦГБ» в период, когда ФИО2 выполнял трудовые обязанности, а также в отсутствии контроля подведомственного ему учреждения на предмет обеспеченности СИЗ, незаконным и необоснованным.

4. Взыскать с Министерства здравоохранения Республики Дагестан в пользу ФИО24 ФИО4 денежные средства в размере 2 000 000 (двух миллионов) рублей в качестве компенсации причиненного ей смертью мужа.

Истец, надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, направил своего представителя.

Представитель ответчика ГБУ РД «Поликлиника №» по доверенности ФИО6 иск не признала, просила отказать в удовлетворении, по основаниям, изложенным в письменных возражениях, указывая, что в данном случае истец просила взыскать компенсацию морального вреда, причиненного ей смертью супруга. При этом сторона истца не представила подтверждения, что смерть ФИО2 наступила из-за действий сотрудников ГБУ РД «Дербентская ЦГБ». Просит применить сроки исковой давности.

Ответчик Министерство здравоохранения РД, надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд представителя не направил.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть исковое заявление в отсутствие не явившихся участников процесса по имеющимся материалам дела.

ФИО23 являлась супругой ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака VI-BM № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с трудовым договором ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» Поликлиника №.

Согласно трудовой книжке АТ-II № переведен на должность участкового врача терапевта ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ГХГ трудовой договор расторгнут в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, в связи со смертью работника.

Согласно свидетельству о смерти II-БД № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинской карте Министерства здравоохранения РД № стационарного больного ФИО2 поступил в стационар ДД.ММ.ГГГГ, дата и время смерти ДД.ММ.ГГГГ. Клинический заключительный диагноз – вирусная двусторонняя внегоспитальная пневмония тяжелой степени тяжести, ДН 2-3 ст., сахарный диабет 2 тп.

Согласно протоколу № расследования страхового случая работника ГБУ РД «ДЦГБ» ФИО21 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работал участковым терапевтом в поликлинике № ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» с ДД.ММ.ГГГГ.

С начала пандемии новой коронавирусной инфекции в <адрес> от режима изоляции по возрасту согласно Постановлению Главного государственного санитарного врача РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об обеспечении режима изоляции в целях предотвращения распространения COVID 19» ФИО2 отказался и находился на приеме в поликлинике на добровольной основе.

Из анамнеза в медицинской карте стационарного больного № болеет около двух недель, за медицинской помощью не обращался.

ДД.ММ.ГГГГ госпитализирован в провизорный госпиталь № ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» с диагнозом: Вирусная двусторонняя внегоспитальная пневмония, средней тяжести, ДН 3 <адрес> инфекция вызванная вирусом COVID 19, вирус не идентифицирован. Сопутствующее заболевание: Сахарный диабет 2 типа,декомпенсация.

Находился на лечении в провизорном госпитале № ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 25 мин. врачом реаниматологом провизорного госпиталя № констатирована биологическая смерть. Причина смерти: Острая дыхательная недостаточность. Острый респираторный дистресс синдром. Внегоспитальная двусторонняя пневмония, СОVID-19 не идентифицирован. Сопутствующий Сахарный диабет 2 тип, стадия декомпенсации.

Посмертный диагноз: Вирусная двусторонняя внегоспитальная пневмония, тяжелой степени тяжести, ОДП 2-3 <адрес> инфекция, вызванная вирусом COVID-19, вирус не идентифицирован. Осложнения: (J80) Тяжелый респираторный дистресссиндром 3 степени. Острая прогрессирующая дыхательная недостаточность ИВЛ в режиме ПДВК. Сопутствующие Сахарный диабет 2 тип.

Исходя из вышеизложенного, врачебная комиссия считает смертный случай с ФИО2 подтверждающих лабораторных исследований на COVID-19 отсутствуют. Согласно вышеперечисленному комиссия считает, что данный случай со смертельным исходом не представляется возможным считать как страховой согласно Постановлению Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истцом было направлено заявление о возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 293 УК РФ, в связи со смертью ФИО2, в СУ СК РФ по РД. Данное заявление было переслано в Дербентский межрайонный следственный отдел СУ СК РФ, следователь которого отказал в возбуждении уголовного дела - Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО3 СУ СК РФ по РД Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, материалы направлены для дополнительной проверки и принятия процессуального решения.

ДД.ММ.ГГГГ после дополнительной проверки, следователь ФИО3 межрайонного СО СУ СК РФ по РД ФИО9 вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по следующим основаниям.

Из содержания постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что в ходе проверки установлено, что медицинскому персоналу Поликлиники № ГБУ РД «Дербентская ЦГБ», в частности ФИО2 выдавались средства индивидуальной защиты, что подтверждается объяснениями вышеуказанных лиц, а также тот факт, что Поликлиника № получала средства индивидуальной защиты, что подтверждается накладными от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно объяснениям весь медицинский персонал получал средства индивидуальной защиты ежедневно и самостоятельно. Не исключено, что ФИО2 в ходе совершения обхода пациентов с признаками ОРВИ, находящихся дома, мог заразиться новой коронавирусной инфекцией, не осознавая это, что пациенты заражены инфекцией COVID-19, и при этом не пользовался средствами индивидуальной защиты.

В ходе проведения проверки, каких-либо доказательств совершения ФИО11 халатности, повлекшей по неосторожности смерть человека, не добыто.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по РД полковник юстиции ФИО19 вынес постановление, которым отменил постановление следователя ФИО3 следственного отдела ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО20 и установил срок дополнительной проверки 10 суток со дня поступления материала к следователю.

Постановлением следователя ФИО3 межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ в отношении руководства поликлиники № ГБУ РД “Дербентская ЦГБ” ввиду не выдачи ФИО2 достаточных средств индивидуальной защиты (далее - СИЗ). В качестве основания отказа в постановлении указано, что в действиях ФИО11 отсутствуют составы названных преступлений.

В своих объяснениях ФИО14, ФИО15, ФИО16 и ФИО17 указали, что ФИО2 было сказано сидеть дома на самоизоляции. ФИО16 также указала, что ФИО18 находился неделю на самоизоляции, но был вынужден вернуться в больницу, так как принимал пациентов на дому.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ст. 200 ГК РФ).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ч. 1 ст. 196 ГК РФ).

В соответствии с ч. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 ГК РФ). Таким образом, срок исковой давности в данном случае не распространяется.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие- либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Между тем, вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ, сторона истца не привела ни одного доказательства, о наличии причинно-следственной связи между случаем заражения ФИО2 и исполнением им своих должностных обязанностей.

По факту смерти ФИО2 ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» проведено служебное расследование, по результатам которого данный случай не был признан несчастным случаем на производстве, как того требует Трудовое законодательства Российской Федерации, то есть данный случай не признан страховым, поскольку отсутствуют подтверждающие лабораторные исследования на COVID-19.

Постановлением следователя ФИО3 межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ в отношении руководства поликлиники № ГБУ РД “Дербентская ЦГБ” ввиду не выдачи ФИО2 достаточных средств индивидуальной защиты (далее - СИЗ). В качестве основания отказа в постановлении указано, что в действиях ФИО11 отсутствуют составы названных преступлений.

В соответствии с письмом в ГО РОФСС РФ по РД ФИО21 включен в список работников ГБУ РД «ДЦГБ», в связи с личной инициативой которых отсутствует необходимость открытия листка нетрудоспособности в соответствии с ПС от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, ФИО21 по собственной инициативе отказался от самоизоляции.

Доводы стороны истца о том, что Министерство здравоохранения РД, в нарушение вышеприведенного Указа, не обеспечило необходимый уровень средств индивидуальной защиты для работников ГБУ РД "Дербентская ЦГБ" в период, когда ФИО2 выполнял трудовые обязанности, а также не проконтролировало подведомственное ему учреждение на предмет обеспеченности СИЗ, не состоятельны и опровергаются опрошенными в ходе следственной проверки лицами, а также накладными от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Постановление Пленума ВС №) конкретизировало правила компенсации морального вреда, причиненного медицинскими организациями.

Представленные документы подтверждают, что при оказании медицинской помощи пациенту приняты все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза; организация обследования и лечебного процесса соответствовала установленным порядкам оказания медпомощи, стандартам оказания медпомощи и клиническим рекомендациям; эти же документы доказывают отсутствие вины ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» в наступлении неблагоприятного исхода; а также отсутствия возможности при надлежащей квалификации врачей и правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, которая помогла бы избежать неблагоприятного исхода.

Таким образом, медицинская помощь была оказана ФИО2 надлежащим образом, что не оспаривается стороной истца.

В соответствии со ст. 1064, 151 Гражданского кодекса РФ для возложения гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда необходимо установление причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика (причинителя вреда) и наступившими негативными последствиями.

В соответствии с ч. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Сторона истца ссылается на то, что работодатель, в соответствии с действующим трудовым законодательством, обязан организовать проведение в том числе периодических и внеочередных медицинских осмотров некоторых категорий работников, в том числе работников медицинских организаций, однако указанное требование появилось 1 апреля 2021 года, с вступлением в силу нового порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.01.2021 №29н (далее - Порядок №29н) проведения медицинских осмотров (п.27 раздела VI Приложения к Приказу).

При этом стороной ответчика представлено достаточно доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих, что работодателем были обеспечены работнику условия труда и смерть ФИО2 наступила не вследствие противоправных действий ответчиков ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» и Министерства здравоохранения РД.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО24 ФИО4 к Министерству здравоохранения РД, ГБУ РД «Дербентская ЦГБ»: о признании бездействия ГБУ РД «Дербентская ЦГБ», выразившееся в нарушении охраны труда (ст.212 и ст.221 ТК РФ) ввиду невыдачи необходимых СИЗ и отсутствия тестирования ФИО2 на наличие новой коронавирусной инфекции во время его работы, незаконным и необоснованным; взыскании с ГБУ РД «Дербентская ЦГБ» в пользу ФИО24 ФИО4 денежные средства в размере 2 000 000 (двух миллионов) рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного ей смертью мужа; признания бездействия Министерства здравоохранения Республики Дагестан, выразившееся в отсутствии обеспечения необходимым уровнем средств индивидуальной защиты для работников ГБУ РД «ФИО3 ЦГБ» в период, когда ФИО2 выполнял трудовые обязанности, а также в отсутствии контроля подведомственного ему учреждения на предмет обеспеченности СИЗ, незаконным и необоснованным; взыскании с Министерства здравоохранения Республики Дагестан в пользу ФИО24 ФИО4 денежные средства в размере 2 000 000 (двух миллионов) рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного ей смертью мужа.

Апелляционная жалоба может быть подана в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья В.И. Мукаилова