Судья Бартенев А.Г. УИД 16RS0047-01-2022-006681-56

Дело № 2-490/2023

Дело № 33-9576/2023

Учет № 204г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 июля 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Гиниатуллиной Ф.И., Новосельцева С.В.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нигматзяновой А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Новосельцева С.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» – ФИО3 на решение Кировского районного суда города Казани от 21 февраля 2023 года, которым постановлено:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» (ИНН:<***>) в пользу ФИО4 (паспорт ....) компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 12000 рублей

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» (ИНН:<***>) в пользу ФИО5 (паспорт ....) компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей,

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» (ИНН:<***>) в пользу ФИО6 в лице законного представителя ФИО7 (паспорт ....) компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» (ИНН:<***>) государственную пошлину в доход муниципального образования города Казани в размере 900 рублей

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика ООО «Скоростные линии» – ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, истцов ФИО5, ФИО4, несовершеннолетнего ФИО6, и его законного представителя – ФИО7, возражавших против удовлетворения жалобы, заключение участвующего в деле прокурора Янусика А.С., полагавшего обжалуемое решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истцы обратились в суд с иском к ответчику ООО «Скоростные линии» о возмещении морального вреда, причиненного в связи со смертью близкого человека.

В обоснование требований указали, что приходились близкими родственниками ФИО1, погибшему 21 марта 2022 года в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на 208 км. автодороги «Киров-Советск-Яранск» с участием грузовых автомобилей VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак ...., под управлением ФИО8, и ISUZU 47052А, государственный регистрационный знак ...., под управлением ФИО1.

В результате данного происшествия водитель ФИО1 погиб на месте от полученных травм, несовместимых с жизнью.

Из выводов государственного судебного-медицинского эксперта Кировского областного государственного бюджетного судебного-экспертного учреждения здравоохранения «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», содержащихся в заключении эксперта от 31 мая 2022 года за № 55 следует, что смерть ФИО1 наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов, осложнившейся травматическим шоком, что подтверждается характерными данными селекционной картины и лабораторных методов исследования.

По итогам проведения следственной проверки в действиях водителя грузового автомобиля VOLVO FH-TRUCK 4x2 ФИО8 установлены нарушения требований пунктов 2.7 и 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, выразившиеся в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, а также в выезде на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении. По результатам рассмотрения материалов проверки, следователем СО МО МВД России «Яранский» вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 по факту ДТП по пункту «а» части 4 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации («Нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, находящимся в состоянии опьянения) по основанию, предусмотренному пунктом 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации («Смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего»), то есть по не реабилитирующему для ФИО8 основанию.

Погибший ФИО1 являлся сыном ФИО4, отцом ФИО5 и ФИО2

Поскольку владельцем транспортного средства VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак ...., является ООО «Скоростные линии», а ФИО8, в момент ДТП являлся работником организации, истцы просят взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей каждому, а также в пользу ФИО4 расходы на оплату услуг представителя в размере 35000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО4, законный представитель ФИО2 – ФИО7, представитель истцов ФИО9, действующий на основании доверенности, иск поддержали, просили удовлетворить его в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Скоростные линии» ФИО3 против удовлетворения требований истцов в полном объеме возражал. Не оспаривая законность требований истцов, пояснил, что заявленный размер компенсации морального вреда и размер судебных расходов на оплату услуг представителя являются завышенными.

Третье лицо по делу ООО «Автотранс» явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, извещалось о месте и времени судебного заседания.

В своем заключении помощник прокурора Кировского района города Казани Ахмадуллина А.Р. полагала требования истцов законными, согласилась с необходимостью их удовлетворения с учетом требований разумности и справедливости.

Судом в приведенной выше формулировке принято решение о частичном удовлетворении заявленных истцами требований.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение отменить, полагая, что материалами дела не подтверждено причинение истцам нравственных страданий в результате смерти ФИО2 Так истец ФИО4 имела хронические заболевания до смерти сына, а медицинские документы не свидетельствуют об ухудшении ее здоровья после описанного происшествия. Также не представлено доказательств, что погибший ФИО2 содержал детей, принимал участие в их воспитании. Кроме того, ответчик предлагал истцам заключить мировое соглашение с выплатой соответствующей компенсации, от чего они отказались.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика – ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Истцы ФИО5, ФИО4, а также несовершеннолетний ФИО2, и его законный представитель – ФИО7 против удовлетворения жалобы возражали.

Прокурор Янусик А.С. в своем заключении полагал решение законным и обоснованным.

Представитель ООО «Автотранс» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, 21 марта 2022 года на 208 км. автодороги «Киров-Советск-Яранск» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием грузовых автомобилей VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак ...., под управлением ФИО8, и ISUZU 47052А, государственный регистрационный знак ...., под управлением ФИО1.

В результате ДТП водитель ФИО1 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте.

Данный факт подтверждается заключением судебного-медицинского эксперта Кировского областного государственного бюджетного судебного-экспертного учреждения здравоохранения «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 31 мая 2022 года № 55, постановлением следователя СО МО МВД России «Яранский» об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 августа 2022 года.

Согласно постановлению следователя СО МО МВД России «Яранский» об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 августа 2022 года, ФИО8, являясь лицом, управляющим автомобилем, находясь в состоянии опьянения, совершил нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшее по неосторожности смерть человека (ФИО1), то есть совершил преступление, предусмотренное пунктом «а» части 4 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По результатам рассмотрения материалов проверки по факту ДТП с участием водителей ФИО8 и ФИО1 в отношении ФИО8 следователем СО МО МВД России «Яранский» вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации («Смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего»), то есть по не реабилитирующему для ФИО8 основанию.

Согласно карточке учета транспортного средства владельцем грузового автомобиля VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак ...., является ООО «Скоростные линии».

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные истцами требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия сведений о том, что в момент ДТП, в результате которого погиб ФИО1, транспортное средство VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак .... выбыло из обладания его владельца в результате противоправных действий других лиц. Более того, как указал суд, представитель ответчика в судебном заседании не заявлял о наличии оснований для освобождения организации от ответственности за причиненный вред полностью, в том числе не заявлял доводов о том, что управляя транспортным средством VOLVO FH-TRUCK 4x2, государственный регистрационный знак ...., 21 марта 2022 года ФИО8 не исполнял свои трудовые (служебные, должностные) обязанности.

Установив, что погибший ФИО1 являлся сыном ФИО4, отцом ФИО5 и ФИО2, приняв во внимание добровольную выплату ответчиком суммы компенсации в размере 150000 рублей (по 50000 рублей каждому из истцов), суд определил размеры компенсаций, подлежащих взысканию в пользу истцов.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами, основанными на установленных обстоятельствах, подтвержденных представленными доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению в силу следующего.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме, лицом, причинившим вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

На основании пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (статья 2), каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20), право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Исходя из положений статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, определяющих, что право каждого лица на жизнь охраняется законом, никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание, и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека в тех случаях, когда имело место нарушение права на жизнь, родственники умерших имеют право на обращение, в том числе в судебные органы с требованием о соответствующей компенсации в связи с нарушением этого права.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками погибшего лица, поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред). В связи с чем, истица правомерно обратилась к ответчику с требованием о компенсации морального вреда.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишились сына и отца, являвшегося для них близким человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием.

Утрата близкого человека всегда рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, факт причинения истцам морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь принципами разумности и справедливости, принял во внимание все обстоятельства, указанные в статьях 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих рассматриваемые правоотношения, при которых действиями работника ответчика при управлении источником повышенной опасности истцам причинен моральный вред, степень вины работника ответчика, тяжесть наступивших последствий, характер и объем причиненных истцам страданий и нравственных переживаний, невосполнимость утраты родного человека.

Установленный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда соответствует характеру и степени причиненных истцам физических и нравственных страданий, значимости таких нематериальных благ, как жизнь и здоровье, фактическим обстоятельствам, при которых был причинен моральный вред, а также требованиям разумности и справедливости.

Как верно указал суд, сам по себе факт смерти ФИО1 не может не причинить его матери и детям соответствующих нравственных страданий в виде переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя.

Суд обоснованно принял во внимание доводы истца ФИО4 и представленные ею документы, свидетельствующие о том, что после смерти сына ухудшилось ее психоэмоциональное состояние и она была вынуждена обращаться за медицинской помощью. Наличие у ФИО4 хронических заболеваний до смерти сына, не свидетельствует об отсутствии переживаний и стресса в результате смерти ФИО1, на заботу и помощь которого она надеялась в старости.

Судебная коллегия отклоняет доводы представителя ответчика о недоказанности общения погибшего ФИО1 с детьми, участия в их воспитании. Вопреки доводам ответчика о том, что погибший ФИО1 уклонялся от алиментных обязательств по содержанию детей, в судебном заседании истец ФИО5 пояснила, что ее отец во время отдыха между рейсами часто встречался с ней, они вместе проводили время, общались. Он постоянно интересовался ее делами, проблемами.

Законный представитель несовершеннолетнего ФИО2 – ФИО7 в суде апелляционной инстанции пояснила, что после расторжения брака с ФИО1 они помирились и проживали совместно. Ее супруг содержал семью и занимался воспитанием сына.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в целом доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом, влияли бы на обоснованность и законность принятого решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Судом первой инстанции с достаточной полнотой исследованы обстоятельства дела и дана надлежащая оценка представленным доказательствам по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выводы суда первой инстанции не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу установлены правильно, нормы материального права к спорным правоотношениям применены верно, существенных нарушений норм процессуального права не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда города Казани от 21 февраля 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя общества с ограниченной ответственностью «Скоростные линии» – ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 7 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи