УИД 39RS0001-01-2023-001304-24

Дело № 2-2516/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 октября 2023 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе судьи Нартя Е.А., при секретаре Марийченко Н.В.,

с участием помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Шанько Г.О., представителя ответчика – ОМВД России по Московскому району г. Калининграда, УМВД России по Калининградской области по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства по Калининградской области, СУ СК РФ по Калининградской области, УМВД России по Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО7 (истец) обратилась в суд с иском к ответчикам Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства по Калининградской области, СУ СК РФ по Калининградской области, УМВД России по Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, указывая следующее.

Летом 2015 года из Следственного Комитета РФ, отвечая на ее заявление ей сообщили, что ДД.ММ.ГГГГ из уголовного дела №, возбужденного по ч.1 ст. 105 УК РФ по факту убийства ее сына ФИО8 были выделены в отдельное производство материалы по факту обнаружения телесных повреждений повлекших причинение вреда здоровью различной степени тяжести и направлены для принятия процессуального решения в ОП № УМВД России по г. Калининграду. Ее сыну было причинено 21 повреждение, в том числе 5 ножевых ранений. В причинении повреждений принимали участие лица цыганской национальности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Не получив до конца июля 2015 информации о ходе расследования она обратилась с заявлением в ОП № УМВД России по г. Калининграду по указанным материалам с приложением копий документов. В заявлении просила разобраться и привлечь ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, принимавших участие в убийстве ее сына, к уголовной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили, что по ее заявлению проведена проверка, но в связи с отсутствием номера исходящего из Следственного комитета РФ не представилось возможным установить факт поступления и регистрации материалов из уголовного дела №.

ДД.ММ.ГГГГ руководитель следственного отдела дал ответ, в котором указал номер исходящего – <данные изъяты> В ноябре 2015 года на ее повторное заявление с дополненными данными от начальника Отдела полиции № УМВД России по г. Калининграду за исх. № от ДД.ММ.ГГГГ получен ответ, из которого следует, что в ходе проведенной проверки установлено, что материалы по факту обнаружения телесных повреждений, повлекших причинение вреда здоровью различной степени тяжести ФИО8 из СУ СК по калининградской области в ОП № УМВД России по г. Калининграду не поступали, соответственно проверка по ним не проводилась, процессуального решения не принималось. Аналогичный ответ был получен из Прокуратуры Калининградской области. В конце декабря 2015 года из Следственного управление СК России по Калининградской области ей поступил ответ, что по ее заявлению руководителем следственного управления назначена служебная проверка. В конце января 2016 года из следственного управления пришло письменное извещение о продлении срока проверки до ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которой никто из сотрудников не был привлечен к ни к дисциплинарной, ни к уголовной ответственности. Следователи следственного управления по Калининградской области, по мнению истца, незаконно переквалифицировали уголовное дело по убийству ФИО8 со ст. 105 УК РФ на ст. 108 УК РФ, освободив от ответственности убийц. По уголовному делу № за убийство ФИО8 формально наказан лишь ФИО5

В марте 2018 года из отдела полиции Московского района г. Калининграда истец получила постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следовало, что в настоящее время установлено достаточно данных указывающих, что в действиях ФИО5 усматриваются признаки состава преступления предусмотренного ст. 112 УК РФ, однако учитывая, что санкция статьи 112 УК РФ предусматривает наказание – лишение свободы на срок до трех лет, что в соответствии со ст. 15 ч.2 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести. В соответствии со ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло два года после совершения преступления небольшой тяжести, в связи с чем руководствуясь ст. 24 ч.1 п. 3 УПК РФ в возбуждении уголовного дела отказано. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ указано, что материалы в отношении ФИО2 выделены в отдельное производство по признакам ст.116 УК РФ. Однако начальник дознания уволилась, а в полиции нет данных о том, что в отношении ФИО2 принималось решение.

Указывает, что укрывательство преступлений со стороны работников Следственного комитета РФ и сотрудников МВД РФ на сегодняшний день не позволяют ей добиться справедливого наказания для убийц ФИО8 Органы внутренних дел в нарушение 4.1 ст.6.1 УПК РФ с момента регистрации сообщения о преступлении в 2011 году, т.е. по истечению более 10 лет, законного и обоснованного решения не приняли. По мнению истца, бюрократическая задержка, недобросовестное затягивание, волокита непрофессионализм должностных лиц, имеющих отношение к расследованию, бездействие и невыполнение должностных обязанностей, а также коррупции привело к тому, что виновное лицо избежало законного, справедливого наказания. От незаконных бездействий должностных лиц следственного управления Следственного комитета РФ по Калининградской области и УМВД России по Калининградской области на протяжении длительного периода времени она испытывает нравственные и физические страдания, переживание, физическую боль, приведшим к серьёзным заболеваниям, проблемам с давлением, с глазами (перенесла операцию) и более серьёзным заболеваниям.

Незаконными бездействиями должностных лиц УМВД России по Калининградской области, следственного управления Следственного комитета РФ по Калининградской области ей причинен моральный вред.

Незаконность бездействия должностных лиц органов внутренних дел, следственного управления Следственного комитета РФ, причинение морального вреда подтверждается многочисленными постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела, утрате документов уголовного дела, издевательском отношении к памяти ее сына. Сумму морального вреда в размере 2 000 000 рублей обосновывает длительностью неправомерного бездействия должностных лиц, волокитой, допущенной в ходе предварительного следствия, пренебрежительным отношением к ней как к потерпевшей, понесенными расходами по оказанию ей правовой помощи.

На основании вышеизложенного просит суд возместить ей моральный вред, причиненный в результате неоправданно долгого дознания и следствия следственного комитета, утрату материалов уголовного дела, непривлечения к ответственности должностных лиц, взыскав с Министерства Финансов РФ компенсацию морального вреда в размере 2000000 (два миллиона) рублей.

Судом в ходе рассмотрения дела в качестве соответчиков привлечены ОМВД России по Московскому району г. Калининграда, МВД России, Следственный комитет РФ.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явилась, судом извещена надлежаще, ее представитель по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явился, согласно телефонограмме просил дело рассмотреть в его отсутствие, настаивал на удовлетворении заявленных требований. Ранее в судебном заседании дал пояснения аналогичные изложенному в иске, указал, что из-за волокиты ответчиков ФИО5 избежал наказания по причинению ФИО10 телесных повреждений, при этом, никто из сотрудников следственного управления не привлечен к ответственности.

Представитель ответчика – ОМВД России по Московскому району г. Калининграда, УМВД России по Калининградской области по доверенности ФИО1 с иском не согласилась, полагала, что оснований для взыскания компенсации морального вреда с МВД России не имеется, представила письменный отзыв на иск, дополнительно пояснила, что каких-либо судебных актов, свидетельствующих о признании незаконными действий (бездействий) сотрудников ОМВД не имеется. Доказательств наступления неблагоприятных последствий в виде нравственных либо физических страданий, причиненных сотрудниками ОМВД, обосновывающих заявленный размер компенсации морального вреда ФИО7 не представлено. Действия сотрудников органов внутренних дел, участвовавших в рассмотрении заявлений истца, незаконными не признавались. Вынесение постановления об отказе в возбуждении дела сотрудником органов внутренних дел на законных основаниях не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку оно направлено на обеспечение соблюдения прав граждан. При таких обстоятельствах, само по себе вынесение постановления об отказе в возбуждении дела на законных основаниях не порождает у заявителя право на компенсацию морального вреда.

От представителя ответчика СУ СК РФ по Калининградской области ФИО11 поступили письменные возражения на исковое заявление (л.д.147-150), в которых ответчик указал, что следственным управлением приняты исчерпывающие меры, направленные на восстановление нарушенных прав ФИО7, как потерпевшей по уголовному делу, все ее обращения рассмотрены должным образом, подтвердившийся факт утраты материала доследственной проверки о причинении ФИО8 повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, устранен. Кроме того, каких-либо доказательств, обосновывающих размер компенсации морального вреда, заявленный истом, последней не представлено.

От представителя ответчиков Министерства финансов РФ, УФК по Калининградской области поступили возражения, в которых представитель указал, что Министерство финансов РФ, УФК по Калининградской области являются ненадлежащими ответчиками по настоящему делу.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени, дате и месте слушания дела извещены надлежащим образом.

Заслушав представителя ответчика – ОМВД России по Московскому району г. Калининграда, УМВД России по Калининградской области по доверенности ФИО1, помощника прокурора, полагавшего заявленные требования о компенсации морального вреда не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, обозрев материал об отказе в возбуждении уголовного дела КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ ОМ 4108, материал об отказе в возбуждении уголовного дела №, надзорное производство №-№ (2 тома), надзорное производство №, надзорное производство №, материал по факту утраты материалов КРСоП № №пр/16, контрольное производство №, уголовное дело №, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из представленных материалов, ДД.ММ.ГГГГ в СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Постановлением следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 признана потерпевшей по уголовному делу 00267/11.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя СО по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО22 вынесено постановление о выделении в отдельное производство материалов проверки по факту причинения телесных повреждений ФИО2, ФИО3 и ФИО12, содержащие признаки преступлений, предусмотренных ст. 115, ч. 1 ст. 116 УК РФ, которые по подследственности направлены в ОП № г. Калининграда УМВД России по Калининградской области.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя СО по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО22 вынесено постановление о выделении в отдельное производство материалов проверки, содержащих признаки совершения в отношении ФИО10 неустановленными лицами преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, по факту причинения последнему телесных повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением смерти.

По окончании расследования уголовное дело № в отношении ФИО16 направлено прокурору с обвинительным заключением и впоследствии – в суд.

Вступившим в законную силу приговором Московского районного суда г. Калининграда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.108 УК РФ и ему назначено наказание в виде исправительных работ сроком на 1 год 6 месяцев с удержанием в доход государства 20 процентов из его заработной платы. В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Постановлено считать назначенное в отношении ФИО5 наказание, с учетом его содержания под стражей, отбытым.

Из рапорта следователя СК России по Калининградской области от ДД.ММ.ГГГГ на имя Руководителя следственного отдела по Московскому району г. Калининграда следственного управления Следственного комитета РФ по Калининградской области следует, что согласно поступившему требованию Прокуратуры Московского района г. Калининграда, ДД.ММ.ГГГГ из уголовного дела № были выделены материалы, в действиях неустановленных лиц усматриваются признаки преступления.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ следователем СО по Московскому району г. Калининграда следственного управления Следственного комитета РФ по Калининградской области рассмотрены материалы проверки по сообщению о совершении преступления, выделенные материалы уголовного дела № переданы в ОП № УМВД России по г. Калининграду (в настоящее время ОМВД России по Московскому району г. Калининграда), то есть по истечении 4 лет 8 месяцев.

В ОД ОМВД проведена процессуальная проверка по ОМ №, № по факту причинения телесных повреждений ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ постановлением врио начальника ОД ОМВД вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 112 УК РФ на основании п.3 ч.1. ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности.

Постановлением Московского районного суда г. Калининграда № от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении жалобы ФИО7 в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление врио начальника ОД ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 112 УК РФ было отказано.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ из ОМ № в отдельное производство выделены материалы предварительной проверки по факту причинения в 2011г. ФИО8 телесных повреждений гр. ФИО2

Постановлением старшего дознавателя ОД ОП № УМВД России по г. Калининграду по материалу дополнительной проверки № № от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по ст.ст.115, 116 УК РФ в отношении ФИО2 отказано на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Постановлением Московского районного суда г. Калининграда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № жалоба ФИО7 в порядке ст. 125 УПК РФ о признании незаконным вышеназванного постановления старшего дознавателя ОД ОП № УМВД России по г. Калининграду от ДД.ММ.ГГГГ оставлена без удовлетворения.

ДД.ММ.ГГГГ №-2020 Прокуратурой Московского района г. Калининграда по заявлению ФИО7 в ОМВД России по Московскому району г. Калининграда направлен материал проверки № по факту причинения телесных повреждений ФИО8

По результатам проверки законности принятого решения об отказе в возбуждении уголовного дела установлено, что оснований для отмены постановления в настоящее время не имеется.

В статье 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 ГК РФ, относится, в частности, возмещение убытков, под которыми понимаются, в том числе, расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления своего нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

При этом ответственность, предусмотренная вышеназванной нормой, наступает при совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, подтвержденность размера причиненного вреда, а также, причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Реализуя названные предписания Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в статьях 1069 и 1070 ГК РФ основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти, и их должностных лиц.

В силу статьи 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании пункта 2 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, статья 151 ГК РФ не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, постановления от 26 октября 2021 года N 45-П, от 8 июня 2015 года N 14-П, определение от 27 октября 2015 года N 2506-О и другие).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами главы 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления от 20 декабря 1994 года N 10).

Аналогичные разъяснения содержит и действующее постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление от 15 ноября 2022 года N 33).

На основании пункта 1 поименованного постановления под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пункт 12 постановления от 15 ноября 2022 года N 33 устанавливает, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений высшей судебной инстанции моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу статей 17 (части 1 и 2) и 18 Конституции Российской Федерации право на государственную защиту является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность правоохранительных органов, предполагает не только право на обращение в правоохранительные органы, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством расследования совершенного преступления, отвечающего требованиям справедливости и равенства.

Если неэффективное расследование, невыполнение или ненадлежащее выполнение органами уголовного преследования своей процессуальной обязанности по проверке сообщения о преступлении, выражающееся, в том числе, в длительном затягивании решения вопроса о наличии оснований для возбуждения уголовного дела, в неоднократном необоснованном прерывании проверки по заявлению о преступлении, в непроявлении должного усердия и тщательности при выявлении лиц, виновных в его совершении, в целях их своевременного привлечения к ответственности, сделало невозможным реализацию права истца как лица, потерпевшего от преступления, на доступность средств правовой защиты, истец вправе претендовать как на возмещение материального ущерба, так и на компенсацию морального вреда.

Исходя из приведенных правовых норм в их системном толковании с положениями статей 45, 46, 52 Конституции Российской Федерации, государство обеспечивает потерпевшим от преступлений и злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба, реализация указанных прав осуществляется, в частности, посредством уголовно-процессуального регулирования, предполагающего обязанность органов предварительного расследования при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование по делам публичного и частнопубличного обвинения, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений, невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности, выражающееся в том числе в длительном затягивании решения вопроса по заявлению гражданина о совершенном преступлении и неоднократном прерывании и возобновлении проверки такого заявления, приводит к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2008 г. N 133-О-О).

В определениях от 17 октября 2006 года N 425-О, 20 декабря 2005 года N 477-О Конституционный Суд Российской Федерации особо подчеркивал, что федеральный законодатель установил в уголовно-процессуальном законе обязательность принятия по заявлению (сообщению) о преступлении предусмотренного законом решения в установленный срок, допустимость возбуждения уголовного дела лишь при наличии предусмотренных законом поводов и оснований, возможность обжалования отказа в возбуждении уголовного дела в суд или прокурору, который вправе в соответствии с нормой части 6 статьи 148 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по жалобе заинтересованных лиц отменить, в том числе постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела, признав его незаконным или необоснованным, и направить соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями, устанавливая срок их исполнения.

Незаконным бездействием полиции, выражающимся в том числе в длительном затягивании решения вопроса по заявлению гражданина о совершенном преступлении и неоднократном прерывании и возобновлении проверки такого заявления при непринятии каких-либо мер на протяжении длительного периода времени, нарушаются личные неимущественные права гражданина, приобретенные им от рождения и гарантированные, в том числе и главой 2 Конституции Российской Федерации: право на защиту государством от преступлений, право на соблюдение федеральных законов государственными органами, право на достоинство, право на доступ к правосудию, на социальную безопасность.

Из материалов дела следует, что в обоснование исковых требований о взыскании компенсации морального вреда ФИО7 ссылается, в том числе на длительное бездействие сотрудников следственного управления, допустивших утрату выделенного материала из уголовного дела №, непринятие действенных мер по восстановлению утраченных документов.

Так, из материалов дела следует, что в декабре 2015 в следственное управление поступило обращение ФИО7, в котором последняя указала, что материалы доследственной проверки по факту причинения ее сыну ФИО8 телесных повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, выделенные в отдельное производство ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя СО по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО22, в ОП № г. Калининграда не поступали.

В связи с указанным обращением ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного управления ФИО17 была назначена служебная проверка, проведение которой поручено заместителю руководителя отдела процессуального контроля следственного управления ФИО18

По результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт непоступления в отдел полиции № УМВД России по г. Калининграду материалов по факту причинения телесных повреждение ФИО8, выделенных ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя следственного отдела по Московскому району г. Калининграда в порядке ст. 155 УПК РФ из уголовного дела по факту убийства ФИО8, а материалы проверки – утраченными; признано установленным нарушение требований п.п. 4.3.2, 4.3.3 раздела 4.3. Инструкции по делопроизводству Следственного комитета Российской Федерации, утвержденной приказом Председателя Следственного комитета Российской Федерации от 18.07.2012 № 40, допущенное бывшим руководителем следственного отдела по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО19; признаны установленными нарушения требований ст.ст. 143, 144, 145 УПК РФ, п.п. 2, 3, 4, 16 Инструкции «О порядке приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного комитета Российской Федерации» № 72 от 03.05.2011 (действовавшей на период совершения нарушений), п. 1.2 приказа Председателя Следственного комитета Российской Федерации от 15.01.2015 № 1 «Об организации процессуального контроля в Следственном комитете Российской Федерации», допущенные бывшим руководителем следственного отдела по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО19 и заместителем руководителя указанного следственного отдела ФИО22, повлекшие утрату материалов. Как указано в заключении, в связи с допущенными нарушениями, ФИО19 и ФИО22 заслуживают привлечения к дисциплинарной ответственности, однако, в связи с истечением предусмотренного законодательством Российской Федерации, срока привлечения к дисциплинарной ответственности, вопрос об ответственности постановлено не рассматривать. Руководителю СО по Московскому району г. Калининграда следственного управления ФИО20 поручено принять меры к восстановлению утраченных материалов, организовать составление рапорта в порядке ст. 143 УПК РФ об обнаружении признаков преступления по факту умышленного причинения ФИО8 телесных повреждений по ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116 УК РФ, регистрации его в книге регистрации сообщений о преступлении, проведении процессуальной проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ. Также руководителю отдела по расследованию особо важных дел следственного Управления ФИО21 поручено организовать проведение проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ в отношении ФИО19 и ФИО22 по ч.1 ст. 293 УК РФ.

Таким образом, доводы истца ФИО7 о нарушении ее прав как потерпевшей по уголовному делу, факт утраты материала доследственной проверки о причинении ФИО8 повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела.

В силу ст. 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные настоящим Кодексом; продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок.

Между тем, с момента совершения преступления (ДД.ММ.ГГГГ) на момент вынесения постановления врио начальника ОД ОМВД от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 112 УК РФ на основании п.3 ч.1. ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности прошло более шести лет.

К дисциплинарной ответственности ФИО22 и его непосредственный руководитель ФИО23 не привлечены в связи с истечением срока давности привлечения к дисциплинарной ответственности. Однако, указанное не свидетельствует об отсутствии вины указанных должностных лиц следственного управления.

Незаконность действий (бездействий) сотрудников следственного органа следственного управления, как справедливо указывает сторона истца, привели к необоснованному затягиванию принятия окончательного процессуального решения по материалу доследственной проверки о причинении ФИО8 повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, и, как следствие, к нарушению нематериальных благ истца, ее права право на соблюдение федеральных законов государственными органами.

Вопреки доводам ответчика СУ СК России по Калининградской области, законность или незаконность действий должностных лиц ответчика входит в предмет доказывания по настоящему делу. При этом, основанием к удовлетворению заявленных требований в данном случае применительно к положениям статьи 1064 ГК РФ может являться сам факт причинения морального вреда истцу незаконными действиями должностных лиц следственного управления, грубо нарушившими требования закона об осуществлении уголовного судопроизводства, выразившимися в волоките и неразумно длительном проведении доследственной проверки, в утрате материалов проверки о причинении ФИО8 повреждений, не состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти (меры к восстановлению которых были приняты следственным управлением спустя более четырех лет), в результате чего истица была лишена конституционного права на эффективное средство государственной правовой защиты.

Помимо прочего, установлено, что постановлением старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Калининградской области ФИО13 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО19 по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № жалоба ФИО7 в порядке ст.125 УПК РФ удовлетворена. Признано незаконным вышеуказанное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное старшим следователем отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Калининградской области ФИО13 по материалу КРСоП за №, на руководителя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Калининградской области возложена обязанность устранить допущенное нарушение.

Учитывая вышеизложенное в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истец в связи с незаконным бездействием (действием) со стороны должностных лиц органа следственного управления имеет право на возмещение морального вреда. Факт бездействия (незаконного действия) со стороны должностных лиц органов предварительного расследования подтвержден представленными по делу доказательствами, в результате чего нарушены права истца как потерпевшей на своевременное осуществление досудебного производства по уголовному делу, в связи с чем, истцу причинен моральный вред.

Принимая во внимание характер и тяжесть нравственных страданий, причиненных истцу, фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, длительность нарушения прав истца со стороны должностных лиц органа следственного управления, требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, в сумме 20000 рублей. Оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в большем размере, с учетом представленных в материалы дела доказательств, суд не усматривает.

Поскольку вред истцу причинен незаконными действиями должностных лиц Следственного комитета РФ, компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Следственного комитета РФ, являющегося главным распорядителем средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, за счет казны Российской Федерации.

При этом в удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, равно как и к ответчику УМВД России по Калининградской области надлежит отказать.

Каких-либо судебных актов, свидетельствующих о признании незаконными действий (бездействий) сотрудников УМВД России по Калининградской области, не имеется. Сам по себе факт не уведомления ФИО7 о результатах рассмотрения четырех обращений от ДД.ММ.ГГГГ, который нашел свое подтверждение в постановлении прокурора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16), не может являться основанием для взыскания компенсации морального вреда. Доказательств наступления неблагоприятных последствий в виде нравственных либо физических страданий, причиненных сотрудниками МВД, обосновывающих заявленный размер компенсации морального вреда ФИО7, в материалы дела не представлено.

В порядке ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию уплаченная при подаче иска госпошлина в размере 300 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО7 – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Следственного комитета Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО7 (паспорт №) в счет компенсации морального вреда – 20 000 (двадцать тысяч) руб., расходы по оплате государственной пошлины 300 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 01 ноября 2023 года.

Судья Е.А. Нартя