Дело № 2-5163/2022 66RS0004-01-2022-005243-64
Мотивированное решение изготовлено 30.11.2022 г.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Екатеринбург 23 ноября 2022 года
Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего Пономарёвой А.А., при секретаре судебного заседания Баженовой А.А.,
с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, старшего помощника прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Игушкиной Н.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, расходов,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей, расходов на оплату юридических услуг 30000 руб., расходов по оплате государственной пошлины 300 руб. 00 коп.
В обоснование заявленных требований пояснил, что 17.07.2020 г. по адресу <...> при движении на придомовой территории на автомобиле Киа Рио, г/н <данные изъяты>, водитель ФИО4 совершила наезд на истца, который являлся пешеходом, в результате которого истец получил травму ноги (<данные изъяты>), квалифицированную как вред здоровью средней тяжести. Постановлением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 24.02.2021 г. (дело № 5-572/2021) ФИО4 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, решением Свердловского областного суда от 25.05.2021 г. постановление суда первой инстанции оставлено без изменения, жалоба ФИО4 – без удовлетворения. За причиненные физические и нравственные страдания в результате полученной травмы истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 200000 рублей, поясняя, что он испытывал физическую боль, длительно проходил лечение, испытывал трудности в передвижении, не мог вести нормальную жизнедеятельность, помогать членам семьи в ведении домашнего хозяйства и в работе на садовом участке, по причине обжалования ответчиком постановления о привлечении ее к административной ответственности испытывал обиду, соседи и коллеги истца выражали сомнения в правомерных действиях истца.
В судебное заседание истец не явился, направил своего представителя ФИО1, который пояснил, что по последствиям травмы истцу диагностирован «<данные изъяты>», что подтверждается заключением врача-травматолога-ортопеда ГАУЗ СО «<данные изъяты>». От проведения по делу судебной медицинской экспертизы по установлению последствий и причинной связи травмы с заявленным заболеванием истец отказался. Дополнительно представитель истца пояснил, что супруга истца самостоятельно ухаживать за садовым участком не может как по причине того, что автомобилем управляет только истец, так и по причине того, что основные работы по хозяйству выполнял истец, что подтверждается представленными фотографиями. Компенсацию морального вреда, связанного с причиненным вредом здоровью, истец оценивает в 100000 рублей, связанный с последствиями причиненной травмы – 50000 рублей, с невозможностью ухаживать за садовым участком – 25000 рублей, с чувством несправедливости и обиды в результате действий ответчика по обжалованию постановления по делу об административном правонарушении – 25000 рублей. До настоящего времени ответчик извинения истцу не принесла, какой-либо помощи не оказала.
Ответчик в судебное заседание не явилась, направила своего представителя ФИО2, который не оспаривая факт ДТП, полагал, что максимально возможный размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО3, составляет 25000 рублей. Ответчик ФИО4 никогда не предпринимала действий для того, чтобы избежать ответственности за совершенное административное правонарушение, обжалование судебного постановления не может расцениваться как противоправное действие, поскольку является реализацией гарантированного каждому права на судебную защиту. После ДТП ответчик предлагала истцу помощь, однако он от нее отказался. Доказательств того, что ответчик умалила репутацию среди его коллег либо его достоинство истцом не представлено. Согласно листкам нетрудоспособности истец на стационарном лечении не находился, с 21.08.2020 г. активных жалоб на состояние здоровье не предъявлял, с 02.09.2020 г. ходил самостоятельно без опоры, выписан к труду с 30.09.2020 г. Доказательств того, что имеющееся у истца заболевание «<данные изъяты>» находится в непосредственной причинной связи с полученной травмой не представлено, причины данного заболевания могут быть различными, связанными, в том числе, с возрастом, наследственной предрасположенностью. Также ответчик полагает, что доказательств принадлежности истцу садового участка, невозможности осуществления ухода за ним самостоятельно супругой истца не имеется. Заявленный размер расходов на оплату юридических услуг полагает завышенным и подлежащим снижению до 15000 руб.
Старший помощник прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Игушкина Н.В. в заключении по делу полагала требования истца подлежащими удовлетворению, вместе с тем, при определении взыскиваемого размера компенсации морального вреда просила учесть требования разумности и справедливости.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).
Под моральным вредом согласно разъяснениям пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, в том числе здоровье.
На основании разъяснений пункта 12 приведенного Постановления обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).
В судебном заседании установлено, что 17.07.2020 г. в 07 час. 30 мин. в <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Киа Рио, г/н <данные изъяты>, под управлением ФИО4 и пешехода ФИО3 (л.д.9).
Вина ФИО4 в нарушении п. 10.1 Правил дорожного движения при движении на автомобиле на придомовой территории, которое привело к наезду на пешехода ФИО3, подтверждается судебными постановлениями по делу № 5-572/2021, видеозаписью ДТП и ответчиком при рассмотрении настоящего спора не оспаривается.
Также ответчиком не оспаривается и ее обязанность по компенсации истцу морального вреда, разногласия сторон связаны с размером денежной компенсации.
На основании ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.
На основании изложенного, судом в связи с недостижением согласия между сторонами подлежит определению только размер взыскиваемой компенсации морального вреда.
По общему правилу компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).
В силу абз. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
На основании разъяснений пункта 14 приведенного Постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 Постановления).
Из материалов дела следует, что согласно справке МАУ «<данные изъяты>» от 17.07.2020 г. (л.д.19) в результате полученной 17 июля 2020 г. травмы у ФИО3 диагностирован <данные изъяты>. Период его нетрудоспособности составил с 17.07.2020 по 29.09.2020 г. (л.д.25-26).
По заключению эксперта ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № <данные изъяты> (л.д.21-24) травма, полученная ФИО3 квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.
С учетом степени тяжести повреждения здоровья, продолжительности периода нетрудоспособности (более двух месяцев), характера самой травмы (перелом ноги, препятствующий свободному передвижению, управлению автомобилем) суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда, связанный с фактом причинения травмы, в сумме 100000 рублей отвечает требованиям разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, позволяет компенсировать истцу перенесенные им физические страдания (физическую боль, ограниченность в самостоятельном передвижении) и нравственные страдания (чувство беспомощности). Оснований для снижения указанного размера компенсации морального вреда судом при установленных обстоятельствах не усматривается.
Также в судебном заседании установлено, что в связи с последствиями полученной травмы истец был лишен возможности осуществления работы по уходу за садовым участком. Вопреки доводам ответчика принадлежность семье истца садового участка, осуществление истцом ухода за ним подтверждается свидетельствами о праве собственности (л.д. 34-40), а также представленными истцом фотографиями.
На основании разъяснений пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, также следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Из представленных в материалы дела фотографий садового участка, на которых присутствует и сам истец, возможно установить, что садовый участок используется истцом и членами его семьи для выращивания овощных, плодово-ягодных культур, цветов, насаждения требуют осуществления ухода, который связан с выполнением физического труда. Садовый участок не находится в черте города, для проезда в сад требуется использование личного транспорта, право на управление которым имеется у истца, что подтверждается полисом обязательного страхования гражданской ответственности.
В связи с прохождением лечения травмы ноги в летний период суд полагает установленным то обстоятельство, что истец не мог осуществлять работы и оказывать помощь в уходе за садовым участком, что с учетом его индивидуальных особенностей (значимости для истца самой возможности работы на садовом участке, выращивании собственных продуктов питания) причинило ему нравственные переживания (чувство беспомощности, разочарования, обиды). Заявленный в связи с этим размер компенсации морального вреда в сумме 25000 рублей суд с учетом характера и степени умаления благ истца полагает возможным оценить в 20000 рублей.
Вместе с тем, оснований для компенсации морального вреда, связанного с диагностированным истцу заболеванием «<данные изъяты>» по заключению врача-травматолога-ортопеда ГАУЗ СО «<данные изъяты>» от 14.03.2022 г. (л.д. 28) суд не усматривает, поскольку причинная связь данного заболевания с последствиями полученной истцом травмы допустимыми доказательствами (ст. 60 ГПК РФ) не подтверждена, о проведении по делу судебной медицинской экспертизы истец не заявил.
При разрешении требований о компенсации морального вреда, связанных с чувством обиды по причине оспаривания ответчиком постановления по делу об административном правонарушении в судебном порядке суд учитывает, что в результате указанных действий истец действительно мог испытывать нравственные переживания, однако моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда»).
Право на судебную защиту прав и свобод каждому гарантировано ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации. Обжалование ФИО4 постановления по делу об административном правонарушении является реализацией данного права, то есть правомерными действиями, которые исключают возможность компенсации в связи с их осуществлением морального вреда.
На основании ст. 98 ГПК РФ в связи с удовлетворением исковых требований ответчиком подлежат возмещению истцу понесенные им расходы, связанные с рассмотрением дела, по уплате государственной пошлины 300 руб. 0 коп. (чек-ордер от 30.05.2022 г.), а также по оплате юридических услуг.
Расходы на оплату услуг представителя присуждаются с учетом положений ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, то есть в разумных пределах и с учетом требований их относимости.
Из договора оказания юридических услуг от 16.04.2021 г. (л.д.47) следует, что в предмет договора входят услуги по взысканию ущерба здоровью, морального вреда в результате ДТП 17.07.2020 г. (20000 руб.), представление интересов заказчика в Свердловском областном суде по апелляционной жалобе ФИО4 (10000,00 руб.).
Исходя из акта приема-передачи оказанных услуг (л.д. 48), суд полагает, что услуги, связанные с подготовкой и подачей заявления о страховом возмещении в САО «РЕСО-Гаратия» отнесению на ответчика не подлежат.
Оплаченные по квитанциям от 19.04.2021 г. и от 27.05.2022 услуги в общем размере 30000 руб. (л.д.49), исходя из объема оказанных услуг, подлежат возмещению в сумме 25000 руб. Несоразмерности указанной суммы расходов из материалов дела судом не установлено.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО4 (<данные изъяты>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 120000 рублей, расходы по оплате юридических услуг 25000 руб. 00 коп., оплате государственной пошлины 300 руб., в удовлетворении остальной части требований – отказать.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья А.А. Пономарёва