Дело № 2-390/2022

УИД 65RS0003-01-2022-000445-83

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 октября 2022 года г. Анива

Анивский районный суд Сахалинской области в составе:

председательствующего: судьи Корчагиной А.В.

при секретаре Хертек А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» в лице конкурсного управляющего ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и признании сделки купли-продажи недвижимого имущества недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

17 мая 2022 года общество с ограниченной ответственностью «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» (далее – ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление») в лице конкурсного управляющего ФИО1 обратилось в суд с исковым заявлением, указав в нем, что решением Арбитражного суда Сахалинской области от 18 февраля 2020 года по делу № в отношении ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» введено конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 08 сентября 2021 года № № в рамках дела о банкротстве ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по выплате ФИО2 дивидендов, взыскании выплаченных средств, удовлетворено, с ФИО2 в пользу ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» взыскано 4 935 000 рублей.

30 декабря 2021 года в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство №-ИП.

20 января 2022 года на основании сделки купли-продажи, принадлежащее недвижимое имущество ФИО2 в виде: здание гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс, находящееся по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1360 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, перешло в собственность ФИО3

Однако при отчуждении вышеуказанного имущества ответчики злоупотребили правом по его распоряжению, поскольку данная сделка от 11 января 2022 года заключена ими в период введения в отношении ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» процедуры банкротства, после привлечения ФИО2 к имущественной ответственности перед обществом, а полученные денежные средства в результате сделки, на исполнение судебного решения ФИО2 не направлены.

Поскольку оспариваемая сделка нарушает право взыскателя на удовлетворение имущественных требований за счет имущества ФИО2, ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» просит признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи недвижимого имущества в виде здания гостиницы под многофункциональный комплекс с земельным участком, заключенный между ФИО2 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки; возложить на ФИО3 обязанность возвратить ФИО2 данное недвижимое имущество.

Определением Анивского районного суда от 20 мая 2022 года по настоящему делу приняты меры к обеспечению иска в виде наложения запрета Управлению государственной регистрации кадастра и картографии по Сахалинской области совершать регистрационные действия в отношении: здания с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> (гостиница «Анива»); земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1360 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>.

Протокольным определением Анивского районного суда от 22 июня 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечено Управление государственной регистрации кадастра и картографии по Сахалинской области.

Протокольным определением Анивского районного суда от 11 августа 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Сахалинской области.

В судебное заседание представитель истца ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» - конкурсный управляющий ФИО1 не явился о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежаще. Участвуя ранее в судебных заеданиях на удовлетворении исковых требований настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Согласно письменным пояснениям представителя истца ФИО1 от 07 октября 2022 года оспариваемая сделка является безнадежной, поскольку являясь ближайшими родственниками, ответчики имеют возможность оформить расписку о передаче денежных средств в любое время. 23 сентября 2022 года ответчик ФИО2 погасил сумму долга по исполнительному производству, что в свою очередь является признанием ответчиком исковых требований. Ссылаясь на положения статей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, представитель истца настаивал на признании оспариваемой сделки ничтожной, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчиков ФИО3, ФИО2 – ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требованиям не признала, по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Так, из письменных возражений следует, что правовым последствием заключения договора купли-продажи недвижимого имущества является переход права собственности на него от продавца к покупателю. В силу статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Поскольку на дату совершения сделки, обременение в виде запрета регистрации перехода прав в отношении спорного имущества в ЕГРП отсутствовало, сделка совершена в установленном законом порядке, правовые последствия в виде перехода права собственности от продавца к покупателю были созданы, переход прав произошел в момент регистрации сделки, то оспариваемая сделка мнимой не является.

Учитывая, что в отношении спорного имущества ограничений на регистрацию прав, арестов не установлено, судебных актов об обращении взыскания не выносилось, каких-либо запретов на распоряжение не имелось, ответчик ФИО3 является добросовестным приобретателем.

Ссылаясь на положения Определения Конституционного Суда РФ от 08.06.2004 № 226-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Уфимский нефтеперерабатывающий завод» на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации «О налоговых органах Российской Федерации» представитель ответчиков ФИО4 полагает, что оспариваемая сделка не посягает на публичные интересы, не противоречит основам правопорядка и нравственности, а следовательно не может является ничтожной.

Договор купли-продажи спорного имущества не нарушает запрет на распоряжение имуществом должника, наложенный постановлением суда или судебного пристава-исполнителя, в связи с чем, оспариваемая сделка недействительной не является.

Обращение взыскания на недвижимое имущество возможно, если у должника отсутствуют денежные средства. Поскольку судебный пристав не наложил запрет на распоряжение имуществом, а истец не обратился с заявлением для обращения взыскания на недвижимое имущество, то погашение задолженности ФИО2 перед ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» производится в денежном выражении, тем самым, основания для обращения взыскания на недвижимое имущества должника, отсутствуют. Изложив указанные обстоятельства, представитель ответчиков ФИО4 просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчики ФИО3, ФИО2, а также представители третьих лиц Управления государственной регистрации кадастра и картографии по Сахалинской области, Управление Федеральной налоговой службы по Сахалинской области в судебное заседание не явились, о дате времени и месте судебного заседания извещены надлежаще.

В соответствии с часть 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав объяснения лиц участвующих в деле, допрошенного в качестве свидетеля судебного пристава исполнителя Отдела судебных приставов по Анивскому району УФССП России по Сахалинской области Пак Ю.Ч., исследовав материалы дела и оценив все представленные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует и установлено судом, что решением Арбитражного суда Сахалинской области от 18 февраля 2020 года по делу № ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника сроком на пять месяцев – до 13 июля 2020 года, конкурсным управляющем утвержден ФИО1

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 08 сентября 2021 года по делу № № в рамках производства о несостоятельности (банкротстве) ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление», по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» ФИО1 о признании недействительной сделкой выплату дивидендов в пользу ФИО2 и о применении последствий недействительности сделки, платежи, совершенные ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» в пользу ФИО2 в виде выплат дивидендов от 09 декабря 2016 года на сумму 850 000 рублей, от 30 декабря 2016 года на сумму 2 000 000 рублей, от 13 января 2017 года на сумму 2 000 000 рублей, от 12 апреля 2017 года на сумму 85 000 рублей, признаны недействительными сделками; в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО2 в пользу ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» взысканы денежные средства в размере 4 935 000 рублей.

30 декабря 2021 года Отделом судебных приставов по Анивскому району на основании исполнительного листа, серии ФС № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Сахалинской области по делу №, о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» денежных средств в размере 4 935 000 рублей, возбуждено исполнительное производство №-ИП.

Согласно представленной информации Отдела судебных приставов по Анивскому району УФССП по Сахалинской области от 10 июня 2022 года взысканная сумма с ФИО2 в пользу ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» составляет 1 422 336 рублей 66 копеек; остаток задолженности ответчика составил 3 512 306 рубля 95 копеек.

Из исполнительного производства №-ИП следует, что должник ФИО2 фактически проживает по адресу: <адрес>; по адресу, указанному в исполнительном документе: <адрес> проживают его сын - ФИО5 с супругой ФИО3; на имя должника ФИО2 открыты счета в банках, в связи с чем, 10 января 2022 года судебным приставом-исполнителем обращено взыскание на денежные средства должника, находящиеся в кредитных организациях.

25 февраля 2022 года постановлением судебного пристава-исполнителя по Анивскому району УФССП по Сахалинской области наложен запрет на совершение регистрационных действий, а также по регистрации ограничений и обременений в отношении имущества, принадлежащего ФИО2, в виде земельного участка, общей площадью 15394 кв.м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; здания гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый №, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №; земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1360 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>; жилое помещение, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.

15 марта 2022 года с Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Сахалинской области в адрес судебного пристава поступили сведения, что исполнить постановление №-ИП от 25 февраля 2022 года о запрете на совершение регистрационных действий в отношении недвижимого имущества: нежилое здание кадастровый номер № и земельный участок с кадастровым номером №, не представляется возможным, поскольку указанные объекты на праве собственности ФИО2 не принадлежат.

Таким образом, решение суда исполнялось посредством обращения судебным приставом исполнителем взыскания на денежные средства должника, находящиеся на счетах в банке.

Из пояснений представителя истца ФИО1, данных в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, следует, что передача спорного имущества произошла в период исполнения решения Арбитражного суда Сахалинской области по возбужденному исполнительному производству. Денежные средства, вырученные по оспариваемой сделке, на погашение долга ответчиком ФИО2 не направлялись, в связи с чем, со стороны должника имеется уклонение от обращения взыскания с него денежных средств. Отчуждая спорное имущество, действительная воля ФИО2 направлена на передачу активов должника иному лицу во избежание обращения взыскания на имущество по исполнительному производству и ухода от ответственности, что в свою очередь, является злоупотреблением правом. Учитывая, что стороны сделки имеют родственные отношения, а доказательств финансовой состоятельности ФИО3 не представлено, имеется злоупотребление правом со стороны участников сделки и ее притворность, поскольку в данном случае имело место передача активов аффилированному лицу во избежание обращения взыскания на имущество ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление».

Так, в силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Судом установлено, что 11 января 2022 года между ФИО2, в лице его сына ФИО5, действующего на основании доверенности от 05 октября 2021 года (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договора купли-продажи гостиницы с земельным участком (далее - Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ), согласно которому недвижимое имущество: - здание гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс, находящееся по адресу: <адрес>, кадастровый №, расположенное на земельном участке с кадастровым номером № (цена здания составляет 8 900 000 рублей); - земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1360 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, оцениваемый сторонами в 1 100 000 рублей, перешли в собственность ФИО3

Согласно передаточному акту от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, в лице ФИО5, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, передал, а ФИО3 приняла здание «гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс» с земельным участком, расположенным по адресу: <адрес>; сделка исполнена, стороны не имеют претензий, связанных с исполнением договора купли-продажи.

20 января 2022 года Управлением Росреестра по Сахалинской области произведена государственная регистрация прав (перехода прав) по указанной сделке, о чем сделана запись о регистрации права № и № (соответственно).

Из материалов дела также следует и не оспаривается сторонами, что ответчики ФИО3 и ФИО2 состоят в родственных отношениях.

Так, по сведениям Отдела записи актов гражданского состояния Анивского района агентства ЗАГС Сахалинской области между ФИО5 и ФИО6 (ныне Авенян) ФИО7 заключен брак, о чем имеется запись № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно свидетельству о рождении серии I-ГТ №, отцом ФИО5 является ответчик ФИО2.

Допрошенная в качестве свидетеля судебный пристав-исполнитель Отдела судебных приставов по Анивскому району УФССП по Сахалинской области Пак Ю.Ч. пояснила, что 30 декабря 2021 года постановление о возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО2 направлено ему через Единый портал государственных услуг, 11 января 2022 года указанные сведения в электронным виде о возбуждении исполнительного производства ФИО2 открыты и прочитаны, что подтверждается материалами исполнительного производства.

Таким образом, судом установлено, что ответчик ФИО2, достоверно зная о наличии исполнительного производства, 11 января 2022 года совершил сделку купли-продажи принадлежащего ему недвижимого имущества, стоимостью 10 000 000 рублей, с близким родственником, не направив денежные средства, полученные по сделке, на погашение имеющейся у него задолженности по возбужденному в отношении него исполнительному производству.

Как установлено частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При таких обстоятельствах добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Таким образом, злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что со стороны ФИО2 имелось злоупотребление своим правом исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившиеся в отчуждении спорного имущества при наличии неисполненных обязательств перед истцом, возложенных вступившим в законную силу решением суда, что не может быть расценено судом как добросовестность сторон по сделке.

По мнению суда, ФИО2, отчуждая недвижимое имущество в период возбужденного в отношении его исполнительного производства, не мог не осознавать о наличии у него неисполненных обязательств, однако совершил действия по уменьшению объема принадлежащего ему имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем денежной суммы за эту вещь. Более того, поскольку фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон отсутствует цели достигнуть заявленного ими результата, то установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной. Поэтому для обоснования мнимости сделки заинтересованному лицу (истцу) необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору (сделке) купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Указанная сделка не может быть признана мнимой, если она направлена на переход титула собственника и такой переход состоялся в установленном порядке.

Оценив представленные сторонами доказательства по требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что ответчики ФИО2 и ФИО3, являются заинтересованными лицами, поведение ответчиков указывает на последовательность действий, совершенных с целью формального вывода из собственности ФИО2 имущества, на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам должника перед истцом, в связи с чем, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о признания сделки купли-продажи недвижимого имущества недействительной и применении последствий недействительности сделки.

При указанных обстоятельствах, доводы представителя ответчиков ФИО4 о том, что на дату совершения сделки, обременение в виде запрета регистрации перехода прав в отношении спорного имущества в ЕГРП отсутствовало, сделка совершена в установленном законом порядке, в связи с чем, оспариваемая сделка мнимой не является, суд находит не состоятельными, поскольку регистрация перехода права собственности не свидетельствует об исполнении сторонами сделки.

По этим же основаниям судом отклоняются судом и доводы представителя ответчиков, что ответчик ФИО3 является добросовестным приобретателем.

Возражая против доводов истца о неплатежеспособности ответчика ФИО8, ее представителем ФИО4 представлен договор купли-продажи доли в уставном капитале от 18 октября 2019 года, согласно которому ФИО3(продавец) продала Ди Ри А. (покупатель) долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Олимп» в размере 66,5 % за 46 550 000 рублей.

Так, согласно пункту 4.1 указанного договора, расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора путем внесения денежных средств в размере 46 550 000 рублей на публичный расчетный счет нотариуса согласно соглашению, удостоверенному 17 октября 2019 года нотариусом Южно-Сахалинского нотариального округа ФИО9 по реестру № что также подтверждается справкой, выданной нотариусом о приме указанной суммы на депонирование.

В подтверждение своей позиции и оплаты ФИО3 денежной суммы за спорное недвижимое имущество представитель ответчиков ФИО4 представила суду расписку от 12 января 2022 года, согласно которой ФИО5, действующий от имени ФИО2, получил от ФИО3 денежные средства по оплате договора купли-продажи от 11 января 2022 года в размере 10 000 000 рублей, иных документов не представлено. Наряду с этим, в договоре купли-продажи также имеется указание на то, что расчет произведен наличными в размере 10 000 000 рублей.

Анализируя данные обстоятельства, учитывая противоречивость объяснений представителя ответчиков в судебном заседании о том, что денежные средства по оспариваемой сделке в размере 1 300 000 рублей поступили от ФИО3 на расчетный счет ФИО2, а остальные денежные средства были переданы ему наличными, а также принимая во внимание, что судом неоднократно предлагалось стороне ответчика представить соответствующие доказательства движения денежных средств на счетах ФИО3, в том числе путем их снятия, подтвердив платежеспособность ответчика, суд приходит к выводу, что представленные документы не могут являться бесспорными доказательствами подтверждения оплаты сделки.

Таким образом, представленные в материалы дела документы, свидетельствующие о получении денежных средств ФИО2 в счет оплаты по договору купли-продажи, не свидетельствуют о том, что между сторонами произведен расчет по сделке, поскольку создание внешнего легального исполнения заключенного договора при условии наличия финансовой задолженности и, как следствие, угрозы обращения взыскания на имущество, подтверждает наличие оснований для признания такой сделки недействительной.

Вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, иных доказательств того, что между сторонами сделки произведен расчет, ответчиками не представлено и в судебном заседании не установлено.

Доводы представителя ответчиков ФИО4 о том, что ФИО3 осуществляла полномочия собственника по владению, пользованию объектом недвижимости, несла бремя его содержания, суд находит не состоятельными, поскольку представленные суду чеки, в силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не могут служить бесспорным доказательством того, что затраченные денежные средства были направлены ответчиком именно на содержание спорного имущества.

Оценивая представленные стороной ответчика договор аренды нежилого помещения от 01 августа 2022 года, заключенный между ФИО3 и ООО «КОМПЛЕКССТРОЙ», договор аренды нежилого помещения от 01 августа 2022 года, заключенный между ФИО3 и ООО « НИКА», а также иные договоры аренды, заключенные с ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, суд приходит к следующим выводам.

Согласно выписке из Единого реестра юридических лиц с 15 апреля 2019 года учредителями ООО «НИКА», в том числе являются ответчик ФИО3, генеральным директором является ФИО13; из выписки Единого реестра юридических лиц в отношении ООО «КОМПЛЕКССТРОЙ» следует, что ФИО3 до 2018 года являлась участником юридического лица и на основании её заявления и заявления ФИО13 от 01.02.2018 года в ЕРЮЛ внесены соответствующие изменения, в том числе о единственном учредителе ФИО14

Совокупность указанных обстоятельства, по мнению суда, подтверждают доводы истца о наличии фактической заинтересованности между ответчиком ФИО3 и указанными юридическими лицами, в связи с чем, не могут являться достоверным доказательством осуществления ФИО3 полномочий собственника по владению, пользованию спорным объектом недвижимости.

Кроме того, из представленных стороной ответчика иных договоров аренды нежилых помещений, расположенных в здании гостиницы, договоров с коммунальными организациями, следует, что заключены они ответчиком ФИО3 01 августа 2022 года, иных доказательств, по осуществлению ФИО3 полномочий собственника спорного объекта недвижимости, приобретенного по оспариваемой сделке 11 января 2022 года, в том числе договоры аренды, заключенные за более ранний период, суду не представлено.

Исходя из обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу, что спорный договор купли-продажи совершен в интересах именно ФИО2, а действия сторон по сделке, а также представленные суду договоры аренды и коммунальных услуг, направлены на сокрытие и вывод имущества должника с целью уклонения от расчетов с кредиторами, в данном случае ООО «Южно-Курильское строительно-монтажное управление».

Тем самым, совокупность имеющихся в материалах дела доказательств дает суду основания полагать, что при заключении договора купли-продажи спорного недвижимого имущества ответчики действовали недобросовестно.

Таким образом, установив, что ответчик ФИО2 сознательно уклонился от погашения задолженности, взысканной с него в пользу истца решением Арбитражного суда Сахалинской области, сделка купли-продажи спорного недвижимого имущества, совершена в непродолжительный период времени с момента возбуждения исполнительного производства лицами, состоящими в родственных отношениях, без подтверждения платежеспособности ФИО3 и фактической передачи денежных средств, по мнению суда, свидетельствует о её заключении лишь для вида и без намерения создать правовых последствий, с целью избежать ФИО2 обращения взыскания на спорное имущество.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела также следует, что постановлением судебного пристава исполнителя Отделения судебных приставов по Анивскому району УФССП по Сахалинской области от 03 октября 2022 года исполнительное производство №-ИП от 30 декабря 2021 года окончено на основании пункта 1 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с исполнением требованием исполнительного документа. Вместе с тем, погашение долга в ходе судебного разбирательства, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку совершенные ФИО2 действия по распоряжению своим имуществом являются недобросовестным поведением, свидетельствующим о преследовании цели сокрытия имущества от взыскания, что затрагивает права истца и влечет недействительность такой сделки с момента ее совершения.

При таких обстоятельствах, суд находит исковые требования, являющимися обоснованными и подлежащими удовлетворению, в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Южно-Курильское строительно-монтажное управление» в лице конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворить.

Признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ здания гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс, находящегося по адресу: <адрес>, кадастровый №, расположенного на земельном участке кадастровый №, и земельного участка кадастровый №, площадью 1360 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки и возложить на ФИО3 обязанность в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу возвратить в собственность ФИО2 недвижимое имущество: здание гостиницы «Анива» под многофункциональный комплекс, находящееся по адресу: <адрес>, кадастровый №, расположенное на земельном участке кадастровый № и земельный участок кадастровый №, площадью 1360 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.

Обеспечительные меры в виде запрета совершать регистрационные действия в отношении недвижимого имущества, принятые определением от 20 мая 2022 года, сохранить до вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня составления судом в окончательной форме.

Решение в мотивированной форме изготовлено 18 октября 2022 года.

Председательствующий: судья А.В.Корчагина