Дело № 2-3504/2023
УИД 59RS0011-01-2023-004266-02
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Березники 07 ноября 2023 года
Березниковский городской суд Пермского края в составе:
председательствующего судьи Халявиной Ю.А.,
при секретаре судебного заседания Мальцевой К.В.,
с участием помощника прокурора г. Березники Каменских В.С.,
истца ЕДБ,
представителя истца - адвоката ЗЕА, действующей на основании ордера от 05.10.2023,
представителей ответчика АО «ОХК « Уралхим»- МЮЕ, действующего на основании доверенности от 02.02.2023, НЕВ, действующей на основании доверенности от 02.02.2023,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Березники Пермского края гражданское дело по исковому заявлению ЕДБ к Филиалу «Азот» акционерного общества «Объединенная химическая компания «Уралхим» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
истец ЕДБ обратился в суд с иском к АО «ОХК «Уралхим» о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что с 31.03.1998 истец был принят на должность грузчика в ОАО «Азот», реорганизованное 14.12.2010 в ОАО «ОХК «Уралхим». ..... ЕДБ уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации ( далее ТК РФ). В соответствии с медицинским заключением истец нуждался в переводе на другую работу, которая у работодателя отсутствовала. 22.10.2004 при выполнении своих трудовых обязанностей по разгрузки мешкотары, в процесс исполнения порученных работ одна из кип с мешкотарой весом 70 кг. упала на шею и голову истца, причинив травму. Актом № о несчастном случае на производстве от ..... было установлено, что травма причинена в результате неисполнения работодателем требований по технике безопасности при организации труда при погрузке. Истец получил ...... Данные травмы не были отнесены к тяжелым повреждениям. В течение всей дальнейшей работы у ответчика истец постоянно проходил лечение, так как боли продолжались. С октября 2022 года у ЕДБ начало резкое ухудшение состояния здоровья в ...... После возникновения боли ЕДБ две недели не мог спать, проходил лечение у невролога. Боли немного уменьшились на непродолжительное время, и вновь начались. ЕДВ стал постоянно обращаться в больницу, и его отправляли на комиссии для определения заболевания. Из протокола врачебной комиссии от 04.04.2023 следует, что ЕДБ установлен диагноз: «...... Последствия производственной травмы (2004). 12.05.2023 врачебная комиссия основной диагноз подтвердила, указала, что имеются постоянные медицинские противопоказания для подъема и перемещения тяжестей, работы в наклон. ЕДБ направлен в МСЭ для решения вопроса определения процента утраты трудоспособности по последствиям производственной травмы (2004 года). Актом освидетельствования МСЭ от ..... ЕДБ установлена утрата профессиональной трудоспособности – 30 %. Истец считает, что по вине ответчика, не обеспечившего безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, потерял здоровье и лишился работы, проработав на предприятии более 25 лет, Моральный вред, выразившийся как в физических, так и нравственных страданиях, истец оценивает в ..... руб.
Ссылаясь на нормы права, ЕДБ просит взыскать с АО «ОХК «Уралхим» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере
1 500 000,00 руб.
Истец ЕДБ и его представитель ЗЕА, действующая на основании ордера от 05.10.2023, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме, по доводам, изложенным в иске.
Представители ответчика АО «ОХК «Уралхим» - МЮЕ, действующий на основании доверенности от 02.02.2023, НЕВ, действующая на основании доверенности от 02.02.2023, в судебном заседании просили удовлетворить исковые требования частично, в размере не превышающем 200 000,00 руб., обосновав доводами, изложенными в письменных возражениях.
Выслушав лиц, участвующих в деле, обозрев медицинские документы в отношении ЕДБ, дело Бюро № 18-Филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» в отношении ЕДБ, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, а также обстоятельств дела, суд пришел к следующим выводам.
В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.
В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.
Судом установлено, что ЕДБ с 31.03.1998 по 19.05.2023 был трудоустроен в АО «ОХК «Уралхим» (л.д.9-11,38-40). 19.05.2023 трудовой договор, заключенный с ЕДБ прекращен, в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными актами Российской Федерации либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).
В ходе рассмотрения дела установлено, и Актом № о несчастном случае на производстве подтверждается, что 22.10.2004 в смену с 7-19 часов, по заданию начальника смены КВН, грузчики смены № МВИ, ЛОА, ЕДБ разгружали мешкотару, поступившую в цех с автомашин в склад мешкотары, находящийся во ..... склада готовой продукции. Укладка кип с мешкотарой велась в штабель высотой 2 м., расположенной с право стороны 2-го отсека. Грузчик ЕДБ на электрогрузчике № привез к штабелю ..... кип с мешкотарой, уложенных на вилы электрогрузчика, поднял подъемник с вилами на высоту 2,5 м. При переключении рычага скорости погрузчик дернулся и одна из кип с мешкотарой весом 70 кг. Упала с вил электропогрузчика на голову сидевшего за рулем грузчика ЕДБ, причинив ему травму ...... Начальник смены КВН вызвала скорую и пострадавший ЕДБ был доставлен в городскую больницу №, отделение травматологии (л.д.14-16).
Согласно п. 9 Акта ..... Формы Н-1 о несчастном случае на производстве, причина несчастного случая: отсутствие паспортных (штатных) средств ограждения вил крыши электропогрузчика. Нарушение конструкции по паспорту 103К.00.00.000.ФО, ПОТ РМ-007-98 п. 2.84, ПОТ РМ-008-99 п. 2.5.1, 2.5.9, 2.5.10, Положение 5-ТБ п. 2.17.4, 2.14.1.1, 2.15.1.4, 2.15.1.5, ДИ ВАС-41 п. 2.1., 2.2, 2.6, ДИ АВ-10 п. 2.11, 2.19, ДИ ВАС-29 п. 2.27.
ЕДБ в категорию лиц, допустивших нарушения требование охраны труда не включен (л.д. 16).
Из медицинской карты № стационарного больного ЕДБ следует, что после полученной травмы, последний проходил стационарное лечение в травматологическом отделении МУ «Городская больница № им. Академика Е.А. Вагнера» с 22.10.2004 по 01.11.2004 с диагнозом: «.....». Выписан на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии.
В ходе рассмотрения дела установлено, что в период с 2017 года по 2021 год ЕДБ неоднократно находился на листке нетрудоспособности, с октября 2022 года у ЕДБ начало резкое ухудшение состояния здоровья в ....., что сторонами не оспаривается. ( л.д. 103-122)
Согласно Выписке из протокола врачебной комиссии ФБУН «ФНЦ медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения» № от 04.04.2023 ЕДБ установлены диагнозы: «...... Последствия производственной травмы (2004) (л.д.13).
Указанные диагнозы подтверждены Выпиской из протокола врачебной комиссии ФБУН «ФНЦ медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения» № от 12.05.2023.
Врачебной комиссией ФБУН «ФНЦ медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения» принято решение о постоянных медицинских противопоказаниях ЕДБ для подъема и перемещения тяжести, работы в наклон (л.д.12).
Из справки МСЭ-2006 №, выданной Бюро № 18 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России, 24.05.2023, следует, что в связи с несчастным случаем на производстве 22.10.2004, ЕДБ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности на 30 %. (л.д.8).
Согласно заключению о тяжести производственной травмы, выданной 27.10.2004, причиненное ЕДБ ....., ....., согласно «Схеме определения тяжести несчастных случаев на производстве», утвержденной Приказом № от ..... Министерства здравоохранения Российской Федерации, указанное повреждение не относится к числу тяжелых производственных травм (л.д.43).
В соответствии с п. 5.6 Коллективного договора, пострадавшим на производстве при отсутствии вины потерпевшего работодатель выплачивает сверх установленного законодательством пособия по временной нетрудоспособности единовременную компенсацию в размере дневной тарифной ставки (оклада) за каждый день нетрудоспособности (л.д.46-52).
Согласно расчетному листку от 04.11.2004, ЕДБ выплачена компенсация в размере ..... руб. (л.д.44).
Таким образом, установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что истцу 22.10.2004 года была причинена травма, повлекшая вред его здоровью, в результате виновных действий работодателя АО «ОХК «Уралхим».
В силу абз. 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.
В абз. 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ указано, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.
Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Положениями ст. 214 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда. Работодатель, в частности, обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Между тем, работодателем АО «ОХК «Уралхим» данные обязанности не были исполнены надлежащим образом, не были созданы необходимые безопасные условия труда, допущены нарушения требований техники безопасности, которые и явились основными причинами произошедшего с истцом несчастного случая. Наличие причинно-следственной связи между допущенными со стороны работодателя нарушениями и вредом, причиненным истцу, не вызывает сомнений.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истец, безусловно, имеет право на возмещение работодателем причиненного ему морального вреда.
Согласно ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно п.п. 26, 27, 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Согласно п.п. 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Согласно п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Оценивая в совокупности установленные обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что ответчик АО «ОХК «Уралхим», как работодатель ЕДБ, не в полной мере выполнивший возложенную на него ст.ст. 22, 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий труда, следствием чего, явилось получение истцом травмы, несет ответственность перед истцом за причиненный ему моральный вред.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Несомненно, в результате полученной травмы истцу ЕДБ были причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в болевых ощущениях, длительном лечении, психологических переживаниях в связи с ухудшением состояния здоровья. Кроме того, он утратил 30 % профессиональной трудоспособности, то есть, ограничен в выборе вида трудовой деятельности. Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение в судебном заседании.
Вместе с тем, суд принимает во внимание довод стороны ответчика о том, что с 2004 года ЕДБ за возмещением морального вреда и с заявлениями о переводе его на другую работу по состоянию здоровья к работодателю не обращался, как и не высказывал жалоб на состояние здоровья. Согласно заключениям периодического медицинского осмотра и заключительным актам, до 2022 года у ЕДБ не было выявлено противопоказаний для выполнения работы грузчика, он признавался годным к выполнению работы по данной профессии. ( л.д. 53-62,74-79) К лицам, нуждающимся в санаторно-курортом лечении, переводе на другую работу, ограничении по фактору трудового процесса и т.п. ЕДБ не относился. ( л.д. 80-97)
Кроме того, судом установлено, что с 25.10.2023 ЕДБ вновь принят в АО «ОХК «Уралхим» на должность машиниста кратцера 4 разряда.
С учетом изложенного, при определении размера денежной компенсации морального вреда суд принимает во внимание вышеизложенные обстоятельства, степень вины как самого потерпевшего, который до 2022 года каких-либо жалоб при проведении периодических медицинских осмотров не заявлял ни в медицинские учреждения, ни работодателю, так и вину причинителя вреда; объем, характер, тяжесть физических и нравственных страданий истца : травма не относится к категории тяжких, необходимость прохождения лечения, невозможность возвращения к прежнему полноценному образу жизни; возраст истца-..... лет, состав семьи истца, который в браке не состоит, имеет взрослую дочь; а также добросовестное поведение ответчика, который предлагал истцу иную работу, знакомил его с имеющимся вакансиями на предприятии, от которых истец отказывался (л.д.63-66, 67-69), обучил работника профессии «водитель погрузчика» (том 1 л.д. 70-72), принял ЕДБ на работу с 25.10.2023 машинистом крацера 4 разряда, а также требования разумности и справедливости, и определяет компенсацию морального вреда, подлежащую возмещению истцу ответчиком АО «ОХК «Уралхим» в размере ..... руб., полагая, что данная сумма является разумным эквивалентом причиненных ему нравственных и физических страданий с учетом обстоятельств причинения вреда.
На основании изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере ..... руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ЕДБ (СНИЛС №) к Филиалу «Азот» акционерного общества «Объединенная химическая компания «Уралхим» (ИНН №) о взыскании компенсации морального вреда,- удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Объединенная химическая компания «Уралхим» в пользу ЕДБ компенсацию морального вреда в сумме 200 000,00 руб. (Двести тысяч рублей 00 коп.)
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Березниковский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья: подпись
Копия верна: Судья Ю.А. Халявина
Решение суда в окончательной
форме принято 13.11.2023.