Дело №
УИД 41RS0№-21
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Петропавловск-Камчатский ДД.ММ.ГГГГ
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:
председательствующего судьи Нетеса С.С.,
при секретаре судебного заседания Ефремовой Л.Н.,
с участием:
истца ФИО1,
представителя третьего лица прокуратуры Камчатского края ФИО2,
представителя третьего лица УМВД России по Камчатскому краю ФИО3,
представителя третьего лица СУ СК России по Камчатскому краю ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ судьей Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края в отношении него вынесен приговор по делу № по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде исправительных работ сроком на 1 год с удержанием из заработка 10% в доход государства. Приговором суда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец совершил умышленное причинение легкого вреда здоровью ФИО6, вызвавшее кратковременное расстройство здоровья последнего. Действительно, ДД.ММ.ГГГГ истец нанес ФИО6 1 удар в область брови из-за высказанного последним оскорбления в адрес его матери. При этом судом дана оценка данному факту и указано на данное обстоятельство, как смягчающее наказание, с учетом противоправности поведения ФИО6, явившегося поводом для совершения преступления. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.
В приговоре суда указано, что по месту жительства в отношении ФИО1 жалоб и заявлений со стороны соседей и родственников не поступало, правонарушителем он не значится, соседи характеризуют его исключительно с положительной стороны. По месту обучения в средней школе № в течение 2 лет и затем в ПУ-3 в 2004-2005 годах, истец характеризуется с положительной стороны, в употреблений алкоголя и наркотиков не замечен, по месту работы в ООО «Устой-М» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зарекомендовал себя как добросовестный, исполнительный работник, дружелюбен и приветлив, выдержан по характеру, дисциплинирован, тактичен, трудолюбив, уволен по собственному желанию.
После конфликта, произошедшего со ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ истец caм явился в 1 отдел милиции, считая себя свидетелем, однако незаконно был взят по стражу в связи с фактом смерти ФИО6 с предъявлением обвинения по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, с которым истец был категорически не согласен. Вместе с тем судом отмечено, что показания на протяжении всего следствия по делу последовательны, суд нашел их достоверными, показания свидетелей, которые сообщили, что истцом иных телесных повреждений ФИО6 не наносилось, сомнений у суда не вызвали. Более того, истцом и свидетелями неоднократно сообщалось, что он пытался урегулировать конфликт между ФИО6 и осужденным по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО5 Действия истца не были направлены на избиение ФИО6 либо умышленное причинение ему тяжкого вреда здоровью. Только в судебном заседании государственный обвинитель исключил из объема обвинения указание на нанесение истцом ФИО6 свыше 1 удара, квалифицировав его действия по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.
В связи с содержанием под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ приговором суда произведен зачет данного периода в срок отбытия наказания из расчета 3 дня исправительных работ за 1 день лишения свободы. Истец был освобожден из-под стражи немедленно в зале суда. При этом в силу части 1 статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, при наличии определенных обстоятельств, которые в его случае отсутствуют. Таким образом, неверная квалификация действий истца ДД.ММ.ГГГГ послужила основанием для незаконного нахождения под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (218 дней). Более того, исходя из приговора суда 218 дней нахождения под стражей были учтены при назначении наказания в виде исправительных работ сроком на 1 год из расчета 3 дня за каждый, и таким образом составили 654 дня отбытого наказания, то есть почти 2 года.
По месту отбывания незаконного наказания в ФКУ ИЗ-41/1, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, истец нарушений режима содержания не допускал, в дисциплинарном порядке не наказывался, конфликтных ситуаций не допускал, с представителями администрации был корректен.
Размер компенсации причиненного истцу морального вреда в связи с неверной квалификацией совершенного им преступления, незаконным заключением под стражу, а также отбытием наказания в большем размере, чем допустимо законом, истец оценивает на сумму 1 000 000 руб.
На основании изложенного истец просил суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с незаконным применением в качестве меры пресечения заключение под стражу в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 000 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации о времени и месте судебного заседания извещено, представителя не направило, возражений не представило.
В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Камчатского края ФИО2, действующая на основании доверенности, полагала исковые требования подлежащими удовлетворению, с учетом принципа разумности и справедливости.
Согласно мнению на исковое заявление прокуратуры Камчатского края, принимая во внимание длительность уголовного преследования, в течение которых в отношении истца применялись меры процессуального принуждения, значительный срок нахождения под стражей (218 дней), категорию тяжести инкриминируемого истцу преступления, данные о личности ФИО1, его социальном положении, степень и характер нравственных страданий, связанных с уголовным преследованием, полагали заявление о взыскании компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, не допуская неосновательного обогащения на стороне истца.
В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, УМВД России по Камчатскому краю ФИО3, действующая на основании доверенности, полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на иск.
Согласно возражениям на исковое заявление УМВД России по Камчатскому краю в постановлениях, решении суда отсутствует указание на признание права истца на реабилитацию. В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие причинение ему вреда, противоправность действий (бездействия) органов, причинивших вред, наличие причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Полагали требования истца не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.
В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Камчатскому краю ФИО4, действующий на основании доверенности, просил в удовлетворении иска отказать. Указал, что избрание меры пресечения было обоснованным, последующая переквалификация действий не свидетельствует о незаконности этой меры. Время, проведенное под стражей, зачтено в наказание. Привлечение к уголовной ответственности является обоснованным, истец не был оправдан.
Как следует из письменных возражений СУ СК России по Камчатскому краю на исковое заявление, согласно материалам уголовного дела №, возбужденного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 задержан в порядке статей 91 и 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с подозрением в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (умышленное причинение вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего). Максимальное наказание за данное преступление в редакции, действовавшей на момент совершения деяния, составляло до 15 лет лишения свободы, что значительно превышает установленный законом порог в три года, необходимый для применения заключения под стражу. На момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 имелись законные основания, предусмотренные частью 1 статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а именно: подозрение в совершении особо тяжкого преступления, наказание за которое превышает три года лишения свободы. Утверждение истца о том, что избрание данной меры пресечения было незаконным, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и законодательству. Решение об избрании меры пресечения принималось на основании имеющихся на тот момент данных, которые указывали на причастность ФИО1 к причинению тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего. Переквалификация действий ФИО1 на часть 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации произошла позднее, в ходе судебного разбирательства, когда государственный обвинитель исключил из объема обвинения указание на нанесение истцом более одного удара, а суд установил, что действия ФИО1 ограничились причинением легкого вреда здоровью. Однако это не свидетельствует о том, что избрание меры пресечения на стадии предварительного расследования было незаконным. Применение заключения под стражу в отношении ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было обосновано и соответствовало требованиям закона, действовавшего на тот момент.
Истец утверждает, что зачет 218 дней содержания под стражей в срок наказания якобы привел к отбытию наказания в большем размере, чем допустимо законом (654 дня вместо 365 дней). Однако данный довод основан на неверном толковании норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Зачет времени содержания под стражей в срок наказания является стандартной практикой и направлен на обеспечение справедливости при определении общего объема наказания. Это не означает, что ФИО1 фактически отбывал наказание в течение 654 дней, а лишь указывает на технический расчет, исключающий дополнительное исполнение исправительных работ после освобождения. Утверждение истца о том, что он отбыл наказание в большем размере, чем предусмотрено законом, является юридически некорректным. Напротив, зачет времени содержания под стражей обеспечил его освобождение от дальнейшего исполнения наказания, что исключает основания для признания применения меры пресечения незаконным или чрезмерным. Привлечение истца к уголовной ответственности не признано незаконным: приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, что подтверждает наличие состава преступления в его действиях. Истец не был оправдан и не реабилитирован в порядке главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что является обязательным условием для компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием. Напротив, его вина в причинении легкого вреда здоровью потерпевшего была установлена вступившим в законную силу приговором суда. Утверждения ФИО1 о моральных страданиях, связанных с нахождением под стражей и эмоциональным подавлением, не могут служить основанием для удовлетворения иска, поскольку они не связаны с незаконными действиями органов предварительного расследования или суда. Любые негативные переживания истца являются естественным следствием уголовного преследования, которое в данном случае осуществлялось в рамках закона. Считали, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в связи с отсутствием правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда. Применение меры пресечения в виде заключения под стражу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было законным и обоснованным, переквалификация действий истца на менее тяжкое преступление не свидетельствует о нарушении его прав на стадии предварительного расследования, а зачет времени содержания под стражей в срок наказания проведен в соответствии с законом и не повлек чрезмерного ограничения прав истца. Просили отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации в полном объеме.
Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц.
Выслушав объяснения истца, представителя третьего лица прокуратуры Камчатского края, представителя третьего лица УМВД России по Камчатскому краю, представителя третьего лица СУ СК России по Камчатскому краю, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела № по обвинению ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии с абзацем 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.
На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 этого же Кодекса.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсации подлежит моральный вред (физические или нравственные страдания) причиненный действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.
Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Как установлено в судебном заседании и следует из материалов уголовного дела № (следственный номер №), ДД.ММ.ГГГГ возбужденно уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (уголовное дело № т. 1 л.д. 1).
Согласно протоколу задержания подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 части 1 статьи 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с совершением особо тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы до 15 лет, был задержан в качестве подозреваемого (уголовное дело № т. 1 л.д. 22-25). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого (уголовное дело № т. 1 л.д. 158-161).
Постановлением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (уголовное дело № т. 1 л.д. 30).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (уголовное дело № т. 1 л.д. 162-163).
Постановлениями Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ срок содержания под стражей ФИО10 продлен до трех месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ включительно (уголовное дело № т. 1 л.д. 52), от ДД.ММ.ГГГГ – до пяти месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ включительно (уголовное дело № т. 1 л.д. 85-86), от ДД.ММ.ГГГГ – до шести месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ включительно (уголовное дело № т. 1 л.д. 103-104).
ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № с обвинительным заключением по обвинению ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, направлено в прокуратуру Камчатского края, ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора г. Петропавловска-Камчатского утверждено обвинительное заключение (уголовное дело № т. 2 л.д. 237-264).
ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело направлено для рассмотрения в суд (т. 3 л.д. 1).
Постановлением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ срок содержания под стражей ФИО10 продлен на два месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ включительно (уголовное дело № т. 3 л.д. 17-18).
В судебном заседании государственный обвинитель исключил из объема обвинения ФИО1 указание на нанесение им ФИО7 свыше 1 удара, квалифицировав действия ФИО1 по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.
Приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ:
ФИО11 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет. Наказание ФИО11 постановлено отбывать в исправительной колонии строгого режима.
ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде исправительных работ сроком на 1 год с удержанием из заработка 10% в доход государства. ФИО1 в срок отбывания наказания зачтено время его содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета 3 дня исправительных работ за 1 день лишения свободы. Наказание ФИО1 постановлено считать отбытым. Мера пресечения ФИО1 – заключение под стражу – изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении. ФИО1 освобожден из под стражи немедленно в зале суда (уголовное дело № т. 3 л.д. 173-190).
В исковом заявлении ФИО1, ссылаясь на то, что в связи с неверной квалификацией совершенного им преступления, незаконным заключением под стражу, а также отбытием наказания в большем размере, чем допустимо законом, он понес нравственные страдания, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
Как следует из искового заявления и пояснений истца в судебном заседании, ФИО1 заключение его под стражу расценено им как нарушение его прав как гражданина Российской Федерации, весь период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он был эмоционально подавлен, не понимал, что происходит, полагал, что будет нести ответственность за преступление, которое не совершал, а наоборот пытался предотвратить. В таком же эмоциональном состоянии находились его близкие родственники и друзья, никто не мог поверить, что он мог совершить умышленное причинение тяжкого вреда здоровью ФИО6 исходя из его характеризующих данных. По настоящее время истец вспоминает данный период времени с огорчением, думать и рассказывать о котором кому-либо ему не приятно.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Разрешая заявленные исковые требования, принимая во внимание отмену ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, учитывая принципы справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, поскольку имело место ограничение права истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.
При определении размера денежной компенсации морального вреда суд, принимая во внимание степень и характер понесенных истцом нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, относящегося к категории особо тяжких, с учетом длительности периода содержания под стражей – более 7 месяцев, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определяет к возмещению ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.
Компенсацию в указанном размере суд полагает разумной и справедливой, соответствующей установленным по делу обстоятельствам.
Доводы истца об отбытии наказания в большем размере, чем допустимо законом, отклоняются судом, поскольку основаны на неверном толковании норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства.
В силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации Министерство финансов Российской Федерации освобождено от уплаты государственной пошлины.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
иск ФИО1 (паспорт № №) удовлетворить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН № за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ
Председательствующий подпись С.С. Нетеса
Подлинник судебного постановления подшит в деле №, находящемся в производстве Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края.