УИД № 66RS0014-01-2023-000972-44

Дело № 2-980/2023

решение в окончательной форме изготовлено 06 октября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Алапаевск 29 сентября 2023 года

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Ермакович Е.С.,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Баянкиной Л.А.,

с участием представителя истца Архиповой Е.В., ответчика ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО1 о возложении обязанности не вмешиваться в частную жизнь, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО1 о возложении обязанности изменить расположение камер видеонаблюдения, установленных на фасаде жилого дома и на фасаде объекта незавершенного строительства по адресу: <адрес>, путем смещения камер вниз на уровень не выше 1,30 м. от земли, и возложить на ФИО2 и ФИО1, не вмешиваться в частную жизнь ФИО4 путем видеонаблюдения и обращений через громкоговоритель камер наружного видеонаблюдения; о взыскании с ответчиков в равных долях компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование требований указала, что является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, собственниками смежного земельного участка и домовладения на нем по адресу: <адрес> являются ответчики ФИО2 и ФИО1

ФИО2 и ФИО1 разместили на стену своего жилого дома наружную камеру видеонаблюдения, объектив которой постоянно направлен на земельный участок истца, расположение камер ответчики с истцом не согласовали.

Такое расположение камер нарушает права истца на тайну и неприкосновенность частной жизни, заставляет истца испытывать смущение в связи с осознанием постоянного наблюдения за ней соседями, истец лишена возможности чувствовать себя свободно на принадлежащей ей территории. Кроме того, камеры ответчиков с функцией голосового обмена, когда истец выходит в огород, ФИО1 периодически начинает говорить в адрес истца разного рода обращения, например: «Прием, прием! Как слышно? Уши! Уши! Дятел, прием!» и так далее. Указанные обстоятельства причиняют истцу моральные и нравственные страдания.

На основании изложенного, истец просила суд возложить на ФИО2 и ФИО1 обязанность изменить расположение камер видеонаблюдения, установленных на фасаде жилого дома и на фасаде объекта незавершенного строительства по адресу: <адрес>, путем смещения камер вниз на уровень не выше 1,30 м. от земли, и возложить на ФИО2 и ФИО1 обязанность не вмешиваться в частную жизнь ФИО4 путем видеонаблюдения и обращений через громкоговоритель камер наружного видеонаблюдения; а также просила о взыскании с ответчиков в свою пользу в равных долях компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

Истец, извещенная надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, направила защищать свои интересы представителя – адвоката Архипову Е.В.

Представитель истца Архипова Е.В. в судебное заседание представила письменное заявление истца об отказе от исковых требований в части возложения обязанности на ФИО2 и ФИО1 изменить расположение камер видеонаблюдения, установленных на фасаде жилого дома и на фасаде объекта незавершенного строительства по адресу: <адрес>, путем смещения камер вниз на уровень не выше 1,30 м. от земли, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что ответчики установили заградительный барьер для камеры со стороны участка истца, в заявлении указано, что последствия отказа от иска стороне истца понятны.

Определением Алапаевского городского суда Свердловской области от 29.08.2023 принят отказ ФИО4 от иска к ФИО2, ФИО1 в части требований о возложении обязанности изменить расположение камер видеонаблюдения. Производство по настоящему гражданскому делу в данной части прекращено.

Ответчики и их представитель ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали в полном объеме, представили письменный отзыв. Указали, что установка камер видеонаблюдения на их жилом доме обусловлена целями безопасности, а не с целью нарушать личные неимущественные права истца на частную жизнь, поскольку между семей ответчиков и соседкой ФИО4 имеется затянувшийся конфликт, в ходе которого истец ФИО4 позволяет себе самовольно заходить на земельный участок истцов, а также регулярно провоцирует ответчика на конфликты. Также ответчик ФИО1 пояснил, что обращения, например: «Прием, прием! Как слышно? Уши! Уши! Дятел, прием!» не были адресованы истцу, а были адресованы сыну, когда они вместе настраивали камеру. ФИО1 и его сын служили в войсках связи, где используются именно такие обращения, в связи с чем между собой они переговаривались данными фразами.

В соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения дела была размещена на интернет-сайте Алапаевского городского суда Свердловской области.

Суд, руководствуясь положениями ст. 113, 116, 117, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть настоящее гражданское дело при данной явке.

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Данный запрет является одной из гарантий лица на частную жизнь.

Часть 1 ст. 24 Конституции Российской Федерации запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия.

Согласно п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Процедуру сбора и обработки фото- и видеоизображений регламентирует Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных».

Персональными данными, согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных). Положения ст. 2 указанного закона предусматривают, что целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6).

В то же время, согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Из материалов дела следует, что ФИО4 является собственником земельного участка и жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, собственником соседнего земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, являются ответчики ФИО2 и ФИО1

Судом установлено, что на стене дома, расположенного на участке ответчиков, расположены две камеры видеонаблюдения, одна – на углу дома со стороны участка истца, другая – на углу дома со стороны другого соседнего участка. Указанные обстоятельства подтверждаются представленными суду фотоснимками, видеозаписями с камер видеонаблюдения.

Из пояснений сторон и предоставленных документов по отказным материалами из МО МВД Росси «Алапаевский», в том числе по отказному материалу по факту обращения по поводу незаконной установки камер видеонаблюдения № от 10.06.20253, следует, что между сторонами сложились неприязненные отношения в связи со спором относительно границ земельных участков.

Истец, полагая, что ее права нарушены, в том числе на неприкосновенность частной жизни, действиями ответчиков по установке видеокамеры, обратилась в суд, представив в качестве доказательств своим доводам фотоснимки видеокамер, расположенных на доме ответчиков, а также видеосъемку со своей камеры видеонаблюдения на флеш-носителе.

Положения ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляют принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон.

Границы предмета доказывания определяются предметом (конкретным материально-правовым требованием к ответчику) и основанием иска (конкретными фактическими обстоятельствами, на которых истец основывает свои требования), право на изменение которых принадлежит только истцу.

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

Из представленных ответчиками фотоснимков и видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных на доме ответчиков, обозреваемой судом в режиме онлайн с телефона ответчика ФИО1 в судебном заседании 29.08.2023, следует, что обзором камеры, расположенной на углу дома со стороны участка истца охватывается крыша пристроя к забору на участке стороны ответчика и небольшая часть зеленых насаждений на участке ответчика в непосредственной близости от забора, обзор камеры, расположенной на углу дома со стороны иного соседнего участка участок истца или ее постройки не захватывает ни в какой части. Участок истца, внутренние помещения, окна дома обзором данных камер не охватываются. Камеры, об изменении положений которых истец просила, размещены на частной территории и охватывают обзором территорию участка, принадлежащего ответчикам.

ФИО2 и ФИО1, реализуя свои права собственников имущества - дома и земельного участка, установили на принадлежащей им территории и на принадлежащем им имуществе камеры видеонаблюдения, что не запрещено действующим законодательством.

Право граждан на защиту тайны личной жизни имеет свои границы, которые определяются разумными социальными ожиданиями по поводу сохранности их личных и деловых интересов.

Истец, предъявив данные требования, исходил только из предположения нарушения своих прав действиями ответчика.

Суд при разрешении спора исходит из того, что истец не доказала факт нарушения ее прав на неприкосновенность частной жизни. Доводы о сборе и распространении информации, составляющей личную и семейную тайну, а также о вмешательстве в личную жизнь ничем не были подтверждены.

Суд учитывает, что законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества, поэтому действия одного из собственников соседних домов по установке камер на территории принадлежащего ему земельного участка сами по себе не являются посягательством на личную жизнь иных лиц.

Установка данного имущества физически собственность истца не затрагивала.

Представленные истцом в дело фотографии суд считает подтверждающими факт установки камер, но не доказывающими осуществление съемки исключительно соседнего участка.

Судом не установлено недобросовестности ответчиков при осуществлении принадлежащих прав собственников имущества, поскольку установка на стене принадлежащего ответчикам жилого дома видеокамер произведена в целях их личной безопасности и сохранности принадлежащего им имущества, что не является нарушением прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

В нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств того, что при помощи установленных двух вышеуказанных видеокамер ответчики осуществляют сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни истца и ее членов семьи, вопросы угла обзора камер, места установки судом обсуждались, о проведении по делу соответствующей экспертизы истец не ходатайствовала.

Ответчики напротив, отсутствие нарушения прав истца с их стороны доказали, представили суду фотоснимки расположения камер, продемонстрировали суду в онлайн режиме видеосъемку с камер видеонаблюдения, из которой суду стал ясен обзор данных камер, представили флеш-носитель с видеозаписью с камеры видеонаблюдения, кроме того, пояснили, что установка камер произведена в целях их личной безопасности и сохранности принадлежащего им имущество, в том числе от истца, с которой сложились конфликтные отношения.

В ходе судебного разбирательства ответчики установили заградительный барьер для камеры видеонаблюдения со стороны участка истца, что послужило основанием для обращения истца с заявлением об отказе от иска, который принят судом, производство по гражданскому делу определением суда в данной части прекращено. Сходя из вышеизложенного, установление заградительного барьера для камеры видеонаблюдения со стороны участка истца суд не расценивает как признание нарушения ответчиками, а лишь как действия, направленные на урегулирование конфликта.

Истец, обращаясь в суд, также заявила требование о возложении на ФИО2 и ФИО1 обязанности не вмешиваться в частную жизнь ФИО4 путем видеонаблюдения и обращений через громкоговоритель камер наружного видеонаблюдения, а также просила о взыскании с ответчиков в свою пользу в равных долях компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

Согласно положениям ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Разрешая спор, суд полагает, что истец не доказала, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что обращения «Прием, прием! Как слышно? Уши! Уши! Дятел, прием!» были адресованы именно ей и имели оскорбительный характер. Каких-либо оскорбительных форм обращения или бранных слов в данных фразах суд не усматривает. Кроме того, как пояснил ответчик, данные фразы были адресованы сыну, когда они вместе настраивали камеру. ФИО1 и его сын служили в войсках связи, где используются именно такие обращения, в связи с чем между собой они проговорились данными фразами. Действующее законодательство Российской Федерации не содержит запретов на общение между собой членов семьи по громкой связи на принадлежащей им территории в пределах времени суток, не выходящего за пределы времени, уставленные для тишины и покоя граждан. Иного не доказано, доказательств не представлено.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего объективного подтверждения факт нарушения ответчиками прав истца на неприкосновенность частной жизни, или факт причинения обращениями через громкую связь моральных и нравственных страданий, в связи с чем правовых оснований для возложения на ФИО2 и ФИО1 обязанности не вмешиваться в частную жизнь ФИО4 путем видеонаблюдения и обращений через громкоговоритель камер наружного видеонаблюдения, взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>), ФИО1 (<данные изъяты>) о возложении обязанности не вмешиваться в частную жизнь, о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Алапаевский городской суд Свердловской области.

Судья Е.С. Ермакович