дело № 2-309/2023; 33-5618/2021
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
9 августа 2023 года г. Оренбург
Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:
председательствующего судьи Булгаковой М.В.,
судей областного суда Раковского В.В., Устьянцевой С.А.,
при секретаре Елизарове А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии
по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области
на решение Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 12 мая 2023 года.
Заслушав доклад судьи Булгаковой М.В., судебная коллегия
установила:
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области (далее – ОСФР по Оренбургской области) обратилось в суд с вышеназванным иском к ФИО1, указав в обоснование требований, что ФИО1 являлся получателем социальной пенсии по случаю потери кормильца как ребенок умершего кормильца, обучающийся в ГАПОУ «***» и не достигший возраста 23 лет. Приказом от 13 мая 2019 года № ответчик отчислен из учебного заведения, о чем он в нарушение пункта 5 статьи 26 Федерального закона «О страховых пенсиях» не сообщил в территориальное отделение Пенсионного фонда Российской Федерации и продолжил получать социальную пенсию по случаю потери кормильца. За период с 1 июня 2019 года по 31 августа 2020 года сумма излишне выплаченной пенсии составила *** рублей. Добровольно задолженность ответчиком не погашена. Просило взыскать с ФИО1 в пользу ОСФР по Оренбургской области переплату пенсии по случаю потери кормильца в размере 126 824,80 рублей.
Решением Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 12 мая 2023 года ОСФР по Оренбургской области отказано в удовлетворении исковых требований.
В апелляционной жалобе ОСФР по Оренбургской области просит отменить обжалуемое решение, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что ФИО1, *** года рождения, с 11 октября 2008 года являлся получателем социальной пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».
Первоначально социальная пенсия по потере кормильца назначена на период с 11 октября 2008 года по 11 марта 2018 года на основании заявления законного представителя ФИО1 – Л.В.
На основании справки ГАПОУ «***» от 29 января 2018 года об обучении ФИО1 на 2 курсе колледжа по специальности *** *** сроком обучения с 1 сентября 2016 года по 30 июня 2020 года и в соответствии с заявлением ФИО1 от 6 марта 2018 года ему Государственным учреждением – Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Гае Оренбургской области (межрайонное) возобновлена выплата социальной пенсии по случаю потери кормильца.
Приказом *** от 13 мая 2019 года ФИО1 отчислен из учебного заведения, что подтверждается ответом директора ГАПО «***» от 7 декабря 2020 года.
Решением руководителя территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации *** от 22 января 2021 года ФИО1 прекращена выплата пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 1 июня 2019 года.
Решением руководителя территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации *** от 22 января 2021 года ФИО1 прекращена выплата федеральной социальной доплаты к пенсии в размере *** рублей.
За период с 1 июня 2019 года по 31 августа 2020 года ФИО1 выплачены пенсия и федеральная социальная доплата к пенсии (ЕДВ) в общем размере *** рублей, что подтверждается справкой о расчете переплаты.
Ссылаясь на то обстоятельство, что ФИО1 с момента отчисления из учебного учреждения утратил право на получение социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии, истец обратился с настоящим иском в суд о взыскании излишне выплаченной социальной пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии.
Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 26, 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ФИО1 полученных сумм социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к этой пенсии.
При этом суд исходил из того, что наличие в заявлении о возобновлении выплаты пенсии от 6 марта 2018 года, подписанном ФИО1, ссылки о предупреждении заявителя о необходимости извещения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, само по себе не свидетельствует о разъяснении ФИО1 условий получения пенсии по потери кормильца, ответственности за неинформирование органов пенсионного обеспечения об изменении этих условий.
Также суд сослался на отсутствие доказательств, свидетельствующих о недобросовестности со стороны ответчика либо счетной ошибки.
Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.
Круг лиц, имеющих право на социальную пенсию, определен подпунктом 3 пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», к которым относятся постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.
Статьей 13 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» установлено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.
В статье 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» регламентированы условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца.
Право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются: дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей (пункт 1 части 1 статьи 10).
Частью 5 статьи 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Как следует из части 2 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.
Указанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением гражданами социальных выплат.
Между тем, доказательств недобросовестности ответчика ФИО1 при получении социальной пенсии за период с 1 июня 2019 года по 31 августа 2020 года истцом не представлено.
Довод апелляционной жалобы о том, что ответчик был предупрежден об обязанности сообщать об обстоятельствах, влияющих на размер или прекращение пенсионных выплат со ссылкой на заявление ответчика от 6 марта 2018 года, не влечет отмену обжалуемого решения, поскольку из текста данного заявления однозначно не следует, что заявитель был предупрежден о необходимости извещения пенсионного органа в случае прекращения обучения в образовательной организации.
При таких обстоятельствах оснований полагать, что получение ответчиком заявленных к взысканию денежных сумм явилось результатом его недобросовестных действий, не имеется.
В связи с этим доводы апелляционной жалобы отмену решения не влекут, поскольку не влияют на вышеизложенные выводы.
Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 12 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области – без удовлетворения.
Председательствующий М.В. Булгакова
Судьи В.В. Раковский
С.А. Устьянцева
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 августа 2023 года