Дело № 2-950/2025 5 мая 2025 года город Котлас

29RS0008-01-2025-001381-92

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Дружининой Ю.В.

при секретаре Антуфьевой Э.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда,

установил :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что __.__.__ ответчик обратилась к мировому судье судебного участка № Котласского судебного района Архангельской области с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). Постановлением мирового судьи от __.__.__, оставленным без изменения апелляционным постановлением Котласского городского суда Архангельской области от __.__.__, уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ). Для защиты своих прав и представительства в суде ФИО1 понесла расходы на оплату услуг адвоката в сумме 120 000 рублей. Кроме этого, незаконным привлечением истца к уголовной ответственности ей причинен моральный вред в размере 150 000 рублей. Просит суд взыскать с ответчика денежную сумму в размере 120 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена своевременно, надлежащим образом.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно, надлежащим образом. Определением суда (в протокольной форме) в принятии встречного искового заявления к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда отказано, поскольку суд не усмотрел оснований, предусмотренных 138 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ). Ответчик не лишена возможности обратиться в суд с самостоятельным иском.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев исковое заявление, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 6 УПК РФ уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Согласно ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 частью первой и 128.1 частью первой УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

В силу ч. 9 ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. При прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон.

При этом в ст. 131 названного кодекса расходы лица, в отношении которого имело место обращение в порядке частного обвинения, на юридическую помощь и специалиста в качестве судебных издержек не указаны.

Вместе с тем Конституционный суд Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 года № 1057-О по жалобе гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав п.п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) указал, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.

В названном определении также указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со ст. 131 УПК РФ, расходы на оплату услуг представителя могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу ст. 15 ГК РФ.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

По смыслу указанных норм, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Частью 1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В силу ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием имеют:

подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

осужденный - в случаях полной и частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (ч. 2.1 ст. 133 УПК РФ).

В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 5 ст. 133 УПК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Из п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

Судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 2 июля 2013 года № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ч. 2 ст. 381 и ст. 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ст. 49 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 года № 106-О).

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 мая 2009 года № 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Статьей 1064 ГК РФ, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно ст. 1 данного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 1). Иными словами, истолкование ст. 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу ст. 15 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 1059-О).

Исходя из изложенного, реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное делает невозможным реализацию права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Данная позиция, в том числе изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 мая 2022 года № 13-КГ22-2-К2.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от 2 июля 2013 года № 1059-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3). Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 9 апреля 2024 года № 56-КГ24-1-К9).

Судом установлено и это подтверждается материалами дела, что на основании постановления и.о. дознавателя ОМВД России «Вилегодское» от __.__.__ было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ (нанесение побоев ФИО1), в связи с отсутствием состава преступления.

__.__.__ мировым судьей судебного участка № Котласского судебного района Архангельской области принято заявление ФИО2 о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ (клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию) и возбуждено уголовное дело частного обвинения №.

В обоснование указанного заявления ответчик ссылалась, что распространение сведений о нанесении ею побоев истцу порочит ее репутацию, является прямой клеветой.

Постановлением мирового судьи от __.__.__ уголовное дело в отношении истца в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, прекращено на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с неявкой частного обвинителя в судебное заседание без уважительных причин.

Апелляционным постановлением Котласского городского суда Архангельской области от __.__.__ постановление мирового судьи от __.__.__ оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции указал, что ФИО2, злоупотребив правами и обязанностями частного обвинителя (потерпевшего), покинув без уважительных причин зал судебного заседания после удаления мирового судьи в совещательную комнату для разрешения отвода судье, фактически отказалась от дальнейшего участия в рассмотрении дела и исполнения возложенной на нее ч. 3 ст. 246 УПК РФ обязанности по поддержанию обвинения, что в соответствии с ч. 3 ст. 249 УПК РФ, п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ является основанием для прекращения уголовного дела.

В целях защиты своих прав и интересов, оказания юридической помощи при производстве по уголовному делу ФИО1 заключила соответствующие соглашения с адвокатом Апраксиным В.В.

Как следует из соглашения № от __.__.__, вознаграждение за участие в суде первой инстанции составляет 100 000 рублей.

Согласно соглашению № от __.__.__ вознаграждение за оказание юридической помощи за защиту в суде апелляционной инстанции составляет 20 000 рублей.

Указанные услуги оплачены истцом в полном объеме, что подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру.

Согласно материалам дела адвокат Апраксин В.В. принимал участие в судебных заседаниях суда первой инстанции 17 и 24 сентября, 14 и 29 октября, 20 ноября, 3 и 16 декабря 2024 года, 15 января и 23 января 2025 года. Кроме этого адвокат участвовал в судебном заседании суда апелляционной инстанции 12 марта 2025 года.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 причинены убытки в результате её уголовного преследования по смыслу ст. 15 ГК РФ.

Вместе с тем из материалов дела следует, что реализация ФИО2 своего конституционного права на обращение с заявлением к мировому судье в порядке частного обвинения носила намерение защитить свои права и законные интересы.

Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении ФИО2 правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, об изложении ответчиком ложных сведений с целью причинить истцу вред, в материалы дела не представлено.

Наоборот, как следует из материалов уголовного дела, ответчик обратилась к мировому судье с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ после обращения последней с заявлением в ОМВД России «Вилегодское» о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по ст. 116 УК РФ, в возбуждении которого было отказано в связи с отсутствием состава преступления.

Вместе с тем, отсутствие злоупотребления правом на обращение к судье в порядке частного обвинения со стороны ответчика не освобождает его от обязанности возместить ущерб, причиненный истцу в результате необоснованного уголовного преследования, в результате которого истец была вынуждена понести расходы на оплату услуг адвоката с целью защиты своих прав и интересов.

Несение истцом расходов подтверждается допустимыми и достоверными доказательствами. Убытки, понесенные истцом, являлись расходами, необходимыми для защиты ею прав обвиняемой, находились в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика, в связи с чем суд считает, что имеются основания для взыскания их с ФИО2

ФИО2 покинула без уважительных причин зал судебного заседания у мирового судьи, что позволяет суду сделать вывод о недобросовестном поведении ответчика по уголовному делу, где он выступал частным обвинителем.

Определяя размер денежного возмещения, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в качестве убытков, понесенных последним в качестве расходов на оплату услуг защитника при рассмотрении дела частного обвинения, суд, учитывая количество судебных заседаний, проведенных с участием защитника Апраксина В.В., его процессуальная активность, длительность судебных заседаний, отсутствие доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении ФИО2 правом на судебную защиту в рамках дела частного обвинения, а также принимая во внимание разумный и обоснованный характер действий истца в части привлечения защитника к участию в уголовном деле, вызванных необходимостью защищаться при рассмотрении уголовного дела мировым судьей, учитывая, что ответчик является пенсионером, с целью соблюдения баланса интересов сторон полагает, что с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию денежные средства в размере 50 000 рублей. Возмещение убытков в указанном размере учитывает фактические обстоятельства дела, объем выполненной защитником работы, требования разумной достаточности и справедливости.

В удовлетворении остальных требований суд отказывает.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума ВС РФ № 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 июня 2022 года № 1527-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО5 на нарушение его конституционных прав статьями 49, 50, 131, 132 и 135 УПК РФ, статьями 15 и 1064 ГК РФ, возможность возмещения частным обвинителем вреда допускается в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Пунктом 40 постановления Пленума ВС РФ № 33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда, причиненного необоснованным возбуждением уголовного дела частного обвинения (статья 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), в случаях, если мировым судьей не выносились обвинительный приговор или постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, отмененные впоследствии вышестоящим судом, может быть возложена судом на причинителя вреда - частного обвинителя, выдвинувшего необоснованное обвинение, при наличии его вины (например, при злоупотреблении со стороны частного обвинителя правом на обращение в суд, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой каких-либо оснований и не обусловлено необходимостью защиты своих прав и охраняемых законом интересов, а продиктовано намерением причинения вреда другому лицу).

Вместе с тем, как указывалось ранее, достоверных и объективных доказательств того, что обращение ФИО2 к мировому судье с частным обвинением было продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а целью необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности либо намерением причинить ему вред, материалы дела не содержат.

С учетом толкования Конституционного Суда Российской Федерации положений ст. 1100 ГК РФ, предусматривающих случаи компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда (абзац третий) и подлежащих применению в отношении такого субъекта как государство, суд по результатам оценки доказательств приходит к выводу об отсутствии вины ответчика в причинении истцу морального вреда, что является основанием к отказу в иске в данной части.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственная пошлина в размере по 4 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил :

исковые требования ФИО1 (ИНН №) к ФИО2 (ИНН №) о взыскании убытков, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 убытки в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственную пошлину в размере 4 000 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Котласский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.В. Дружинина

Мотивированное решение составлено 19 мая 2025 года