УИД 14RS003 5-01 -2022-001891-77

Дело №2-2420/2022 Дело №33-3078/2023

Судья Цыкунова В.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Якутск 25 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Удаловой Л.В., судей Кузьминой М.А., Ткачева В.Г., при секретаре Семеновой Л.А., при участии прокурора Колесовой М.В., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО1 к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница № 2 - Центр экстренной медицинской помощи» о компенсации морального вреда по апелляционным жалобам истцов, ответчика на решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 19 апреля 2022 года.

Заслушав доклад судьи Ткачева В.Г., пояснения истца ФИО1, заключение прокурора Колесовой М.В., заключение специалиста Т., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО1 обратились в суд с иском к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница № 2 - Центр экстренной медицинской помощи» (далее ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП») о компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг, повлекшим смерть родного и близкого человека - К. Просили взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штраф в размере 50%.

Решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 19 апреля 2022 года иск удовлетворен в части, с ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 150 000 рублей, в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО1 - по 100 000 рублей в пользу каждого из истцов, а также взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Не согласившись с решением суда, истцы обратились с апелляционной жалобой, в которой просят отменить решение суда в части размера компенсации морального вреда, указывая на то, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является несоразмерным причиненным истцам нравственным страданиям.

Также с решением суда не согласился представитель ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» по доверенности ФИО4 и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда и принять новое решение об отказе в удовлетворении иска, указывая на то, что К. имела сопутствующие заболевания, что повлияло на состояние ее здоровья. Просил учесть, что у пациента имелись подозрения на ********, однако при проведении операции врачи не смогли подтвердить данное подозрение, данный случай является сложным с диагностической точки зрения.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 03 апреля 2023 года решение суда отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 27 июля 2023 года апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 03 апреля 2023 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определением Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 05 сентября 2023 года в качестве специалиста к участию в деле привлечен доктор медицинских наук, заведующий кафедрой «********» медицинского института Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «********» Т.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержала, возражала против доводов апелляционной жалобы ответчика. Также пояснила, что она проживала совместно с матерью все время, вместе с ними также проживали дети истца ФИО3, ФИО1 Брат истца ФИО5 - ФИО2 работает вахтовым методом и длительное время отсутствует дома, когда приезжал в город Якутск также проживал совместно с матерью. Нравственные страдания истец переживала не только от осознания самого факта смерти матери, но также и от того, что К. были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества; указывает на грубое и бесчувственное отношение медицинского персонала к родственникам пациента во время нахождения К. в учреждении.

Истцы ФИО3, ФИО1, ФИО2, представитель ответчика в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена в установленном пунктом 2 части 1 статьи 14, статьи 15 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» порядке на сайте Верховного Суда Республики Саха (Якутия).

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Специалист Т. в суде апелляционной инстанции пояснил, что при поступлении пациента К. 06 мая 2021 года в стационар ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» по результатам проведенной диагностики, в том числе МРТ, был выявлен ********. Однако, во время проведения первой операции ******** не был ликвидирован, а вторую операцию, в ходе которой ******** был удален, сделали только через 16 дней. Не удаленный во время первой операции ********, как очаг инфекции, усугубляет течение болезни. В случае, если бы вторую операцию провели через 1-2 дня, то можно было бы говорить о том, что медицинская помощь пациенту оказана в полном объеме. Экспертиза краевого бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края проведена грамотно, кроме хирургической части, так как эта часть проведена формально.

В заключении прокурор Колесова М.В. просила изменить решение суда, удовлетворить апелляционную жалобу истцов и взыскать в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей, в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО1 по 400 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Заслушав объяснения истца, заключение прокурора, заключение специалиста, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года №17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», в случае отмены постановления суда первой или апелляционной инстанции и направления дела на новое рассмотрение указания суда кассационной инстанции о применении и толковании норм материального права и норм процессуального права являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело (статья 379.6, часть 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Осуществляя толкование норм материального права, кассационный суд общей юрисдикции указывает, в частности, какие обстоятельства с учетом характера спорного материального правоотношения имеют значение для дела, какой из сторон они должны доказываться, какие доказательства являются допустимыми.

В силу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения допущены судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, К., _______ года рождения, является мамой ФИО1, _______ года рождения, ФИО2, _______ года рождения, бабушкой ФИО3, _______ года рождения, и ФИО1, _______ года рождения.

17 апреля 2021 года К. поступила по СМП в ******** отделение ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП».

21 апреля 2021 года поставлен диагноз: ********.

29 апреля 2021 года, после проведенного лечения, К. была выписана из лечебного учреждения.

06 мая 2021 года К. в связи с ухудшением состояния здоровья повторно направлена в ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП», где ей проведено ******** по итогам обзора ********, выявлена ********, рекомендована ********.

08 мая 2021 года в связи с ухудшением состоянием ей проведено МРТ органов ********, по результатам которого дано заключение о наличии воспалительных изменений в ********.

В этот же день выставлен диагноз: ********, рекомендовано экстренное оперативное лечение в связи с вероятным наличием гноя в ********; проведена операция, по итогам которой данных за острый ******** не выявлено, выставлен диагноз «********», «********», рекомендовано наблюдение.

23 мая 2021 года состояние К. ухудшилось, она была подключена к аппарату искусственной вентиляции легких.

24 мая 2021 года проведена операция по удалению ********, по итогам которой установлен окончательный диагноз: ********. После проведенной операции пациентку ввели в искусственную кому и _______ года К. умерла.

Так же во время пребывания в стационаре 24 мая 2021 года было выявлено, что К. инфицирована коронавирусной инфекцией тяжелой формы (COVID-19).

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии № ... № ... от _______ года причинами смерти К. является ******** (отнесен к прочим важным состояниям, способствовавшим смерти).

Разрешая исковые требования по существу, и удовлетворяя заявленные исковые требования в части, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что К. была оказана некачественная медицинская помощь ввиду недостаточности выполнения в отношении последней необходимых диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что недостаточность диагностических мероприятий привела к поздней диагностике ********, и, как следствие, к нарушению оказания медицинской помощи. При этом сам факт оказания пациенту некачественной медицинской помощи дает основания для взыскания в пользу родственников умершего пациента компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства, применен закон, подлежащий применению, дана надлежащая правовая оценка собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановлено решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В соответствии с пунктами 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния Диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (пункт 7 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни (пункт 7 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пункт 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусматривает, что под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно пунктам 2, 5, 7 статьи 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей- специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей; лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента, в том числе явившемся причиной смерти пациента; диагноз, как правило, включает в себя сведения об основном заболевании или о состоянии, сопутствующих заболеваниях или состояниях, а также об осложнениях, вызванных основным заболеванием и сопутствующим заболеванием.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав. в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательство

Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются1равилами главы 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Помимо этого, из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу (пункт 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года).

С учетом изложенного по данному делу юридически значимым и подлежащим установлению является выяснение следующих обстоятельств: имелись ли дефекты оказания медицинской помощи К. ответчиком; могли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи К. повлиять на правильность постановки ей диагноза, назначения соответствующего лечения и развитие летального исхода; определение степени нравственных и физических страданий истцов с учетом фактических обстоятельств причинения имморального вреда.

Суду также следует установить, предпринял ли ответчик все необходимые и возможные меры по спасению пациента (К.) из опасной для её жизни ситуации; способствовали ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи, если таковые имелись, развитию неблагоприятного исхода; имелась ли у ответчика возможности оказать больной необходимую и своевременную помощь при надлежащей квалификации врачей и правильной организации лечебного процесса.

В ходе рассмотрения гражданского дела судами первой и апелляционной инстанции ответчик настаивал на том, что смерть К. была вызвана объективными причинами и не находится в прямой причинно-следственной связи с оказанной ей медицинской помощью, недостатков в оказании медицинской помощи не имеется.

Для проверки указанных доводов определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 27 июля 2022 года по делу назначена комплексная судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Краевого бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края.

Как следует из заключения комплексной судебной медицинской экспертизы № ... от 17 февраля 2023 года, по соматической патологии медицинская помощь была оказана в полном объеме согласно стандартам ведения новой коронавирусной инфекции и пневмонии.

Оперативное лечение, как первичное по поводу подозрения на ********, так и повторное по поводу ******** были выполнены своевременно, правильно, по показаниям и в полном объеме.

В данном случае каких-либо дефектов в оказании медицинской помощи, которые могли бы обусловить ухудшение состояния К. или состоять в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти, не выявлено. Соответственно, какой-либо причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи К. (действием/бездействием врачей) в условиях ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» и наступившим летальным исходом К. не имеется.

Ответ на вопрос о возможности благоприятного исхода при условии правильного оказания К. медицинской помощи носит вероятностный характер, в то время как экспертная комиссия оценивает фактические последствия каких-либо действий (бездействия) применительно к каждому конкретному случаю, поэтому ответ на данный вопрос выходит за рамки компетенции экспертной комиссии. Однако, экспертная комиссия считает возможным отметить, что характер течения и степень тяжести имевшегося у К. заболевания - ******** и необходимым проведенным оперативным лечением, позволяет экспертной комиссии считать, что неблагоприятный исход в данной клинической ситуации, является более закономерным, нежели выздоровление.

В то же время, экспертная комиссия отметила, что из замечаний по оказанию медицинской помощи К. в условиях ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» возможно обратить внимание на преждевременную выписку из стационара 29 апреля 2021 года. Экспертная комиссия считает, что с учетом выраженного воспалительного процесса со ********, требовался перевод пациента в профильное отделение (********) или продолжение ее дообследования в ******** отделении (возможно проведение магнитно-резонансной томографии ********). При этом, проведенный ретроспективный анализ клинической ситуации К. позволяет экспертной комиссии считать, что кратковременная выписка из стационара (пациент провела дома между выписками 6 суток), не оказала существенного влияния на прогноз заболевания и его исход, поскольку при последовавшей после выписки госпитализации были проведены все необходимые обследования для установления правильного диагноза, клинико-лабораторные исследования, лечебные (консервативные и оперативные) мероприятия, а основным в наступлении смерти К. явилось тяжесть течения новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Из содержания приведенного заключения судебной медицинской экспертизы следует, что причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи К. (действием/бездействием врачей) в условиях ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» и наступившим летальным исходом К. отсутствует.

Данный вывод экспертного учреждения согласуется с иными доказательствами, имеющимися в материалах гражданского дела, а также с заключением специалиста, привлеченного к участию в деле.

Однако, с выводами судебной экспертизы о том, что в ходе оказания медицинской помощи медицинским учреждением вообще не были допущены какие-либо нарушения качества такой помощи, суд апелляционной инстанции не может согласиться.

По смыслу положений статей 55, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Проанализировав содержание экспертного заключения, судебная коллегия полагает, что заключение Краевого бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края от 17 февраля 2023 года в части вышеуказанных выводов противоречат иным материалам гражданского дела, а также не согласуются с обстоятельствами, отраженными в самом заключении судебной экспертизы.

Оценивая заключение судебной экспертизы, судебная коллегия исходит из того, что согласно заключению экспертов оперативное лечение 08 мая 2021 года было тактически верным и соответствовало выставленному диагнозу «********», в то время как после проведенной операции этот диагноз не подтвердился, а непосредственно одна из причин повторной операции 24 мая 2021 года была обусловлена своевременно не диагностированной во время первой операции ********. Данное противоречие ставит под сомнение выводы судебной экспертизы о том, что качество медицинских услуг, оказанных К., соответствовало установленным требованиям на протяжении всего времени ее нахождения в лечебном учреждении.

Помимо этого, суд апелляционной инстанции учитывает, что в соответствии с частью 1 статьи 40 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЭ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» при реализации данного вида страхования может осуществляться контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены программами обязательного медицинского страхования, договором на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию и договором на оказание и оплату медицинской помощи в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования.

Согласно части 2 статьи 40 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

В силу части 6 статьи 40 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Экспертиза качества медицинской помощи проводится на основании критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных в соответствии с частью 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Из материалов гражданского дела следует, что на основании поручения Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Саха (Якутия) акционерным обществом «СМК «Сахамедстрах» (далее АО «СМК «Сахамедстрах») проводилась экспертиза качества медицинской помощи, оказанной К. во время ее нахождения в стационаре ГБК Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП».

Так, согласно экспертному заключению (протоколу оценки качества медицинской помощи) АО «СМК «Сахамедстрах» № ... от 11 ноября 2021 года в период нахождения пациента К. в ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» с 18 апреля 2021 года по 29 апреля 2021 года (лечащий врач Л.) больная госпитализирована в ******** отделение Республиканской больницы №2 в тяжелом состоянии с клиникой ********. Сбор анамнеза недостаточный. Не указана дозировка ********, который пациент длительное время принимала. Не проведена компьютерная томография надпочечников, рекомендованное эндокринологом. Не осмотрена ревматологом (по рекомендации эндокринолога) на предмет приема стероидов. Нет повторного осмотра эндокринолога по результатам обследования. Лечение проведено симптоматическое. Не назначены препараты ********. Пациент лечилась с диагнозом ********, но специфических препаратов не назначено. Перед выпиской не проведено контрольное эндоскопическое обследование. Преемственность не соблюдена. У пациента с впервые выявленным ********; эпикризе нет рекомендаций эндокринолога по коррекции ******** и в дальнейшем наблюдения у эндокринолога. Не решен основной вопрос, связанный с развившимся осложнением - ********, обусловленный длительным приемом стероидов (код дефекта 3.2.3). Выявленные нарушения на исход заболевания не повлияли.

В экспертных заключениях (протоколах оценки качества медицинской помощи) № ... от 11 ноября 2021 года и № ... от 11 ноября 2021 года отражено, что за период нахождения пациента в ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» с 06 мая 2021 года по 21 мая 2021 года (лечащий врач С.) и с 21 мая 2021 года по 25 мая 2021 года (лечащий врач Г.) допущены следующие нарушения качества медицинской помощи: больная, _______ года рождения, госпитализирована в ******** отделение Республиканской больницы №2 в тяжелом состоянии, с жалобами на ********. В день госпитализации обследование неполное. По компьютерной томографии ********. В анализах ********. Следовало провести ********, учитывая недавнюю госпитализацию с диагнозом ********, но она даже не назначена в плане ведения. Больной следовало также для уточнения и верификации воспалительного процесса в ******** сразу провести магнитно- резонансную томографию ******** на предмет исключения ********. Оценивая правильность проведения операции от 08 мая 2021 года, эксперт указал, что с учетом данных МРТ, ********; не выполнена ревизия ********, для чего необходимо было ********. Незамедлительно после неэффективной и безрезультативной ревизии ******** на предмет острого ********, учитывая неясность клинической картины, несоответствие инструментальных данных, данных оперативного лечения, следовало ранее провести консилиум для определения дальнейшей тактики лечения. В обходе заведующего отделением определен основной диагноз: ********, что никак не могло быть причиной указанного состояния больной, не определена связь установленного диагноза с клинической картиной заболевания. Допущена недостаточность диагностических мероприятий, что привело к поздней диагностике ********, длительной госпитализации, поздней операции, задержке оказания адекватной медицинской помощи.

В итоговом акте экспертизы качества медицинской помощи № ... от 11 ноября 2021 года, проведенной АО «СМК «Сахамедстрах», отражено, что при оказании К. медицинской помощи в отделении ******** ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» в период времени с 18 апреля 2021 года по 25 мая 2021 года установлена недостаточность диагностических мероприятий, которые привели к поздней диагностике ********, и как следствие, к нарушению оказания адекватной медицинской помощи (коды дефектов 3.2.2 и 3.2.3).

В суде апелляционной инстанции специалист Т. также пояснил, что ********, имевшийся у К., мог быть выявлен во время проведения первой операции 08 мая 2021 года, однако, все необходимые мероприятия проведены не были, в связи с чем, ******** был диагностирован у пациента только в ходе операции 24 мая 2021 года. Наличие у К. не выявленного по результатам первой операции ******** повлияло на состояние пациента.

Таким образом, материалами гражданского дела с достоверностью подтверждается, что во время нахождения в стационаре ГБУ Республики Саха (Якутия) «РБ № 2 - ЦЭМП» пациенту К. была оказана медицинская помощь с нарушением качества. В то же время, у ответчика имелась возможность оказать больной необходимую и своевременную помощь при надлежащей квалификации врачей и правильной организации лечебного процесса.

При этом согласно медицинскому свидетельству о смерти серии № ... № ... от _______ года ********, имевшийся у К., отнесен к прочим важным состояниям, способствовавшим смерти. Таким образом, указанные выше недостатки в оказании медицинской помощи К. явились условиями, способствующими прогрессированию патологического процесса.

Коллегия обращает внимание на то, что в рассматриваемой ситуации доводы истцов основаны не на том, что в результате неправильного лечения, проведенного ответчиком, наступила смерть К., а на том, что в течение длительного времени лечебное учреждение в нарушение требований закона и подзаконных актов, имея в своем распоряжении все необходимые сведения, возможности и ресурсы, не установило верный диагноз К., в связи с этим в течение длительного времени К. не получала правильного лечения по имеющемуся у нее заболеванию, что влекло за собой ухудшение состояния ее здоровья. Именно осознание того факта, что близкий человек длительное время не получал необходимой помощи, несмотря на то, что такая помощь была возможна, причиняет истцам нравственные страдания.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда является законным и обоснованным.

Между тем, коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы истцов и заключением прокурора, настаивавших на том, что взысканная с ответчика денежная компенсация не соответствует степени нравственных страданий, перенесенных истцами в данной ситуации.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 указанного постановления также разъяснил, что суду при разрешений спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Коллегия полагает, что судом первой инстанции при определении размера взысканной компенсации морального вреда не был в достаточной мере учтен характер допущенных ответчиком нарушений качества медицинской помощи, а также то, что такие нарушения повлекли за собой позднюю диагностику, а, следовательно, отсутствие адекватного имеющемуся состоянию пациента лечения. При этом, характер состояния К., длительность диагностики и отсутствие адекватного лечения причиняли ей физические страдания, выражающиеся как в физической боли, так и в иных неблагоприятных ощущениях. Исходя из сложившихся семейных связей между истцами и К., характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, истцам, являющимся членами семьи К., были причинены нравственные страдания в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи их близкому родственнику. Учитывая степень таких нравственных страданий, духовную и эмоциональную близость каждого из истцов к К., индивидуальные особенности истцов, а также требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает правильным взыскать с лечебного учреждения в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей, в пользу ФИО2, ФИО3, в пользу ФИО1 - по 350 000 рублей каждому.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции в силу положений частей 1, 2 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 327, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 19 апреля 2022 года по данному делу изменить в части размера компенсации и изложить резолютивную часть решения суда в следующей редакции:

«Иск ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО1 к государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №2 - Центр экстренной медицинской помощи» о компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №2 - Центр экстренной медицинской помощи» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №2 - Центр экстренной медицинской помощи» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница №2 - Центр экстренной медицинской помощи» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница № ... - Центр экстренной медицинской помощи» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей».

Идентификаторы сторон:

ФИО1 - паспорт серии № ... № ..., выданный _______ года ********;

ФИО2 - паспорт серии № ... № ..., выданный _______ года ********;

ФИО1 - паспорт серии № ... № ..., выданный _______ года ********;

ФИО3 - паспорт серии № ... № ..., выданный _______ года ********.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

Определение изготовлено 27 сентября 2023 года.