Судья Неустроева С.А. Дело № 33-6651/2023 (№2-2286/2023)

УИД: 22RS0068-01-2023-000371-85

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

8 августа 2023 г. г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Вегель А.А.,

судей Попова С.В., Сачкова А.Н.

при секретаре Тенгерековой Л.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца ФИО1

на решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 26 апреля 2023 года

по делу по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Попова С.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просил взыскать с Минфина России за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 970000 руб.

Требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГ Следственным Управлением Следственного Комитета Российской Федерации по Алтайскому краю в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 293 УК РФ. Истец неоднократно был допрошен, также принимал участие в иных следственных действиях.

ДД.ММ.ГГ по результатам расследования данного уголовного дела старшим следователем второго следственного отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Алтайскому краю уголовное дело в отношении истца по ч. 1 ст. 293 УК РФ было прекращено по основаниям, предусмотренным ч.1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием состава преступления.

За истцом признано право на реабилитацию, составной частью которой является компенсация морального вреда, размер которой он оценивает в 970 000 руб. В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности ФИО1 испытывал физические и нравственные страдания. В сентябре 2021 года состояние здоровья ухудшилось, в связи с чем находился на лечении в стационарном учреждении.

Решением Центрального районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ исковые требования удовлетворены частично.

Взыскана с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере 50000 руб.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит об отмене решения и принятии нового об удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на то, что взысканный судом размер компенсации морального вреда не отвечает требованиям разумности и справедливости. Судом не учтено, что в результате незаконного уголовного преследования он испытал существенные нравственные страдания, что привело к ухудшению состояния здоровья, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела доказательства. Занимая ответственную государственную должность, он честно и добросовестно прослужил интересам государственной службы и с почестями вышел в отставку в звании полковника милиции, получив многочисленные награды и звание ветеран труда Алтайского края, в связи с чем подозрение в совершении должностного преступления явилось глубоким потрясением, обусловившим физические и нравственные страдания, степень которых суд не учел.

В письменных возражениях Прокуратура Алтайского края просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения решение суда без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и его представитель поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель третьего лица просила оставить решение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) является основанием рассмотрения гражданского дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверяя законность и обоснованность решения в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен статьями 133 - 139, 397 и 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст.136 УПК РФ).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО1, занимавшего должность начальника КГКУ «Региональное жилищное управление», возбуждено уголовное дело *** по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ, по факту халатности.

Поводом и основанием для возбуждения уголовного дела послужили сведения о том, что в Алтайском крае более 6 тыс. детей-сирот, на обеспечение жильем которым учреждению в 2021 г. доведены лимиты бюджетных обязательств в сумме 673920,45 тыс. руб., однако из этой суммы по истечению 3-х рабочих кварталов указанного года фактически освоено 231003 тыс. руб.

На основании приказа *** от ДД.ММ.ГГ. ФИО2 включена в список детей-сирот на предоставление жилого помещения, кроме того, у нее имеется вступившее в законную силу решение суда о возложении обязанности на учреждение предоставить ей квартиру в границах муниципального образования <адрес>, однако до настоящего дела ФИО2 жильем не обеспечена.

Вопросы приобретения и предоставления жилых помещений детям-сиротам, а также контроля за использованием предоставленных квартир на территории Алтайского края возложены на начальника КГКУ «Региональное жилищное управление» ФИО1

ДД.ММ.ГГ уголовное дело *** в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ. Признано за ФИО1 право на реабилитацию.

Мера процессуального принуждения, а также мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась, обвинение не предъявлялось. По уголовному делу ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГ., ознакомлен с постановлениями о назначении судебных экспертиз и их заключениями ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ., ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ

ДД.ММ.ГГ. в квартире ФИО3 был проведен обыск, иные следственные действия с участием ФИО1 не производились.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что компенсация в размере 50000 руб. отвечает требованиям разумности и справедливости в результате незаконного уголовного преследования ФИО1

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, считает определенный судом его размер не соответствующим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022г. *** «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ *** «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Таким образом, законодателем не установлены конкретные размеры компенсации морального вреда, а предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные нравственные и физические страдания.

Как следует из материалов дела, ФИО1 был назначен начальником КГКУ «Региональное жилищное управление» ДД.ММ.ГГ., уволен по собственному желанию ДД.ММ.ГГ

Согласно медицинским документам ФИО1 находился на листе нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ.

Согласно справке КГБУЗ «Городская больница ***» ДД.ММ.ГГ у ФИО1 диагностирован ишемический инсульт в ПСМА.

С ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ находился на стационарном лечении в ФКУЗ «МСЧ МВД России по Алтайскому краю» с диагнозом <данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ находился на лечении в неврологическом отделении госпиталя ФКУЗ «МСЧ МВД России по Алтайскому краю» с диагнозом <данные изъяты>.

Из амбулаторной медицинской карты следует, что с ДД.ММ.ГГ по настоящее время имеются записи на жалобы на головные боли, на онемение в левой руке и ноге, раздражительность.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели пояснили, что ФИО1 был хорошим руководителем, пользовался уважением, всегда проявлял активную позицию. До возбуждения уголовного дела на здоровье истец не жаловался, после возбуждения дела сильно изменился, был в депрессии. Со стороны граждан негатив не проявлялся, люди сочувствовали случившемуся.

Судебная коллегия считает безусловным и не требующим доказывания то обстоятельство, что в результате незаконного уголовного преследования истцу были причинены нравственные страдания, в том числе, связанные с негативными эмоциями в связи с совершаемыми процессуальными действиями, их продолжительностью. Не подлежащим доказыванию суд апелляционной инстанции признает и факт того, что уголовное преследование имеет негативную оценку для личности со стороны общества.

В материалы дела представлены многочисленные выписки из историй болезни, листки нетрудоспособности, заключения о прохождении анализов, выписки по результатам осмотра врачей. Из совокупности представленных доказательств судебная коллегия полагает, что в период уголовного преследования имело место ухудшение здоровья ФИО1, связанное с наличием для него психотравмирующей ситуации. Судебная коллегия находит установленным факт перенесения истцом негативных эмоций в связи с совершаемыми процессуальными действиями в рамках расследования по уголовному делу.

Оценивая совокупность вышеприведенных обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, определенный судом размер компенсации морального вреда в сумме 50000 руб., по мнению судебной коллегии, не отвечает в полной мере требованиям разумности и справедливости.

Анализируя обстоятельства, подлежащие оценке при определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание не только обстоятельства, связанные с индивидуальными особенностями личности истца (возраст, семейное положение, профессиональную и трудовую занятость, высокий уровень достижений в социальной и общественных сферах), но также и глубину нравственных переживаний истца по поводу инкриминируемого преступления, объем негативных последствий как личностного, так и общественного характера.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что в рамках уголовного дела ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого. Несмотря на то, что мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась, инкриминируемые ему действия, связанные с халатностью при освоении бюджетных средств, выделенных на обеспечение жильем детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, носили безальтернативный характер с точки зрения субъекта преступления, вменялись без учета срока пребывания истца в занимаемой должности и анализа возможности объективной причастности руководителя в течение незначительного периода исполнения своих должностных обязанностей к последствиям не предоставления конкретному лицу жилого помещения.

Судебная коллегия, полагает, что увольнение истца по собственному желанию с занимаемой должности после возбуждения уголовного дела и реального ухудшения состояния здоровья не могло носить невынужденного характера, поскольку иных объективных причин совершения таких действий в ходе рассмотрения дела не установлено.

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, конкретные обстоятельства причинения вреда, длительность срока уголовного преследования, тяжесть вменяемого состава, количество следственных действий и мероприятий в ходе производства по уголовному делу, деятельность и должностное положение истца, его личность, наличие наград и грамот, учитывая требования разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в размере 200 000 руб., которая будет в полной мере отвечать требованиям разумности и справедливости.

Указанная денежная компенсация не возмещает причиненный ущерб (вред) личности в полной мере, не восстанавливает саму личность потерпевшего, его репутацию, имидж, честь, достоинство, так как сделать это практически невозможно, а лишь позволяет в определенной степени смягчить нанесенный нематериальный вред, дать возможность компенсировать свои перенесенные нравственные страдания предоставлением ему денежных средств, с помощью которых он может приобрести себе дополнительные социальные блага для восстановления психики.

При таких обстоятельствах, полагая заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает решение суда подлежащим изменению.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГ