Дело №
УИД: 66RS0001-01-2022-008436-53
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Екатеринбург 07.02.2023 г.
Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Поденко С.В.,
при секретаре судебного заседания Мартыненко А.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК - 10 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ ИК - 10 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области взыскании компенсации морального вреда.
В ходе рассмотрения дела суд привлек к участию в деле в качестве соответчика ФСИН России как главного распорядителя бюджетных средств.
В обоснование требований истцом указано, что истец отбывает наказание в ФКУ ИК – 10 ГУФСИН России по Свердловской области. В период с 17.11.2020 г. по 02.12.2020 г. истец был помещен в камеру № ШИЗО, в которой находился 15 суток. При этом в данной камере были установлено постоянное видеонаблюдение.
Истец полагает свои права нарушенными, так как это является вмешательством в личную жизнь. Он был вынужден переодеваться под камерой, что его унижало и оскорбляло.
На основании изложенного истец просил взыскать компенсацию морального вреда 15 000 руб.
Истец, отбывающий наказание в местах лишения свободы, извещен о времени и месте судебного заседания, что подтверждается соответствующей распиской. Ходатайств о рассмотрении дела с его участием по средствам видео-конференц-связи не заявлял.
Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать, поддержав доводы представленных в дело письменных возражений на иск.
В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие истца.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Нормами права статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающие его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.
Аналогичные разъяснения содержатся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».
Исходя из смысла приведенных правовых норм, такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда, предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина, либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, которые подлежат защите в соответствии с законом в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
На основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе, в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
При этом ответственность государства за действия государственных органов и должностных лиц, предусмотренная статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности таких условий как противоправность действий (бездействия), наличие вреда в доказанном размере, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении требования.
Как следует из материалов дела, установлено в судебном заседании, истец отбывает наказание в ФКУ ИК – 10 ГУФСИН России по Свердловской области.
В период с 17.11.2020 г. по 02.12.2020 г. истец был помещен в камеру № ШИЗО, в которой находился 15 суток. При этом в данной камере были установлено постоянное видеонаблюдение.
Истец считает свои права нарушенными, так как это, по его мнению, является вмешательством в личную жизнь. Он был вынужден переодеваться под камерой, что его унижало и оскорбляло.
Между тем, согласно ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.
Администрация исправительных учреждений обязана под расписку уведомлять осужденных о применении указанных средств надзора и контроля.
Перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Таким образом, согласно закону администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные технические средства надзора и контроля (в данном случае видеокамеры) для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.
При этом в силу приведенной нормы права администрация исправительных учреждений обязана под расписку уведомлять осужденных о применении указанных средств надзора и контроля.
В данном случае, в дело представителем ответчиков представлена данная расписка от 11.12.2015 с подписью истца, что свидетельствует о соблюдении ФКУ ИК - 10 ГУФСИН России по Свердловской области положений ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.
Разработанные в развитие указанных положения закона "Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы" (зарегистрировано в Минюсте России 05.07.2022 N 69157) также не содержат запрета на использование аудиовизуальных технических средств надзора и контроля в исправительных учреждениях.
Кроме того, Приказом Минюста России от 04 сентября 2006 года N 279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы.
Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление) в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, Европейскими пенитенциарными правилами, утвержденными Рекомендацией Rec (2006) 2 Комитета Министров Совета Европы, а также стандартами Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-технических средств охраны и надзора.
Положения указанного Наставления распространяются на следственные изоляторы (помещения, функционирующие в режиме следственных изоляторов) и тюрьмы (пункт 3).
В соответствии с пунктом 3 Наставления инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы УИС.
Согласно пункту 8 Наставления к техническим средствам охраны и надзора относятся технические средства (видеокамеры) и системы (подсистемы) охранного телевидения.
В соответствии с пункт 58 Наставления к инженерно-техническими средствами охраны запретной зоны следственных изоляторов (тюрем) относятся видеокамеры.
Для наблюдения за поведением осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в камерах и коридорах режимных зданий и помещений устанавливаются видеокамеры.
Изображения от видеокамер выводятся на видеоконтрольные устройства в помещениях соответствующих операторов. Все камерные помещения оборудуются видеокамерами в антивандальном исполнении с выводом изображения на видеоконтрольные устройства соответствующих операторов. Видеокамеры устанавливаются в местах, обеспечивающих наиболее полный и качественный обзор камерного помещения (пункт 60 Наставления).
Таким образом, с учетом установленных обстоятельств дела установление видеокамер в ШИЗО не может быть признано нарушением конституционных прав и свобод истца.
В этой связи, оценив представленные сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению, а также относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, предъявленный иск суд считает необоснованным, а потому отказывает в удовлетворении исковых требований.
Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК - 10 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.
Разъяснить лицам, участвующим в деле, что мотивированное решение суда будет составлено в течение пяти дней со дня окончания разбирательства дела.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга.
Мотивированное решение изготовлено 14.02.2023 г.
Судья С.В. Поденко