Решение по делу № 2А-324/2023 от 24.03.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело № 2а-324/2023 мотивированное решение

УИД 51RS0009-01-2023-000153-37 изготовлено 24.03.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 марта 2023 года г. Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Шевердовой Н.А.,

при секретаре Корнеевой Н.А.,

с участием:

административного истца ФИО3,

представителя административных ответчиков ФКУ «Колония-поселение № 20 УФСИН России по Мурманской области», УФСИН России по Мурманской области ФИО4,

рассмотрев в помещении Кандалакшского районного суда посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК-23 ФИО1 по <адрес> в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО3 к ФКУ «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО3 обратился в суд с административным иском к ФКУ КП-20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области (далее – ФКУ КП-20, учреждение) о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания. В обоснование указал, что с <данные изъяты> по <дата> содержался в нечеловеческих условиях в ФКУ КП-20.

В карантинном отделении, где содержался <данные изъяты>, в полах были дыры, откуда постоянно выбегали мыши, крысы, на стенах в углах и окнах был грибок, в умывальнике отсутствовала горячая вода.

Далее был помещен в <данные изъяты> отряд, в помещении которого также на стенах был грибок, доски в полу сломаны, на окнах грибок, вентиляция отсутствовала, окна для проветривания не открывались, были крысы, в умывальнике отсутствовала горячая вода.

Неоднократно водворялся в камеру ШИЗО, каждый раз подвергаясь пыткам, так как водворение в камеру ШИЗО происходило через прогулочный двор, перед камерой его помещали в прогулочный двор на несколько часов независимо от погодных условий, без осмотра медицинским работником, в том числе в мороз и дождь. Камеры ШИЗО были в ужасном состоянии, отсутствовала горячая вода, на окнах плесень, в некоторых камерах отсутствовали окна, в камерах, не рассчитанных по площади на двоих, содержались по двое осужденных, отсутствовал бак для питьевой воды, вместо унитаза дырка в полу, не было разделения туалета от жилой зоны, в полах дыры, штукатурка со стен осыпалась, вентиляция отсутствовала.

Просит взыскать с ответчика компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере <данные изъяты> руб.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 дополнительно указал, что кроме того в период отбывания наказания в КП-20 содержался в отряде СУОН, где также нарушались требования санитарного законодательства – не было горячей воды, нормальный туалет отсутствовал, был только напольный унитаз.

В судебном заседании ФИО3 поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в административном иске.

Представитель УФСИН России по Мурманской области, ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась по основаниям, указанным в письменных возражениях.

Представитель ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Суд, заслушав административного истца, представителя административных ответчиков, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, полагает заявленный иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В части заявленного административным истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд с настоящим иском суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности (пункт 12).

Отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд без установления иных обстоятельств, предусмотренных частью 9 статьи 226 КАС РФ, может фактически повлечь отказ в защите нарушенного права без проверки законности оспариваемого бездействия.

Из приведенных законоположений следует обязанность суда первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 КАС РФ выяснять причины такого пропуска.

В силу части 7 статьи 219 КАС РФ пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Кроме того, согласно пунктам 2 и 4 статьи 3 КАС РФ задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 КАС РФ).

За компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение <данные изъяты> месяцев после освобождения (но не ранее <дата>), либо независимо от указанных обстоятельств в течение <данные изъяты> дней, начиная с <данные изъяты>, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

Как следует из пояснений истца, о возможности защиты своих нарушенных прав он узнал в <данные изъяты> после общения с другими осужденными, в местах лишения свободы находится с <данные изъяты> года, под стражу был взят <дата> в <данные изъяты>.

Согласно сведениям ИЦ УМВД по Мурманской области ФИО3 осужден <дата> Фрунзенским районным судом г. Санкт-Петербурга к <данные изъяты> годам лишения свободы.

Принимая во внимание факт нахождения ФИО3 с <данные изъяты> по настоящее время в условиях изоляции от общества и отсутствия возможности своевременно получать информацию, в том числе знакомиться с нормативно-правовыми актами, суд полагает возможным в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 219 КАС РФ, признать причины пропуска срока уважительными и удовлетворить требование административного истца о его восстановлении.

Рассматривая требования о компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении суд учитывает следующее.

В силу части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (части 1, 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Частью 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с пунктами 4, 6 Положения о Федеральной службе исполнения наказания (ФСИН России), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются: обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ (далее - учреждения, исполняющие наказания), и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осужденных, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее - уголовно-исполнительная система), должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно частям 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с пунктом 3 статьи 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 УИК РФ.

Судом установлено и из материалов административного дела следует, что ФИО3 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области по приговору Кандалакшского городского суда Мурманской области от <дата>, прибыл в учреждение <дата> из Колпинской воспитательной колонии, освобожден <дата> по отбытию срока наказания.

По материалам личного дела (заявления, рапорта о нарушении о установленного порядка отбывания наказания и др.) осужденный ФИО3 после прохождения отделения карантин был распределён в: 1) в отряд <номер>, где содержался с <данные изъяты> по <данные изъяты>, 2) в отряд <номер>, где содержался с <данные изъяты> по <дата>, 3) в отряд СУОН, где содержался с <дата> по <дата>.

Кроме того постановлениями начальника колонии был водворен в штрафной изолятор: <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> на <данные изъяты> (камера <номер>), <дата> признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и переведён в строгие условия отбывания наказания.

Административный истец утверждает, что во всех помещениях, где он содержался, в помещениях были мыши и крысы, отсутствовала горячая вода, не было вентиляции, на стенах и окнах был грибок и плесень, вместо нормального унитаза были напольные чаши.

В соответствии с постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 18.07.2002 № 24 «О введении в действие санитарно-эпидемиологических требований к проведению дератизации СП 3.5.31129-02» установлены требования к защите жилых помещений, зданий сооружений от грызунов и к порядку проведения дератизации. Юридическими лицами дератизационные мероприятия проводятся систематически, конкретные сроки проведения или периодичность проводимых мероприятий не установлена.

Представитель административных ответчиков, отрицая наличие крыс и мышей в помещениях колонии в спорный период <данные изъяты> года, указала, что учреждением были заключены договоры: договор от <дата> <номер> на оказание услуг по дератизации с ФГУЗ «ФЦГиЭ» на сумму <данные изъяты> руб., договор от <дата> <номер> на оказание услуг по дератизации помещений с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» на сумму <данные изъяты> руб., договор от <дата> <номер> на оказание услуг по профилактической дератизации и дезинсекции с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» на сумму <данные изъяты> руб. Представить указанные договоры возможности не имеется, так как номенклатурные дела группы коммунально-бытового интендантского и хозяйственного обеспечения «Договоры, соглашения» уничтожены по сроку хранения. Вместе с тем согласно данным в программе 1с: бухгалтерия сформированы заявки на кассовый расход, подтверждающие перечисление денежных средств за оказанные услуги, их копии представлены суду, сведения о заключении указанных договоров имеются в Журнале учета договоров (соглашений) по бюджетной деятельности.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля оперативный работник ФКУ КП-20 ФИО1 показал об отсутствии крыс и мышей, свидетель ФИО2, отбывавший наказаний в спорный период в ФКУ КП-20, указал на наличие крыс и мышей в отряде <номер>.

Таким образом, показания свидетелей разнятся, вместе с тем, суд не находит оснований для установления факта наличия в спорный период в помещениях колонии крыш и мышей, так как объективные доказательства этому отсутствуют, а дератизация и дезинсекция в учреждении в спорный период времени была организована в соответствии с санитарно-эпидемиологическим требованиями, проводилась не реже одного раза в год специализированной организацией.

Рассматривая требования административного истца в части отсутствия горячей воды в карантинном отделении, в отряде <номер>, в ШИЗО и отряде СУОН, суд учитывает следующее.

Согласно копиям технических паспортов, составленных по состоянию на <дата>:

-здание отряда «карантин», расположенное в строении <номер> по <адрес>, построено в <данные изъяты> году, группа капитальности II, горячее водоснабжение отсутствует;

-здание общежития <номер> (отряд <номер>), расположенное в строении <номер> по <адрес> построено в <данные изъяты> году, группа капитальности I, горячее водоснабжение отсутствует;

-здание ШИЗО, расположенное в строении <номер> по <адрес> построено в <данные изъяты> году, группа капитальности I, горячее водоснабжение – от местной котельной.

Согласно пояснениям представителя административного ответчика, в период с <данные изъяты> года по <данные изъяты> года здание отряда «Карантин» функционировало как отряд «Карантин» для размещения вновь прибывших в учреждение осужденных. С <данные изъяты> года в указанном здании размещались осужденные, содержащиеся в строгих условиях отбывания наказания (СУОН). Таким образом, ФИО3 содержался с <дата> по <дата> в отряде СУОН, который располагался в здании, где ранее был отряд «Карантин», расположенный в строении <номер> по <адрес>.

Согласно справке учреждения наименования объектов, присвоенных при составлении технической документации на здания общежитий отрядов учреждения не зависят от нумерации, присвоенной отрядам осужденных, таким образом, отряд <номер> в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> год располагался в здании «Общежитие <номер>» (<адрес>). В настоящее время указанное здание не используется для проживания осужденных, законсервировано.

Представитель административных ответчиков в указанной части не оспаривала факт отсутствия коммуникаций горячего водоснабжения, поскольку при проектировании зданий карантина и общежития <номер> подводка горячей воды конструктивно не предусматривалась. При их проектировании и строительстве применялись действовавшие в <данные изъяты> году «Указания по проектированию и строительству ИТУ и военных городков войсковых частей МВД ССР».

Вместе с тем, возражая против нарушения прав истца, представитель КП-20 указала, что отсутствие горячего водоснабжения в здании отряда «карантин», впоследствии СУОН, и в отряде <номер> в комнате для умывания, в спорный период восполнялось наличием установленных электронагревательных приборов («электротитан»), с помощью которых обеспечивалось наличие горячей водой в умывальниках путем нагрева воды электротитанами, а также организацией помывки осуждённых в банно-прачечном комбинате.

Здание «ШИЗО» в соответствии с техническим паспортом построено в <данные изъяты> году, здание в соответствии с техническим паспортом оснащено горячим водоснабжением, которое осуществляется от местной котельной учреждения. Подвод горячего водоснабжения в ШИЗО предусмотрен конструктивно при строительстве здания только в душевой для помывки содержащихся в помещениях штрафного изолятора осужденных. Помывка осуждённых, отбывающих меру дисциплинарного воздействия ШИЗО осуществлялась в душевой согласно утвержденному распорядку дня, а именно 1 раз в неделю. Обеспечение осужденных горячей водой, в том числе для проведения водного режима, принятия лекарственных препаратов, умывания, осуществлялось в обязательном порядке при проведении мероприятий «Подьем» и «Отбой», а также при приеме пищи (завтрак, обед, ужин) в соответствии с распорядком дня.

Согласно части 5 статьи 227.1 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2, 3, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать в числе прочих и невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В силу пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от <дата> <номер>/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующим нормативным документам. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от <дата> <номер>-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от <дата> <номер>-дсп, а также в соответствии с требованиями СНиП 2.04.01-85, 2.04.02-84, 208.02 -89, ВСН 01-89, ВСН 15-89.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

По смыслу приведенных законоположений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации компенсаторный механизм присуждения компенсации за нарушение условий содержания, в числе прочего ввиду невозможности осужденным поддержания в удовлетворительной степени личной гигиены в связи с отсутствием горячего водоснабжения, подведенного к умывальникам в отряде в конкретный период, не безусловен, а возможен при наличии доказательств, свидетельствующих о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении с осужденным и отсутствии доказательств соразмерно восполняющих допущенные нарушения.

Административные ответчики, возражая относительно заявленных административных требований в ходе рассмотрения настоящего дела указывают на отсутствие нарушения прав осужденного ввиду того, что отсутствие горячего водоснабжения в учреждении обусловлено отсутствием системы централизованного горячего водоснабжения в карантинном отряде (впоследствии - отряд СУОН), отряде <номер>, исходя из особенностей спроектированного данного здания, вместе с тем горячее водоснабжение обеспечено за счет нагрева холодной воды в накопительных бойлерах (электронагревателях), которые были установлены в соответствующем помещении и использовались для подогрева проточной воды для ее использования осужденными. Кроме того, осужденным было обеспечено еженедельное принятие горячей бани в банно-прачечном комплексе, что также не оспаривалось административным истцом. При этом из технического паспорта здания ШИЗО (<адрес>) следует, что данное здание оборудовано горячим водоснабжением от местной котельной, подводка горячей воды имеется в душевой для помывки, в камерах ШИЗО подводка горячего водоснабжения к умывальникам отсутствовала.

В подтверждение доводов ответчиком представлена суду справка, согласно которой <дата> основные средств «Электрокипятильник КЭН-50 2 М» в количестве <данные изъяты> штук были приняты к учету и <дата> введены в эксплуатацию в отрядах <номер>, инвентарные <номер> на забалансовый счет <номер>.

Из инвентарной карточки группового учета нефинансовых активов <номер>, открытой <дата>, следует, что <дата> в Учреждении (в отряды <номер>) введены в эксплуатацию электротитаны (электронагревательные приборы). По утверждению представителя административного ответчика, указанные электронагревательные приборы были установлены, в том числе, в отряд <номер>, и обеспечивали подачу в умывальники горячей воды для осужденных.

Из инвентарной карточки группового учета нефинансовых активов <номер>, открытой <дата>, следует, что <дата> в Учреждении (отряд карантин) введен в эксплуатацию электротитан. По утверждению представителя административного ответчика, указанный электротитан был установлен в отряд карантин и обеспечивал подачу в умывальники горячей воды для осужденных.

Из инвентарной карточки группового учета нефинансовых активов <номер>, открытой <дата>, следует, что <дата> в Учреждении (в отряд <номер>) введены в эксплуатацию электронагревательные приборы (кипятильник электрический <данные изъяты>), предназначенные для приготовления кипяченной воды.

Иные документы, подтверждающие установку электронагревательных приборов в отрядах для проживания осужденных, административный ответчик в настоящее время представить не имеет возможности в связи с уничтожением номенклатурных дело бухгалтерии по сроку хранения, что подтверждается соответствующей справкой.

По утверждению представителя административных ответчиков, указанные электронагревательные приборы были установлены, в том числе, в умывальных комнатах помещений ФКУ КП-20 и обеспечивали подачу в умывальники горячей воды осужденным, содержащимся в общежитии в отрядах <номер>, СУОН, карантина. В здании ШИЗО горячей воды в камерах не было. При этом была душевая с централизованной горячей водой, в которой осужденным представлялась помывка 1 раз в неделю.

Оснований не доверять представленным суду документам не имеется.

Инвентарная карточка – это специальный учетный документ, предназначенный для отражения поступления, движения и выбытия основных средств в бухучете, а с учетом даты событий, которые заявлены административным истцом, сроков хранения учетных документов, суд признает сведения, содержащиеся в представленной карточке достоверными и достаточными для подтверждения позиции ответчика.

Кроме того, приходя к такому выводу, суд в совокупности оценивает и показания свидетеля со стороны административного ответчика.

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1, занимавший в <данные изъяты> году должность оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области, указал, что в карантинном отделении, и в каждом отряде, в том числе СУОН, в умывальных комнатах был установлен бойлер (с баками разного объема), с помощью бойлера был обеспечен подогрев воды и ее подводка к раковинам. Жалоб от осужденных на отсутствие горячей воды не поступало. Рассказал, что баков для питьевой воды в камерах ШИЗО не было, так как они не предусмотрены, осужденные, находящиеся в ШИЗО, принимали пищу в камерах, после каждого приема пищи им выдавали горячую воду, для помывки осужденных из ШИЗО выводили в отдельную душевую комнату, в которой горячая вода подавалась по централизованным сетям.

При этом суд критично относится к показаниям свидетеля ФИО2 об отсутствии горячей воды в помещении отряда <номер> и ШИЗО, поскольку его показания в совокупности опровергаются представленными ответчиком документами, показаниями свидетеля ФИО1

Оснований ставить под сомнение наличие электронагревательных приборов в заявленный административным истцом период при наличии сведений о введении их в эксплуатацию, у суда не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии достаточных доказательств того, что исправительным учреждением предпринимались все необходимые меры по устранению недостатков и обеспечении административного истца горячей водой, поставляемой посредством электрических водонагревателей, в период содержания его в исправительном учреждении, надлежащем оборудовании туалетных комнат, в связи с чем условия содержания соблюдены и не допущено нарушение прав административного истца в части обеспечения горячим водоснабжением в помещениях карантина (впоследствии – отряда СУОН) и отряда <номер>.

Нахождение ФИО3 в ШИЗО в отсутствие в камере горячего водоснабжения <данные изъяты> раз продолжительностью <данные изъяты> суток, по мнению суда, не свидетельствует о существенном нарушении условий содержания в исправительном учреждении учитывая периодическое и непродолжительное пребывание в данных условиях и наличие душевой с горячим водоснабжением, в которой осужденным предоставлялась помывка 1 раз в неделю, а также предоставление горячей воды к каждому приему пищи и проведению мероприятий «подъем» и «отбой», отсутствию в указанный период жалоб от ФИО3 по данному поводу, в связи с чем суд не находит оснований для признания данных нарушений существенным отклонением от установленных законом требований к условиям содержания.

В части отсутствия вентиляции в помещениях учреждения в период отбывания административным истцом наказания в виде лишения свободы, суд учитывает следующее.

Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 10 июня 2010 г. N 64 утвержден СанПиН 2.1.2.2645-10, который введен в действие с <дата> и отменен с <дата>, в соответствии с указанным СанПиН естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Свод правил - СП 308.1325800.2017 также предусматривает оборудование зданий исправительного учреждения системой вентиляции.

В соответствии с п. 19.3.5, 19.3.6 Свод правил в помещениях зданий ИУ в зависимости от их назначения следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением. Во всех спальных комнатах спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах здании медицинского назначения следует предусматривать приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием.

Согласно п.20.17 приказа Минюста России от <дата> <номер>-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» предусмотрено требование о наличии в общежитиях с комнатной системой содержания или общими спальными помещениями вентиляции с естественным побуждением.

Согласно представленным техническим паспортам здание отряда «карантин» не оборудовано вентиляцией; здание общежития <номер> (<адрес>) оборудовано приточно-вытяжной вентиляцией, здание ШИЗО оборудовано приточно-вытяжной вентиляцией.

Кроме того, в помещениях естественная вентиляция обеспечивалась и путем проветривания данных помещений, что также подтверждено пояснениями представителя административных ответчиком и показаниями свидетеля ФИО1, согласно которым при прогулке осужденных осуществлялась влажная уборка помещений и их проветривание путем открытия форточек.

По информации административного ответчика для обеспечения проветривания в помещении карантина (впоследствии СУОН) в оконных блоках и местах общего пользования были устроены вентиляционные электрические узлы, спальное расположение проветривалось путем открывания оконных проемов (форточек).

Наличие вентиляции также подтверждается представленными административным ответчиком фотографиями, в которых усматривается наличие вентиляционных отверстий в помещениях, закрытые металлическими решетками, фотографии окон, оборудованных открывающейся форточкой.

Таким образом, административным ответчиком представлены надлежащие доказательства наличия в спорных помещениях колонии вентиляции.

Ссылку административного истца о не проведении медицинского осмотра при водворении в ШИЗО, а также о длительном нахождении в любую погоду на территории прогулочного дворика перед помещением в ШИЗО, суд отклоняет по следующим основаниям.

В силу п. 142 Инструкции о порядке надзора за осуждёнными, содержащимися в исправительных учреждениях, утвержденной приказом Минюста России от <дата> <номер> при приеме осужденного в ШИЗО младший инспектор в присутствии оперативного дежурного или инспектора дежурного по жилой зоне проверяет правильность оформления постановления, записывает осужденного в книгу учета, проводит совместно с медицинским работником осмотр, производит полный его обыск, изъятые предметы записывает в бланке постановления. После переодевания осужденного в специальную подменную одежду (при наличии такой возможности) по согласованию с оперативным работником младший инспектор помещает осужденного в камеру.

Согласно справке фельдшера ФКУЗ МСЧ -51 ФСИН России при водворении в штрафной изолятор имеются отметки медицинского работника о проведении медицинского осмотра и возможности отбывать дисциплинарное взыскание в штрафном изоляторе, о чем в дело представлены соответствующие копии записей от <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата> и <дата>.

В судебном заседании административный истец пояснил, что под указанными в административном иске пытками во время содержания в КП-20, он подразумевал факты длительного ожидания на территории прогулочного дворика помещения в ШИЗО. Однако объективных доказательств этому в материалы дела не представлено, из пояснений допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО1, оперуполномоченного оперативного отдела, следует, что после заседания административной комиссии, на котором начальником колонии выносится постановление о помещении нарушившего правила отбывания наказания осужденного в ШИЗО, начальник отряда и младший инспектор сопровождают осужденного в медсанчасть, медик осматривает осуждённого, делает отметку в постановлении о возможности содержаться в ШИЗО, потом осужденного водворяют в ШИЗО, в связи с чем необходимости держать осуждённого в прогулочном дворике не было.

Рассматривая доводы административного истца об отсутствии бака для питьевой воды в камере ШИЗО, о ненадлежащем оборудовании камер, суд учитывает, что согласно приложению № 2 к Приказу ФСИН России от <дата> <номер> «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», раздел II. Помещение камерного типа и штрафного (дисциплинарного в воспитательной колонии) изолятора (в колонии-поселении только штрафного изолятора), камера штрафного (дисциплинарного) изолятора, одиночная камера в исправительной колонии особого режима оборудуется следующими предметами: откидная металлическая кровать с деревянным покрытием (1 шт. на человека); стол для приема пищи (1 шт.); тумба для сидения (1 шт. на чел.); умывальник (рукомойник) (1 шт.). Согласно пункту 8 указанного раздела, баком для питьевой воды с кружкой и тазом надлежит оборудовать хозяйственную комнату для хранения столовой посуды и раздачи пищи. Таким образом, оборудование камеры ШИЗО баком для питьевой воды не предусмотрено действующими нормами.

По информации представителя административных ответчиков в помещении штрафного изолятора бак для питьевой воды объемом <данные изъяты> литра в хозяйственной комнате имелся в наличии как в спорный период, так и в настоящее время.

Также суд отклоняет доводы административного истца о том, что в камерах ШИЗО, предназначенных по площади для одного человека, содержалось по двое осужденных, в некоторых камерах не было окон, а также о ненадлежащем оборудовании в камере унитаза.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из представленных административным ответчиком сведений следует, что площадь камер ШИЗО составляет: камера <номер> – <данные изъяты> кв.м., камера <номер>- <данные изъяты> кв.м., камера <номер> – <данные изъяты> кв.м., и камера <номер> - <данные изъяты> кв.м., что подтверждается техническим паспортом здания ШИЗО. Таким образом, камеры штрафного изолятора на период <данные изъяты> год обеспечивали установленную норму жилой площади на 1 человека.

Из представленным КП-20 сведений, ФИО3 отбывал наказание в ШИЗО в камерах <номер>.

Камера <номер> предназначалась для двухместного размещения, оснащена окном, вентиляционный канал в наличии, была оборудована напольным унитазом; камера <номер> являлась одноместной, оснащена окном, вентиляционным каналом, была оборудована напольным унитазом, в наличии были боковые перегородки и дверца; камера <номер> являлась двухместной, оснащена окном, вентиляционным каналом, в настоящий момент присвоен <номер>, данная камера переоборудована с <данные изъяты> года, является двухместной, установлен унитаз (взамен напольной чаши), имеется кабинка приватности; камера <номер> двухместная, оснащена окном, вентиляционным каналом, камере <номер> присвоен <номер>. Данная камера переоборудована в <данные изъяты> году в одноместную камеру с установкой унитаза (взамен напольной чаши) и демонтажем кабинки приватности.

Доводы административного истца о ненадлежащем оснащении камер ШИЗО ввиду отсутствия нормальных унитазов, не отделения жилой зоны от санузла суд отклоняет, поскольку согласно пункту 14.53 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исправительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (сп-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от <дата> <номер>-ДСП, в режимных зданиях камеры оборудуются унитазами (напольными чашами) и умывальниками. Тип санитарного прибора конкретизируется заданием на проектирование. В камерах на 2 и более мест напольные чаши (унитазы) и умывальники размещаются в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной. Допускается в камерах на 2 и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальники – за пределами кабины.

Как следует из представленных фотографий, пояснений представителя административных ответчиков, которые в судебном заседании также подтвердил свидетель ФИО1, в спорный период камеры ШИЗО были оборудованы напольными унитазами по типу «Чаша Генуя», а также имелись ограждения санузла от жилой части комнаты. Показания свидетеля ФИО2 об отсутствии перегородок в камере ШИЗО суд отклоняет, поскольку установлено, что свидетель отбывал дисциплинарное наказание в камере <номер>, в которой административный истец не находился.

В помещении карантина (впоследствии отряд СУОН), и отряда <номер> спальное помещение находилось удаленно от отдельных комнат для умывания и туалетных комнат, оборудованных унитазами в виде напольных чаш.

Таким образом, нормативными документами не запрещено оборудование камер напольными чашами, наличие таких унитазов не является нарушением и обусловлено безопасностью, в помещениях карантина (впоследствии отряда СУОН) и отряда <номер> были оборудованы отдельные изолированные умывальные и туалетные комнаты, в ШИЗО были соблюдены необходимые требования приватности в виде перегородок.

Также в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы административного истца о ненадлежащем состоянии помещений карантина (отряда СУОН), <номер> отряда, ШИЗО в части дырок в полу, отсутствия штукатурки.

Так, согласно представленной технической документации на помещения колонии предусмотрены следующие конструктивные элементы:

- на здание карантина: стены оштукатуренные, полы дощатые, оконные проемы двойные створные;

- на здание ШИЗО - кирпичные оштукатуренные стены, кирпичные, металлические перегородки, полы дощатые, цементные, проемы оконные двойные, глухие, проемы дверные металлические, внутренняя отделка – штукатурка, покраска, побелка;

- на здание общежития – полы дощатые, оконные проемы двойные створные, внутренняя отделка штукатурка, покраска, оклейка обоями стен.

По информации представителей административных ответчиков в спорный период указанные здания в капитальном ремонте не нуждались, по состоянию на <данные изъяты> год проводились текущие ремонты, направленные на улучшение внутренней отделки. Здания отрядов осужденных ИК-20 оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарными водопроводами, канализацией и водостоками согласно нормам, действовавшим в период строительства и времени ввода в эксплуатацию зданий.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО1, оперуполномоченного оперативного отдела, который показал, что в спорный период ежедневно при заступлении на службу им проводились обходы помещений, дырок в полу не было, мышей и крыс не наблюдалось, грибка на стенах не было, каждый год производились косметические ремонты в отрядах силами осужденных. Отметил, что если выявлялись какие-то недостатки в содержании помещений, то они оперативно устранялись. Не доверять показаниям свидетеля, являющегося в настоящее время заместителем начальника колонии, предупрежденного при даче показаний об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не имеется.

Принимая решение суд также учитывает информацию Государственного областного казенного учреждения «Государственный архив Мурманской области» об отсутствии в документах архивного фонда Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, актов прокурорского реагирования, вынесенных по результатам проверок ФКУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области в связи с отсутствием горячего водоснабжения и достаточной приватности санитарных помещений, а также представленные архивом докладные записки надзирающей за исправительным учреждением прокуратуры о состоянии законности в жилищно-коммунальной сфере исправительных учреждений Мурманской области, в которых отражено отсутствие обращений осужденных на коммунально-бытовое обеспечение, и не вынесение актов прокурорского реагирования по данному поводу за <данные изъяты> год.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, представленные административным ответчиком доказательства, суд приходит к выводу, что доводы административного истца о его содержании в отряде «карантин», отряде <номер>, ШИЗО и СУОН в период с <дата> по <дата> в ненадлежащих условиях, существенно отклоняющихся от установленных законом требований к условиям содержания, не нашли своего подтверждения.

Приведенная и исследованная совокупность представленных суду доказательств указывает на безосновательность доводов административного истца и, как следствие, на невозможность удовлетворения иска.

Частью 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации регламентировано, что обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле. При этом суд не связан основаниями и доводами заявленных требований по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия), соответственно принятых или совершенных органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами и организациями, наделенными отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностными лицами, государственными или муниципальными служащими, а также по административным делам о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации.

При таких обстоятельствах в удовлетворении административного иска ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении административному истцу надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО3 к ФКУ «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд подачей жалобы через Кандалакшский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.А. Шевердова