Председательствующий Симахина О.Н. дело № 33-3951/2023 (2-720/2023)
55RS0001-01-2022-008653-65
Апелляционное определение
город Омск 05 июля 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе
председательствующего Чернышевой И.В.
судей Будылка А.В., Григорец Т.К.
при секретаре Шик Я.Э.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «МАКС» о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия по апелляционным жалобам сторон, третьего лица ФИО6 на решение Кировского районного суда города Омска от 13 марта 2023 года о частичном удовлетворении иска.
Заслушав доклад судьи Будылка А.В., объяснения представителя истца ФИО2, представителя третьего лица ФИО6 ФИО3, судебная коллегия
установила:
ФИО1 предъявил в суде иск АО «МАКС», указав в обоснование, что 17 сентября 2021 года произошло дорожно-транспортного происшествие с участием транспортных средств Hyundai Tucson под управлением ФИО6 и Ford Focus, принадлежащего истцу, им же управляемого, в результате чего его автомобилю причинены механические повреждения. На момент дорожно-транспортного происшествия его гражданская ответственность по договору ОСАГО застрахована не была, ответчика – застрахована АО «МАКС». 10 марта 2020 года он обратился в АО «МАКС» с заявлением о возмещении убытков по договору ОСАГО. Страховая компания выплатила ему 18 марта 2022 года страховое возмещение в размере 30 100 рублей – стоимости восстановительного ремонта его автомобиля с учётом износа. В удовлетворении его претензии об осуществлении страхового возмещения путём организации восстановительного ремонта автомобиля на СТОА, выплате неустойки за нарушение срока страхового возмещения страховщик отказал. Решением финансового уполномоченного в удовлетворении его требований также отказано. Вместе с тем, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, согласно заключению ООО «Автоэкспертиза», составляет без учёта износа заменяемых запасных частей – 157 900 рублей, с учётом такового – 53 700 рублей, рыночная стоимость его автомобиля в доаварийном состоянии – 101 600 рублей, рыночная стоимость годных остатков – 16 900 рублей. На основании изложенного просил взыскать с АО «МАКС» в свою пользу материальный ущерб в размере 54 600 рублей (101 600 – 16 900 – 30 100), неустойку за период с 31 марта 2022 года по 28 декабря 2022 года в размере 148 512 рублей (54 600 х 1% /100 х 272 дня), компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, неустойку до дня фактического исполнения денежного обязательства, но не более 400 000 рублей, штраф, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, услуги по оценке в размере 1 000 рублей.
При рассмотрении дела суд привлёк к участию в нём в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО6, ФИО4
Стороны, третьи лица о судебном заседании были извещены надлежаще, для участия в судебном заседании не явились. Представитель истца иск поддержал, представитель третьего лица ФИО6 полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия истец не имел права управления транспортными средствами, виновником дорожно-транспортного происшествия является ФИО1, который при повороте не включил сигнал поворота и не убедился в безопасности совершаемого манёвра.
Решением суда с АО «МАКС» в пользу ФИО1 взысканы сумма страхового возмещения в размере 12 250 рублей, неустойка за период с 31 марта 2022 года по 13 марта 2023 года в размере 42 630 рублей, неустойка в размере 1% из расчёта 122,50 рублей в день за каждый день просрочки, начиная с 14 марта 2023 года по день фактического исполнения денежного обязательства, но не более чем 400 000 рублей общего размера неустойки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 6 125 рублей, судебные расходы в размере 1 867,98 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказано. С АО «МАКС» в доход бюджета города Омска взыскана государственная пошлина в размере 2 146,40 рублей.
Решение суда обжалуют обе стороны и третье лицо.
ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что суд должен был руководствоваться главами 8 и 11 Правил дорожного движения Российской Федерации. Тот факт, что истец включил указатель поворота установлен показаниями свидетеля. При указанных обстоятельствах довод ФИО6 об отсутствии его вины не состоятелен. Отмена решения и постановления по делу об административном правонарушении решением от 24 мая 2022 года за истечением срока давности не является реабилитирующим обстоятельством, устанавливающим или не устанавливающим виновные действия ФИО6 Факт нарушения им пункта 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации доказан, при этом факт нарушений ФИО1 каких-либо пунктов данных правил не доказан. Просит решение суда первой инстанции изменить и принять новое решение о полном удовлетворении иска и установлении вины в дорожно-транспортном происшествии ФИО6 в полном объёме.
АО «МАКС» в апелляционной жалобе указывает на то, что иск ФИО1 подлежал оставлению без рассмотрения ввиду несоблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора. Истец, обращаясь к финансовому уполномоченному, просил обязать страховщика оплатить ремонт автомобиля либо взыскать страховую выплату без учёта износа в сумме 127 800 рублей, однако в иске он ссылается на полную гибель автомобиля, то есть обратился в суд с иском по иному предмету. Кроме того, заключение ООО «Автоэкспертиза» страховщику и финансовому уполномоченному не предъявлялось, не было предметом исследования при рассмотрении обращения. Полагает, что оснований для удовлетворения требований истца о взыскании доплаты страхового возмещения у суда первой инстанции не имелось, поскольку заключение ООО «Автоэкспертиза» не соответствует Единой методике определения размере расходов на восстановленный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства, при этом суд не дал оценку экспертному заключению, представленному АО «МАКС». При этом ФИО1 страховую выплату получил необоснованно, поскольку он является виновником дорожно-транспортного происшествия. Действия ФИО1 по сокрытию информации о споре между участниками дорожно-транспортного происшествия о вине следует расценивать как недобросовестные. Кроме того, суд при взыскании неустойки не учёл период действия моратория с 01 апреля 2022 года по 01 октября 2022 года, не установил баланс интересов. Просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска в полном объёме. Взыскать с ФИО5 в пользу АО «МАКС» государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.
ФИО6 в апелляционной жалобе на решение суда указывает, что дорожно-транспортное происшествие произошло исключительно по вине ФИО1, который никогда не имел прав на управление транспортным средством, его гражданская ответственность застрахована не была, у автомобиля Ford Focus отсутствовал задний бампер, грязезащитные фартуки и брызговики, что влечёт запрет его эксплуатации. Столкновение автомобилей боковыми поверхностями свидетельствует о том, что в момент манёвра истца ФИО6 уже совершал обгон. При повороте налево ФИО1 не должен был создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; обязан был, вне зависимости от того, включён или нет сигнал поворота, пропустить автомобиль под управлением ФИО6, совершавшего обгон. За перечисленные нарушения ФИО1 был привлечён к административной ответственности. Оценивая показания ФИО1 относительно включения им сигнала поворота, суд не учёл его последующее поведение и стремление предоставить информацию, не соответствующую действительности, в том числе и суду. Просил решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новое решение.
О слушании дела по апелляционной жалобе стороны извещены надлежаще, для участия в судебном заседании явились представитель истца, поддержавший доводы своей жалобы и возражавший против удовлетворения жалоб ответчика и третьего лица; представитель третьего лица ФИО6, поддержавший доводы его жалобы и возражавший против удовлетворения жалобы истца.
Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, оценив имеющиеся в нём доказательства, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что 17 сентября 2021 года ФИО1, управляя принадлежащим ему на праве собственности автомобилем Ford Focus, при повороте налево столкнулся с автомобилем Hyundai Tucson, принадлежащим ФИО6, управляемым им же, который двигался в попутном направлении слева по встречной полосе.
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю Hyundai Tucson причинены повреждения капота, переднего бампера, переднего правого крыла, передней правой фары, подушки безопасности, скрытые повреждения; автомобилю Ford Focus причинены повреждения переднего бампера, передней левой стойки, переднего левого крыла.
По факту данного дорожно-транспортного происшествия ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Омскому району Омской области ФИО7 18 сентября 2021 года вынес два постановления: о признании ФИО6 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и о признании ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
В постановлениях отражено, что ФИО6, управляя автомобилем, нарушил правила обгона, не убедился в безопасности манёвра, допустил столкновение с попутно двигавшимся автомобилем Ford Focus под управлением ФИО1, выполняющего манёвр поворота налево; ФИО1, управляя автомобилем, нарушил правила маневрирования, при повороте налево не убедился в безопасности манёвра, допустил столкновение с автомобилем Hyundai Tucson, двигавшимся попутно слева под управлением ФИО6
Поскольку гражданская ответственность ФИО6 при управлении обозначенным автомобилем была застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств АО «МАКС», а его аналогичная ответственность застрахована не была, ФИО1 10 марта 2022 года обратился к названному страховщику с заявлением о возмещении убытков по приведённому договору, приложив к нему указанное выше постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное в отношении ФИО6
Произведя осмотр автомобиля истца и оценку ущерба, причинённого ему в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, АО «МАКС» 18 марта 2022 года выплатило ФИО1 страховое возмещение в размере затрат на проведение восстановительного ремонта его автомобиля с учётом износа, который составил 30 100 рублей.
ФИО1 с выплатой страхового возмещения не согласился; 30 марта 2022 года подал страховщику заявление об организации и оплате ремонта повреждённого транспортного средства, выплате неустойки, в удовлетворении которого страховщик отказал.
Решением Омского областного суда от 24 мая 2022 года постановление ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Омскому району Омской области от 18 сентября 2021 года и решение Омского районного суда Омской области от 11 апреля 2022 года, которым указанное постановление, вынесенное в отношении ФИО6, было оставлено без изменения, отменены, поскольку при оспаривании ФИО6 на месте дорожно-транспортного происшествия события правонарушения, за которое он привлекался к административной ответственности, составление протокола об административном правонарушении было обязательным, в то время как приведённое выше постановление вынесено без составления такового. Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО6 прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – в связи с истечением срока давности его привлечения к административной ответственности.
Решением финансового уполномоченного от 03 ноября 2022 года истцу отказано в удовлетворении его заявления от 14 октября 2022 года об осуществлении АО «МАКС» страхового возмещения путём организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства на СТОА по договору ОСАГО, неустойки за нарушение срока осуществления страхового возмещения; его требования об осуществлении страхового возмещения в денежной форме, о взыскании расходов на проведение независимой экспертизы оставлены без рассмотрения.
Поэтому ФИО1 предъявил АО «МАКС» изложенный выше иск.
Из документов, составленных сотрудниками полиции по факту рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, вину как ФИО6, так и ФИО1 в столкновении автомобилей установить невозможно. Инспектор ДПС ФИО7, вынесший 18 сентября 2021 года постановления об их привлечении к административной ответственности, при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО6 суду пояснил, что обстоятельства дорожно-транспортного происшествия были установлены исключительно со слов их участников, видеорегистраторы в автомобилях отсутствовали, поэтому он объяснил участникам столкновения, что ситуация ему понятна, никто ни с чем не согласен, будет предусматриваться обоюдная вина.
Соответственно, лицо, ответственное за столкновение автомобилей, а значит за причинённый данным столкновением вред, подлежало установлению судом. Разрешая заявленный ФИО1 спор, суд первой инстанции на основании анализа обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и представленных лицами, участвующими в деле, доказательств пришёл к выводу о том, что и ФИО6, и ФИО1 при управлении транспортными средствами нарушили требования пункта 1.5. Правил дорожного движения Российской Федерации, их вина в столкновении автомобилей обоюдна, степень вины составляет по 50%.
Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом суда, поскольку он противоречит обстоятельствам дела и нормам права, применяемым к отношениям сторон.
В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Согласно пункту 8.8 данных правил при повороте налево или развороте вне перекрёстка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.
При этом пунктами 8.1, 8.2 поименованных правил предусмотрено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой.
При выполнении манёвра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения манёвра и прекращаться немедленно после его завершения. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.
Подача сигнала не даёт водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.
Преимущество (приоритет), согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.
В соответствии с пунктами 11.1, 11.2, 11.3 поименованных правил прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.
Водителю запрещается выполнять обгон, в частности, в случае, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.
Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.
Исходя из перечисленных правил дорожного движения суду при рассмотрении настоящего дела необходимо было установить, кто из водителей транспортных средств: ФИО6 или ФИО1 первым приступил к совершению манёвра: обгона или поворота налево соответственно, поскольку при начатом ФИО6 обгоне автомобиля ФИО1 последний не имел право препятствовать данному обгону посредством манёвра поворота налево и, приступая к такому повороту, должен был убедиться, что не создаёт опасность для движения, а также помехи обгонявшему его ФИО6; в свою очередь, после подачи ФИО1 сигнала поворота налево ФИО6 не имел право выполнять обгон управляемого ФИО1 автомобиля.
При этом обоюдной вина водителей транспортных средств в рассматриваемой ситуации, при отсутствии доказательств допущения ФИО6 самостоятельного нарушения правил дорожного движения, которое также могло способствовать столкновению автомобилей: превышения установленной скорости, быть не может; в столкновении виновен тот из водителей, чей манёвр последовал после того, как к соответствующему манёвру приступил другой водитель.
Из административного материала по факту дорожно-транспортного происшествия с участием ФИО6 и ФИО1 следует, что ФИО6 18 сентября 2021 года пояснил сотруднику полиции, что он 17 сентября 2021 года около 18 часов 20 минут, управляя автомобилем Hyundai Tucson, двигался по дороге, увидел, что впереди него движется автомобиль Ford Focus на небольшой скорости. Он попытался его обогнать, но автомобиль Ford Focus внезапно, без включения соответствующего сигнала, начал совершать поворот налево. Практически проехав перекрёсток, он попытался уйти от столкновения, которого избежать не удалось. Полагал, что в дорожно-транспортном происшествии виновен водитель Ford Focus, не подавший сигнал поворота.
ФИО1 18 сентября 2021 года сотруднику полиции пояснил, что 17 сентября 2021 года около 18 часов 30 минут он, управляя автомобилем Ford Focus, двигался по автодороге, включил указатель левого поворота, сбавил скорость, убедился в безопасности манёвра, посмотрев в зеркало заднего вида и увидев, что полоса для встречного транспорта пуста, начал движение. Выполняя поворот, пересёк встречную полосу, и, заехав на пересечение улиц, куда выполнял поворот, увидел Hyundai Tucson, едущий в него, после чего произошло столкновение автомобилей.
В дальнейшем при рассмотрении дела об административном правонарушении, а также настоящего гражданского дела, участники дорожно-транспортного происшествия поддерживали ранее данные ими показания. ФИО1 настаивал на том, что, намереваясь совершить поворот налево, заблаговременно включил указатель левого поворота и, убедившись в том, что автомобилей во встречном и попутном направлении нет, приступил к совершению поворота налево, а ФИО6 указывал на внезапность выезда автомобиля истца на полосу встречного движения без сигнала поворота налево в тот момент, когда его автомобиль уже находился на встречной и попутной полосе движения в процессе совершения манёвра обгона.
Согласно схеме места совершения административного правонарушения, проезжая часть дороги в этом месте, шириной 6 м, включает две полосы движения, по одной в каждом направлении. Столкновение автомобилей произошло на обочине дороги встречного направления после перекрёстка. Автомобили расположены параллельно друг другу и по диагонали к проезжей части, по которой ранее осуществляли движение.
Из фотографий, приобщённых к материалам дела, видно, что транспортные средства Hyundai Tucson и Ford Focus после столкновения находятся на обочине дороги, соприкасаясь друг с другом передними боковыми частями автомобилей: Ford Focus – левыми, Hyundai Tucson – правыми.
В акте экспертного исследования ООО «Атоэкспертиза» отражено, что у автомобиля Ford Focus повреждены крыло переднее левое, повторитель указателя поворотов левый, дверь передняя левая, стойка амортизатора передняя левая, стойка ветрового окна левая, зеркало заднего вида наружное левое, капот, диск колёсный, подкрылок передний левый.
По акту экспертного исследования ООО «Автомир-Эксперт», представленному ФИО6 в дело об административном правонарушении по его жалобе на приведённое выше постановление о привлечении к административной ответственности, которое было исследовано судом в судебном заседании, проведённом 09 марта 2023 года по настоящему делу, повреждения автомобиля Hyundai Tucson расположены в передней части транспортного средства справа от продольной оси и образованы от блокирующего ударного воздействия в указанную часть; направление удара спереди назад по ходу движения автомобиля Hyundai Tucson. У данного автомобиля при столкновении с автомобилем истца повреждены, в частности: блок-фара и фара противотуманная правые, кронштейны переднего бампера и его крепления правые, подкрылок передний правый, экран защитный моторного отсека и дефлектор радиатора боковые правые.
Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из перечисленных выше доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь в их совокупности, судебная коллегия пришла к выводу о том, что к началу совершения ФИО1 поворота налево на автомобиле Ford Focus ФИО6 на автомобиле Hyundai Tucson уже выполнял его обгон. Об этом свидетельствуют локализация механических повреждений автомобилей (у Ford Focus – левая часть спереди, у Hyundai Tucson – правая часть спереди), место столкновения автомобилей, их конечное расположение после дорожно-транспортного происшествия. Приведённые обстоятельства указывают на то, что, когда ФИО1 начал поворачивать налево, ФИО6 уже находился на встречной полосе движения в попутном направлении для обгона автомобиля ФИО1 при этом в непосредственной близости. При иной последовательности действий водителей и правдивости объяснений ФИО1 о том, что он включил указатель левого поворота, сбавил скорость, убедился в отсутствии автомобилей на полосе движения для встречного транспорта, затем, выполняя поворот, пересёк встречную полосу, и, заехав на пересечение улиц, куда выполнял поворот, увидел Hyundai Tucson, едущий в него, после чего произошло столкновение автомобилей, была бы иной локализация повреждений автомобиля (у Hyundai Tucson – передняя часть, у Ford Focus – боковая часть слева) и на грунтовой обочине дороги после перекрёстка имелись бы следы движения автомобиля Ford Focus поперёк продольной плоскости колёс. Такие следы на представленных фотографиях отсутствуют, в схеме места совершения административного правонарушения они не отражены. Согласно данным доказательствам автомобили съехали на обочину почти параллельно, где и произошёл контакт.
При этом, объяснения ФИО1 об отсутствии у него препятствий к выполнению поворота налево, в чём он предварительно убедился, равно как о заблаговременной подаче им сигнала такого поворота, судебная коллегия не может принять в качестве достоверного доказательства потому, что к управлению транспортными средствами ФИО1 допущен не был.
В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
Пунктами 1, 2 статьи 25, пунктами 1, 3 статьи 26 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» установлено, что право на управление транспортными средствами предоставляется лицам, сдавшим соответствующие экзамены.
К сдаче экзаменов на право управления транспортными средствами категории «B» (автомобили (за исключением транспортных средств категории «A»), разрешённая максимальная масса которых не превышает 3 500 килограммов и число сидячих мест которых, помимо сиденья водителя, не превышает восьми) допускаются лица, достигшие семнадцатилетнего возраста, имеющие медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами, прошедшие в установленном порядке соответствующее профессиональное обучение.
Примерные программы профессионального обучения водителей транспортных средств соответствующих категорий и подкатегорий разрабатываются уполномоченными на то федеральными органами исполнительной власти в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.
На момент рассматриваемых событий действовала примерная программа профессиональной подготовки водителей транспортных средств категории «B», утверждённая приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 26 декабря 2013 года N 1408.
Согласно данной программе примерный учебный план содержит перечень учебных предметов базового, специального и профессионального циклов с указанием времени, отводимого на освоение учебных предметов, включая время, отводимое на теоретические и практические занятия.
Базовый цикл включает учебные предметы:
- Основы законодательства в сфере дорожного движения;
- Психофизиологические основы деятельности водителя;
- Основы управления транспортными средствами;
- Первая помощь при дорожно-транспортном происшествии.
Специальный цикл включает учебные предметы:
- Устройство и техническое обслуживание транспортных средств категории «B» как объектов управления;
- Основы управления транспортными средствами категории «B»;
- Вождение транспортных средств категории «B» (с механической трансмиссией/с автоматической трансмиссией)".
Профессиональный цикл включает учебные предметы:
- Организация и выполнение грузовых перевозок автомобильным транспортом;
- Организация и выполнение пассажирских перевозок автомобильным транспортом.
Примерная программа предусматривает достаточный для формирования, закрепления и развития практических навыков и компетенций объем практики.
В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 25 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» проведение экзаменов на право управления транспортными средствами, определение состава технических средств контроля, предназначенных для проведения экзаменов, требований к указанным техническим средствам и условий их применения, а также выдача водительских удостоверений осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.
Экзамены проводятся уполномоченными должностными лицами органов внутренних дел Российской Федерации.
Правила проведения экзаменов на право управления транспортными средствами и выдачи водительских удостоверений утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 24 октября 2014 года N 1097.
Согласно пунктам 12, 14 поименованных правил при проведении теоретического экзамена проверяются знания кандидатом в водители, в частности, Правил дорожного движения Российской Федерации и основ безопасного управления транспортным средством.
При проведении практического экзамена на право управления транспортными средствами категорий «B» у кандидата в водители проверяются навыки управления транспортным средством данной категории путём выполнения в числе иных манёвров левых и правых поворотов, разворотов на перекрёстке и вне перекрёстка, обгона.
В пункте 4 статьи 25 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» указано, что право на управление транспортными средствами подтверждается водительским удостоверением.
ФИО1 профессиональное обучение водителей транспортных средств в установленном порядке не прошёл (не завершил), экзамен на право управления транспортными средствами категории «B» не сдал, что следует из материалов дела и отсутствия у него водительского удостоверения. На основании изложенного у судебной коллегии не имеется оснований полагать, что ФИО1 имеет теоретические знания Правил дорожного движения Российской Федерации, основ управления транспортными средствами, их технических устройств, умеет управлять транспортным средством, знает, как, для чего и когда нужно подавать соответствующие сигналы.
Показания свидетеля ФИО8 Ю, знакомой истца и пассажирки его автомобиля в момент дорожно-транспортного происшествия, правильно были отвергнуты судом первой инстанции, поскольку эти показания противоречат обстоятельствам столкновения автомобилей Hyundai Tucson и Ford Focus. ФИО8 суду пояснила, что удар пришёлся в заднюю часть автомобиля Ford Focus, в его левый фонарь, в то время как из перечисленных выше доказательств следует, что автомобили контактировали при столкновении передними боковыми частями.
Поскольку ФИО6 первым начал выполнять обгон автомобиля ФИО1 Ford Focus в месте, где обгон разрешён, ФИО1, согласно пунктам 11.3, 8.1, 8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, не имел права создавать опасность для движения управляемого ФИО6 автомобиля Hyundai Tucson, помехи, а также препятствовать обгону посредством осуществления поворота налево. ФИО1 приведённые правила дорожного движения нарушил, приступил к повороту налево, не убедившись в безопасности манёвра и создав помеху для движения автомобиля ФИО6, что послужило причиной столкновения их автомобилей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064, пунктом 3 статьи 1079, пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях; вред, причинённый имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, в частности тех, которые явились причиной столкновения автомобилей или содействовали увеличению возникшего в его результате вреда, судебная коллегия в действиях водителя ФИО6 не усматривает. Превышение им допустимой скорости движения не зафиксировано, доказательств этому в дело не представлено.
При указанных обстоятельствах и в соответствии с приведёнными нормами права основания для установления обоюдной вины водителей транспортных средств в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии отсутствуют.
Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.
Поскольку в рассматриваемом случае вред имуществу ФИО1 при управлении транспортным средством причинён самим ФИО1, его требования, предъявленные АО «МАКС» как страховщику гражданской ответственности второго участника дорожно-транспортного происшествия – владельца транспортного средства ФИО6, удовлетворению не подлежали.
Приведённое, согласно пунктами 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является основанием для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении предъявленного АО «МАКС» иска ФИО1
По статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, когда действия, подлежащие оплате, были произведены по инициативе суда. Изложенные правила относятся также к распределению судебных расходов, понесённых сторонами в связи с ведением дела в апелляционной инстанции.
Апелляционные жалобы ответчика и третьего лица удовлетворены, на основании чего с ФИО1 следует взыскать 3 000 рублей в пользу АО «МАКС», 150 рублей в пользу ФИО6 – в возмещение уплаченной ими при подаче апелляционных жалоб государственной пошлины.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Кировского районного суда города Омска от 13 марта 2023 года отменить, принять новое решение.
В удовлетворении иска ФИО1 к АО «МАКС» о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия отказать.
Взыскать с ФИО1 (<...>) в пользу АО «МАКС» (ИНН <***>) 3 000 рублей в возмещение государственной пошлины, уплаченной им при подаче апелляционной жалобы.
Взыскать с ФИО1 (<...>) в пользу ФИО6 (<...>) 150 рублей в возмещение государственной пошлины, уплаченной им при подаче апелляционной жалобы.
Мотивированное апелляционное определение составлено 04 августа 2023 года.
<...>
<...>
<...>
<...>
<...>
<...>
<...>