Решение по делу № 2-105/2026 от 29.01.2026 | Димитровградский городской суд (Ульяновская область)

Дело №2-105/2026

УИД 73RS0013-01-2025-005589-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 января 2026 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе судьи Берхеевой А.В., при секретаре Макаровой К.М., с участием прокурора г.Димитровграда Ульяновской области Нуретдиновой Э.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней М*, к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального медико-биологического агентства», Министерству здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действуя в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2, обратилась в суд к ответчикам Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России) и Министерству здравоохранения Российской Федерации, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что со слов ее бывшей свекрови ФИО3, 13.04.2024 около 09-00 час. она со своим сыном М* направилась к автобусной остановке, М* стало плохо с ним случился эпилептический приступ, он упал и ударился головой о бордюр. Прохожие вызвали скорую помощь.

После того как приехали сотрудники скорой помощи они довели их до дома для дальнейшего осмотра. Впоследующем они сделали ему инъекцию, перевязали голову. В госпитализации отказали.

Вечером состояние у М* ухудшилось. ФИО3 вызвала скорую помощь. Сотрудники скорой помощи госпитализировали М* в хирургический комплекс ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России для дальнейшего оказания медицинской помощи.

13.04.2024 в тяжелом состоянии М* перевели в ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска», где ему 14.04.2024 сделали операцию. 15.04.2024 ФИО3 сообщили, что М* умер.

В ноябре 2024 года ФИО3 обратилась в следственный комитет с заявлением о проведении проверки по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи. Проведенной в рамках проверки экспертизой установлено, что медицинская помощь быдла оказана ненадлежащим образом: не проведена медицинская эвакуация в стационар пациента с ЧМТ. Выявлены дефекты медицинской помощи при сборе информации, оформления медицинской документации в лечении.

Просит взыскать с КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в пользу дочери компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.; взыскать с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу дочери компенсацию морального вреда 5 000 000 руб.

Определением суда указанный истцом ответчик Клиническая больница №172

филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России замене на ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, поскольку филиал не является самостоятельным юридическим лицом и не может быть ответчиком в суде.

Определением суда к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФМБА России, ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска», ФИО3, ФИО4, фельдшер станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО5, медицинский брат станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО6, врач станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО7, фельдшер станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО8, врач-травматолог-ортопед хирургического корпуса ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО9.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, пояснила, что с М* они развелись, когда дочери было 5 лет. Дочь знает его как отца, периодически общалась с отцом по телефону. Встречались они редко. О смерти отца она узнала не сразу, свекровь ФИО3 им ничего не сообщила. Дочь переживала, когда узнала, что папа умер.

В судебном заседании представитель ответчика ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО10, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. Пояснила, что эксперты пришли к выводу о том, что выявленные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи сотрудниками скорой медицинской помощи 13.04.2025 в прямой причинно-следственной связи со смертью М* не состоят. Полученная М* черепно-мозговая травма изначально являлась тяжелой, с высокой вероятностью неблагоприятного исхода. Вины медицинских работников ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в наступлении смерти М* не имеется.

Кроме того, истцом не представлено доказательств того, что выявленные недостатки в оказании медицинской помощи М* затронули неимущественные права несовершеннолетней М*, причинили ей моральный вред. Моральный вред мог быть причинен непосредственно М*, но не несовершеннолетней М*

Наличие родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Со слов ФИО3 зафиксированных в материалах уголовного дела №* следует, что М* развелся семь лет назад. Бывшая супруга не давала общаться с ребенком. М* нигде не работал, периодически злоупотреблял алкоголем. Полагает, что близких отношений между дочерью М* и отцом М* не было. Доказательств наличия близких родственных связей с дочерью ФИО1 не представлено.

Представитель третьего лица ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска» в судебное заседание не явился, направил в суд отзыв на исковое заявление, в котором оставил вынесение решения на усмотрение суда.

Представитель третьего лица ФМБА России, третьи лица ФИО3, ФИО4, фельдшер станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО5, медицинский брат станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО6, врач станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО7, фельдшер станции скорой медицинской помощи КБ №172 филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО8, врач-травматолог-ортопед хирургического корпуса ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России ФИО9 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, материалы дела №*, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащий частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что М*, (ДАТА) г.р., является дочерью М* (л.д.51).

М*, (ДАТА) г.р., умер (ДАТА) (л.д.13).

Как следует из материалов дела М* умер в ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска», куда поступил 13.04.2024 из ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России с диагнозом: <данные изъяты> (л.д.58).

В рамках уголовного дела №*, возбужденного Димитровградским МРО СУ СК РФ по Ульяновской области по факту смерти М* в медицинском учреждении, возбужденном по ч.2 ст.109 УК РФ 11.05.2025, было вынесено постановление о прекращении уголовного дела по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (отсутствие состава преступления).

В период предварительного следствия были назначены судебные медицинские экспертизы.

Заключением судебно - медицинской экспертизы №*-КМ ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» установлено следующее (л.д.59-86).

13.04.2024 в период с 08:35 (время прибытия на место вызова) до 09:10 (время окончания вызова) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – фельдшер, медицинский брат, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 08:24. М* госпитализирован не был. Выставлен диагноз: <данные изъяты>. На месте вызова оказана медикаментозная помощь.

13.04.2024 в период с 18:22 (время прибытия на место вызова) до 19:05 (время прибытия в ЛПУ) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – врач, фельдшер, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 18:07.

Выставлен диагноз: <данные изъяты>. На месте вызова оказана медикаментозная помощь.

На носилках М* был доставлен в автомобиль скорой медицинской помощи, осуществлена медицинская эвакуация (транспортировка) в стационар.

13.04.2024 в период с 20:15 (время прибытия на место вызова) до 22:10 (время прибытия в ЛПУ) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – два фельдшера, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 20:10.

Выставлен диагноз (с учётом результатов компьютерной томографии головного мозга): <данные изъяты>. Оказана медикаментозная помощь.

В 22:10 13.04.2024 пациент доставлен в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска».

При поступлении М* в приёмное отделение ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска» 13.04.2024, он своевременно (в 22:10) был осмотрен дежурным нейрохирургом, выставлен предварительный диагноз: <данные изъяты>.

Учитывая, угнетение сознания до уровня умеренной комы, в 22:40 осуществлён перевод на аппарат искусственной вентиляции лёгких.

14.04.2024 в период с 00:20 до 01:50 под общим обезболиванием проведено оперативное вмешательство - декомпрессивная трепанации черепа справа, удаление внутримозговой гематомы.

15.04.2024 в 04:02 несмотря на проводимую интенсивную терапию произошла остановка кровообращения, незамедлительно начата сердечно-лёгочная реанимация, которая была прекращена в 04:32 из-за безрезультативности.

Причиной смерти М* явилась <данные изъяты>.

Смерть М* наступила (ДАТА).

Комиссия экспертов не исключает возможности причинения следующих повреждений, обнаруженных у М*:

-закрытой черепно-мозговой травмы - в результате падения из положения стоя и удара головой об бордюрный камень, прилегающий к асфальтированной тротуарной дорожке с последующим скольжением (продвижением) по нему (в результате чего и могли образоваться ссадины);

-одного их кровоподтёков на левой боковой поверхности грудной клетки в средней трети, кровоподтёков на наружной поверхности средней трети левого плеча, на задне-наружной поверхности области левого локтевого сустава, на наружной поверхности области левого тазобедренного сустава - в результате падения на левую боковую поверхность тела и соударения с асфальтированной тротуарной дорожкой.

По вопросу наличия (отсутствия) недостатков (дефектов) в оказании медицинской помощи М* сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, и при их наличии состоят ли они в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти М*, установлено следующее.

Из карты вызова скорой медицинской помощи №* следует, что 13.04.2024 в период с 08:35 (время прибытия на место вызова) до 09:10 (время окончания вызова) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – фельдшер, медицинский брат, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 08:24.

М* самостоятельно жалоб не предъявлял из-за судорожного синдрома, анамнез заболевания собран со слов матери, которая пояснила, что 13.04.2024 появились судороги, во время припадка упал и ударился головой, длительное время выпивает алкоголь, подобные приступы бывают часто.

Общее состояние М* расценено как средней степени тяжести, сознание заторможенное, кожные покровы гиперемированные, язык прикушен, артериальное давление 140/80 мм.рт.ст., частота сердечных сокращений 84 удара в минуту, температура тела 36,6?С, сатурация 98%.

При осмотре в теменной области слева обнаружена рана, размерами 2х0,5см, с неровными краями, кровоточит, отмечаются клонические судороги, пена изо рта с примесью крови.

Проведена электрокардиография, данных за острую коронарную патологию не выявлено.

Выставлен диагноз: <данные изъяты>.

На месте вызова оказана медикаментозная помощь: <данные изъяты>

Рана обработана 3% раствором перекиси водорода, наложена асептическая повязка.

Приступ купирован, пациент уснул.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи предложена госпитализация, но мать категорически отказалась, ссылаясь на то, что такие приступы у М* бывают часто.

Даны рекомендации, сигнальный лист передан в поликлинику.

Проанализировав данные карты вызова скорой медицинской помощи №* от 13.04.2024г. КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, комиссия экспертов приходит к следующему:

-время доезда бригады скорой медицинской помощи до М* составило 11 минут от момента поступления вызова, что соответствует требованиям, установленным Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н (время доезда до пациента выездной бригады скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме не должно превышать 20-ть минут с момента её вызова);

-на вызов направлена общепрофильная фельдшерская бригада состоящая из фельдшера, медицинского брата и водителя, что соответствует требованиям Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н;

-физикальное и инструментальное обследование проведено в полном объёме, в соответствие с приказами Минздрава РФ от 05.07.2016 №468н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при судорогах, эпилепсии, эпилептическом статусе» и от 24.12.2012 №1390н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при травмах головы»;

-учитывая анамнез полученной травмы, неврологический статус и объективные данные, на момент оказания скорой медицинской помощи нельзя было исключить наличие черепно-мозговой травмы, что должно было быть отражено в выставленном диагнозе «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга»;

-медикаментозная помощь была оказана надлежащего качества, в соответствие с приказами Минздрава РФ от 05.07.2016 №468н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при судорогах, эпилепсии, эпилептическом статусе» и от 24.12.2012 №1390н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при травмах головы», за исключением одного - не обосновано введён лекарственный препарат мексидол (данный препарат не показан при оказании помощи на догоспитальном этапе);

-вполне обоснованно было принято решение о необходимости медицинской эвакуации пациента в стационар, однако отказ от транспортировки оформлен с нарушением действующего законодательства (статьи 20 «Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и на отказ от медицинского вмешательства» Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»):

а) согласно представленным материалам дела М* не относился к лицам, в отношение которых информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от него дает один из родителей или иной законный представитель (таковыми являются: лица, признанные в установленном законом порядке недееспособными, несовершеннолетние в возрасте до пятнадцати лет или больные наркоманией несовершеннолетние в возрасте до шестнадцати лет);

б) частью 9 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрена возможность медицинского вмешательства без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя, в частности, в случае оказания скорой медицинской помощи вне медицинской организации, если медицинское вмешательство необходимо для устранения угрозы жизни человека и отсутствует выраженный до начала оказания медицинской помощи отказ гражданина (его законного представителя) от медицинского вмешательства;

в) согласно части 10 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» решение о медицинском вмешательстве без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя в случае оказания скорой медицинской помощи принимается медицинским работником выездной бригады скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи с внесением решения об осуществлении медицинского вмешательства без дачи гражданином (его законным представителем) информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство в медицинскую документацию пациента;

г) таким образом, решение ФИО3 об отказе в транспортировки её сына в стационар не должно было учитываться работниками выездной бригады скорой медицинской помощи, а с учётом отсутствия выраженного М* отказа от транспортировки в стационар, то данное решение, должно было быть принято работниками выездной бригады скорой медицинской помощи, чего сделано не было, как следствие - пациент был оставлен на месте вызова;

-в пункте 33 карты вызова скорой медицинской помощи отсутствует указание об оставленном активе в поликлинику по месту жительства.

Резюмируя вышеизложенное, при оказании М* скорой медицинской помощи работниками КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в

период с 08:35 до 09:10 были допущены следующие недостатки:

-не выставлен диагноз «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга»;

-не обосновано введён лекарственный препарат мексидол (данный препарат не показан при оказании помощи на догоспитальном этапе);

-при наличие показаний не осуществлена медицинская эвакуация (транспортировка) в стационар;

Выявленные недостатки в прямой причинно-следственной связи со смертью М* не состоят.

Из карты вызова скорой медицинской помощи №* следует, что 13.04.2024 в период с 18:22 (время прибытия на место вызова) до 19:05 (время прибытия в ЛПУ) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – врач, фельдшер, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 18:07.

М* предъявлял жалобы на плохое самочувствие, боль во всём теле, со слов мамы около 09:00 упал на улице, ударился головой об бетон, были судороги - 2 приступа, в течение дня неоднократно пытался встать, не смог, ударился головой, после 10:00 возникло носовое кровотечение, которое длилось до приезда скорой.

Общее состояние расценено как средней тяжести – тяжёлое, сознание заторможенное, кожные покровы лица гиперемированные, на языке следы прикуса зубов, артериальное давление 160/90 мм.рт.ст., частота сердечных сокращений 96 ударов в минуту, температура тела 36,3?С, сатурация 96%, глюкометрия - 9,2 ммоль/л.

При осмотре в левой теменной области выявлено опухолевидное образование, размерами 4,0х3,5см, рана линейной формы с неровными краями, размером 3,5х0,3 см, без признаков кровотечения, множественные гематомы различных размеров на верхних конечностях, из носовых ходов выделения темно-красного цвета.

Во время осмотра появились судорожные подергивания конечностями (по типу клонических судорог), проведена электрокардиография – отрой патрологии не выявлено.

Выставлен диагноз: Внутричерепная травма неуточненная. Открытая рана волосистой части головы. Множественные поверхностные травмы конечностей. Судорожный синдром.

На месте вызова оказана медикаментозная помощь: установлен периферический катетер, внутривенно введены растворы: анальгина 50% - 2,0 + магнезии сульфат 25% - 5,0 + натрия хлорида 0,9% 20,0 + сибазона 0,5% - 2,0, приступ купирован.

Рана обработана 3% раствором перекиси водорода, наложена асептическая повязка.

Оценена эффективность проведенных мероприятий.

Проанализировав данные карты вызова скорой медицинской помощи №* от 13.04.2024 КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России, комиссия экспертов приходит к следующему:

-время доезда бригады скорой медицинской помощи до М* составило 15 минут от момента поступления вызова, что соответствует требованиям, установленным Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н (время доезда до пациента выездной бригады скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме не должно превышать 20-ть минут с момента её вызова);

-на вызов направлена общепрофильная врачебная бригада состоящая из врача, фельдшера и водителя, что соответствует требованиям Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н;

-физикальное и инструментальное обследование, а также медикаментозное лечение на месте вызова проведены в полном объёме, в соответствие с приказами Минздрава РФ от 05.07.2016г. №468н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при судорогах, эпилепсии, эпилептическом статусе» и от 24.12.2012 №1390н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при травмах головы»;

-после оказания помощи на месте вызова осуществлена медицинская эвакуация (транспортировка) пациента в ближайшую медицинскую организации.

Каких-либо недостатков при оказании М* скорой медицинской помощи работниками КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в период с 18:07 до 19:05 экспертной комиссией не установлено.

Из карты вызова скорой медицинской помощи №* следует, что 13.04.2024 в период с 20:15 (время прибытия на место вызова) до 22:10 (время прибытия в ЛПУ) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – два фельдшера, водитель) КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 20:10.

Общее состояние М* расценено как тяжёлое, сознание отсутствует, дыхание самостоятельное, везикулярное, артериальное давление 160/70 мм.рт.ст., пульс 80 ударов в минуту, частота дыхания 18 в минуту, температура тела 36,6?С, сатурация 99%, глюкометрия - 5,4ммоль/л, в области левой теменной кости ушиблено-рваная рана, размерами около 5х6см, обработана, наложены швы, асептическая повязка.

Выставлен диагноз (с учётом результатов компьютерной томографии головного мозга): Закрытая черепно-мозговая травма. Перелом левой теменной кости. Судорожный синдром. Эпилепсия.

В левую периферическую вену через катетер введены растворы магнезии сульфат 25% - 10 и натрия хлорид 200мл.

Во время транспортировки в 21.20 начались клонико-тонические судороги, для купирования их введён раствор сибазона 0,5% - 2,0, приступ купирован.

В 22.10 пациент доставлен в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска».

-время доезда бригады скорой медицинской помощи до места вызова составило 05 минут от момента поступления вызова, что соответствует требованиям, установленным Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н (время доезда до пациента выездной бригады скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме не должно превышать 20-ть минут с момента её вызова);

-на вызов направлена общепрофильная фельдшерская бригада состоящая из двух фельдшеров и водителя, что соответствует требованиям Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утверждённого Приказом Минздрава России от 20.06.2013 №388н;

-физикальное и инструментальное обследование, а также медикаментозное лечение проведены в полном объёме, в соответствие с приказами Минздрава РФ от 05.07.2016 №468н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при судорогах, эпилепсии, эпилептическом статусе» и от 24.12.2012 №1390н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при травмах головы»;

-согласно маршрутизации пациент был доставлен в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска».

Каких-либо недостатков при оказании М* скорой медицинской помощи работниками КБ 172 Филиала № 2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в период с 20:10 до 22:10 экспертной комиссией не установлено.

При поступлении М* в хирургический корпус ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в 19:05, он своевременно был осмотрен травматологом, назначена компьютерная томография головного мозга и консультация реаниматолога, выполнен туалет раны на голове.

По результатам проведённой компьютерной томографии головы выявлены <данные изъяты>.

По результатам осмотра пациента реаниматологом показаний для госпитализации в анестезиолого-реанимационное отделение не установлено.

Выставлен диагноз: <данные изъяты>.

Для дальнейшего лечения согласно маршрутизации, М* направлен санитарном транспортом (бригадой скорой медицинской помощи) в нейрохирургическое отделение ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска».

Тактика оказания медицинской помощи работниками хирургического корпуса ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была избрана в отношение М* верно, однако, в нарушение утверждённых Минздравом РФ клинических рекомендаций «Очаговая травма головного мозга», 2022 не проведены следующие инструментальные исследования:

-регистрация электрокардиограммы (для исключения патологии сердечно-сосудистой системы);

-рентгенография лёгких /КТ лёгких (для исключения сочетанных повреждений);

-УЗИ/КТ брюшной полости (для исключения сочетанных повреждений).

Данные недостатки в прямой причинно-следственной связи со смертью М* не состоят.

По вопросу наличия (отсутствия) недостатков (дефектов) в оказании медицинской помощи М* медицинскими сотрудниками «ЦГКБ» г. Ульяновска в период с 13.04.2024 по 15.04.2024 включительно? Если да, то какие именно недостатки (дефекты), и состоят ли они в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти М* установлено следующее.

14.04.2024 в 08:47 проведено обоснование клинического диагноза: Тяжелая открытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Отек, сдавление, дислокация головного мозга. Внутрижелудочковое кровоизлияние. Множественные геморрагические очаги ушибов в теменной и лобных долях. Внутримозговая гематома в правой височной доле малого объема. Внутримозговая гематома в лобной и теменной доле справа. Субарахноидальное кровоизлияние. Перелом теменной кости слева. Ушибленная рана головы. Состояние после приступа судорог.

Состояние М* в послеоперационном периоде прогрессивно ухудшалось за счёт дестабилизации гемодинамики на фоне инотропной поддержки, 15.04.2024 в 04:02 несмотря на проводимую интенсивную терапию произошла остановка кровообращения, незамедлительно начата сердечно-лёгочная реанимация, которая была прекращена в 04:32 из-за безрезультативности.

Медицинская помощь М* работниками ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска» в период с 13.04.2024 по 15.04.2024 была оказана своевременно и в полном объёме, в соответствие с клиническими рекомендациями «Очаговая травма головного мозга», утверждёнными Минздравом РФ в 2022г., каких-либо недостатков - не выявлено.

Из заключения судебно - медицинской экспертизы № 252-КМ ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» усматривается следующее (л.д.87-127).

Причиной смерти М* явилась закрытая черепно-мозговая травма, проявившаяся ссадинами и кровоподтёком на голове с кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани, линейным переломом костей свода и основания черепа слева, кровоизлияниями под оболочки и в желудочки головного мозга, ушибом и разрушением правой теменной доли головного мозга с образованием внутримозговой гематомы, осложнившаяся отёком головного мозга с вклинением полушарий мозжечка в большое затылочное отверстие черепа.

Смерть М* наступила 15.04.2024 в 04:32.

Из карты вызова скорой медицинской помощи №* следует, что 13.04.2024 в период с 08:35 (время прибытия на место вызова) до 09:10 (время окончания вызова) бригадой скорой медицинской помощи (состав бригады – фельдшер, медицинский брат, водитель) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России была оказана помощь М* по вызову, принятому в 08:24.

М* самостоятельно жалоб не предъявлял из-за судорожного синдрома, анамнез заболевания собран со слов матери, которая пояснила, что 13.04.2024. появились судороги, во время припадка упал и ударился головой, длительное время выпивает алкоголь, подобные приступы бывают часто.

При осмотре в теменной области слева обнаружена рана, размерами 2х0,5см, с неровными краями, кровоточит, отмечаются клонические судороги, пена изо рта с

примесью крови.

Проведена электрокардиография, данных за острую коронарную патологию не выявлено.

Выставлен диагноз: Алкогольная эпилепсия, приступ. Открытая рана волосистой части головы теменной области слева.

На месте вызова оказана медикаментозная помощь: установлен периферический катетер в правую кубитальную вены, введены растворы: сибазона 0,5% - 2,0 + натрия хлорида 0,9% - 10,0; тиамина хлорида 5% - 2,0 + аскорбиновой кислоты 5% - 4,0 + натрия хлорида 0,9% - 20,0; магнезии сульфат 25% - 10,0 + натрия хлорида 0,9% - 20,0; мексидола 5% - 2,0 + натрия хлорида 0,9% - 10,0.

Рана обработана 3% раствором перекиси водорода, наложена асептическая повязка.

Приступ купирован, пациент уснул.

Даны рекомендации, сигнальный лист передан в поликлинику.

а) согласно представленным материалам дела ФИО2 не относился к лицам, в отношение которых информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от него дает один из родителей или иной законный представитель (таковыми являются: лица, признанные в установленном законом порядке недееспособными, несовершеннолетние в возрасте до пятнадцати лет или больные наркоманией несовершеннолетние в возрасте до шестнадцати лет);

Резюмируя вышеизложенное, при оказании М* скорой медицинской помощи сотрудниками КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в период с 08:35 до 09:10 были допущены следующие недостатки (дефекты):

-не выставлен диагноз «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга»;

-при наличие показаний не осуществлена медицинская эвакуация (транспортировка) в стационар;

Выявленные недостатки (дефекты) в прямой причинно-следственной связи со смертью М* не состоят.

Транспортировка М* сотрудниками скорой медицинской помощи (1-й бригады) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 в многопрофильный стационар, в структуре которого имеются нейрохирургическое и анестезиолого-реанимационное отделения, не могла гарантировать благоприятный для него исход.

К данному выводу экспертная комиссия пришла с учётом того, что у М* имелись предикторы (факторы риска) неблагоприятного исхода черепно-мозговой травмы:

-внутримозговая гематома с большим объёмом внутричерепного масс-эффекта (больше 100см3) с тенденцией к прогрессии и прорывом крови в желудочки;

-дислокация срединных структур головного мозга более 9мм (при поступлении в ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России – 17мм, в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска» - 19мм);

-вторичное кровоизлияние в боковые, 3-й и 4-й желудочки головного мозга.

Оставление М* сотрудниками скорой медицинской помощи (1-й бригады) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 на месте вызова создало риск прогрессирования черепно-мозговой травмы (за счёт увеличения в объёме внутримозговой гематомы) и развития осложнений (дислокация срединных структур головного мозга), т.е. данный недостаток (дефект) в оказание медицинской помощи состоит в непрямой (опосредованной, косвенной) причинно-следственной связи с его смертью.

Исходя из объективных данных, установить степень влияния на исход лечения М* оставление его сотрудниками скорой медицинской помощи (1-й бригады) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 на месте вызова не представляется возможным, так как полученная им черепно-мозговая травма изначально являлась тяжёлой, с высокой вероятностью неблагоприятного исхода.

Выявленные недостатки (дефекты) в оказании медицинской помощи сотрудниками скорой медицинской помощи (1-й бригады) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 (главным образом - оставление пациента на месте вызова) в прямой причинно-следственной связи со смертью М* не состоят.

К выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи экспертная комиссия пришла с учётом того, что выявленные дефекты (недостатки) в оказании медицинской помощи не привели к развитию какого-либо нового патологического процесса, которые явились бы его причиной, а смерть - следствием.

В данном случае в прямой причинно-следственной связи со смертью М* состоит полученная им тяжёлая закрытая черепно-мозговая травма.

Несмотря на вышеизложенное, медицинская организация (КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России) обязана была обеспечить качественное оказание медицинской помощи М* в соответствии с требованиями Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ст. 6, ст. 37, ст. 79), чего сделано не было.

Указанные выше обстоятельства были предметом исследования Димитровградского городского суда Ульяновской области по делу №* по иску ФИО3 к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального медико-биологического агентства», Министерству здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Решением суда установлено, что в судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что ответчиком ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России при оказании медицинской помощи М* допущены недостатки, описанные в заключениях судебно-медицинских экспертиз, и, как следствие, нарушено личное неимущественное право истца на семейную жизнь, что повлекло причинение нравственных страданий (морального вреда), в связи с чем имеются основания для взыскания компенсации морального вреда.

В пользу матери М* ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 250 000 руб.

Согласно ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Учитывая указанное, суд полагает установленным, что при оказании медицинской помощи М* сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России допущены недостатки, описанные в заключениях судебно-медицинских экспертиз, приведенных выше.

Судом установлено, что медицинская помощь в спорный период 13.04.2024-15.04.2024 оказывалась М* сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России и ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска».

Претензий к качеству оказанных медицинских услуг ГУЗ «Центральная городская клиническая больница г.Ульяновска» у истца не имеется, исковые требования к данной медицинской организации не заявляются.

Истец ФИО1 просит взыскать в пользу дочери М* компенсацию морального вреда.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов, дела М* является дочерью М*

М* и ФИО1 развелись в 2017 году, дочь осталась проживать с матерью ФИО1

Как следует из пояснений ФИО1, отец с дочерью виделся редко, но они созванивались, поддерживали отношения.

Суд полагает необоснованной ссылку ответчика на пояснения ФИО11, данные ей в рамках уголовного дела, как основания к тому, что близких родственных отношений между дочерью и отцом не имелось. Отношение ФИО3 к своей невестке и внучке, это ее отношения, а не ее сына. Учитывая, что ФИО3 даже не сообщила о смерти сына, эти отношения были не слишком хорошими.

В соответствии со ст.1 Семейного кодекса Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Смерть отца является невосполнимой утратой и бесспорно свидетельствует о значительной степени нравственных страданий несовершеннолетней М*

Суд учитывает, что, не смотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи, сотрудниками ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России допущено ненадлежащее оказание медицинской помощи: оставление М* сотрудниками скорой медицинской помощи на месте вызова, что создало риск прогрессирования черепно-мозговой травмы и развития осложнений.

При этом экспертами указано, что исходя из объективных данных, установить степень влияния на исход лечения М* оставление его сотрудниками скорой медицинской помощи (1-й бригады) КБ 172 Филиала №2 ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России 13.04.2024 на месте вызова не представляется возможным, так как полученная им черепно-мозговая травма изначально являлась тяжёлой, с высокой вероятностью неблагоприятного исхода.

Ненадлежащее оказание медицинской помощи М* нарушено личное неимущественное право несовершеннолетней М* на семейную жизнь, что повлекло причинение нравственных страданий (морального вреда), в связи с чем имеются основания для взыскания компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что причинно-следственная связь между смертью и ненадлежащим оказанием медицинской помощи косвенная, не прямая, суд учитывает наличие родственных отношений отец – дочь, раздельное проживание дочери и отца, степень нравственных страданий М*, степень разумности и справедливости и потому полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., отказав во взыскании компенсации морального вреда в большем размере.

Судом установлено, что Министерство здравоохранения РФ не оказывало медицинскую помощь М*, ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России не относится к ведению Минздрава РФ, что следует из Указа Президента № 522 от 17.06.2024, а потому к указанному ответчику в иске надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней М*, к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научно-клинический центр медицинской радиологии и онкологии Федерального медико-биологического агентства» удовлетворить частично.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней М*, к Министерству здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный клинический центр медицинской радиологии и онкологии» Федерального медико-биологического агентства (ИНН <***>) в пользу М*, от имени и в интересах которой действует ФИО1 (паспорт №*) компенсацию морального вреда в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, чем взыскано судом, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, которое будет принято 29 января 2026 года.

Судья А.В. Берхеева

Решение в окончательной форме принято 29 января 2026 года.