УИД 53RS0019-01-2024-001604-67

Дело № 2-216/2025

Решение

Именем Российской Федерации

г. Малая Вишера 31 марта 2025 года

Чудовский районный суд Новгородской области в составе: председательствующего судьи Никитина П.С.,

при секретаре <Ф.И.О. скрыты>2,

с участием истца <Ф.И.О. скрыты>1,

его представителя – адвоката <Ф.И.О. скрыты>9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <Ф.И.О. скрыты>1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременной страховой выплаты,

установил:

<Ф.И.О. скрыты>1 обратился в Чудовский районный суд Новгородской области с указанным выше исковым заявлением, в обоснование которого указал, что 23 декабря 2020 года умерла его супруга <Ф.И.О. скрыты>3, смерть которой последовала от новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом SARS-Cov2 (COVID-19). В связи с тем, что смерть <Ф.И.О. скрыты>3 связана с профессиональным заболеванием, 14 июля 2024 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременной страховой выплаты, однако данное заявление осталось без удовлетворения, поскольку обращение <Ф.И.О. скрыты>1 с заявлением было сделано после вступления в силу Указа Президента РФ от 15 июля 2022 года № 464, которым Указ № 313 был признан утратившим силу. Поскольку на день наступления страхового случая было предусмотрено осуществление единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 рубля 00 копеек, просит суд взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Санкт- Петербургу и Ленинградской области единовременную страховую выплату в указанном размере.

В ходе рассмотрения дела истец и его представитель поддержали исковые требования по изложенным в иске обстоятельствам.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Ходатайствовал о рассмотрении дела с использованием систем веб-конференции, в чем ему было отказано.

Из письменных возражений ответчика следует, что он возражает против удовлетворения требований <Ф.И.О. скрыты>1, поскольку Указ <номер скрыт> от 06 мая 2020 года утратил силу в связи с изданием Указа <номер скрыт> от 15 июля 2022 года. Заключительный диагноз острого профессионального заболевания установлен <Ф.И.О. скрыты>3 только 08 февраля 2024 года, то есть после вступления в силу Указа <номер скрыт>, в связи с чем у ответчика отсутствуют правовые основания для производства истцу единовременной страховой выплаты в размере 2 752 425 руб. Полагает, что в рассматриваемом случае, согласно п. 17 Положения ответственность должно нести лицо, исполнявшее обязанности главного врача ГОБУЗ «Маловишерская ЦРБ» по состоянию на 15 декабря 2020 года.

На основании положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК Российской Федерации) судом принято решение о рассмотрении дела в отсутствие неявившегося представителя ответчика.

Выслушав истца, его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу:

В силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» застрахованными признаются физические лица, получившие повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, подтвержденное в установленном порядке и повлекшее утрату профессиональной трудоспособности.

Обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе, в виде единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти (п. 2 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ).

Указом Президента РФ от 06 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» предусмотрено, что в целях обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию (далее - медицинские работники), дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты (пункт 1 Указа).

Согласно подп. «а» п. 2 вышеприведенного Указа страховым случаями, при наступлении которого производится единовременная страховая выплата, является, в том числе, смерть медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) при исполнении им трудовых обязанностей.

Получателями единовременной страховой выплаты (выгодоприобретателями) являются:

а) супруг (супруга), состоявший (состоявшая) на день смерти медицинского работника в зарегистрированном браке с ним;

б) родители (усыновители) медицинского работника;

в) дедушка и (или) бабушка медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей;

г) отчим и (или) мачеха медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет;

д) несовершеннолетние дети медицинского работника, его дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, и дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения;

е) подопечные медицинского работника.

Согласно подп. «а» п. 4 Указа Президента РФ от 06 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» единовременная страховая выплата производится в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией при исполнении им трудовых обязанностей - в размере 2 752 452 руб. всем получателям (выгодоприобретателям) в равных долях.

Данные выплаты производятся сверх страховых сумм, полагающихся при профзаболеваниях (п. 5 Указа Президента РФ № 313).

Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний (далее - Положение N 967).

Согласно Постановлению N 967 в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей расследование проводится в соответствии с настоящим Положением, по результатам которого составляется акт о случае профессионального заболевания.

Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве (п. 30 Положения), при этом в акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов (п. 32).

Исходя из системного анализа вышеприведенных правовых норм, дополнительные гарантии, предоставленные отдельным категориям медицинских работников на основании Указа Президента РФ от 06 мая 2020 года № 313, в виде единовременной выплаты страхового возмещения в связи со смертью медицинского работника, производятся при условии осуществления медицинским работником трудовой деятельности непосредственно в контакте с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), либо, с пациентами с подозрением на эту инфекцию, а также при условии инфицирования медицинского работника новой коронавирусной инфекцией при осуществлении трудовой деятельности.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что <Ф.И.О. скрыты>3 состояла в должности операционной медицинской сестры Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая инфекционная больница им. <Ф.И.О. скрыты>4».

В период исполнения должностных обязанностей <Ф.И.О. скрыты>3 получено заболевание, вызванное новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) и повлекшее за собой ее смерть 23 декабря 2020 года.

Согласно акту от 29 апреля 2021 года, утвержденным главным врачом СПб ГОБУЗ «Больница Боткина», <Ф.И.О. скрыты>3 признана пострадавшей в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией (COVID-19).

Актом о случае профессионального заболевания от 14 марта 2024 года комиссия СПб ГОБУЗ «Клиническая инфекционная больница им. <Ф.И.О. скрыты>4» признала медицинского работника <Ф.И.О. скрыты>3 пострадавшей в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией. При этом, комиссия установила причинно-следственную связь между заболеванием <Ф.И.О. скрыты>3 и профессиональной деятельностью.

Заключением № 2.1.53/2024 ФКУ «ГБ СМЭ по Новгородской области» Минтруда России от 26 июня 2024 года установлено, что смерть <Ф.И.О. скрыты>3 связана с профессиональным заболеванием.

Поскольку обращение <Ф.И.О. скрыты>1 о предоставлении ему единовременной страховой выплаты было сделано после вступления в силу Указа Президента РФ от 15 июля 2022 года <номер скрыт>, которым Указ <номер скрыт> был признан утратившим силу, в удовлетворении заявления <Ф.И.О. скрыты>5 было отказано.

В результате расследования случая заражения супруги истца новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) врачебной комиссией случай такого заражения признан страховым случаем

Страховой случай наступил в период действия Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года <номер скрыт> «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников».

На день своей смерти <Ф.И.О. скрыты>3 состояла в браке с <Ф.И.О. скрыты>1, что подтверждается свидетельством о заключении брака I-БЛ <номер скрыт> от 20 ноября 1998 года. Несовершеннолетних детей у нее на иждивении не было. Родители <Ф.И.О. скрыты>3 – <Ф.И.О. скрыты>6 и <Ф.И.О. скрыты>7 умерли, <дата скрыта> и <дата скрыта>, соответственно. Таким образом, <Ф.И.О. скрыты>1 является единственным выгодоприобретателем.

24 июля 2024 года истец обратился в адрес ответчика с заявлением о предоставлении ему единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 рубля на основании действовавшего на момент смерти <Ф.И.О. скрыты>3 Указа Президента Российской Федерации <номер скрыт> от 06 мая 2020 года.

22 августа 2024 года Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области направило в адрес истца ответ на его обращение, из содержания которого следует, что 15 июля 2022 года вступил в силу Указ Президента Российской Федерации № 464 от 15 июля 2022 года, которым признан утратившим силу Указ № 313 от 06 мая 2020 года. Поскольку акт о случае профессионального заболевания <Ф.И.О. скрыты>3 составлен и утвержден 14 марта 2024 года, то есть после вступления в силу Указа № 646, то у Отделения отсутствуют правовые основания для осуществления единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом № 313.

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к выводу о том, что факт инфицирования <Ф.И.О. скрыты>3 новой коронавирусной инфекцией при осуществлении ею своих должностных обязанностей подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 14 марта 2024 года.

При этом не имеет правового значения, от кого именно произошло заражение застрахованного лица: от пациента или сотрудника медицинского учреждения, поскольку обстоятельствами, имеющими значение для разрешения настоящего спора и подлежащими доказыванию, являются факт работы медицинского работника непосредственно с пациентами и факт инфицирования COVID-19 при исполнении должностных обязанностей.

Материалами дела подтверждаются оба указанных обстоятельства.

Истцом доказан факт заражения своей супруги <Ф.И.О. скрыты>3 новой коронавирусной инфекцией в связи с исполнением ею трудовых обязанностей, таким образом установлена причинно-следственная связь между случаем заражения истца COVID-19 и исполнением ею своих должностных обязанностей по оказанию медицинской помощи лицам с клиническими проявлениями коронавирусной инфекции, поскольку она непосредственно контактировала с такими лицами, оказывая им медицинскую помощь. В свою очередь, ответчиком не представлены доказательства, опровергающие указанные обстоятельства.

В настоящем деле установлено, что смерть медицинского работника находится в прямой причинной связи с заражением новой коронавирусной инфекцией при исполнении должностных обязанностей, что прямо предусмотрено пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации в качестве страхового случая. Иной подход исключают возможность истолкования сомнений в пользу этих лиц, чем препятствуют реализации конституционных гарантий возмещения вреда, причиненного при исполнении трудовых обязанностей.

Исходя из пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 15 июля 2022 г. N 464 при наступлении (возникновении) до 15 июля 2022 г. страховых случаев, предусмотренных Указом Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313, обязательства по предоставлению дополнительных страховых гарантий (дополнительных государственных гарантий) перечисленным в Указе Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 работникам медицинских организаций подлежат исполнению в полном объеме.

Право медицинских работников (выгодоприобретателей) на получение единовременной страховой выплаты возникает со дня наступления страхового случая.

Из изложенного следует, что в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией, дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты предоставляются супругу (супруге), состоявшему (состоявшей) на день смерти медицинского работника в зарегистрированном браке с ним при условии, что инфицирование произошло при исполнении медицинским работником трудовых обязанностей.

Страховой случай наступил 23 декабря 2020 года, когда действовали положения Указа Президента РФ от 06 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников». Из-за неверно установленного <Ф.И.О. скрыты>3 диагноза (причины смерти) расследование страхового случая было проведено несвоевременно. Вины выгодоприобретателя в этом нет.

Учитывая, что имеющимися в материалах дела доказательствами, подтверждаются в совокупности все вышеуказанные факты, вопрос о квалификации случая смерти супруга истца, как работника медицинской организации, признается судом страховым случаем в рамках Федерального закона № 125-ФЗ, а также Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года № 313, который действовал на момент наступления страхового случая.

Таким образом, с учетом подтвержденного в установленном порядке случая профессионального заболевания оснований для отказа в назначении истцу выплат по социальному страхованию у суда не имеется.

При таких обстоятельствах, исходя из вышеприведенных положений закона, представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца и наличии оснований для удовлетворения иска, поскольку истец – супруг лица, являющегося медицинским работником, умершим вследствие инфицирования новой коронавирусной инфекцией при осуществлении должностных обязанностей, в том числе при работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), имеет право на получение спорной выплаты.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования <Ф.И.О. скрыты>1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременной страховой выплаты удовлетворить.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (ИНН: <номер скрыт> в пользу <Ф.И.О. скрыты>1, <дата скрыта> года рождения (паспорт <номер скрыт> <номер скрыт>) сумму единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 (Два миллиона семьсот пятьдесят две тысячи четыреста пятьдесят два) рубля 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда Новгородской области через Чудовский районный суд Новгородской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено <дата скрыта>.

Председательствующий П.С. Никитин