Дело № 2-16/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
р.п. Большое Мурашкино 26 января 2023 года
Большемурашкинский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Гусева И.Г.,
при секретаре судебного заседания Роговой Е.М.,
с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГКОУ «Большемурашкинская областная специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат для слабослышащих и позднооглохших детей» о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ГКОУ «Большемурашкинская областная специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат для слабослышащих и позднооглохших детей» (далее – Спецшкола), в котором просил признать незаконным и отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, применённое к нему приказом № 21 от 11.11.2022.
В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что с 31.12.2018 года работает в качестве сторожа в спецшколе. 14.11.2022 года ему стало известно о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде выговора. С наложением взыскания он не согласен, поскольку за время работы к нему каких-либо дисциплинарных взысканий не применялось; до наложения взыскания письменного объяснения с него затребовано не было; рабочее место он покинул после того, как на смену пришёл сменяющий его работник; никаких последствий его ухода с работы на 15 минут ранее окончания смены не наступило; наложенное взыскание несоразмерно совершенному проступку (л.д.4-6).
Истец ФИО1 в судебном заседании, настаивая на иске, сослался на доводы искового заявления. Дополнительно пояснил, что директор спецшколы ФИО2 действительно приглашала его в свой кабинет, где потребовала дать объяснения по докладной записке педагога С. по обстоятельствам запирания двери в спортзал. Предложений дать объяснение по факту ухода с работы на 15 минут раньше окончания смены ему не поступало не в письменной, не в устной форме. Ни каких письменных требований ему не выдавали. При их разговоре с директором ФИО2 также присутствовал заместитель директора Ш.Э.В. Разговор в кабинете директора он записал на диктофон, в последствие дома сделал распечатку этого разговора. Аудиозапись и распечатку разговора он приобщил к материалам дела. Формальное нарушение трудовой дисциплины признает, однако считает, что применённое взыскание является несоразмерным проступку. На практике у них в спецшколе сложилось, что сторож может уйти с работы раньше окончания смены, если ему на смену на работу пришёл сменяющий его работник. С работы он ушёл, передав смену другому сторожу.
Представитель ответчика директор спецшколы ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что вид взыскания истцу определён с учётом того, что ранее ФИО1 допускал нарушения трудовой дисциплины, но в дисциплинарном порядке не наказывался, ему делались устные замечания. Кроме того, допущенное истцом нарушение в виде ухода со смены раньше её окончания, является серьёзным проступком, т.к. касается антитеррористической защищенности школы, жизни и здоровья детей. Разрешений сторожам на смены в непредусмотренное графиком время она не давала. Если сторожа проводили смены не вовремя, то это было без её ведома. 03.11.2022 она пригласила ФИО1 в свой кабинет, чтобы поручить от него объяснения по трём фактам нарушений, в том числе и по факту ухода с работы раньше времени 10.10.2022. До этого, она подготовила три письменных требования ФИО1 о даче им объяснений по трём этим фактам нарушений. Когда ФИО1 пришёл в её кабинет, она передала тому все три требования. Сверху лежало требование о даче объяснений по докладной записке педагога С.. Возможно, что ФИО1 успел прочитать только это требование. Она предложила ФИО1 забрать все три требования и расписаться за их получение. ФИО1 от росписей отказался, в связи с чем она не отдала ему эти три требования, т.к. в дальнейшем без его подписей не смогла бы доказать, что требования истцу передала. Считает, что у ФИО1 было достаточно времени, чтобы прочитать все три требования в её кабинете, т.к. он держал данные требования в руках. Он сам не захотел их прочитать. Устно проступок в виде ухода раньше времени со смены 10.10.2022 они с ФИО1 в кабинете не обсуждали, обсуждали только проступок по докладной записке С.. По другим проступкам (кроме ухода раньше времени со смены 10.10.2022) ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекался, были только устные замечания. При её разговоре с ФИО1 в кабинете присутствовал заместитель директора Ш.Э.В. Также в соседнем кабинете находились и слышали разговор заместитель директора М.Н.В. и документовед М.Т.А. С их участием был составлен акт об отказе ФИО1 давать объяснения. Принадлежность ей голоса, на предоставленной истцом аудиозаписи она признает, однако считает эту аудиозапись недопустимым доказательством, т.к. она была произведена без её согласия. С 11.10.2022 по 02.11.2022 ФИО1 находился на больничном листе.
Свидетель Ш.Э.В. показал, что работает заместителем директора спецшколы по АХР. В его непосредственном подчинении находятся сторожа, в т.ч. истец ФИО1 10.10.2022 он пришёл на работу раньше положенного времени в 6 часов 45 минут, чтобы взять объяснения со сторожа ФИО1 по ранее полученным докладным запискам о нарушениях. ФИО1 на рабочем месте уже не было, хотя его смена заканчивалась в 7 часов. На месте уже находилась сторож К.Л.Л., которая должна была сменить ФИО1 К.Л.Л. сказала, что ФИО1 только-что ушёл с работы. Он (Ш.Э.В.) позвонил ФИО1 и потребовал вернуться на рабочее место. Однако, ФИО1 сообщил, что находится на автостанции и садится в автобус, чтобы ехать в <адрес> в больницу. Возвращаться на работу ФИО1 отказался. Разрешения произвести смену сторожей раньше графика он (Ш.Э.В.) никому не давал, к нему с такой просьбой не обращались. Раньше таких разрешений он также не давал. 03.11.2022 его позвала к себе в кабинет директор ФИО2 В кабинете находился ФИО1 В его присутствии ФИО2 передала ФИО1 три письменных требования о даче объяснений. ФИО1 взял эти требования в руки, их бегло осмотрел, положил на стол и сказал, что подписывать ничего не будет. Во время общения ФИО2 и ФИО1 он (Ш.Э,В.) на некоторое время выходил из кабинета. Когда ФИО1 выходил из кабинета ФИО2, то документов у него в руках не было, вероятно ФИО1 не захотел забирать вручённые ему требования.
Свидетель М.Н.В. показала, что работает заместителем директора спецшколы по учебной работе. 03.11.2022 были изготовлены три письменных требования ФИО1 о даче объяснений по трём фактам, в т.ч. по факту ухода с рабочего места до окончания смены. Эти требования она видела лично и читала их. Её кабинет является соседним с кабинетом директора ФИО2 Через открытые двери она слышала разговор ФИО2 с ФИО1. ФИО1 отказывался что-то подписывать, что конкретно она не знает. Разговора про уход ФИО1 с рабочего места раньше окончания смены она не слышала. Видела, что сами письменные требования ФИО1 с собой не забрал. До 10.11.2022 письменных объяснений ФИО1 не принёс и они составили об этом акт.
Свидетель М.Т.А. показала, что работает документоведом спецшколы. 03.11.2022 они с М.Н.В. находились в кабинете соседнем с кабинетом директора ФИО2 Она слышала, что ФИО2 предлагала ФИО1 подписать три требования о даче объяснений. ФИО1 отказался подписывать. Обсуждений конкретных фактов, которых касались нарушения, она не слышала.
Свидетель П.Н.В. показала, что работает делопроизводителем спецшколы. 03.11.2022 утром директор ФИО2 передала ей для регистрации три письменных требования к ФИО1 о даче объяснений по трём фактам нарушений, в том числе по факту отсутствия на рабочем месте. Зарегистрировав документы, она отдала их обратно ФИО2 Во время беседы ФИО2 с ФИО1 она не присутствовала.
Выслушав объяснения сторон и показания свидетелей, исследовав представленные в дело письменные доказательства и аудиозапись, суд находит, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.
Суд отклоняет доводы стороны ответчика о недопустимости для использования в качестве доказательства представленной истцом ФИО1 аудиозаписи разговора, произошедшего между ним и директором спецшколы ФИО2 03.11.2022.
В соответствие с ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В силу ст.77 ГПК РФ лицо, представляющее аудио- и (или) видеозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи.
В судебном заседании истец ФИО1 указал где, когда и при каких обстоятельствах (03.11.2022 в кабинете директора спецшколы с использованием диктофона) была осуществлена предоставленная им в суд аудиозапись. Представитель ответчика ФИО2 в суде не отрицала принадлежность ей одного из голосов на аудиозаписи, не указала на признаки монтажа и восполнения аудиозаписи, либо удаления её отдельных фрагментов. Объяснения истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2 об юридически значимых обстоятельствах их разговора от 03.11.2022 не противоречат содержанию этого разговора на воспроизведённой в суде аудиозаписи. При названных обстоятельствах предоставленную истцом аудиозапись суд признает соответствующей критериям допустимого доказательства в гражданском процессе, производя оценку этого доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению во взаимосвязи с другими представленными в дело доказательствами.
На основе представленных в дело доказательств судом установлено, что ФИО1 приказом № № от 31.12.2018 с 01.01.2019 был принял на работу на должность сторожа спецшколы (л.д.7).
31.12.2018 с ФИО1 заключён трудовой договор на неопределённый срок (л.д.27-29). ФИО1 под роспись ознакомлен с должностными обязанностями сторожа (л.д.23-24).
07.10.2022 в спецшколу поступило письмо ГКУ НО «Управление социальной защиты населения Большемурашкинского района» о том, что в ночь с 30.09.2022 на 01.10.2022 неизвестным лицом на навесной замок были заперты ворота, ведущие к газовой котельной Управления соцзащиты, что могло привести к аварийной ситуации на объекте (л.д.50).
В тот же день 07.10.2022 в спецшколу поступило письмо МБУ ДО «Центр развития творчества детей и юношества» с приложением докладной записки педагога дополнительного образования С.И.С., согласно которым 05.10.2022 во время проведения в спортзале спецшколы тренировки по волейболу в соответствие с утверждённым расписанием сторож ФИО1 закрыл выход из спортзала, подперев дверь стулом, в результате чего подверг детей опасности, т.к. они не имели возможности выйти из помещения (л.д.51-52).
10.10.2022 комиссией в составе директора спецшколы ФИО2, зам.директора по АХР Ш.Э.В. и вахтера К.Л.Л. был составлен акт о том, что сторож ФИО1 покинул рабочее место 10.10.2022 в 06 часов 45 минут при окончании его рабочей смены в 7 часов (л.д.22).
В период с 11.10.2022 по 02.11.2022 ФИО1 отсутствовал на работе по причине временной нетрудоспособности (л.д.58,61-66).
03.11.2022 за подписью директора спецшколы были подготовлены три письменных требования ФИО1 о даче объяснений по вышеизложенным фактам: 1) запирания ворот к газовой котельной соцзащиты (л.д.26); 2) по докладной записке педагога С.И.С. о запирании двери из спортзала (л.д.33); 3) отсутствия на рабочем месте 10.10.2022 в течение 15 минут (л.д.34). Указанные требования были зарегистрированы в журнале исходящей корреспонденции спецшколы 03.11.2022 (л.д.59-60).
Приказом директора спецшколы от 11.11.2022 № к ФИО1 было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в уходе с рабочего места 10.10.2022 в 6 часов 45 минут при окончании рабочей смены в 7 часов (л.д.8). При этом, из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что до применения названного дисциплинарного взыскания письменное объяснение по существу дисциплинарного проступка с ФИО1 получено не было.
В соответствие с ч.1 ст.193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
Согласно ч.2 ст.193 Трудового кодекса РФ непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Из системного толкования вышеприведённых норм права следует, что порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности при отсутствии письменного объяснения работника по существу дисциплинарного проступка может быть признан соблюдённым исключительно при условии, что работодатель затребовал от работника такое объяснение, но работник его в течение двух рабочих дней работодателю не представил.
Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, приведённой в п.6 "Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя", утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 09.12.2020, для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе - затребовать у работника письменное объяснение.
Оценив по своему внутреннему убеждению представленные в дело доказательства в их совокупности, суд пришёл к выводу, что ответчиком не был соблюдён установленный законом порядок применения к истцу дисциплинарного взыскания, поскольку от ФИО1 не было затребовано письменное объяснение по факту его отсутствия на рабочем месте 10.10.2022 с 6 часов 45 минут до 7 часов.
Как следует из объяснений истца, 03.11.2022 ему было предъявлено требование о даче объяснений по докладной записке педагога С.И.С., требований о даче объяснения по факту ухода с работы 10.10.2022 ему не поступало.
Эти объяснения истца не опровергаются объяснениями представителя ответчика ФИО2, которая подтвердила в суде, что отказалась выдавать истцу письменные требования по причине отказа истца расписаться за их получение. При этом, ФИО2 также пояснила, что первым среди переданных истцу требований было требование, касающееся докладной записки С., именно это требование обсуждалось устно с истцом. По поводу требования, касающегося ухода с работы 10.10.2022, устных обсуждений не было.
Объяснения истца и представителя ответчика соответствуют воспроизведённой в суде аудиозаписи, которая не содержит обсуждения вопросов по уходу ФИО1 с работы 10.10.2022 до окончания смены, а по существу действий ответчика состоит только из обсуждения ситуации, изложенной в докладной записке С.И.С. Также из аудиозаписи следует, что истец ФИО1 не отказывался получить письменные требования о даче объяснений, напротив просил их отдать ему, при этом отказывался расписываться в их получении.
Вышеприведённые положения ч.1 ст.193 Трудового кодекса РФ, возлагая на работодателя обязанность затребовать письменное объяснение, не снимают с него такой обязанности в случае, если объяснение истребуется с работника в письменной форме, а работник отказывается расписаться за получение этого требования, не отказываясь его получить фактически. Названные отказы влекут различные правовые последствия. При фактическом отказе работника от получения требования о даче объяснения (передаваемого на руки, направляемого почтой и т.п.) последующее непредоставление работником объяснения не препятствует применению к нему дисциплинарного взыскания на основании ч.2 ст.193 Трудового кодекса РФ. Применительно к выдаче требования на руки такой отказ в получении этого требования может был засвидетельствован актом работодателя. Отказ же работника в проставлении подписи за получение требования не свидетельствует о его отказе от самого получения этого требования и для целей подтверждения вручения требования может быть оформлен соответствующим актом работодателя.
Таким образом, в настоящем случае стороной ответчика предоставлены доказательства отказа истца проставить свою подпись в подтверждение получения им требования о даче объяснения. Доказательств тому, что у истца фактически было затребовано письменное объяснение по поводу проступка от 10.10.2022, явившегося основанием для наложения дисциплинарного взыскания, ответчик в суд не представил.
Доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что истец, находясь в её кабинете, имел в своём распоряжении все три требования и мог с ними ознакомиться, судом отклоняются, поскольку носят характер предположения, которое не подтверждено истцом. Кроме того, эти предположения ответчика не подтверждаются аудиозаписью разговора от 03.11.2022, из которой следует, что обсуждение ситуации по докладной записке С. было начато сторонами через короткий промежуток времени после прихода ФИО1 в кабинет и передачи ему письменных требований. Продолжительность этого временного промежутка, по мнению суда, не является достаточной для детального прочтения и осознания всех предъявляемых требований. В дальнейшем обсуждение ограничилось только этой ситуацией, ФИО1 предложил забрать документы для ознакомления, но ему в этом было отказано. Эти обстоятельства соответствуют доводам истца о том, что ему было предложено написать объяснение по докладной записке педагога С., а о дисциплинарном разбирательстве по поводу проступка от 10.10.2022 ему сообщено не было и письменное объяснение с него не затребовано.
С учётом изложенного, суд пришёл к выводу, что ответчиком вопреки положениям ст.56 ГПК РФ не доказано соблюдение процедуры наложения дисциплинарного взыскания, что влечёт это взыскание незаконным.
Поскольку нарушение процедуры наложения дисциплинарного взыскания является достаточным основанием для признания его незаконным, суд не обсуждает доводов иска ФИО1 о несоразмерности дисциплинарного взыскания совершенному проступку.
В связи с удовлетворением иска, на основании ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в доход бюджета госпошлину в размере 300 рублей, от уплаты которой истец был освобождён при подаче иска о защите трудовых прав.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) удовлетворить.
Признать незаконным приказ директора ГКОУ «Большемурашкинская областная специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат для слабослышащих и позднооглохших детей» от 11.11.2022 № о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора.
Взыскать с ГКОУ «Большемурашкинская областная специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат для слабослышащих и позднооглохших детей» (<данные изъяты>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.
Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через районный суд.
Мотивированное решение (решение в окончательной форме) изготовлено 02 февраля 2023 года.
Председательствующий И.Г. Гусев