Дело № 11-197/2023
66MS0037-01-2023-000477-93
В мотивированном виде изготовлено 21.09.2023 г.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
14 сентября 2023 года
город Екатеринбург
Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Пономарёвой А.А., при секретаре судебного заседания Баженовой А.А.,
с участием представителя истца ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляции гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга, исполняющей обязанности мирового судьи судебного участка № 10 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга от 12 мая 2023 г.,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании процентов за нарушение исполнения денежного обязательства в размере 38356,16 руб., компенсации морального вреда в сумме 10000 руб.
В обоснование заявленных требований истец пояснил, что на основании договора цессии от 14.03.2022 г., заключенного с ООО «Строительная компания малоэтажного домостроения» (ООО «СКМД»), истцу передано право требования к ФИО3 на сумму 7000000 руб. 18.03.2022 г. истец направил ответчику требование о возврате в течение 7 дней названной суммы, поскольку денежные средства были возвращены ответчиком 04.04.2022 г. (с просрочкой на 10 дней), то с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 26.03.2022 по 04.04.2022 г. в сумме 38356,16 руб. Кроме того, истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате несвоевременного исполнения денежного обязательства, в сумме 10000 руб.
Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, пояснила, что денежные средства по расписке переданы, но не в срок, однако проценты за пользование чужими денежными средствами должны исчисляться по 31.03.2022 г., поскольку с 01.04.2022 г. введен мораторий на банкротство. Требования о взыскании компенсации морального вреда полагала необоснованными.
Решением мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга от 12.05.2023 г. исковые требования ФИО2 к ФИО3 оставлены без удовлетворения.
С решением не согласился истец, в апелляционной жалобе просил решение мирового судьи отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить. В обоснование истец пояснил, что оригинал соглашения об уступке права требования и доверенность на имя ФИО4 представлялись в судебном заседании. Полагает, что несмотря на признание ответчиком факта наличия основного обязательства, в решении суда первой инстанции необоснованно указано на оспаривание конкурсным управляющим ООО «СКМД» факта заключения и исполнения соглашения. Из письменного отзыва конкурсного управляющего ООО «СКМД» не следует, что им оспаривается соглашение о цессии от 14.03.2022 г., о своей неосведомленности о договоре цессии он также не сообщает. Таким образом, истец полагает, что суд первой инстанции вышел за пределы исковых требований, дал оценку исполненному обязательству и счел его оспоренным, фактически применил последствия недействительности сделки.
В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал.
Ответчик ФИО3 и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ООО «СКМД» в лице конкурсного управляющего ФИО5 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.
В письменном отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ООО «СКМД» просил оставить решение мирового судьи без удовлетворения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения, пояснил, что в рамках дела о банкротстве ООО «СКМД» конкурсным управляющим оспаривается соглашение об уступке прав требований от 23.03.2021 г., заключенное между ООО «СКМД» и ФИО6, а также соглашение от 14.03.2022 г. между ООО «СКМД» и ФИО2 Единственным участником должника ООО «СКМД» является ФИО7, ответчик ФИО3 является его дочерью. Представители ответчика ФИО3 уклонялись от ответа на прямой вопрос суда о наличии родственных связей с ФИО7, пытались скрыть факт аффилированности и заинтересованности. По условиям соглашения от 23.03.2021 г. за право требования к ООО «Ремстройреставрация» ФИО3 должна была заплатить 7000000 руб., но оплату в указанном размере на расчетный счет ООО «СКМД» она не произвела. Поскольку оплата за приобретенные ФИО3 имущественные права в реальности никогда не совершалась, был создан фиктивный документооборот. По мнению конкурсного управляющего, соглашение об уступке прав требования от 14.03.2022 г. между ООО «СКМД» и ФИО2 носит фиктивный характер, имеет целью придания возмездного характера соглашению от 23.03.2021 г. и освобождения ФИО3 от притязаний кредиторов ООО «СКМД».
С учетом надлежащего извещения лиц, участвующих деле, а также заблаговременного размещения информация о рассмотрении дела на официальном интернет-сайте Ленинского районного суда г. Екатеринбурга в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» https://www.leninskyeka.svd.sudrf.ru, суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть дело в апелляционном порядке при данной явке.
Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для отмены решения мирового судьи не имеется. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.
Согласно общему правилу, установленному статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с разъяснениями пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.07.2018 N 305-ЭС18-3009 по делу N А40-235730/2016 указано, что при оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Судебная коллегия Верховного Суда РФ последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.
Судом установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022 г. по делу № А40-143216/16-70-172Б ООО «СКМД» признано несостоятельным (банкротом), в отношении Общества открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2023 г. конкурсным управляющим утверждена ФИО5
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц участником (учредителем) ООО «СКМД» является ФИО7 Сведения о том, является ли ФИО7 родственником ответчика ФИО3 суду представителем ответчика (ответчик просила рассмотреть дело в свое отсутствие) не представлено, из протокола судебного заседания от 13.04.2023 г. (л.д. 51 оборот) следует, что данный вопрос суда оставлен представителем ответчика без ответа.
В суде апелляционной инстанции сведения конкурсного управляющего ООО «СКМД» о том, что ФИО7 является отцом ФИО3, не опровергнуты.
Из соглашения об уступке права требования от 14.03.2022 г. (л.д.11) следует, что ООО «СКМД» (Цедент) передал ФИО2 (Цессионарий) требование к ФИО3 об уплате 7000000 рублей, которое основано на соглашении об уступке права требования от 23.02.2021 г. между ФИО3 и Цедентом.
Цессионарий уплатил 1000 рублей при заключении настоящего соглашения и обязуется не позднее 3 (трех) месяцев с даты реального взыскания с должника всей суммы долга выплатить в пользу Цедента 90 % от взысканной суммы денежных средств, которая будет получена им с должника. Обязательство Цессионария по уплате Цеденту 90 % от взысканного с должника возникает не ранее получения исполнения от должника.
Согласно соглашению об уступке прав требований от 23.03.2021 г. (л.д. 89), заключенному между ООО «СКМД» (Цедент) и ФИО8 (Цессионарий), Цедент передал Цессионарию права требования к ООО «Ремстройреставрация» в размере 14170577,72 руб., цена передаваемых прав определена сторонами в размере 7000000 руб.
При рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсным управляющим ООО «СКМД» ФИО5 в письменном отзыве (л.д. 59) указано на то, что соглашение от 14.03.2022 г. заключалось между ООО «СКМД» и ФИО2, заранее зная о его невыполнимости и нереальности возврата денежных средств или хотя бы частичной суммы. Целью уступки права требования является исключение возможности предъявления конкурсным управляющим в будущем требования к дебитору в лице ФИО3
Судом первой инстанции представителю истца разъяснена необходимость предоставления доказательств исполнения истцом (Цессионарием) пункта 3 соглашения от 14.03.2022 г., а именно представить доказательства перечисления Цессионарием в пользу ООО «СКМД» 90 % от 7000000 руб., а также пояснить обстоятельства заключения договора цессии от 14.03.2022 г. (протокол судебного заседания от 24.04.2023 г. – л.д. 72). Данные доказательства истцом и его представителем не представлены, соответствующие пояснения не даны.
Также судом первой инстанции было предложено ответчику представить договор цессии от 23.03.2021 г., однако в судебном заседании 12.05.2023 г. (л.д. 92) представителем ответчика представлена копия данного соглашения, по пояснениям представителя ответчика оригинала соглашения не имеется, что зафиксировано в названном протоколе судебного заседания. Замечания на протокол судебного заседания лицами, участвующими в деле, в установленном гражданским процессуальным законодательством порядке не поданы, в связи с этим, доводы истца, изложенные в апелляционной жалобе, о предоставлении суду оригинала соглашения об уступке права требования, судом апелляционной инстанции отклоняются.
С учетом приведенной совокупности обстоятельств мировым судьей сделан обоснованный вывод о том, что сам по себе оригинал расписки в отсутствие иных надлежащих доказательств не является достаточным для подтверждения факта наличия денежного обязательства ответчика перед истцом. Выводы мирового судьи о создании заявленным иском видимости спора, непринятии признания ответчиком наличия денежного обязательства перед истцом основаны на верной оценке фактических обстоятельств дела. При отсутствии установленного судом денежного обязательства требование истца о взыскании с ответчика процентов за неисполнение денежного обязательства, а также требование о компенсации морального вреда подлежало отклонению.
Нарушений норм процессуального права,влекущих за собой отмену решения суда в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не допущено.
Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
решение мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга, исполняющей обязанности мирового судьи судебного участка № 10 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга от 12 мая 2023 г оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.
Судья А.А. Пономарёва