УИД №21RS0024-01-2022-003853-31

№ 2-3014/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 октября 2022 года г. Чебоксары

Калининский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Николаева М.Н., при секретаре судебного заседания Петровой Н.Н., с участием представителя истца Григорьева В.П., представителя ответчика – ФИО1, представителя третьего лица Следственного управления Следственного комитета РФ по Чувашской Республике – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 100000 руб., взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 30000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что в производстве первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике находилось уголовное дело, возбужденное 21 ноября 2018 года в отношении истца по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ. Предварительное следствие по уголовному делу неоднократно продлевалось, уголовное преследование осуществлялось более 9 месяцев. 09 сентября 2019 года уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. В ходе предварительного следствия с истцом неоднократно проводились следственные действия, допросы, очные ставки, направлялись запросы по месту жительства и работы, избрана мера пресечения в виде обязательства о явке. За время уголовного преследования истцу причинены нравственные страдания. Возбуждение уголовного дела отрицательно сказалось на здоровье ФИО4 Кроме того, были серьезно опорочены ее честное имя, деловая репутация в педагогической среде. Негативное отношение со стороны руководителя образовательного учреждения, в котором истец осуществляла трудовую деятельность, вынудили ее уволиться. Причиненный неправомерными действиями органов предварительного следствия моральный вред она оценивает в 100000 руб. Кроме того, для обращения в суд с настоящим иском, ФИО4 вынуждена была обратиться к адвокату, расходы по оплате услуг которого она также просит взыскать с ответчика.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, реализовала право на участие через представителя.

Представитель истца Григорьев В.П. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что уголовное преследование отрицательно сказалось на моральном состоянии истца, ее психическом здоровье, повлияло на ее деловую репутацию, в результате чего ФИО4 была вынуждена уволиться.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике ФИО1 в судебном заседании исковые требования в заявленном размере не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, указав, что не оспаривает право истца на компенсацию, однако заявленная сумма денежной компенсации морального вреда завышена, и она подлежит взысканию с учетом требований разумности и справедливости, позволяющих максимально возместить причиненный моральный вред, размер которого подлежит доказыванию, и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Чувашской Республики Следственного управления Следственного комитета РФ по Чувашской Республике ФИО2 в судебном заседании полагала, что предъявленные ФИО4 в заявленном размере требования не основаны на законе и не подлежат удовлетворению по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. Сведений о причинении ФИО4 нравственных (моральных) страданий в результате возбуждения и расследования в отношении уголовного дела не представлено, соответствующих доказательств в материалах гражданского дела не имеется. Данные о том, что именно из-за расследования уголовного дела ФИО4 была вынуждена уволиться, и у нее ухудшилось состояние здоровья, также не подтверждены. Доводы о том, что в результате уголовного преследования пострадала деловая репутация истца, не доказаны.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Чувашской Республики ФИО5 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть без его участия, представил письменный отзыв на исковое заявление, в соответствии с которым полагает, что имеются основания для взыскании в пользу истца компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации с учетом требований разумности и справедливости.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу положений п.1 ст.8, ст.13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

Ст.53 Конституции Российской Федерации каждому гарантирует право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с п.55 ст.5 УПК РФ уголовное преследование представляет собой процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, которая, по смыслу ст.46 УПК РФ, начинается с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица и заканчивается изобличением виновного в суде.

Незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности, безусловно, умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок возмещения вреда определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст.133 - 139, 397, 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований (у обвиняемого - когда уголовное преследование в отношении него прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. 1, 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст.136 УПК РФ).

В силу ст.ст.165, 242.2 БК РФ Министерство финансов Российской Федерации выступает ответчиком по требованиям к Казне Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Из материалов дела следует, что 21 ноября 2018 года следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ).

29 ноября 2018 года ФИО4 дано обязательство, что до окончания предварительного следствия по подозрению ее в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.293 УК РФ, она будет своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд.

На основании постановления старшего следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике от 17 января 2019 года срок предварительного следствия продлен на два месяца, а всего до четырех месяцев, т.е. по 21 марта 2018 года включительно.

28 января 2019 года старшим следователем первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике произведена выемка у подозреваемой ФИО4 сотового телефона, находящегося в ее пользовании, имеющего доказательственное значение при расследовании уголовного дела.

14 марта 2019 года заместителем руководителя следственного органа срок предварительного следствия по уголовному делу № продлен на два месяца, а всего до шести месяцев, т.е. по 21 мая 2019 года включительно.

Согласно постановлению о возобновлении предварительного следствия от 07 августа 2019 года уголовное дело в отношении ФИО4 было прекращено 15 мая 2019 года в связи с отсутствием состава преступления, однако 02 августа 2019 года постановление о прекращении уголовного дела отменено заместителем прокурора ЧР и дело направлено для организации дополнительного следствия. Срок дополнительного следствия установлен по 07 сентября 2019 года.

Постановлением старшего следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике от 09 сентября 2019 года уголовное дело в отношении подозреваемой ФИО4 по <данные изъяты> РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО4 в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются нормами главы 59 и ст.151 ГК РФ.

Ст.151 ГК РФ гласит, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абз.3 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п.п.2, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Системное толкование положений ст.ст.1070, 1100 ГК РФ свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица, в связи с чем сам по себе данный факт является установленным и доказыванию не подлежит. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истец ФИО4 имеет право на возмещение вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, поскольку в отношении нее уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в ее деяниях состава преступления.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Верховный Суд Российской Федерации в Определениях судебной коллегии от 21 апреля 2015 года, от 28 июля 2015 года указал на то, что при определении размера компенсации морального вреда суд, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Давая оценку доводам и требованиям ФИО4, суд исходит из продолжительности периода уголовного преследования ФИО4 (с 21 ноября 2018 года по 09 сентября 2019 года), в течение которого она находилась в состоянии неопределенности относительно исхода уголовного преследования и применения к ней меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, объема и тяжести предъявленного ФИО4 обвинения, первичности привлечения к уголовной ответственности, трудовой занятости ФИО4, причинения вреда ее деловой репутации, что в период уголовного преследования не могло не вызывать у истца нравственных переживаний, отсутствия доказательств причинения вреда здоровью истца вследствие незаконного уголовного преследования, а также принимает во внимание, что мера пресечения в отношении истца не избиралась, обвинение ей не предъявлялось.

Учитывая изложенное, а также исходя из того, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, а предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, суд полагает завышенной сумму денежной компенсации морального вреда в размере 100000 руб., которая заявлена истцом, и считает, что причиненный ФИО4 моральный вред может быть компенсирован выплатой за счет средств казны Российской Федерации в ее пользу 30000 руб.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно пунктам 10 и 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом заявлены требования о взыскании расходов по оплате услуг представителя в сумме 30 000 руб.

В рамках настоящего гражданского дела 01 сентября 2022 года между адвокатом Григорьевым В.П. (адвокат) и ФИО4 (доверитель) заключено соглашение № об оказании юридической помощи, согласно п.1.1 которого в объем оказываемых юридических услуг входит оказание юридической помощи в виде представительства ФИО4 по гражданскому делу по ее иску к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования.

Размер вознаграждения адвоката за исполнение данного поручения определен сторонами в сумме 30000 руб., которые выплачиваются в срок до 08 сентября 2022 года (п.п.3.1, 3.2 соглашения).

В подтверждение понесенных истцом расходов им представлена квитанция серии № от 08 сентября 2022 года на сумму 30000 руб.

По смыслу ст. 100 ГПК РФ разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права, при этом также должны учитываться сложность, категория дела и время его рассмотрения в суде.

Из материалов дела следует, что объем оказанных истцу представителем юридических услуг заключался в консультации, составлении искового заявления, ознакомлении с материалами дела, участии в одном судебном заседании суда первой инстанции 13 октября 2022 года.

Суд может ограничить взыскиваемую в счет возмещения сумму соответствующих расходов, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Учитывая положения ст. 98 ГПК РФ, объем оказанных представителем юридических услуг по данному гражданскому делу, требований разумности, а также удовлетворение требований истца, суд считает возможным взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации расходы ФИО4 по оплате услуг представителя в размере 5 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г. Чебоксары.

Судья М.Н. Николаев

Мотивированное решение изготовлено 20 октября 2022 года

Решение28.10.2022