Апелляционное определение по делу № 2-7/2023 от 13.09.2023 | Алтайский краевой суд (Алтайский край)

Судья Седойкина А.В. № 33-7901-23

№ 2-7/23

22RS0045-01-2022-000424-62

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 сентября 2023 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Цибиной Т.О.,

судей Довиденко Е.А., Варнавского В.М.,

при секретаре Сафронове Д.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО1 на решение Смоленского районного суда Алтайского края от 03 июля 2023 года по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Цибиной Т.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

29 апреля 2022 года в 11 час. 30 мин. в городе Бийске Алтайского края в районе <адрес> по пер. Мартьянова произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Пежо 207, государственный регистрационный знак ***, под управлением водителя ФИО1, автомобиля Форд Фокус, государственный регистрационный знак *** ***, под управлением водителя ФИО2, автомобиля Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный знак *** под управлением водителя ФИО3

Постановлением по делу об административном правонарушении *** от 12 мая 2022 года ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку, следуя по пер. Мартьянова от ул. Васильевна в направлении ул. Горно-Алтайская, при выполнении маневра поворота налево водитель ФИО1 не уступил дорогу обгоняющему автомобилю Форд Фокус под управлением водителя ФИО2, который в результате столкновения совершил наезд на припаркованный автомобиль Сузуки Гранд Витара под управлением ФИО3, чем нарушил п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (т. 1, л.д. 8). Постановление административного органа не обжаловано и вступило в законную силу.

Автогражданская ответственность ФИО2 застрахована в ООО «СК «Согласие» (т. 1, л.д. 9), куда потерпевший обратился с заявлением о страховом возмещении (т. 1, л.д. 42-43), в чем ему 30 мая 2022 года отказано связи с тем, что договор ОСАГО причинителя вреда ФИО1 не действовал на момент ДТП.

Несмотря на то обстоятельство, что ФИО1 указал сведения о страховом полисе ПАО СК «Росгосстрах» (т. 1 л.д. 8 оборот), данная организация не заключала с ФИО1 договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средства серия ХХ *** в отношении страхования ответственности при управлении транспортным средством Пежо 207 государственный регистрационный знак *** (т. 1, л.д. 68).

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 400 800 руб., судебных издержек в виде оплаты стоимости экспертного заключения в сумме 4 000 руб., расходов по направлению телеграммы в сумме 363 руб., а также оплаченной государственной пошлины в размере 7 208 руб., всего 412 371 руб.

Решением Смоленского районного суда Алтайского края от 03 июля 2023 года иск ФИО2 удовлетворен частично. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскано 373 000 рублей, судебные издержки, связанные с оплатой экспертного заключения, в сумме 4 000 рублей, расходы по направлению телеграммы в сумме 353 рубля, расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 930 рублей, всего взыскано 384 283 рубля. В удовлетворении остальной части иска отказано. С ФИО1 в пользу ООО «Региональный Центр Оценки и Экспертизы» взысканы расходы по проведению судебной экспертизы в размере 66 500 рублей.

С таким решением не согласился ответчик ФИО1, в апелляционной жалобе ставя вопрос об отмене состоявшегося судебного акта с принятием нового решения об отказе истцу в иске. В жалобе заявитель оспаривает выводы суда первой инстанции относительно отсутствия достоверных сведений о страховании автогражданской ответственности ФИО1, сделанных несмотря на предъявление страхового полиса, полученного в результате заключения договора страхования с ПАО СК «Росгосстрах» и уплаты страховой премии. При этом этот страховщик выплатил страховое возмещение третьему участнику столкновения ФИО3, чему суд оценки не дал, необоснованно приняв во внимание лишь сведения страховщика об отсутствии в автоматизированной информационной системе данных о спорном страховом полисе. Также податель жалобы оспаривает выводы суда о собственной виновности в автоаварии, несмотря на факт превышения скорости водителем ФИО2, который видя сигнал левого указателя поворота автомобиля ФИО1, приступил к обгону, указав не соответствующие действительности сведения о скорости движения не более 20 км/ч. При этом выбор безопасного скоростного режима мог предотвратить столкновение. Также ответчик не согласен с решением суда в части возмещения вреда с учетом стоимости деталей без учета износа последних. При рыночной стоимости поврежденного автомобиля в 500 000 руб. возмещение, равное 373 000 руб., не является экономически целесообразным.

В письменных возражениях ФИО2 сообщает о действиях страховщика по истребованию неосновательного обогащения с ФИО4, считает об отсутствии причинной связи между превышением скорости и причинением вреда собственному имуществу, полагает о наличии у себя преимущества перед автомобилем ФИО1, указывает о наличии права на полное возмещение вреда.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов жалобы и возражений на основании части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав истца, ответчика и представителей сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общим правилам, установленным пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Особенности возмещения вреда, причиненного деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, установлены в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 которой предусмотрено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

По смыслу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане, деятельность которых связана с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29 апреля 2022 года в 11 час. 30 мин. в городе Бийске Алтайского края в районе <адрес> по пер. Мартьянова произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Пежо 207, государственный регистрационный знак ***, под управлением водителя ФИО1, автомобиля Форд Фокус, государственный регистрационный знак ***, под управлением водителя ФИО2, автомобиля Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный знак ***, под управлением водителя ФИО3

Постановлением по делу об административном правонарушении *** от ДД.ММ.ГГ ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку, следуя по пер. Мартьянова от <адрес> в направлении <адрес> при выполнении маневра поворота налево, водитель ФИО1 не уступил дорогу обгоняющему автомобилю Форд Фокус под управлением водителя ФИО2, который в результате столкновения совершил наезд на припаркованный автомобиль Сузуки Г.В. под управлением ФИО3, чем нарушил п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (т. 1, л.д. 8). Постановление административного органа не обжаловано и вступило в законную силу.

В результате данного столкновения автомобиль истца ФИО2 получил механические повреждения.

Согласно заключению судебной экспертизы перед столкновением транспортное средство Пежо 207 (водитель ФИО1) двигалось в своей полосе движения прямолинейно и изменило траекторию своего движения влево от прямолинейного, начав выполнять маневр поворота налево. Перед столкновением транспортное средство Форд Фокус (водитель ФИО2) двигалось прямолинейно по полосе встречного движения, выполняя маневр обгона, не изменяя траекторию своего движения. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО1 должен был уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам. Поскольку водитель ФИО1 начал выполнение маневра поворота налево, когда автомобиль Форд Фокус, уже находился на полосе встречного движения, обгоняя автомобиль Пежо 207, по мнению эксперта, ФИО1 не убедился в безопасности совершаемого маневра и создал ситуацию, при которой столкновение стало неизбежным. Так как к началу осуществления маневра поворота налево водителем ФИО1, автомобиль Форд Фокус двигался по полосе встречного движения, осуществляя маневр обгона, ФИО2 имел приоритет перед Пежо 207. Также ФИО2 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с момента возникновения опасности. Определить скорости движения автомобиля Форд Фокус под управлением ФИО2 перед столкновением и автомобиля Пежо 207 под управлением ФИО1 перед столкновением проведенным исследованием не представилось возможным. Рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Форд Фокус составила 373 000 руб., с учетом износа – 150 800 руб.

В выводах об обстоятельствах, по которым эксперту-технику не были поставлены вопросы, но которые им были установлены в процессе проведения экспертизы, указано, что расчетная скорость движения транспортного средства Форд Фокус между первым и вторым контактным взаимодействием, составляет 67,68 км/ч, сведения о применении водителем транспортного средства Форд Фокус торможения во избежание столкновения, в объяснениях отсутствуют. Экспертом сделано предположение о том, что фактическая скорость до столкновения с Пежо 207 вероятнее всего равна расчетной скорости между первым и вторым контактным взаимодействием и составляет 67,68 км/ч. Вышеизложенное позволило эксперту прийти к выводу о том, что в действиях водителя Форд Фокус, усматривается несоответствие требованиями ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения 60 км/ч. Исследованием установлена величина остановочного пути 40,23 м при максимально разрешенной скорости движения 60 км/ч для водителя Форд Фокус, и расстояние 22 м, на котором водитель Форд Фокус мог обнаружить опасность для дальнейшего движения в указанном направлении в виде начала изменения траектории движения Пежо 207 от прямолинейного. Водитель не имел бы технической возможности избежать столкновения путем применения торможения при скорости движения 60 км/ч, учитывая расстояние 22 м, на котором водитель мог обнаружить опасность для движения (т. 2 л.д. 28-92).

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований. При этом исходил из анализа имеющегося в деле материала по факту дорожно-транспортного происшествия, объяснений его участников, экспертного заключения и установил, что виновником ДТП является ФИО1, который нарушил п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, совершив правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии собственной вины в причинении ущерба подлежат отклонению, поскольку причинно-следственная связь между совершенным ФИО1 при управлении автомобилем маневром поворотом налево, приведшим к столкновению с автомобилем, принадлежащим истцу, обладающим преимуществом в движении, является очевидной, подтверждается заключениями как первоначальной, так и повторной судебных экспертиз, проведенных по данному гражданскому делу (л.д. 187-189, т.1), а также постановлением административного органа, наложившего взыскание на ФИО1 за нарушение за нарушение п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, предписывающего водителю перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (т. 1, л.д. 8).

Совершение водителем ФИО1 маневра поворота налево создало опасность для движения автомобиля под управлением ФИО2 и явилось для него обстоятельством, вынудившим совершить маневр наезда на находящийся в состоянию покоя автомобиль Сузуки Гранд Витара без наличия возможности применить экстренное торможение.

Суд апелляционной инстанции по результатам оценки имеющихся в материалах дела доказательств приходит к выводу о том, что именно действия ФИО1 явились причиной столкновения его транспортного средства с автомобилем ФИО2, так как в данном случае возможность избежать столкновения и причинения вреда истцу зависела не от наличия или отсутствия у него технической возможности остановиться, не прибегая к экстренному торможению, а от соблюдения водителем ФИО1 требований п.3.14 Правил дорожного движения Российской Федерации, по смыслу которого именно на ФИО1 лежала обязанность убедиться перед началом поворота налево в отсутствии автомобилей, завершающих проезд перекрестка, движущихся в попутном направлении и не создавать им помех.

Сам по себе факт несоблюдения ФИО2 скоростного режима, которое было установлено судом первой инстанции, не может рассматриваться как исключающее вину ФИО1 обстоятельство, поскольку не снимает с него обязанности убедиться в безопасности маневра.

Суд апелляционной инстанции исходя из доказательств, представленных как стороной истца, так и стороной ответчика, приходит к выводу о том, что именно действия водителя ФИО1 состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшем дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

Далее. Согласно статье 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком (абзац 1 пункта 2).

Статьей 957 указанного кодекса предусмотрено, что договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

В силу статьи 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована (пункт 1).

При заключении договора обязательного страхования страховщик вручает страхователю страховой полис, являющийся документом, удостоверяющим осуществление обязательного страхования.

Страховщик не позднее одного рабочего дня со дня заключения договора обязательного страхования вносит сведения, указанные в заявлении о заключении договора обязательного страхования и (или) представленные при заключении этого договора, в автоматизированную информационную систему обязательного страхования (пункт 7).

Пунктом 7.2 указанной статьи предусмотрено, что договор обязательного страхования может быть составлен в виде электронного документа с учетом особенностей, установленных данным Федеральным законом.

Создание и направление страхователем страховщику заявления о заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа осуществляются с использованием официального сайта страховщика в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Доступ к официальному сайту страховщика в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» для совершения действий, предусмотренных настоящим пунктом, может осуществляться в том числе с использованием единой системы идентификации и аутентификации или официального сайта профессионального объединения страховщиков в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

При осуществлении обязательного страхования заявление о заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа, направленное страховщику и подписанное простой электронной подписью страхователя - физического лица или усиленной квалифицированной электронной подписью страхователя - юридического лица в соответствии с требованиями Федерального закона от 6 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи», признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.

Непосредственно после оплаты страхователем страховой премии по договору обязательного страхования страховщик направляет страхователю страховой полис в виде электронного документа, который создается с использованием автоматизированной информационной системы обязательного страхования, и подписывается усиленной квалифицированной электронной подписью страховщика.

Одновременно с направлением страхователю страхового полиса в виде электронного документа страховщик вносит сведения о заключении договора обязательного страхования в автоматизированную информационную систему обязательного страхования.

Заключение договора обязательного страхования без внесения сведений о страховании в автоматизированную информационную систему обязательного страхования и проверки соответствия представленных страхователем сведений содержащейся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования и в единой автоматизированной информационной системе технического осмотра информации не допускается (пункт 10.1).

Банком России устанавливаются форма заявления о заключении договора обязательного страхования, форма страхового полиса обязательного страхования, форма документа, содержащего сведения о страховании, форма заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и форма бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии.

Из приведенных положений закона следует, что основанием для возникновения у страховщика обязательств по выплате страхового возмещения является договор страхования, который должен быть заключен в письменной форме, в том числе в виде электронного документа, и который вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса, если иное не предусмотрено этим договором.

Страховой полис обязательного страхования должен оформляться страховщиком по специальной форме.

Двухмерный штриховой код (QR-код размером 20 x 20 мм), содержащийся в страховом полисе обязательного страхования, должен содержать сведения, используемые для прямого доступа посредством официального сайта профессионального объединения страховщиков в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» к следующим сведениям о договоре обязательного страхования: наименование страховщика; серия, номер и дата выдачи страхового полиса; даты начала и окончания периода использования транспортного средства в течение срока действия договора обязательного страхования; марка, модель транспортного средства, идентификационный номер транспортного средства и его государственный регистрационный знак (пункт 1.4).

Незамедлительно после исполнения страхователем обязанности по уплате страховой премии страховой полис обязательного страхования в виде электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью страховщика, направляется страхователю по указанному им адресу электронной почты, а также посредством размещения в личном кабинете страхователя ОСАГО, предусмотренном Указанием Банка России от 14 ноября 2016 года № 4190-У «О требованиях к использованию электронных документов и порядке обмена информацией в электронной форме при осуществлении обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств (часть 5).

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (часть 6).

При рассмотрении настоящего дела страховщик ссылался на отсутствие в базе данных РСА сведений о принятии заявления от собственника автомобиля Пежо 207 ФИО1 о заключении договора обязательного страхования, а также на отсутствие документов, подтверждающих уплату страховой премии (л.д. 91-92, т.2).

Согласно копии полиса обязательного страхования серии XXX *** от 10 июня 2021 года, собственник и страхователь ФИО1 застраховал свою гражданскую ответственность при управлении транспортным средством Пежо 207, идентификационный номер ***, государственный регистрационный знак ***

В указанном полисе указаны следующие сведения:

- в графе паспорт транспортного средства - ПТС серия 22 РМ ***, что не соответствует номеру паспорта этого транспортного средства, представленного ФИО1 по запросу судебной коллегии;

- в пункте 7 размер страховой премии 5 300 руб., в правом верхнем углу – 5 300 руб.;

- в пункте 8 Особые отметки номер полиса в АИС не указан.

В подтверждение уплаты страховой премии ФИО1 представляет сведения о перечислении 10 июня 2021 года 5 485 руб. 50 коп. неизвестному получателю (л.д. 103, т.2), что свидетельствует о несоответствии сведений аналогичного характера, присутствующими в полисе.

Коллегия с целью выяснения обстоятельств заключения договора страхований предложила ФИО1 предоставить сведения о том, каким образом он заключил договор страхования в форме электронного документа; имелось ли у него электронная подпись для обращения к страховщику с заявлением в электронной форме, личный кабинет на официальном сайте страховщика или на сайте РСА; электронная почта, куда подлежал, при отсутствии личного кабинета, направлению полис в форме электронного документа, каким образом ФИО1 произвел оплату страховой премии и в пользу кого, с учетом того, что копия электронного полиса ОСАГО данного лица и платежный документ содержат два разных размера страховой премии.

При этом коллегия установила, что полис такой серии и номера не зарегистрирован в автоматизированной системе, а сведения о ПТС в полисе виновника не соответствует действительным данным о таком документе.

Проверяя, какие сведения содержатся в двухмерном штриховом коде в полисе виновника ДТП (QR-код), который в соответствии с требованием действующего законодательства должен содержать сведения, используемые для прямого доступа посредством официального сайта РСА в сети «Интернет» к следующим сведениям о договоре обязательного страхования: наименование страховщика; серия, номер и дата выдачи страхового полиса; даты начала и окончания периода использования транспортного средства в течение срока действия договора обязательного страхования; марка, модель транспортного средства, идентификационный номер транспортного средства и его государственный регистрационный знак, коллегия пришла к выводу, что перечисленные сведения в двухмерном штриховом коде не представлены.

При этом согласно выписке по счету дебетовой карты ФИО1 10 июня 2021 года перечислено в пользу неизвестного банку плательщика 5 485 руб., принадлежность адреса Card2cardintellectmon tambov rus страховщик отрицает, тогда как ФИО1 сообщил коллегии о том, что договор страхования заключал опосредованно через сайт Сравни. ру.

Перечисленные обстоятельства подтверждают правильность выводов суда первой инстанции о том, что ПАО СК «Росгосстрах» не заключало с ФИО1 договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (электронный полис ОСАГО) серии ФИО5 в отношении страхования ответственности при управлении транспортным средством Пежо 207 государственный регистрационный знак ***. В этом случае вред, причинённый имуществу ФИО2, должен быть возмещен ФИО1 в соответствии с гражданским законодательством (глава 59 ГК РФ и п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО).

Довод жалобы о том, что ПАО СК «Росгосстрах» выплатило страховое возмещение потерпевшей ФИО3 в размере 29 600 руб., не может быть принят во внимание в условиях наличия в производстве мирового судьи судебного участка Смоленского района Алтайского края гражданского спора по иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о взыскании указанной выше суммы, производство по которому приостановлено до разрешения настоящей апелляционной жалобы.

В жалобе заявитель ставит под сомнение не только наличие у ФИО2 права требования возмещения убытков с ФИО1, но и обращает внимание суда, что рыночная стоимость подобного автомобиля Форд Фокус 2012 года выпуска в пробегом 225 258 км (л.д. 17, т.1) составляет 500 000 руб., что приближается к определенным судом затратам на восстановление последнего (373 000 руб.) и должно повлечь выяснение вопроса о целесообразности такого ремонта, изучении факта полной гибели имущества и судьбе годных остатков.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции ориентировался на заключение судебного эксперта, установившего, что для полного восстановления имущественных прав потерпевшего потребуется не менее 373 000 руб.

Приходя к такому выводу, суд первой инстанции не произвел оценку и анализ изложенных выше возражений ответчика ФИО1, поскольку таковые районному суду не заявлялись.

Коллегия данный пробел восполнило по правилам ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приняв новое доказательство о тои, что по расчетам Специализированной фирмы «РусЭксперТ» рыночная стоимость поврежденного имущества на момент разрешения спора составляет от 650 000 руб. до 800 000 руб.

Факт определения такой стоимости по состоянию на сентябрь 2023 года не умаляет право ФИО2 на возмещение вреда в признанном судом размере, поскольку сам ФИО1 в жалобе признает, что поврежденный автомобиль на момент ДТП мог стоить не менее 500 000 руб., что значительно превышает присужденную районным судом сумму.

При сопоставлении стоимости восстановительного ремонта и рыночной стоимости спорного имущества коллегия приходит к выводу о том, что затраты на ремонт автомобиля ниже рыночной стоимости последнего, в связи с чем взыскание с причинителей вреда в пользу потерпевшего расходов на ремонт, как ошибочно отметил податель жалобы, не является экономически нецелесообразным и влечет отмену решения суда в этой части.

Что касается соблюдения районным судом принципа полного возмещения вреда и производств расчета взыскания исходя из стоимости новых запасных частей, то в соответствии с п.13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из анализа приведенных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда должна обеспечивать восстановление его нарушенного права, но не приводить к неосновательному обогащению последнего, то есть размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Указанная позиция согласуется с Постановлением Конституционного Суда России от 10 марта 2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО6 и других».

Оснований для снижения размера возмещения по правилам ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации коллегия не усматривает, поскольку ФИО1, достигнув возраста 58 лет и будучи трудоспособным, не имеет препятствий в возмещении вреда.

Руководствуясь ст.ст. 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а :

решение Смоленского районного суда Алтайского края от 03 июля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное решение изготовлено 14 сентября 2023 года.