73RS0003-01-2025-000656-74
Дело №2-619/25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Ульяновск 27 мая 2025 года
Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в составе:
председательствующего судьи Тарановой А.О.,
при секретаре Кирасировой М.А.,
рассмотрев в открытом предварительном судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ООО «<данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО12. обратилась в суд с иском к ООО «<данные изъяты>» о взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что истица с ДД.ММ.ГГГГ трудоустроена в ООО «ФИО13» в должности продавца продовольственных товаров.
ДД.ММ.ГГГГ истица получила вред здоровью вследствие несчастного случая на производстве, о чем был составлен акт о несчастном случае.
В этот же день истица была доставлена в травмпункт, где ей было выдано направление в ГУЗ ЦГКБ для оказания медицинской помощи, установлен диагноз: <данные изъяты>
На основании изложенного просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб.
Истец ФИО14., ее представитель ФИО15 в судебное заседание не явились. Истица представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования поддерживает. Ранее пояснила, что в результате полученной травмы имеются тяжелые последствия, повлекшие за собой нарушение функционирования организма и длительное лечение. Указала, что она не может в настоящее время работать по своей специальности по причине наличия травмы и ее последствий в результате несчастного случая на производстве. Просила в письменном заявлении признать рукописные листы в амбулаторной карте №№ до ДД.ММ.ГГГГ года ненадлежащими доказательствами и исключить их из числа доказательств.
Представитель ООО «<данные изъяты>» ФИО16 в судебном заседании признал частично исковые требования, полагал, что эксперты дали ответ на вопрос относительно последствий в виде утраты трудоспособности в размер 5%.
В заключение прокурор Расул-Заде Т.С. высказался о необходимости частичного удовлетворения исковых требований с учетом принципа разумности и справедливости.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Исходя из смысла ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.
Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле.
Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведет к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.
Из материалов дела следует, что стороны работают в ГСК <данные изъяты>», расположенном по адресу: г. Ульяновск, ул. <адрес> в должности охранников без заключения трудовых договоров.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО17. была трудоустроена в ООО «<данные изъяты> на основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ на должность продавца продовольственных товаров.
Истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ она получила вред здоровью вследствие несчастного случая на производстве, о чем был составлен акт о несчастном случае.
В рамках несчастного случая была проведена проверка, в ходе которой установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13.00 час. до 14.00 час. в магазин приехал директор ООО <данные изъяты>» ФИО18 с целью замены некоторых поврежденных потолочных плиток на потолке магазина, имя при себе ручной инструмент, стремянка. Установив стремянку в углу служебного помещения, со слов истца директор ФИО19. попросил ее подавать потолочные плитки наверх для замены. Со слов ФИО20 в момент, когда он поднялся на стремянку, ФИО21. подала ему плитку и отошла за спину директора. Со слов ФИО22 она удерживала лестницу от возможного сдвига. В какой-то момент он потерял равновесие и упал вместе с лестницей, почувствовав боль в голени. Когда он обернулся, увидел истца около стола, расположенного в служебном помещении, держащуюся рукой за голову и понял, что она получила травму.
В этот же день истица была доставлена в травмпункт ГУЗ ЦК МСЧ, где ей установлен диагноз: <данные изъяты>
Данный несчастный случай на производстве был оформлен соответствующим актом №№ от ДД.ММ.ГГГГ.
По результатам проведенной проверки Государственной инспекцией труда в Ульяновской области в качестве причины указано, что имело место использование пострадавшего не по специальности, выразившиеся в том, что продавец продовольственных товаров ФИО24 была допущена до выполнения ремонтных работ вследствие чего при падении директора ООО «<данные изъяты>» ФИО25. вместе с лестницей-стремянкой, лестница ударила ФИО26 по голове и она получила травмы. По результатам заключения установлено, что директор ООО «<данные изъяты> ФИО27ФИО28 допустил использование пострадавшей не по специальности, а именно до выполнения ремонтных работ, а также не обеспечил пострадавшую каской защитной, хотя ФИО29 в момент несчастного случая была допущена в зону возможного падения предметов с высоты. Нарушены статьи 60, 214, 221 ТК РФ, пп. А, п. 1 Примечаний к Приказу Минтруда РФ от 09.12.2014 №997Н.
Постановлениями Государственной инспекцией труда в Ульяновской области от ДД.ММ.ГГГГ директор ООО «<данные изъяты> ФИО31 и ООО «<данные изъяты> были привлечены к административной ответственности по ч<данные изъяты> КоАП РФ.
Приказом (распоряжением) от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора с ФИО32 по собственному желанию на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
В период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО33. выдан листок нетрудоспособности (02-травма).
Считая, что вред здоровью истца и последствия полученной травмы причинены по вине работодателя, не обеспечившего надлежащих безопасных условий труда, истец обратился в суд с настоящим иском.
Одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных статьей 12 ГК Российской Федерации, является компенсация причиненного морального вреда.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.
Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 290 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Абзац второй пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» №125-ФЗ, предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В силу положений статьи 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» №125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Согласно частям 1, 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат, в частности, события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя.
При несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан, в том числе немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой (абзацы второй и шестой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации.
Как разъяснено в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Согласно п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Как разъяснено в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.
Частью 1 статьи 151 ГК Российской Федерации определено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание принцип, последовательно утверждаемый Европейским судом по правам человека в своих решениях, согласно которому всякое вмешательство в права собственности должно отвечать критерию пропорциональности; при вмешательстве необходимо придерживаться критерия справедливого равновесия между интересами общества и требованиями защиты основных прав человека.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй).
Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Разрешая заявленные требования, суд исходит из следующего.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы по материалам дела № от ДД.ММ.ГГГГ комиссия экспертов приходит к выводу что у ФИО34. при обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ имелось <данные изъяты>. Учитывая данные представленных медицинских документов и материалов гражданского дела, данные объективного осмотра при производстве настоящей экспертизы комиссия экспертов считает, что рана лобной области справа могла быть причинена незадолго до обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ, что не исключает возможности ее причинения около 13 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ Рана образовалась от однократного ударно-скользящего воздействия тупого твердого предмета, имеющего ограниченную травмирующую поверхность, воздействовавшего в лобную область справа, преимущественное направление воздействия - сверху вниз. Детали металлической лестницы-стремянки подпадают под характеристику тупого твердого предмета, имеющего ограниченную травмирующую поверхность, при падении и ударе которой было возможно причинение раны лобной области справа, имевшейся у ФИО35 На основании вышеизложенного комиссия экспертов приходит к выводу, что получение ФИО36 травмы в виде рана мягких тканей головы (лобной области справа), при обстоятельствах, указанных в иске и установленных в акте о несчастном случае было возможно. Рана на лице в лобной области справа квалифицируется как причинение ЛЕГКОГО вреда здоровью по признаку кратковременное расстройство здоровья (до 21 дня включительно) (п.8.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приложение к приказу М3 и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194н)). В лобной области справа, на месте заживления раны сформировался рубец: неправильной дуговидной формы, расположенный на общем участке 5,5x5,5см. Рубец неправильной дуговидной формы, вершиной доходит до границы волосистой части головы, правым концом ориентирован к 7.30, левым концом к 6.00 часам соответственно циферблату, длина правой стороны дуги рубца 5см, левой стороны дуги рубца 5,5см. Рубец расположен на 1,5см вправо от срединной линии, 1см кверху от внутреннего конца правой брови и 2см кверху от наружного конца правой брови. Расстояние между концами рубца 5,5см, высота дуги рубца достигает 4,5см. Рубец белесоватой окраски, мягкий, расположен практически на уровне кожи, либо несколько западает, шириной от 0,1см до 0,2см, не спаян с подлежащими тканями, безболезненный, не деформирует мягкие ткани лица. Рубец на лице в лобной области справа, образовавшийся на месте заживления раны лобной области справа, соответствует 5% стойкой утраты общей трудоспособности (п.61.а «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин» (Приложение к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008 года №194н)).
Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы по материалам дела №№ ДД.ММ.ГГГГ комиссия экспертов приходит к выводу, что у ФИО37 при обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ имелось повреждение: <данные изъяты> ФИО43. ДД.ММ.ГГГГ. <данные изъяты>
Кроме того, сторона истца заявила ходатайство о признании рукописных листов в амбулаторной карте № до ДД.ММ.ГГГГ года ненадлежащими доказательствами.
В соответствии со ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным (недопустимым), суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.
Установленное ст. 186 ГПК РФ право суда на проверку заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из возложенной на него обязанности по вынесению законного и обоснованного решения.
Следовательно, само по себе заявление стороны о подложности (фальсификации, недопустимости) документов в силу ст. 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу.
Оснований не доверять заключению эксперта не имеется, поскольку выводы эксперта являются обоснованными, экспертиза проведена компетентной организацией в порядке, предусмотренном законом, экспертом, имеющим соответствующую квалификацию. Выводы эксперта последовательны, не противоречат материалам дела и согласуются с другими доказательствами по делу, основаны на анализе и всесторонности.
Доказательств обратного не представлено.
Материалами дела подтверждено, что травма, полученная ФИО44 является следствием несчастного случая на работе, факт несчастного случая подтвержден актом №№ от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве.
Как установлено выше, причиной события стало использование пострадавшего – ФИО45 по специальности.
Учитывая, что ФИО46 выполняла работу в интересах работодателя в силу вышеприведенных положений трудового законодательства, работодатель должен создавать такие условия труда, которые бы исключали причинение вреда здоровью непосредственно работнику, в связи с чем истица имеет право на возмещение вреда.
Наряду с изложенным суд принимает во внимание, что ФИО47 ДД.ММ.ГГГГ рождения, является <данные изъяты> Суд принимает во внимание, что наличие рубца на голове создает косметический дискомфорт. Кроме того, суд учитывает наличие психологической травмы в результате случившегося.
Принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», руководствуясь нормами действующего законодательства, указанным выше принципом, требованиями разумности и справедливости, учитывая установленные по делу обстоятельства, степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, имущественное положение ответчика, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, и с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 200000 руб.
Частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
На основании ч. 3 ст. 95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Оснований для применения положений ч.3 ст. 96 ГПК РФ суд не усматривает. Указанная стоимость услуг по проведению экспертизы не является завышенной.
Кроме того, оснований для освобождения ответчика, учитывая, что им не заявлялось ходатайство о назначении судебной экспертизы, судом отклоняются как основанные на неверном толковании норм материального и процессуального права.
Оценив в совокупности материалы дела, учитывая, что решение суда вынесено в пользу истца, при вынесении решения вопросы о распределении судебных расходов не разрешены, суд приходит к выводу о взыскании с ООО «<данные изъяты>» в пользу ГКУЗ Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы расходов на проведение судебной экспертизы и дополнительной судебной экспертизы в общем размере 61165 руб. (35580 руб. + 25585 руб.).
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с АО «Ульяновский моторный завод» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 98, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО48 удовлетворить частично.
Взыскать в пользу ФИО49 с ООО «<данные изъяты>» компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.
Взыскать с ООО «<данные изъяты>» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.
Взыскать с ООО «<данные изъяты>» в пользу ГКУЗ Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы расходы на проведение судебной экспертизы и дополнительной судебной экспертизы в общем размере 61165 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска в течение одного месяца со дня принятия его в окончательной форме.
Судья подпись А.О. Таранова
Копия верна
Судья А.О. Таранова
Секретарь с/з М.А. Кирасирова
Подлинник судебного акта находится в материалах дела №2-619/25 Железнодорожного районного суда г. Ульяновска.
Решение суда в окончательной форме изготовлено 10.06.2025.