Казбековский районный суд РД

Судья Арсланханов З.Р.

УИД: 05RS0028-01-2023-000211-06

Номер дела в суде 1-й инстанции: 2-240/2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 августа 2023 года по делу №33-5461/2023, г.Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Сатыбалова С.К.,

судей Акимовой Л.Н. и Шабровой А.А.,

при секретаре судебного заседания Абдуразаковой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Казбековского районного суда РД от 28 апреля 2023 года,

Заслушав доклад судьи Акимовой Л.Н., объяснения ФИО1, просившего решение суда оставить без изменения, объяснения представителя ФИО5 – ФИО6, просившего решение суда отменить, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО5, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего сына ФИО7, о признании сделки по договору дарения недвижимого имущества, состоящего из земельного участка площадью 500 квадратных метров с кадастровым номером № с жилым домом площадью 217,3 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>, недействительной в силу ее ничтожности и о применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указал, что ранее на праве собственности ему принадлежало домовладение, расположенное по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>. Вместе с ним по данному адресу проживает его сын - ФИО8 вместе со своей женой ФИО5 и детьми – ФИО3, <дата> года рождения и ФИО2, <дата> года рождения. ФИО3 и ФИО2 являются инвалидами по категории «Ребенок-инвалид». Летом 2018 года к нему обратилась ФИО5 с просьбой поехать в <адрес> Республики Дагестан, чтобы подписать документы, на основании которых он будет освобожден от уплаты налогов за принадлежащие ему земельный участок и жилой дом. Также ФИО5 сообщила, что надо заехать к нотариусу Казбековского нотариального округа для подписания документов, пояснив, что на основании этих документов семье будут выплачены денежные средства на приобретение жилья, поскольку воспитывают детей-инвалидов. Он, будучи малограмотным, не разбирается в этих вопросах, и, доверившись ФИО5, поехал в <адрес> Республики Дагестан. По приезде, они сначала заехали к нотариусу Казбековского нотариального округа, где нотариус стала спрашивать жива ли его супруга и задавать другие вопросы, смысл которых он не понимал, поскольку плохо владеет русским языком. После составления каких-то документов, он подписал их, после чего они поехали в многофункциональный центр, где он также подписал какие-то документы. Смысл подписанных им документов, как у нотариуса, так и в многофункциональном центре, он не понимал, так как они были написаны на русском языке. В 2022 году до него от родственников дошли слухи, что его домовладение ему не принадлежит. Осенью 2022 года он пошел в администрацию сельского поселения «<адрес>» <адрес> Республики Дагестан, где работник администрации села помогает ему оплачивать транспортный налог. Завершив оплату транспортного налога, он, вспомнив слухи родственников, попросил работника сельской администрации посмотреть за кем зарегистрировано право собственности на его домовладение. Тот, посмотрев в компьютере, сообщил, что собственником домовладения, расположенного по адресу: Республика Дагестан, <адрес>, является его внук – ФИО7. Он стал разбираться по этому вопросу, в ходе чего ему стало известно, что подписанные им в 2018 году документы были договором дарения домовладения внуку. Он был поражен, после чего потребовал от сына ФИО8 и супруги последнего ФИО5, чтобы приняли меры по регистрации его права собственности на указанное недвижимое имущество, однако, до настоящего времени этот вопрос не решен. Он не собирался дарить недвижимое имущество своему внуку ФИО7, и договор дарения им был подписан будучи введенным в заблуждение ФИО5

На основании изложенного, просит суд удовлетворить его исковые требования, признав сделку по договору дарения недвижимого имущества, состоящего из земельного участка площадью 500 квадратных метров с кадастровым номером № с жилым домом площадью 217,3 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Республика Дагестан, <адрес>, недействительной в силу ее ничтожности и применить последствия недействительности сделки.

Решением Казбековского районного суда РД от 28 апреля 2023 года постановлено:

«Исковое заявление ФИО1 к ФИО5, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего сына ФИО7, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения недвижимого имущества, состоящего из земельного участка площадью 500 квадратных метров с кадастровым номером 05:12:000009:707 с жилым домом площадью 217,3 квадратных метров с кадастровым №, расположенных по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>, заключенный 11 июля 2018 года между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем села <адрес> Республики Дагестан, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем села <адрес> Республики Дагестан.

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ними запись № от <дата> о регистрации права собственности ФИО3, <дата> года рождения, уроженца села <адрес> Республики Дагестан, на недвижимое имущество, состоящее из земельного участка площадью 500 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенного по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>.

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ними запись № от <дата> о регистрации права собственности ФИО3, <дата> года рождения, уроженца села <адрес> Республики Дагестан, на недвижимое имущество, состоящее из жилого дома площадью 217,3 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенного по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>».

В апелляционной жалобе ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указано, что на момент заключения сделки истец какими-либо заболеваниями, препятствующими заключению договора, не страдал.

Выводы суда о том, что при заключении договора дарения истец был введен в заблуждение ею, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и ничем не подтверждаются, правовые основания для признания договора дарения недействительным отсутствуют.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В частности, в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 178 ГК РФ заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона заблуждается в отношении природы сделки, то есть в отношении совокупности признаков и условий, характеризующих ее сущность.

Исходя из смысла указанной выше нормы права сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки сложилась неправильно вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. То есть сделка может быть признана недействительной в том случае, если волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Судом установлено и подтверждается материалами, что 11 июля 2018 года между ФИО1 с одной стороны, и ФИО5, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего сына ФИО3, <дата> года рождения, с другой стороны, заключен в письменной форме договор дарения, согласно которого ФИО4 подарил ФИО3 недвижимое имущество, состоящее из земельного участка площадью 500 квадратных метров с кадастровым номером № с жилым домом площадью 217,3 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Россия, Республика Дагестан, <адрес>. Данный договор удостоверен нотариусом Казбековского нотариального округа, содержание которого участникам зачитан вслух.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1 и ответчик ФИО5, заключившие вышеуказанный договор дарения, плохо владеют русским языком. При этом, истец ФИО1, который в юридически значимый период был в возрасте 67 лет, являясь малограмотным, не мог самостоятельно прочитать составленный договор дарения на русском языке. Из пояснений нотариуса ФИО9 следует, что при составлении договора дарения она общалась с ФИО1 и ФИО5 на аварском языке и текст договора был ею переведен на аварский язык.

Согласно ст. 10 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1, нотариальное делопроизводство ведется на языке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, республик в составе Российской Федерации, автономной области и автономных округов. Если обратившееся за совершением нотариального действия лицо не владеет языком, на котором ведется нотариальное делопроизводство, тексты оформленных документов должны быть переведены ему нотариусом или переводчиком.

В соответствии со ст. 54 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

Между тем, договор дарения, заключенный 11 июля 2018 года между ФИО1 и ФИО5 составлен на русском языке, которым ФИО1 в достаточной мере не владеет, перевод текста договора на аварский язык не приложен, в связи с чем допущенное нотариусом Казбековского нотариального округа ФИО9 нарушение требований статьи 10 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате повлекло нарушение положений статьи 54 названных Основ, в соответствии с которой нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

Из показаний нотариуса ФИО9 в судебном заседании в суде первой инстанции также следовало, что общение с истцом и ответчиком по поводу совершаемой сделки происходило на аварском языке, суть их прихода к нотариусу объяснила ответчик, истца она тоже выслушала, она поняла, что нужно составить договор дарения, истец заходил, выходил, куда-то торопился, договор не читал, подписал его, содержание договора нотариус объяснила ему на аварском языке (л.д. 59-61).

Таким образом, из пояснений нотариуса следует, что ФИО1 подписал спорный договор дарения, не читая его, поскольку русским языком ФИО1 владеет плохо.

Исходя из содержания статей 167, 178, 572 ГК РФ, юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является не только письменное ее оформление, но и факт передачи и принятия дара, должна быть выяснена действительная воля сторон с учетом цели договора.

Как следует из материалов дела, после заключения договора дарения, стороны сделки каких-либо мер для ее исполнения не предприняли. Истец из жилого дома не выселился, считал себя собственником спорного домовладения. При этом, из условий договора дарения не следует, что даритель сохраняет право пользования спорным домовладением.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что истец, как участник сделки составил неправильное мнение и находился в неведении относительно обстоятельств имеющих для него существенное значение и под их влиянием совершил сделку, которую он бы не совершил, если бы не заблуждался.

Учитывая возраст ФИО1 на момент совершения сделки (67 лет), принимая во внимание, что ФИО1, является юридически неграмотным, плохо владеет русским языком, судебная коллегия приходит к выводу, что договор дарения, оформлен истцом под влиянием заблуждения относительно природы сделки. Заблуждение имело существенное значение, поскольку истец, не желая того, произвел отчуждение единственного для него жилья. Из обстоятельств дела и последующего поведения сторон следует, что намерения произвести отчуждение земельного участка и расположенного на нем жилого дома, истец не имел, в связи с чем, сделка является недействительной.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает выводы суда, изложенные в решении, соответствующими собранным по делу доказательствам, нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, судом все юридически значимые обстоятельства по делу определены верно, доводы участников процесса судом проверены с достаточной полнотой, представленным доказательствам дана надлежащая оценка.

Также судебная коллегия находит несостоятельным довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Согласно 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В соответствии со ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следовало из пояснений истца, о нарушении своих прав ему стало известно осенью 2022 г., после того, как он пришел в администрацию села по вопросу уплаты налога, где ему сообщили, что он не является собственником домовладения. О том, что у нотариуса заключен договор дарения, он не знал, полагал, что ответчиком оформляются документы, связанные с получением выплат на детей.

Доказательств, которые могли бы отвергнуть изложенные обстоятельства и свидетельствовать о том, что истцу ранее указанного времени было известно о нарушении своих прав ответчиком суду не представлено.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела и в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно, оснований не согласиться с оценкой представленных доказательств, произведенной судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает, в связи с чем предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения у судебной коллегии не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального закона коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Казбековского районного суда РД от 28 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11.08.2023.

Председательствующий:

Судьи: