Судья Говорова А.Н. по делу № 33-5731/2023
Судья-докладчик Васильева И.Л.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
10 июля 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Герман М.А.,
судей Васильевой И.Л., Яматиной Е.Н.,
при секретаре Рец Д.М.,
с участием прокурора Альбрехт О.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-302/2023 (УИД 38RS0031-01-2022-005889-14) по иску Чен-Юн-Тай А.С. к ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия.
по апелляционной жалобе истца Чен-Юн-Тай А.С.,
апелляционному представлению прокурора Иркутского района -Кончиловой И.М.
на решение Иркутского районного суда Иркутской области от 21 февраля 2023 года
УСТАНОВИЛА:
в обоснование исковых требований истцом указано, что 19 февраля 2022 г. ФИО1, управляя транспортным средством марки «Toyota Allion», государственный регистрационный номер "номер", двигаясь по ул. Зимняя г. Иркутска в районе строения 1, допустила наезд на истца, в результате чего он получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, что подтверждается заключением эксперта № 2797 от 23 мая 2022 г. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава преступления. Неправомерными действиями ответчика, повлекшими причинение истцу вреда здоровью, последний испытал физические и нравственные страдания, подлежащие компенсации.
Истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Решением Иркутского районного суда Иркутской области от 21 февраля 2023 г. исковые требования Чен-Юн-Тай А.С. удовлетворены.
С ФИО1 в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 руб.
В доход бюджета Иркутского района с ответчика взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.
В апелляционной жалобе истец просит решение суда изменить, принять по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований, взыскании компенсации морального вреда в размере, соответствующем понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, указав в обоснование доводов следующее.
Полагает, что суд, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, в сумме 10 000 руб., не принял во внимание положения Гражданского кодекса РФ, не привел доказательств, послуживших основанием для существенного снижения размера компенсации.
Считает, что судом не дана оценка показаниям свидетеля ФИО2 и экспертному заключению, не истребована схема проезда автомобилей по территории рынка, не разрешен вопрос какие именно виновные действия усматриваются со стороны истца.
В апелляционном представлении прокурор Иркутского района Кончилова И.М. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, указав в обоснование доводов следующее.
Отмечает, что при принятии решения судом учтена грубая неосторожность потерпевшего Чен-Юн-Тай А.С., при этом в решении суда факт грубой неосторожности не мотивирован, не приведен анализ обстоятельств, подтверждающих указанный факт.
Полагает, что судом не дана надлежащая оценка тому, что согласно материалов дела, показаний опрошенных лиц, происшествие произошло на территории рынка в результате того, что потерпевший, находясь на ступеньке торгового павильона, прилегающего к проезжей части, ввиду недостаточного размера данной ступеньки при открытии двери павильона, двигаясь спиной назад, ступил на проезжую часть, по которой двигался автомобиль под управлением ответчика.
Считает, что определенный судом размер компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб. явно не соответствует наступившим последствиям в результате причинения вреда, а именно: истцу был причинен тяжкий вред, в результате полученной травмы истец находился на стационарном лечении, перенес оперативное вмешательство, был ограничен в возможности передвигаться.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 выражает согласие с решением суда.
В заседание суда апелляционной инстанции не явились истец, представитель третьего лица, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах своей неявки в судебное заседание не известили, об отложении дела не просили.
Судебная коллегия в порядке ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав доклад судьи Васильевой И.Л., объяснения прокурора Альбрехт О.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, объяснения ответчика ФИО1, возражавшей против доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия находит решение суда подлежащим изменению в части взысканной суммы компенсации морального вреда, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.
В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу п.п. 1 и 3 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Судом первой инстанции установлено, что 19 февраля 2022 г. около 12 час. 56 мин. водитель ФИО1, управляя транспортным средством марки «Toyota Allion», государственный регистрационный номер "номер", двигаясь по ул. Зимняя г. Иркутска в районе строения 1, допустила наезд на пешехода Чен-Юн-Тай А.С.
Постановлением следователя ССО по ДТП ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области от 11 июля 2022 г. отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в ее действиях признаков состава преступления. Следователем в ходе проведения проверки установлено, что Чен-Юн-Тай А.С., не убедившись в безопасности на проезжей части, двигаясь назад из павильона, самостоятельно наткнулся на левую боковую заднюю часть автомобиля «Тойота Аллион», государственный регистрационный знак "номер", в связи с чем, действия Чен-Юн-Тай А.С. состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями. Водитель ФИО1 обнаружила опасность в тот момент, когда услышала стук о заднюю часть своего автомобиля, после чего приняла меры к снижению скорости вплоть до остановки своего автомобиля; в связи с чем, нарушений ею требований Правил дорожного движения Российской Федерации не усматривается.
Согласно заключению № 2797 от 3 июня 2022 г. эксперта ГБУЗ «Иркутское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО3 у Чен-Юн-Тай А.С. имелась тупая травма (данные изъяты). Описанная травма образовалась от воздействия тупого твердого предмета, могла быть получена в ходе дорожно-транспортного происшествия 19 февраля 2022 г., то есть при обстоятельствах и в срок, указанных в постановлении, и оценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее, чем на 1/3.
В период с 19 февраля 2022 г. по 2 марта 2022 г. Чен-Юн-Тай А.С. находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «ИГКБ № 3» в отделении травматологии и ортопедии № 2 с диагнозом (данные изъяты). 22 февраля 2022 г. ему проведена операция (данные изъяты). Рентген-контроль: стояние отломков и фиксаторов удовлетворительное, ось большеберцовой кости правильная. Иммобилизация задней гипсовая шина от верхней трети голени до кончиков пальцев. Послеоперационный период без особенностей.
Согласно заключению эксперта №889/3-5 ФБУ «ИЛСЭ» Минюста РФ в условиях дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО1 должна была руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО2, непосредственно наблюдавший происшествие, указал, что на рынке каждый павильон оборудован ступенькой, на которой человек плохо умещается. ФИО4 под управлением ФИО1 проезжала павильон, Чен-Юн-Тай А.С. стоял на ступеньке павильона к дороге спиной, потом сделал шаг назад, его нога попала под колесо машины. Проезжая часть обозначена линией. На рынке проезд машин не запрещен.
Свидетель ФИО5 (мать ФИО1) пояснила, что в момент дорожно-транспортного происшествия находилась в автомобиле дочери; они ехали очень медленно по проезжей части, поскольку там ходили люди. Когда проехали павильон, услышали стук в заднюю часть машину, сразу остановились. После случившегося они посадили ребенка в машину, его мать не позволяла свидетелю выходить из автомобиля, утверждая, что свидетель ничего не видела. Чен-Юн-Тай А.С. дал свидетелю телефон, охрана кричала, что нужно вызвать скорую и полицию. Решили, что самостоятельно увезут ребенка в больницу. Они дождались отца ребенка, который начал трясти ребенка и кричать на него, потом ФИО1 повезли ребенка в травмпункт, сделали рентген, после доктор сообщил, что у пострадавшего перелом и трещина. Они вернулись на место происшествие, вызвали полицию, пока ожидали полицию, сходили взяли на рынке видеозаписи с камер видеонаблюдения.
Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства, карточки учета транспортного средства ФИО1 является собственником транспортного средства марки «Toyota Allion», государственный регистрационный номер "номер".
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1064, 1079, 1100 Гражданского кодеа РФ, пришел к выводу, что ответчик, управляя источником повышенной опасности, совершил ДТП, в результате которого истец получил телесные повреждения, которые оцениваются, как причинившие тяжкий вред здоровью, при этом установив грубую неосторожность истца и отсутствие вины ответчика, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления о заниженном размере компенсации морального вреда.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1,12, 14, 15, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса РФ).
Из анализа указанных норм следует, что гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего.
Следовательно, для привлечения к ответственности возмещения вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Из положений ст. 1083 Гражданского кодекса РФ следует, что в случае причинения вреда источником повышенной опасности, когда ответственность владельца такого источника наступает независимо от вины, грубая неосторожность потерпевшего может быть основанием для снижения размера ответственности причинителя вреда только при том условии, когда вина причинителя вреда полностью отсутствует.
Таким образом, учитывая, что ФИО1, являясь владельцем источника повышенной опасности, несет ответственность за свои действия, размер возмещения мог быть уменьшен только при отсутствии её вины.
При этом, как было указано выше, при рассмотрении дела с учетом заключения проведенной по делу экспертизы достоверно установлено, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО1 должна была руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а поэтому выводы суда первой инстанции о наличии в действиях потерпевшего грубой неосторожности является необоснованными и в данном случае судебная коллегия полагает необходимым исходить из полной ответственности ответчика за вред.
При этом, судебная коллегия также отмечает, что несмотря на отсутствие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, при определении компенсации морального вреда также подлежат учету обстоятельства ДТП, в том числе, действия самого потерпевшего, который находясь на ступеньке торгового павильона, прилегающего к проезжей части, ввиду недостаточного размера данной ступеньки при открытии двери павильона, двигался спиной назад и ступил на проезжую часть, по которой двигался автомобиль под управлением ответчика и будучи более внимательным истец мог бы избежать данного происшествия.
Таким образом, вывод суда о грубой неосторожности истца не соответствует положениям статей 151, 1110 Гражданского кодекса РФ и решение суда в указанной части подлежит изменению.
Изменяя решение суда, судебная коллегия принимает во внимание обстоятельства дела, степень нравственных и физических страданий истца, причинение ему тяжкого вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, длительность лечения, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе требования разумности и справедливости и, учитывая, что здоровье человека - это состояние его полного физического и психического благополучия, которого истец был длительное время лишен, судебная коллегия считает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда до 200 000 руб.
По мнению судебной коллегии, учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и установленных обстоятельств конкретного дела, данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.
Кроме того, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме судебная коллегия не усматривает, в том числе, с учетом обстоятельств произошедшего дорожно-транспортного происшествия.
Руководствуясь п. 2 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Иркутского районного суда Иркутской области от 21 февраля 2023 года по данному делу изменить в части суммы взысканной компенсации морального вреда.
Взыскать с ФИО1 ( ИНН "номер") в пользу Чен-Юн-Тай А.С. ( ИНН "номер") компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
В остальной части решение Иркутского районного суда Иркутской области от 21 февраля 2023 года по данному делу оставить без изменения.
Судья-председательствующий М.А. Герман
Судьи И.Л. Васильева
Е.Н. Яматина
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 24 июля 2023 г.