Дело № 2-53/2025
УИД 50RS0006-01-2024-002441-66
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 мая 2025 года г. Долгопрудный
Долгопрудненский городской суд Московской области в составе:
председательствующего судьи Сухарева А.В.,
при секретаре Васильевой А.В.,
с участием прокурора Осиповой О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Н.М. к Т.В,, С.Н., С.С., М.С, о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, выселении; встречному иску Т.В, в интересах несовершеннолетних детей С.С., М.С, к Н.М. о закреплении права проживания несовершеннолетних в жилом помещении; встречному иску С.Н. в интересах несовершеннолетних детей С.С., М.С, к Н.М., Т.В, о признании недействительным соглашения об отступном,
УСТАНОВИЛ:
Истец Н.М. обратилась в суд с иском к ответчикам Т.В,, С.Н., несовершеннолетним С.С., М.С, о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, выселении. В обоснование своих требований истец указал, что на основании соглашения об отступном, заключенного Т.В, и истцом ДД.ММ.ГГГГ в собственность истца перешла квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Так как Т.В, (бывший собственник) квартиры утратила право собственности на нее, она и члены ее семьи, в т.ч. и несовершеннолетние дети также утратили и право пользования спорной квартирой. Добровольно ответчики не освобождают жилое помещение, поэтому они должны быть выселены их него, а их регистрация в данном помещении подлежит прекращению.
Т.В, в интересах несовершеннолетних детей С.С. и М.С, обратился в суд со встречным иском (т.1 л.д. 105-108) к Н.М. о закреплении права проживания несовершеннолетних в спорном жилом помещении, в обоснование указав, что у несовершеннолетних отсутствует иное жилье, поэтому они в настоящее время не могут быть выселены из спорного жилого помещения.
С.Н. в интересах несовершеннолетних детей С.С. и М.С, обратился в суд со встречным иском (т.1 л.д. 263-267) к Н.М., Т.В, о признании недействительным указанного выше соглашения об отступном, в обоснование указав, что для несовершеннолетних указанная квартира является единственным жильем. Мать несовершеннолетних, заключая вышеуказанное соглашение об отступном, действовала не в интересах детей, из-за чего те остались фактически без жилья. Этим нарушены права несовершеннолетних.
Истец не явился в судебное заседание, был извещен о времени и месте рассмотрения дела. Его представитель исковые требования основного иска поддержал, просил отказать в удовлетворении встречных исков, в т.ч. по причине пропуска срока исковой давности.
Ответчики не явились в судебное заседание, были извещены о времени и месте рассмотрения дела. Представитель ответчиков в судебном заседании с основным иском не согласились, настаивали на удовлетворении встречных исков.
Третье лицо З.Т.о, Управление по делам миграции ГУ МВД России по МО не явились в судебное заседание, были извещены о времени и месте рассмотрения дела.
Представитель ООиП явился в судебное заседание, просил отказать в удовлетворении основного иска в части требований к несовершеннолетним, удовлетворив встречные иски.
Прокурор полагал, что в удовлетворении основного иска следует отказать, поскольку соглашение об отступном является недействительным, т.к. нарушает права несовершеннолетних, которые остались без единственного жилья, в связи с чем право собственности истца на спорную квартиру возникло незаконно и подлежит прекращению.
Суд, выслушав объяснения явившихся лиц, заключения ООиП и прокурора, исследовав материалы дела, пришел к следующему.
На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Т.В, являлась собственником квартиры по адресу: <адрес>.
В указанной квартире зарегистрированы по месту жительства ответчики (т. 1 л.д. 14).
ДД.ММ.ГГГГ между истцом и Т.В, было заключено соглашение об отступном, согласно которому прекращаются обязательства Т.В, перед истцом по возврату займов, предоставленных по договору от ДД.ММ.ГГГГ.на сумму 750000 руб. и договору от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 300000 руб., а в счет этого Т.В, передает в собственность истца спорную квартиру (т.1 л.д. 210). На основании данного соглашения было зарегистрировано право собственности истца на вышеуказанную квартиру.
При этом, как уже выше указано в квартире на момент заключения соглашения об отступном были зарегистрированы и проживали несовершеннолетние дети Т.В, - С.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., М.С,, ДД.ММ.ГГГГ г.р.
Как установлено судом, и не оспаривается сторонами, несовершеннолетние, кроме спорного жилого помещения, правами в отношении иных жилых помещений не обладают и не обладали. Несмотря на это, при заключении соглашения об отступном согласие ООиП не получалось, обеспечение несовершеннолетних иным жилым помещением также не предусматривалось.
В соответствии с частью 2 ст. 38 Конституции РФ забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей.
Пунктом 1 ст. 64 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.
В силу пункта 1 ст. 65 Семейного кодекса РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.
В силу п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 8 июня 2010 года N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса РФ в связи с жалобой гражданки В.В.", забота о детях, их воспитание как обязанность родителей по смыслу статьи 38 (части 2) Конституции Российской Федерации предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида, в связи с чем родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2).
В связи с изложенным, как указал Конституционный Суд РФ, законодателем должны быть установлены эффективные механизмы обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних, недопущения их дискриминации, восстановления нарушенных прав ребенка, если причиной нарушения стали действия родителей, в том числе предусматривать - с учетом соблюдения баланса прав и законных интересов несовершеннолетних детей и родителей в случае их конкуренции - повышенного уровня гарантии жилищных прав несовершеннолетних детей как уязвимой в отношениях с родителями стороны.
Вопрос же о том, нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов детей и родителей - при наличии спора о праве должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов.
Таким образом, из изложенных положений Положения Конституционного Суда РФ следует, что при оценке законности сделки по распоряжению жилым помещением, в котором проживают несовершеннолетние дети собственника, суд не вправе ссылаться на отсутствие нарушения данной сделкой прав детей только лишь в силу того обстоятельства, что собственником помещения являлся кто-либо из родителей, обязанный по общему правилу проявлять надлежащую заботу о ребенке.
Напротив, вопрос о том, имеется ли в действительности нарушение жилищных прав несовершеннолетнего в результате распоряжения его родителями жилым помещением, в котором он проживает, должен являться предметом судебной проверки и, в случае установления факта такого нарушения, права ребенка подлежат восстановлению и защите, даже в случае их конкуренции с правами и интересами родителей.
При таких обстоятельствах Конституционный Суд РФ признал возможность применения правил отчуждения жилого помещения, предусмотренных пунктом 4 ст. 292 ГК РФ, при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, как способа обеспечения эффективной, в том числе судебной, защиты прав тех детей, которые формально не отнесены к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, однако фактически лишены его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считаются находящимся на попечении родителей, при том, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего (пункт 2 резолютивной части Постановления).
Как уже выше указано, несовершеннолетние С.С. и М.С, не имеют прав на иное жилье, кроме спорной квартиры, которое бы было пригодно для их проживания, соглашением об отступном не предусмотрено сохранение за ними права пользования спорной квартирой. Другого жилья взамен проданного, где бы дети могли проживать, не имеется.
Исходя из указанных положений закона (в т.ч. п. 4 ст. 292 ГК РФ) с учетом приведенной выше позиции Конституционного Суда РФ, установленных судом обстоятельств, суд считает, что соглашение об отступном является недействительным и нарушает права несовершеннолетних С.С. и М.С,, а поэтому должно быть признано недействительным.
Истцом заявлено ходатайство о применении срока исковой давности к указанным требованиям.
Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Поскольку указанный встречный иск заявлен в интересах несовершеннолетних, которые в силу своего возраста самостоятельно не могли обратиться в суд за защитой своего права, суд считает, что в данном случае оснований для применения срока исковой давности не имеется.
Суд считает возможным разъяснить, что в связи с признанием сделки недействительной в силу ее ничтожности решение суда является основанием для прекращения права собственности истца и восстановления регистрации права собственности Г.Н. в отношении спорной квартиры с восстановлением при этом и записей об ее обременении.
Поскольку право собственности истца на квартиру возникло по ничтожной сделки, а сама сделка подлежит признанию недействительной судом, требования основного иска не подлежат удовлетворению.
В связи с тем, что основной иск не подлежит удовлетворению, встречный иск Т.В, в интересах несовершеннолетних детей к Н.М. о закреплении права проживания несовершеннолетних в жилом помещении не подлежит удовлетворению. В данном случае права детей восстановлены посредством удовлетворения иска С.Н. в интересах детей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Н.М. к Т.В,, С.Н., С.С., М.С, о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, выселении отказать.
В удовлетворении встречных исковых требований Т.В, в интересах несовершеннолетних детей С.С., М.С, к Н.М. о закреплении права проживания несовершеннолетних в жилом помещении отказать.
Встречные исковые требования С.Н. в интересах несовершеннолетних детей С.С., М.С, к Н.М., Т.В, о признании недействительным соглашения об отступном удовлетворить.
Признать недействительным соглашение об отступном, заключенное Т.В, и Н.М., ДД.ММ.ГГГГ в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
Разъяснить, что решение суда является основанием для прекращения права собственности Н.М. и регистрации права собственности Т.В,, а также восстановления в ЕГРН записи об обремени в виде ипотеки в пользу Н.М. (запись от ДД.ММ.ГГГГ №) в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Московского областного суда через Долгопрудненский городской суд в течение одного месяца со дня подготовки мотивированного решения.
Судья
Мотивированное решение подготовлено 20.06.2025 г.