УИД 58RS0014-01-2023-000084-95

Судья Елизарова С.Н. № 33-2587/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 августа 2023 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе

председательствующего Бурдюговского О.В.,

судей Мисюра Е.В., Титовой Н.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рожковым Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело № 2-96/2023 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО3 на решение Колышлейского районного суда Пензенской области от 24 апреля 2023 г., которым постановлено:

«Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения».

Заслушав доклад судьи Мисюра Е.В., объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 17 января 2023 г.), ответчика ФИО2 и ее представителя ФИО4 (доверенность от 7 марта 2023 г.), судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Данная квартира входит в состав двухквартирного одноэтажного жилого дома, благоустроена водоснабжением, электроснабжением и канализацией.

Собственником квартиры № жилого дома по указанному адресу является ФИО2

Жилой дом имеет общедомовую канализационную систему, состоящую из переливного колодца, в который направлены канализационные стоки (трубы) обеих квартир, а также единую канализационную выгребную яму, соединенную трубой с переливным колодцем. Система канализации квартиры № является составной частью единой системы канализации их жилого дома.

В 2014 г. ФИО2 в результате возникших неприязненных отношений забила деревянными предметами канализационную трубу квартиры № в переливном колодце общедомовой канализации, чем создала препятствия перетеканию канализационных стоков из мойки на кухне, а также ванны и туалета в ванной комнате ее квартиры в общую канализационную систему.

Вследствие этого для нее (ФИО1) были созданы неблагоприятные и антисанитарные условия проживания в квартире, угрожающие ее жизни и здоровью. Переполненная канализационными стоками труба начала протекать в квартиру на пол, а также под пол, в результате намокли полы, на них появилась плесень.

После нарушения ФИО2 системы канализации она (ФИО1) не может пользоваться мойкой на кухне, а также ванной и туалетом. При соблюдении личной гигиены, а также для стирки белья и мытья посуды она (ФИО1) вынуждена пользоваться ведром и ковшиком. Данная процедура является для нее тяжелой из-за преклонного возраста – <данные изъяты> лет.

В устной форме она неоднократно обращалась к ФИО2 с требованием освободить канализационную трубу квартиры № от посторонних предметов, однако ФИО2 отказывала ей в этом. Напротив, дополнительно забивала все новые и новые предметы в канализационную трубу ее квартиры, а также привязывала собаку к переливному колодцу, чтобы она (ФИО1) не подходила.

Она (ФИО1) неоднократно приходила в местный опорный пункт полиции, но ни разу не смогла застать там участкового. 3 ноября 2022 г. ее дочь обратилась в полицию с заявлением о противоправных действиях ФИО2 (КУСП от 7 ноября 2022 г. № 3474).

В ходе проверки ФИО2 подтвердила факт нарушения канализационной системы ее квартиры, однако производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 было прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

4 декабря 2022 г. в адрес ФИО2 была направлена претензия с требованием очистить канализационную трубу ее квартиры от всех посторонних предметов, извиниться за причиненные моральные и нравственные страдания, а также оплатить компенсацию морального вреда в сумме 110 088 руб.

21 декабря 2022 г. ФИО2 посредством привлечения стороннего специалиста частично извлекла из канализационной трубы посторонние предметы, однако проток канализационных стоков по канализационной трубе не восстановился.

В настоящее время канализационный сток не расчищен, в связи с чем она по-прежнему испытывает трудности с соблюдением личной гигиены, стиркой белья, мытьем посуды, а также использованием ванны и туалета.

Эти трудности причиняют ей моральные и нравственные страдания, а также угрожают ее жизни и здоровью. Неправомерные действия ФИО2 создали угрозу ее жизни и здоровья, что нарушает ее права, закрепленные в статье 41 Конституции Российской Федерации.

Просила взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного нарушением канализационной системы ее квартиры в период с 2014 г. по 2023 г. в размере 100 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг адвоката в сумме 41 500 руб.

Определением суда от 10 марта 2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена администрация Лачиновского сельсовета Колышлейского района Пензенской области.

Решением Колышлейского районного суда Пензенской области от 24 апреля 2023 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Не согласившись с таким решением, представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующий по доверенности, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, ссылаясь на то, что вопреки выводам суда, предметом судебного спора и исковых требований ФИО1 является право ФИО1 на взыскание компенсации морального вреда в связи с совершением ФИО2 в отношении ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.1 КоАП РФ «Самоуправство». Также были нарушены права ФИО1, предусмотренные частью 1 статьи 30 ЖК РФ, гарантии использования которых, декларированы статьей 17 Конституции Российской Федерации.

Считает, что вывод суда о том, что требования истца ФИО1 о взыскании морального вреда якобы основаны на нарушении действиями ответчика ФИО2 ее имущественных прав (устранение препятствий в пользовании системой канализации), что, по мнению суда, не предусматривает применение положений статьи 151 ГК РФ, является необоснованным. Указанный вывод основан на неправильно установленных обстоятельствах гражданского дела, а также ошибочном толковании и применении положений статьи 151 ГК РФ, противоречащих разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Указывает, что судом сделан ошибочный вывод о том, что предоставленные медицинские документы о состоянии здоровья ФИО1, выписка из истории болезни ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Пенза» от 22 сентября 2022 г. и карта ДП ЭХО-КГ обследования ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Пенза» от 13 сентября 2022 г. должны были подтверждать причинно-следственную связь действий ФИО2 с указанным в медицинских документах состоянием здоровья ФИО1 Указанные медицинские документы были предоставлены в целях подтверждения состояния здоровья ФИО1, поскольку ее состояние здоровья, а также ее преклонный возраст, должны учитываться при определении тяжести моральных и нравственных страданий, поскольку при наличии указанных заболеваний усиливаются моральные и нравственные страдания, переносятся еще тяжелей.

Считает необоснованным вывод суда о том, что в материалы гражданского дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что действиями ФИО2 нарушены личные неимущественные права ФИО1 или другие нематериальные блага. Факт нарушения личных неимущественных прав и посягательства на принадлежащие ФИО1 нематериальные блага, подтверждается материалами гражданского дела.

К нематериальным благам, имевшимся у ФИО1 до их лишения незаконными действиями ФИО2, относятся жилищные условия комфортного проживания в квартире, возможность соблюдения личной гигиены, стирки белья, мытья посуды, а также овощей и фруктов, приготовления пищи, с использованием коммуникаций квартиры (канализации), а также благоустройств, использование таких благ как туалет и ванная.

Причина, по которой судом отклонены пояснения ФИО1 об испытываемых моральных и нравственных страданиях, в оспариваемом судебном решении не приведена.

Также указывает, что судом необоснованно не приняты во внимание положения абзаца 2 пункта 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. № 491.

Представителем ответчика ФИО2 – ФИО4 поданы возражения на апелляционную жалобу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующий по доверенности, доводы апелляционной жалобы поддержал, ответчик ФИО2 и представитель ответчика ФИО2 – ФИО4, действующая по доверенности (после перерыва участия в судебном заседании не принимала), против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о судебном заседании были извещены заблаговременно, надлежащим образом телефонограммой 23 июня 2023 г., кроме того, информация о деле была размещена на официальном сайте Пензенского областного суда. С учетом положений статьи 167 ГПК РФ, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что в <адрес> расположен одноэтажный двухквартирный жилой дом.

ФИО1 является собственником квартиры №, ФИО2 – собственником квартиры № в жилом доме <адрес>.

Согласно техническому паспорту на квартиру <адрес>, принадлежащую ФИО1, по состоянию на 26 марта 2004 г. данная квартира имеет общую площадь 63,2 кв.м, оборудована водоснабжением, электроснабжением и канализацией, год постройки – 1977.

Судом также установлено, что около квартиры, принадлежащей ФИО2, находятся переливной колодец, в который направлены стоки обеих квартир, и канализационная выгребная яма, которыми жильцы обеих квартир пользовались совместно до 2014 г.

В 2014 г. ФИО2 в результате возникших неприязненных отношений с соседкой забила в канализационную трубу, выходящую из квартиры №, принадлежащей ФИО1, деревянный предмет, чем создала истцу препятствия в пользовании канализацией.

3 ноября 2022 г. дочь ФИО1 – Х.О. обратилась в МО МВД России «Колышлейский» с заявлением о привлечении к административной ответственности и принятии мер по пресечению незаконных действий ФИО2, связанных с нарушением работы общей системы канализации.

Постановлением ст. УУП МО МВД России «Колышлейский» М.А. от 6 декабря 2022 г. производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 19.1 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ ввиду истечения срока давности привлечения к административной ответственности.

4 декабря 2022 г. ФИО1 направила в адрес ФИО2 претензию о прекращении противоправных действий, принесении извинений, очистке канализационной трубы, возмещении морального вреда, а также обратилась в администрацию Лачиновского сельсовета Колышлейского района Пензенской области с заявлением о комиссионном обследовании канализационной сети вышеназванного двухквартирного жилого дома.

В соответствии с актом обследования индивидуальной системы водоотведения от 21 декабря 2022 г. установлено, что в квартире ФИО1 имеются ванна, унитаз, мойка. Слив в квартире не работает, со слов ФИО1 раковиной она пользуется. При осмотре территории, по которой проходит канализационная труба из квартиры ФИО1, сточных вод визуально не выявлено. Выгребная яма находится напротив окна кухни квартиры №, в которой проживает ФИО2 Открыв шифер, закрывающий выгребную яму, комиссия не увидела предметов, перекрывающих сход из трубы сточных вод, но слива воды из квартиры № не было. Очевидно, что система отвода сточных вод в канализационный колодец из квартиры № нуждается в прочистке. Для получения компетентного заключения о причинах отсутствия слива сточных вод в выгребную яму из квартиры <адрес> и урегулирования сложившейся ситуации собственнику ФИО1 было рекомендовано обратиться в специализированную организацию.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда, суд указал на нарушение имущественных прав истца в результате действий ответчика (которое было устранено в добровольном порядке ФИО2 в декабре 2022 г.) и недоказанность истцом причинения физических и нравственных страданий.

Суд, делая вывод об отсутствии доказательств виновных действий ответчика в причинении истцу морального вреда, основывался на том, что каких-либо доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и возникновением по причине этих действий у истца заболеваний, указанных в выписке из истории болезни ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Пенза» от 22 сентября 2022 г. на имя ФИО1 и карте ДП ЭХО-КГ обследования ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Пенза» от 13 сентября 2022 г., не представлено.

Судебная коллегия с такими выводами суда согласиться не может.

В соответствии со статьей 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В Конституции Российской Федерации закреплены основные права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации.

Одним из таких конституционных прав является право на жилище, о котором говорится в статье 40 Конституции Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации предусматривает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17).

Таким образом, обязанность использовать жилое помещение с учетом соблюдения прав и законных интересов, проживающих в нем граждан, а также соседей основана на Конституции Российской Федерации, запрещающей осуществление субъективных прав в ущерб правам и свободам других лиц.

Согласно пункту 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации причиненного гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Приведенным нормативным положениям, регулирующим отношения по компенсации морального вреда и вопросы определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению обжалуемое решение не отвечает, поскольку нарушение нематериальных прав на здоровье, обусловленных претерпеванием нравственных страданий и переживаний, в соответствии со статьей 151 ГК РФ является основанием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда.

По мнению судебной коллегии, вывод суда о том, что действующее законодательство не предусматривает возможность компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав (устранение препятствий в пользовании системой канализации) является несостоятельным.

Соответственно, оснований для отказа в удовлетворении иска у суда не имелось.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 ссылалась на то, что по причине незаконных действий ответчика с 2014 г. она испытывала трудности с соблюдением личной гигиены, стиркой белья, мытьем посуды, а также использованием туалета и ванны, при этом соблюдение норм гигиены доставляло ей значительные неудобства и причиняло объективные затруднения в личной жизни и, как следствие, нравственные переживания и страдания.

С учетом установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание, что нарушения прав истца со стороны ответчика, выраженные в ограничении использования истцом канализационной системы квартиры нашли свое подтверждение, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в связи с указанными нарушениями в размере 20 000 руб. Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из фактических обстоятельств дела, характера причиненных истцу неудобств, ввиду длительного отсутствия канализационной системы в принадлежащей истцу квартире, индивидуальных особенностей истца, ее возраста, требований разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах, решение суда подлежит отмене, а иск ФИО1 удовлетворению. С ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию в счет компенсации морального вреда 20 000 руб.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При обращении в суд с настоящим иском истцом оплачена государственная пошлина в размере 300 руб., что подтверждается чек-ордером от 27 февраля 2023 г., в связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 11, 12, 13 постановления от 21 января 2016 г. № 1 «О не-которых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что 10 февраля 2023 г. ФИО1 заключила договор поручения с ФИО3, за услуги которого истцом оплачено 41 500 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 10 февраля 2023 г. № 21.

Согласно пункту 1 договора доверитель доверяет, а адвокат принимает в качестве правового представителя и поверенного в оказании юридической помощи при выполнении следующего поручения: подготовить исковое заявление к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного нарушением канализационной системы квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; предъявить исковое заявление от имени доверителя в Колышлейский районный суд Пензенской области; представлять интересы доверителя в суде первой инстанции в судебных заседаниях; взыскать судебные издержки.

В соответствии с пунктом 2 договора стоимость гонорара по договору поручения составляет 41 500 руб., которые доверитель оплачивает при подписании настоящего договора поручения.

Разрешая требование ФИО1 о взыскании расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия исходит из характера спора, объема выполненной ФИО3 работы по оказанию ФИО1 юридических услуг и приходит к выводу, что взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб., поскольку такая сумма судебных расходов носит разумный характер, баланс процессуальных прав и обязанностей сторон не нарушает.

Руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Колышлейского районного суда Пензенской области от 24 апреля 2023 г. отменить.

Принять по делу новое решение, которым иск ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 20 000 (двадцать тысяч) рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей, на оплату услуг представителя в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 августа 2023 г.