Судья Аброськин С.П. Дело № 2-1631/2023

№ 33-2080/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Литвиновой И.В.,

судей Резепиной Е.С., Душечкиной Н.С.,

при секретаре судебного заседания Шариповой Г.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Кургане 25 июля 2023 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, Следственному комитету России, Следственному Управлению Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам Следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области, Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области на решение Курганского городского суда Курганской области от 23 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи областного суда Душечкиной Н.С. об обстоятельствах дела, пояснения ФИО1, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в Курганский городской суд Курганской области с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области о компенсации морального вреда в размере 5000000 руб. причиненного незаконным преследованием по уголовному делу.

В обоснование измененных требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указал, что 03.12.2018 в отношении него было возбуждено уголовное дело № по части 1 статьи 137 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту незаконного распространения сведений о частной жизни Р.М.А., составляющих ее личную тайну. В ходе расследования уголовного дела он был признан подозреваемым, срок предварительного расследования продлялся до 12 месяцев, впоследствии уголовное преследование в отношении ФИО1 было прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовного кодекса Российской Федерации. Считает, что все следственные действия, которые проводились в отношении него, являлись незаконными. Кроме того, в ходе расследования уголовного дела истец был помещен на 30 дней в Государственном казенном учреждении «Курганская областная психоневрологическая больница» (далее – ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница»). В связи с чем, ему была причинена психологическая травма, нарушен привычный образ жизни, который прямо повлиял на карьеру истца. С учетом измененных требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил суд взыскать с Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области компенсацию морального вреда 5000000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объёме, просил их удовлетворить. Указал, что на протяжении года подвергался незаконному преследованию органами предварительного расследования. Ввиду незаконного привлечения к уголовной ответственности с истцом не продлен служебный контракт, в ходе предварительного расследования истец был принудительно помещен в лечебное учреждение для проведения судебно-психиатрической экспертизы, где в отношении него было оказано физическое воздействие, он был ограничен в передвижениях. Несмотря на прекращение брака, фактически семейные отношения продолжаются, его супруга переживала за истца.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, действующий по доверенности ФИО2 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ответчика Следственного комитета Российской Федерации, Следственного управления Следственного комитета России по Курганской области, действующий по доверенности ФИО3 в судебном заседании указал на то, что размер требований существенно завышен, просил исковые требования удовлетворить в части с учетом разумности и справедливости. Указал, что обязательство о явке является мерой процессуального принуждения и не является мерой пресечения. Каких-либо угроз от сотрудников следственных органов в адрес ФИО1 в ходе предварительного следствия не поступало.

Представитель третьего лица Прокуратуры Курганской области ФИО4, действующая по доверенности, в судебном заседании не оспаривала право истца относительно требований о взыскании компенсации морального вреда, указала, что сумма требований значительно завышена, размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению с учетом принципа разумности и справедливости.

Третье лицо, следователь ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено.

Решением Курганского городского суда Курганской области от 23.03.2023 исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, Следственному комитету России, Следственному Управлению Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично, с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 500000 руб.

Не согласившись с решением, ответчик Следственное управление Следственного комитета России по Курганской области обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит его изменить, снизив размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу ФИО1 В обоснование жалобы указывает, что при определении размера денежной компенсации морального вреда необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Кроме того, в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о причинении лицу физических нравственных страданий, возложено на истца. Полагает, что в суде первой инстанции факт претерпевания истцом существенных физических или нравственных страданий, а также факт наступления серьезных негативных последствий в связи с привлечением ФИО1 к уголовной ответственности своего подтверждения не нашли. Кроме того, указывает, что мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась, было отобрано обязательство о явке, которое мерой пресечения не является и не накладывает какие-либо ограничения, в том числе на передвижение. Применение мер физического стеснения в стационаре ГБУ «Курганская областная психоневрологическая больница» зависели от поведения самого ФИО1 Полагает, что требования истца явно завышены, не соответствуют принципам разумности и справедливости.

Не согласившись с решением, ответчик Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит его изменить, снизив размер компенсации морального вреда. В обоснование жалобы указывает, что при определении размера денежной компенсации морального вреда необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Полагает, что требования истца явно завышены и не подтверждены представленными доказательствами. Считает, что в суде первой инстанции факт претерпевания истцом существенных физических или нравственных страданий, а также факт наступления серьезных негативных последствий в связи с привлечением ФИО1 к уголовной ответственности своего подтверждения не нашли.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области представитель третьего лица Прокуратуры Курганской области просил оставить решение Курганского городского суда Курганской области без изменения, апелляционную жалобу Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области – без удовлетворения.

ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции против удовлетворения жалобы возражал.

Иные участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

С учетом положений части 1 статьи 327, частей 3, 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, не находит оснований для отмены состоявшегося по делу судебного акта.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе, судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (часть 1 статьи 45, части 1, 2 статьи 46).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 02.03.2010 № 5-П и в Определении от 11.05.2012 № 665-О, правоприменитель в целях реализации вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа максимально возможного возмещения причиненного незаконным уголовным преследованием вреда руководствуется при решении данного вопроса как положениями части первой статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающими виды соответствующих выплат, так и иными положениями законодательства, устанавливающими общие правила определения размера возмещения вреда.

В силу статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 03.12.2018 старшим следователем отдела по г. Кургану следственного управления Следственного комитета России по Курганской области в отношении ФИО1, <...> года рождения, возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного части 1 статьи 137 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту того, что ФИО1 в период с декабря 2017 года по январь 2018 года, находясь в неустановленном следствием месте, с использованием сети «Интернет» разместил интимные фотографии Р.М.А. без ее согласия, а также распространил информацию о созданных им аккаунтах в социальных сетях иным лицам, тем самым незаконно распространил сведения о частной жизни Р.М.А., составляющие ее личную тайну.

28.12.2018 ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, длительность указанного следственного действия составила 1 час. 20 мин.

В соответствии со статьей 112 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 28.01.2019 в отношении ФИО1 была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, отобрана подписка о неразглашении данных предварительного расследования.

В ходе предварительного расследования ФИО1 неоднократно был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу (<...>, <...>, <...>, <...>).

Неоднократно проводились очные ставки подозреваемого с потерпевшей Р.М.А., свидетелем А.Е.Л. (<...>, <...>, <...>).

Следственные действия производились по месту предварительного расследования, в служебных помещениях Следственного управления Следственного комитета России по Курганской области.

ФИО1 в адрес следователя направлялись различные ходатайства: <...> о проведении судебной экспертизы; <...> о допросе в качестве подозреваемого, о проведении экспертизы; <...> об ознакомлении с процессуальными документами; <...> о проведении следственных и процессуальных действий; <...> направлено ходатайство получении копии протокола допроса в качестве подозреваемого от <...>; <...> направлено ходатайство о получении копии судебно-лингвистической экспертизы; <...> направлено ходатайство о прекращении уголовного дела; <...> направлено ходатайство о прекращении уголовного дела; <...> ФИО1 следователю направлено ходатайство о дополнительном допросе; <...> о прекращении уголовного дела, привлечении Р.С.С. и Р.М.А. к уголовной ответственности; <...> о назначении судебной экспертизы.

07.12.2018 старший следователь следственного отдела по г. Кургану Следственного управления Следственного комитета России по Курганской области обратился в суд с ходатайством о помещении подозреваемого ФИО1 в психиатрический стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы в рамках расследования уголовного дела №.

Постановлением Курганского городского суда Курганской области от 19.12.2018 ходатайство было удовлетворено, судом принято решение о помещении подозреваемого ФИО1 в судебно-психиатрический стационар ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» для проведения судебно-психиатрической экспертизы.

Вышеуказанное постановление изменено апелляционным постановлением Курганского областного суда от 31.01.2019, резолютивная часть постановления дополнена указанием о помещении ФИО1 в психиатрический стационар ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» для производства стационарной судебно-психиатрической экспертизы на срок 30 дней.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 содержался в лечебном учреждении в течение 30 дней, с 13.02.2019 по 12.03.2019, в течение пребывания в лечебном учреждении неоднократно временно фиксировался, устанавливался режим IБ, который впоследствии был изменен на режим IIА.

Постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по г. Кургану Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области от 03.12.2019 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного части 1 статьи 137 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Срок предварительного расследования по уголовному делу № неоднократно продлевался руководителем следственного органа, в последний раз до 12 месяцев.

03.12.2019 в соответствии пунктом 1 части 1 статьи 208 Уголовного кодекса Российской Федерации предварительное следствие по уголовному делу № приостановлено, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, установив незаконность уголовного преследования истца, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

В соответствии со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с требованиями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пунктов 2 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 указанного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 указанного постановления).

Как следует из пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации; осужденный за совершенные преступления в составе организованной группы, который этим же приговором оправдан по статье 210 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу положений пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что разрешение вопроса о компенсации морального вреда должно соответствовать правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, доводы истца, изложенные в обоснование заявленных требований, определяя размер компенсации морального вреда и учитывая при этом степень испытанных ФИО1 нравственных страданий, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании денежной компенсации морального вреда, поскольку в результате незаконного уголовного преследования истцу явно были причинены нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтено, что предварительное расследование в отношении ФИО1 длилось 12 месяцев. Истцу была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которую он расценивал как избранную ему меру пресечения. На протяжении 30 дней ФИО1 находился в ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница», где в отношении него применялась физическая сила, ограничивалась свобода передвижения, путем фиксации ФИО1 С его участием проведено 7 следственных действий, каждое продолжительностью не менее одного часа.

Взысканная судом в пользу истца денежная компенсация морального вреда в размере 500000 руб. является разумной и справедливой, соответствует характеру и степени перенесенных истцом страданий, все значимые обстоятельства учтены, оснований для выводов об ином размере компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает, в связи с чем отклоняет доводы апелляционных жалоб Следственного управления Следственного комитета России по Курганской области и Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области о непредоставлении истцом допустимых и достоверных доказательств, устанавливающих наличие обстоятельств, обосновывающих требование о компенсации морального вреда и свидетельствующих о причинении значительных физических и нравственных страданий, поскольку в рассматриваемом случае имел место факт незаконного уголовного преследования. Указанное обстоятельство является безусловным доказательством причинения истцу нравственных страданий, при котором сам факт причинения морального вреда признается законом и не требует доказывания.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 выразил несогласие с взысканным решением суда первой инстанции размером компенсации морального вреда, пояснил, что намерен обжаловать решение суда в кассационном порядке, вместе с тем, своим правом, предусмотренным статьей 320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем коллегией законность и обоснованность обжалуемого решения проверена в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к вынесению незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Курганского городского суда Курганской области от 23 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области и Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области – без удовлетворения.

Судья- председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 июля 2023 года.