УИД 68MS0036-01-2023-001277-24
Мировой судья судебного участка № 2
Тамбовского района Тамбовской области
Медведева А.С.
Дело №12-290/2023
РЕШЕНИЕ
24 июля 2023 г. г. Тамбов
Судья Тамбовского районного суда Тамбовской области Дюльдина А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Тамбовского района Тамбовской области от 09 июня 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1,
УСТАНОВИЛ:
ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.
Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Тамбовского района Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 6 месяцев.
Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 подал на него жалобу, в которой просит постановление отменить, производство по делу прекратить. Жалоба с учетом поданных дополнений мотивирована тем, что должностными лицами ГИБДД был грубо нарушен установленный порядок привлечения к административной ответственности. Транспортным средством заявитель не управлял, соответственно, субъектом административного правонарушения не являлся. В п. 84 Административного регламента № 664 дан перечень оснований для остановки транспортного средства. Как следует из п. 85 требование об остановке транспортного средства подается с помощью громкоговорящего устройства или жестом руки, при необходимости с применением жезла или диска с красным сигналом (световозвращателем), направленной на транспортное средство. П. 86 при подаче сигналов об остановке должно быть указано место остановки транспортного средства. п. 89 – остановив транспортное средство, сотрудник должен без промедления подойти к водителю. Тем самым, из перечисленных положений административного регламента следует, что должностными лицами ГИБДД заявитель остановлен не был. Видеозапись, представленная в материалы дела, добыта с нарушением закона, поскольку технические средства должны соответствовать следующим требованиям: объем памяти должен обеспечивать непрерывную видеозапись производимых процессуальных действий с учетом климатических условий и с разрешением не менее 2МПикс, обеспечить визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий при удаленности от камеры не менее 5 метров. Таким образом, видеозапись производилась с грубым нарушение требований законодательства, в связи с чем не может быть принята судом в качестве допустимого доказательства по настоящему делу. В протоколе не указано, каким именно техническим средством осуществлялась видеозапись. На видеозаписи видно, что признаков опьянения у заявителя не имеется. Не зафиксировано как составлялись протоколы. Видеозапись с мобильного телефона не может быть использована как доказательство в суде, принимая во внимание, что не может фиксировать все действия, которые происходили. На видеозаписи отсутствует дата и время. Сотрудники полиции снимали только то, что было нужно им. Сотрудник ГИБДД сам выписал повестку к мировому судье, что недопустимо и противоречит Инструкции по судебному делопроизводству в районному суде. В качестве свидетельских показаний необоснованно приняты показания должностного лица – инспектора ГИБДД, что является нелепым. Медицинское освидетельствование на состояние опьянения проведено с нарушением установленного порядка. В материалах дела отсутствует удостоверение, подтверждающее подготовку врача по вопросам проведения медицинского освидетельствования, лицензия медицинского учреждения, нет чеков-распечаток памяти тестов, регистрационного удостоверения Минздрава, информация по прибору не была озвучена, не проводилось ХТИ, не отбирался анализ мочи.
В судебном заседании поддержал ФИО1 доводы жалобы по изложенным в ней основаниям. Пояснил, что не являлся водителем транспортного средства непосредственно в момент, когда его задержали сотрудники полиции, в связи с чем все процессуальные действия по освидетельствованию на состояние опьянения, по составлению протоколов, являются незаконными.
Так, ДД.ММ.ГГГГ он ехал по указанном в протоколе об административном правонарушении адресу на автомобиле Лада с государственным регистрационным знаком <***>. В какой-то момент автомобиль сломался, в связи с чем он остановился и вызвал такси, после чего употребил имеющийся при себе алкогольный напиток. Сотрудники полиции остановили его в момент, когда он уже являлся пассажиром такси, а не водителем, в связи с чем все процессуальные действия незаконны. Кроме того, сотрудники полиции не вели непрерывную видеозапись всех его действий, соответственно, факт управления транспортным средством, не установлен. Пояснил, что не видел указания на лицензию в акте медицинского освидетельствования, в связи с чем указанный довод об отсутствии такой лицензии снимает.
Должностное лицо ГИБДД в судебное заседание не явилось, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения жалобы.
Исследовав материалы дела и доводы жалобы, выслушав заявителя ФИО1, прихожу к следующему.
Срок обжалования постановления мирового судьи заявителем не пропущен, принимая во внимание, что копия постановления была вручена ему ДД.ММ.ГГГГ, жалоба направлена посредством почтового отправления в суд ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.
Согласно примечанию к данной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и частью 3 статьи 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.
В силу абзаца 1 пункта 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.
Признавая ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, мировой судья обоснованно исходил из того, что при рассмотрении дела был установлен факт управления ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения, данный вывод подтверждается совокупностью исследованных материалов дела: протоколом об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ; составленным в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ; протоколом об отстранении от управления транспортным средством №, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование №; актом медицинского освидетельствование на состояние опьянения, составленного врачом-наркологом ОГБУЗ «ТПКБ» (лицензированного учреждения на осуществление медицинской деятельности, включающей работы и услуги по медицинскому (наркологическому) освидетельствованию), прошедшим подготовку по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения по программе, утвержденной Министерством здравоохранения РФ от 14.07.03 № 308, согласно которому у ФИО1 установлено состояние опьянения, рапортом; и другими материалами дела.
Принимая во внимание наличие в материалах дела как сведений о лицензии медицинского учреждения, так и о прохождении врачом-наркологом соответствующей подготовки, ходатайство об истребовании доказательств наличия лицензии медицинского учреждения подлежит отклонению.
Медицинское освидетельствование на состояние опьянения проведено и акт медицинского освидетельствования составлены в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения РФ от 18 декабря 2015 г. N 933н «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)». При этом указанный порядок не предполагает использования чеков, а также регламентирует случаи, в которых производится отбор биологических образцов.
Из пояснений ФИО1 в судебном заседании не следует, что он находился без сознания или употреблял средства (вещества) или их метаболиты (за исключением алкоголя), вызвавшие опьянение, что необходимо было установить путем проведения химико-токсикологического исследования.
Основанием полагать, что ФИО1 находился в состоянии опьянения, послужили выявленные у него сотрудниками ДПС признаки опьянения – запах алкоголя изо рта, что соответствует п. 2 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 г. N 1882 (далее Правила). Наличие у водителя признаков опьянения было обнаружено должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства, соответствующего вида, что согласуется с требованиями п.10 Правил.
Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Доводы ФИО1 о том, что отсутствие на видеозаписи полной фиксации всех событий с момента движения автомобиля, до момента, когда ФИО1 сел в автомобиль такси, что является основанием для освобождения ФИО1 от административной ответственности, несостоятельны, поскольку запись с видеорегистратора патрульного автомобиля не может являться единственным способом выявления и фиксации события правонарушения, и единственным доказательством по делу об административном правонарушении.
Доводы жалобы о том, что время и место события правонарушения фиксируется видеозаписью, основаны на неверном толковании норм КоАП РФ, принимая во внимание, что время и место административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в соответствии с положениями ст. 28.2 КоАП РФ, фиксируется не видеозаписью, а протоколом об административном правонарушении.
В соответствии с положениями ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ видеозапись применяется для фиксации совершенных процессуальных действий.
Выявление должностными лицами административного правонарушения с помощью визуального наблюдения соответствует п. 59 Приказа МВД России от 23 августа 2017 г. N 664 «Об утверждении Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения», согласно которому надзор за дорожным движением включает визуальное или с использованием технических средств наблюдение за движением транспортных средств и пешеходов (далее Регламент), действовавшего на момент выявления правонарушения.
Порядок ведения видеосъемки, также как и порядок приобщения к делу диска с видеозаписью нормами КоАП РФ не регламентирован.
Согласно абз. 5 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 г. N 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при оценке видеозаписи на предмет ее достоверности и допустимости необходимо учитывать ее непрерывность, полноту (обеспечивающую в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи) и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.
Из содержащихся в материалах настоящего дела об административном правонарушении процессуальных документов усматривается, что при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 понятые отсутствовали, процедура применения указанных мер фиксировалась на видеозапись, которая приложена к материалам дела об административном правонарушении.
В ходе просмотра видеозаписи установлено, что на ней зафиксирован момент движения транспортного средства Лада 217230 с государственным регистрационным знаком № навстречу патрульному автомобилю. Увидев патрульный автомобиль ГИБДД, водитель ФИО1 остановил автомобиль (файл 001), вышел из автомобиля, открыл капот. Должностным лицом под запись оглашено время фиксации управления транспортным средством (18 час. 25 мин.). Затем ФИО1 и его пассажир сели в автомобиль с маркировкой такси, после чего был задержан сотрудниками полиции.
Как следует из пояснений должностного лица ГИБДД, данных в ходе рассмотрения дела мировым судьей, все время с момента остановки автомобиля ФИО1 находился в поле зрения сотрудников ГИБДД, и никаких напитков не употреблял.
Вопреки доводам жалобы старший лейтенант полиции ФИО2 не был допрошен мировым судьей в качестве свидетеля по делу, он был опрошен в качестве должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, а как следует из разъяснений п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», на которые заявитель ссылается в жалобе, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.
Версия ФИО1 об употреблении алкогольных напитков после остановки транспортного средства и до прибытия автомобиля такси ничем не подтверждена.
На видеозаписи отсутствует отметка о дате съемки. Между тем, файлы содержат информацию о дате создания - ДД.ММ.ГГГГ. Самим ФИО1 ни в ходе рассмотрения дела мировым судьей, ни в ходе рассмотрения жалобы не отрицалось, что зафиксированные события имели место по указанному в протоколе адресу и в указанное в протоколе время, ФИО1 пояснил, что на видеозаписи запечатлен он и пассажир его автомобиля.
Просмотром видеозаписи видеорегистратора патрульного автомобиля установлено, что на ней отражены ход произведенных сотрудниками ГИБДД процессуальных действий и обстоятельства, необходимые для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела. На видеозаписи отчетливо просматриваются все этапы совершенных сотрудником ДПС процессуальных действий в связи с применением мер обеспечения производства по делу, в том числе разъяснение прав и обязанностей, момент отстранения от управления транспортным средством, факт отказа от прохождения освидетельствования на состояние опьянения на месте, факт согласия на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
При этом ФИО1 препятствовал должностному лицу в разъяснении ему хода процессуальных действий и его прав.
Содержание видеозаписи обеспечивает визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи. Содержание видеозаписи согласуется со сведениями, содержащимися в составленных по делу процессуальных документах. Из представленной видеозаписи не усматривается выбытие технического прибора из поля зрения видеорегистратора, позволяющее усомниться в соблюдении порядка проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.
Вопреки доводам жалобы Приказ управления министерства внутренних дел Российской Федерации по Тамбовской области (УМВД России по Тамбовской области) от 25 марта 2013 г. N 258 «О применении видеорегистраторов» не содержит императивное требование о непрерывной фиксации всех событий, происходящих в период несения службы.
Согласно п. 13.6 Инструкции при осуществлении административных процедур, как в салоне патрульного автомобиля, так и вне его, сотруднику следует обеспечить максимально возможную фиксацию происходящего камерами видеорегистратора.
При возникновении конфликтной ситуации, а также в исключительных случаях, когда административные действия вынужденно совершались вне сектора обзора камер, сотрудник должен незамедлительно при предоставлении возможности прокомментировать в секторе обзора и зоне аудиовосприятия видеорегистратора обстоятельства случившегося и осуществленные им действия (п.14).
Сведения о том, что ФИО1 задерживался сотрудниками полиции в связи с наличием у него признаков опьянения при управлении транспортным средством в иную дату и при иных обстоятельствах, в ходе рассмотрения дела не представлены.
Доводы о том, что задержание транспортного средства осуществлялось без применения жезла и специальных технических средств, не свидетельствуют о грубом нарушении должностными лицами ГИБДД требований действующего законодательства.
При таких обстоятельствах оснований для признания представленных видеозаписей, зафиксировавших как факт управления транспортным средством, так и порядок проведенных в отношении ФИО1 процессуальных действий, недопустимым доказательством по делу, не усматривается.
Довод о том, что из представленной видеозаписи усматривается отсутствие у ФИО1 признаков опьянения основан на неверном толковании норм действующего законодательства.
Так, признаки опьянения устанавливаются должностными лицами ГИБДД, а не видеорегистратором патрульного автомобиля.
Согласно пункту 1.1. ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.
Основанием полагать, что водитель ФИО1 находился в состоянии опьянения послужили выявленные у него сотрудниками ДПС признаки опьянения – запах алкоголя изо рта, что согласуется с пунктом п. 2 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 г. N 1882.
Предположения должностного лица о наличии признаков опьянения могут основываться как на имеющихся у лица внешних признаках и следах, свидетельствующих об употреблении наркотиков или алкоголя, так и вытекать из поведенческих признаков, характерных для состояния опьянения. Установление наличия либо отсутствия состояния опьянения происходит по результатам проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства либо относится к компетенции врача в ходе проведения медицинского освидетельствования.
Анализируя в совокупности пояснения лиц, участвующих в деле, представленные письменные материалы, суд приходит к выводу, что постановление мирового судьи является законным и обоснованным, а исследованные в судебном заседании доказательства не оставляют сомнений в доказанности совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.
Каких-либо данных, свидетельствующих о предвзятом отношении к ФИО1 со стороны сотрудников полиции, судом не установлено. Данные о наличии у них заинтересованности в искажении обстоятельств дела, отсутствуют.
То обстоятельство, что сотрудники ГИБДД являются должностными лицами и осуществляют формирование доказательственной базы, не может являться поводом к тому, чтобы не доверять их показаниям, которые в соответствии с положениями закона подлежат оценке наравне с другими доказательствами по делу. Не могут быть признаны превышением должностных полномочий действия должностных лиц ГИБДД по выявлению правонарушения и составлению протокола об административном правонарушении, поскольку указанные действия входят в должностные обязанности сотрудников полиции. В деле нет сведений о том, что у них были основания оговаривать ФИО1, последние находились при исполнении своих функциональных обязанностей по охране общественной безопасности.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за I квартал 2007 г. (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 30 мая 2007 г.) вручение судебной повестки о времени и месте судебного заседания может быть произведено и сотрудником ГИБДД. Факт вручения повестки удостоверяется подписью лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, на корешке повестки, который возвращается в суд.
Вопреки доводам жалобы Инструкция по судебному делопроизводству в районном суде (утв. приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 г. N 36) не применяется в деятельности мирового судьи.
Мировым судьей при рассмотрении дела была дана надлежащая оценка доводам ФИО1 относительно того, что он не являлся водителем транспортного средства.
Несогласие заявителя с собранными по делу доказательствами и выводами мирового судьи, изложенными в постановлении, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.
Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ должны быть истолкованы в пользу ФИО1 не усматривается.
Мировым судьей при вынесении постановления полно и всесторонне исследованы все обстоятельства дела, установлена правильная квалификация действий ФИО1, наказание назначено в соответствии с действующим законодательством и с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, в связи с чем оснований для отмены постановления не имеется.
Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,
решил:
Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Тамбовского района Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а его жалобу - без удовлетворения.
Решение вступает в силу с момента оглашения и может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции с соблюдением требований ст. 30.14 КоАП РФ.
Судья А.И. Дюльдина