Председательствующий: Колосова О.В. Дело № 22-2473/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 июля 2023 года г. Омск

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего Бондаренко А.А.

судей Груманцевой Н.М., Калмыкова С.М.

при секретаре Суворове В.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам потерпевших <...> адвоката Садыкова Р.Х. в интересах осужденной ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя Доманиной Е.О. с дополнением к нему на приговор Омского районного суда Омской области от 19 мая 2023 года, которым

ФИО1, <...> г.р., <...>, ранее не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 108 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы.

Установлены ограничения на указанный срок:

- не изменять места жительства и пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденной наказания в виде ограничения свободы;

- не выезжать за пределы территории муниципального образования г. Омск без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденной наказания в виде ограничения свободы.

Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений.

В срок отбытого наказания засчитан срок содержания под стражей с 23 по 25 февраля 2022 года (вкл.) из расчета один день лишения свободы за два дня ограничения свободы.

Взыскано в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшей <...> <...> рублей; в пользу потерпевшего <...>. <...> рублей.

Приговором также разрешены вопросы по вещественным доказательствам и процессуальным издержкам.

Заслушав доклад судьи Груманцевой Н.М., выступления потерпевшей <...>., ее представителя - адвоката Суслина С.И., осужденной ФИО1, её защитника Садыкова Р.Х., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения жалоб друг друга, выступление прокурора Сумляниновой А.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором ФИО1 осуждена за то, что <...> с <...> до <...> часов, находясь в <...> в <...> Омской области совершила убийство <...> при превышении пределов необходимой обороны.

В судебном заседании ФИО1 показала, что <...> скончался от ее действий, но это была самооборона.

В апелляционной жалобе потерпевшие <...>., <...> выражают несогласие с приговором ввиду его незаконности и необоснованности в части назначенного наказания вследствие чрезмерной мягкости, а также в части необоснованной переквалификации действий осужденной на ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Кроме того, оспаривают приговор относительно взысканных сумм морального вреда, полагая их заниженными.

Приводя выдержки из описательно-мотивировочной части приговора, полагают, что установленные судом обстоятельства свидетельствуют о неверной квалификации действий осужденной. Считают, что в указанной ситуации имело место именно умышленное убийство.

Высказываются о необоснованном признании в качестве смягчающих всех обстоятельств, перечисленных в приговоре.

Считают, что при назначении наказания судом не верно принята во внимание категория преступления, как небольшой тяжести вместо особо тяжкого, поскольку действия осужденной, по мнению потерпевших, должны быть квалифицированы по ст. 105 УК РФ.

Полагают, что с учетом неоднократного изменения показаний, подсудимая пыталась ввести суд в заблуждению относительно своей вины по данному преступлению.

Отмечают, что ФИО1 вину в содеянном не признала, прощение не попросила за свое деяние, не раскаялась, а потому назначенное ей наказание не может быть законным, обоснованным и не соответствует тяжести совершенного преступления, личности осужденной.

Просят приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч. 1 ст. 105 УК РФ, взыскать по одному миллиону рублей в пользу каждого из них.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Доманина Е.О. высказывается об отмене приговора ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам по делу, существенного нарушения уголовно-процессуального законодательства, неправильного применения уголовного закона, а также несправедливости назначенного наказания по причине его чрезмерной мягкости.

Ссылается на ст. 297, п. 1 ст. 307 УПК РФ, полагая о неверной оценке судом доказательств, представленных стороной обвинения. В этой связи также приводит ч. 2 ст. 37 УК РФ, п. 9, 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 №19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление».

Приводя мотивы принятого решения об изменении квалификации действий осужденной на ч. 1 ст. 108 УК РФ, изложенные в приговоре, выражает позицию о ненадлежащей оценке собранных по делу доказательств, что, по мнению автора представления, привело к неверной квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 108 УК РФ, а не по ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначению чрезмерно мягкого наказания.

Ссылается на показания свидетелей <...>., <...>., из которых следует, что ФИО1 не кричала о помощи.

Считает, что у ФИО1 не возникло состояния необходимой обороны, при превышении ее пределов она также не находилась, поскольку обнаруженные у нее телесные повреждения не причинили вреда здоровью, что подтверждается заключением эксперта № <...> от <...>, соответственно, не создавали реальную угрозу ее жизни и здоровью.

Отмечает, что в момент нанесения ФИО1 ранения ножом <...>., у последнего оружие в руках отсутствовало, насилие к ФИО1 он не применял, угроз применения насилия не высказывал, конфликт прекратился, в связи с чем у ФИО1 отсутствовала необходимость брать в руки оружие - нож, поскольку ее жизни и здоровью в момент посягательства ничего не угрожало.

Подвергает сомнению версию осужденной о том, что она действовала в состоянии необходимой обороны, полагая, что та опровергается исследованными доказательствами. В этой связи приводит показания <...> который отрицал, что <...> применял <...> в отношении ФИО1 значительную физическую силу, угрожающую ее жизни и здоровью; пояснял, что ФИО1 вела себя агрессивно и бросила в <...> сушилку, что у ФИО1 была возможность уйти от конфликта, дверь в квартиру никто не запирал, насильно <...> ее не удерживал. В опровержение доводов о необходимой обороне так же приводит заключение эксперта от <...> № <...>; заключение эксперта от <...> № <...>.

Отмечает, что характер и локализация повреждений на теле <...>., которые привели к смерти последнего, свидетельствуют о том, что ФИО1 нанесла удар ножом в жизненно важный орган - в область груди <...>

По мнению стороны обвинения, об умысле на убийство указывает также и протяженность раневого канала, свидетельствующая о значительной силе, применяемой при нанесении ранения.

С учетом изложенного, полагает, что у осужденной отсутствовали реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье в момент причинения смерти <...>., у нее была реальная возможность уйти от конфликта, покинуть квартиру, которая не была заперта, позвать на помощь находящегося к квартире <...>., что ей сделано не было.

Считает, что поведение ФИО1 в сложившейся обстановке свидетельствует об умысле на убийство, поскольку ФИО1 не могла не понимать, что в случае нанесения удара ножом в область груди могут наступить тяжкие последствия, в том числе, смерть.

Отмечает, что в связи с неправильной квалификацией действий, осужденной назначено несправедливое чрезмерно мягкое наказание.

Кроме того, высказывается о неверном учете в качестве смягчающего обстоятельства противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, поскольку при квалификации действий подсудимой по ч. 1 ст. 108 УК РФ суд уже исходит из указанного поведения последнего. В связи с чем полагает о его исключении из числа обстоятельств, смягчающих наказание и усилении наказания.

Также указывает, что судом не верно установлено ограничение «не выезжать за пределы территории муниципального образования г. Омск без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы», в то время как из материалов дела, а также вводной части приговора следует что, ФИО1 проживает на территории <...> Омской области. Считает, что данное обстоятельство создало предпосылки к ненадлежащему исполнению ФИО1 назначенного наказания.

С учетом изложенного, высказывается о необходимости отмены ФИО1 указанного ограничения и установления ограничения «не выезжать за пределы территории Омского муниципального района Омской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы».

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель ссылаясь на п.п. 1, 2, 4 ст. 389.16 УПК РФ указывает о противоречивости выводов суда в описательно-мотивировочной части приговора о квалификации действий ФИО1

Отмечает, что в приговоре указано об убеждении суда «ФИО1 в момент посягательства находилась в состоянии самообороны», что по смыслу ст. 37 УК РФ является обстоятельством, исключающим преступность деяния, в то же время описание преступного деяния, признанного судом доказанным, содержит указание на совершение ФИО1 убийства при превышении пределов необходимой обороны.

В апелляционной жалобе адвокат Садыков Р.Х. в интересах осужденной ФИО1 считает, что приговор подлежит отмене, а его подзащитная оправданию.

Высказываясь о правильности установления судом фактических обстоятельств по делу, считает, что им не верно оценена степень опасности посягательства <...> на <...>. Считает, что суд не правильно определил соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, характер угрожавшей опасности, силы и возможности его подзащитной по отражению посягательства. При этом судом верно определено, что потерпевший вел себя агрессивно, весь вечер провоцировал конфликты, находился в состоянии алкогольного опьянения.

Не соглашается с выводами суда об отсутствии необходимости в применении ножа, как средства защиты, поскольку произошел переход данного ножа от потерпевшего к ФИО1, что само по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

Высказывается об игнорировании судом положений ст. 37 УК РФ, а также постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2012 № 19 (в ред. от 31.05.2022) «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», ссылаясь на п. 8, 10 данного постановления.

В этой связи обращает внимание, что после того как осужденная отобрала у потерпевшего нож, тот не прекратил посягательство и насилие, а подошел к ней, схватил за волосы и наклонил вправо вниз по отношению к себе, так что её голова находилась на уровне его живота, лицо было направлено вверх.

Также не соглашается с выводами суда о наличии у ФИО1 возможности обратиться за помощью к брату либо другу семьи <...> По данному обстоятельству отмечает, что брату 14 лет, он являлся подростком и боялся потерпевшего, который высказывал ему угрозы, указанное могло повлечь более тяжкие последствия. Ссылается на показания осужденной о её боязни за жизнь дочери и брата, в связи с чем полагает, что единственным правильным решением было попросить брата уйти.

Суждение суда о возможности позвать на помощь <...> который находился в непосредственной близости от потерпевшего и ФИО1 в момент конфликта, по мнению защиты, является ошибочным и опровергается материалами дела, поскольку последний спал в дальнем конце другого помещения в состоянии сильного алкогольного опьянения, что подтверждается показаниями свидетеля <...>

Обращает внимание, что в протокол не занесены показания его подзащитной применительно к описанию обстоятельств, относящихся к моменту перехода её и <...> на кухню.

Считает необоснованным вывод суда о недоказанности того, что ФИО1 не могла покинуть помещение кухни. Обращает внимание, что на самом деле в момент конфликта ФИО1 находилась в дальнем конце кухни, в центре кухни находился <...> поэтому она была заблокирована последним, и он не выпустил бы её из дальнего конца кухни.

Высказывается о необоснованном отказе суда в приобщении фототаболицы, представленной стороной защиты, из которой видно, что ширина прохода, образовавшегося кухонным гарнитуром с одной стороны и газовой плитой с другой, составляет около 100 см. Данные замеры в протоколе осмотра места происшествия отсутствуют.

По мнению автора жалобы судом также необоснованно отказано в удовлетворении следующих ходатайств:

- об истребовании медицинской документации в отношении <...>., который будучи несовершеннолетним состоял на лечении от алкоголизма;

- об истребовании актов обследования условий жизни несовершеннолетнего <...> (в связи с ранним алкоголизмом) из органов опеки и попечительства департамента образования г. Омска;

- о вызове в суд и допросе по обстоятельствам заболевания <...> и возможных последствий его заболевания его лечащего врача или иного врача-нарколога как специалиста;

- о вызове в суд эксперта для разъяснения проведенной им медико-криминалистической экспертизы;

- о истребовании в ОВД материала предварительной проверки по факту обращения ФИО1 в полицию, в связи с тем, что <...> пьяный с ножом угрожал ей расправой.

Высказывается о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о проведении повторной медико-криминалистической экспертизы, а также необоснованном отводе вопросов защиты по факту угроз <...> ФИО1 расправой с применением ножа 10.05.2020.

С учетом вышеизложенного, считает, что его подзащитная находилась в условиях необходимой обороны своей жизни и здоровья, возможно, жизни и здоровья малолетней дочери и несовершеннолетнего брата. По мнению адвоката, ФИО1 не превысила пределов необходимой обороны, что является обстоятельством, исключающим преступность деяния и основанием для применения ст. 37 УК РФ.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

Государственным обвинителем Доманиной Е.О., адвокатом Садыковым Р.Х. поданы возражения на апелляционную жалобу потерпевших. Государственным обвинителем Доманиной Е.О. поданы возражения на апелляционную жалобу адвоката Садыкова Р.Х., адвокатом Садыковым Р.Х. - на апелляционное представление.

«»»»

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления относительно незаконности осуждения ФИО1 по ч.1 ст. 108 УК РФ судебная коллегия их отвергает, и приходит к следующему.

Так, выводы суда о виновности осужденной в умышленном причинении смерти при превышении пределов необходимой обороны являются правильными.

Эти выводы основаны на исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре доказательствах, которые надлежаще оценены.

Никаких оснований для иной оценки доказательств коллегия не усматривает, судебная коллегия пришла к выводу, что установленные судом обстоятельства, соответствуют действительности.

Приговор в отношении ФИО1 постановлен в соответствии со ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено, юридическая квалификация действий осужденной по ч.1 ст. 108 УК РФ является правильной, а выводы суда основаны на материалах дела.

Суд, вопреки доводам жалобы адвоката осужденной, создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принял предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон.

Заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в установленном законом порядке и по ним приняты обоснованные решения.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

По смыслу данной нормы уголовного закона, разъясненному, в частности, в п. п. 2, 10 - 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, и т.п.).

При защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

Таким образом, действия оборонявшегося могут расцениваться как превышение пределов необходимой обороны лишь в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, то есть от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть, что и имело место по данному делу. Суд верно применил уголовный закон, поскольку соотнес исследованные доказательства друг с другом, дал им подробный анализ, полно изложив свои выводы по этому вопросу в приговоре.

Факт нанесения умышленного удара осужденной <...>. установлен судом, однако, вопреки доводам представления, жалобы потерпевших, он не свидетельствует о наличии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, поскольку удар был нанесен в целях обороны, но при превышении ее необходимых пределов, то есть при явном несоответствии мер защиты характеру и опасности посягательства со стороны <...>

Суд первой инстанции верно установил, что <...>, в период с <...> часов, ФИО1, находясь в <...> в <...> Омской области, в ходе конфликта с <...> поводом для которого послужило противоправное и аморальное поведение последнего, после того, как <...>. взяв в правую руку нож, направился в ее сторону, высказывая при этом угрозы убийством, отобрав у <...> нож, в тот момент, когда он расслабил пальцы от того, что она потянула его правое запястье в сторону и укусила его в запястье, оттолкнув <...> от себя, держа нож в правой руке, в условиях соответствующего реального посягательства со стороны <...> однако не сопряженного с насилием, опасным для жизни виновной, превышая пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего посягательства со стороны потерпевшего, в тот момент, когда <...>. вновь подошел к ней и стал тянуть ее за волосы вниз, действуя с целью обороны, желая пресечь его противоправные действия и защитить себя, видя, что у <...>. в руках нет ножа или другого предмета, способного причинить ей смерть, осознавая, что его действия не сопряжены с насилием, опасным для ее жизни, а также что ее действия могут причинить вред, который при данных обстоятельствах не был необходим для пресечения общественно опасного посягательства, превышая пределы необходимой обороны, действуя умышленно, осознавая, что ее действия явно не соответствуют характеру и степени общественной опасности посягательства на нее со стороны <...> и являются явно чрезмерными, и имеется возможность пресечения посягательства <...>. способом, не лишающим его жизни, предвидя явное несоответствие между вредом, которым угрожал нападавший <...> <...> и лишением его жизни в результате оборонительных действий, между способами и средствами защиты с одной стороны и способами и средствами нападения – с другой, осознавая, что нанесение удара ножом в жизненно-важный орган в результате оборонительных действий может причинить смерть человеку, предвидя возможность наступления смерти <...> не желая, но сознательно допуская ее наступление, нанесла <...>. удар ножом в область груди, в результате чего причинила <...> телесные повреждения в виде проникающего колото-резанного ранения груди, с повреждением левой подмышечной артерии, левого легкого, что сопровождалось обильным внутренним и наружным кровотечением, от чего <...> скончался на месте преступления.

В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему <...> согласно заключению эксперта № <...> от <...> причинены телесные повреждения в виде проникающего колото-резанного ранения груди с повреждением кожи, мягких тканей слева, левой подмышечной артерии, пристеночного листка плевры слева, левого легкого, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в момент причинения и повлекло за собой смерть потерпевшего. Непосредственной причиной смерти <...> наступившей на месте происшествия явилось приникающее колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением левой подмышечной артерии, левого легкого, что сопровождалось обильным внутренним кровотечением и обильным наружным кровотечением.

При этом в приговоре достаточно подробно приведены показания осужденной и свидетелей, протоколы осмотра места происшествия, заключения экспертиз, иные письменные материалы дела, проанализировав которые суд пришел к выводу о том, что общественно опасное посягательство со стороны <...> в момент нанесения ФИО1 удара ножом потерпевшему не было прекращено, поскольку потерпевший после того, как виновная отобрала у него нож и оттолкнула его, вновь подошел к ней, схватил ее сзади за волосы и начал тянуть к полу.

Свои выводы в указанной части суд основал, как на показаниях самой ФИО1, так и заключении эксперта № <...>, которым у осужденной установлены кровоподтеки в затылочной области слева.

Таким образом, судом установлено, что <...> применил в отношении ФИО1 насилие, которое было реальным, при этом посягательство не прекратил и после того, как ФИО1 отобрала у него нож и оттолкнула его от себя, продолжал применение насилия.

О том, что посягательство на осужденную все-таки было, показал суду несовершеннолетний свидетель <...> допрошенный в судебном заседании в присутствии законного представителя и педагога, настаивавший, что <...> взял сестру за волосы и потащил на кухню, требуя банковскую карту. Он пошел за ними. Когда зашел на кухню то увидел, что сестра стояла в конце кухни, <...> - по середине кухни. Затем <...> взял в руки нож, который лежал на столешнице кухонного гарнитура, направил его на сестру и пошел в ее сторону, говоря, что сейчас ее убьет. В этот момент сестра сказала ему выйти из кухни. Он побежал в комнату, стал будить <...>, стал говорить ему, что у <...> в руках нож. Когда <...> проснулся, они побежали на кухню, где увидели, что Артур лежит на полу весь в крови, сестра в этот момент прикладывала полотенце к ране, затем стала звонить в скорую.

Повода не доверять показаниям указанного свидетеля не имеется.

Версия ФИО1 в части того, что имея намерение отбросить нож, она полоснула им <...>, судом справедливо оценена критически, исходя из характера раневого калана у потерпевшего, длина которого составила 9-10 см.

В связи с тем, что в момент нанесения удара ножом потерпевшему у <...>. при применении насилия к ФИО1 отсутствовало какое-либо оружие, что являлось для ФИО1 очевидным, конфликт развивался дома, на глазах у свидетеля – <...>., при присутствии в доме свидетеля <...>., нападение со стороны <...> не было для ФИО1 мгновенным и неожиданным, ему предшествовало развитие конфликтной ситуации, суд справедливо счел, что в применении таких мер защиты со стороны виновной как использование ножа, явно отсутствовала необходимость, ввиду чего его выводы об осуждении ФИО1 представляются верными. В данном случае имело место реальное посягательство со стороны потерпевшего, однако не сопряженное с насилием, опасным для жизни ФИО1, что подтверждается, в том числе, и отсутствием у нее серьезных телесных повреждений.

Доводы защиты о том, что ФИО1, находясь в состоянии необходимой обороны, не превышала ее пределов, в связи с чем ее защита от посягательства <...>. должна быть признана правомерной также судом первой инстанции обсуждались, однако верно отвергнуты как несостоятельные по мотивам, приведенным в приговоре, с которыми судебная коллегия соглашается. Использование ФИО1 в целях защиты от <...> ножа и нанесение им удара в область грудной клетки последнего, указывает на очевидное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда <...> без необходимости умышленно причинена смерть.

Тот факт, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции в приговоре, не совпадает с позицией, указанной как потерпевшими, государственным обвинителем, так и адвокатом осужденной в своих апелляционных жалобах, представлении, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению оспариваемого судебного решения. Оснований, влекущих отмену приговора, оправдания ФИО1, прекращения в отношении нее уголовного дела, не усматривается.

Однако, надлежит исключить из описательно-мотивировочной части суждения суда о том, что в момент нанесения удара ФИО1 находилась в состоянии необходимой обороны, принимая указанное решение коллегия рассматривает его как техническую ошибку, поскольку описание преступления, изложенное в приговоре, выводы суда, к которым суд пришел, опираясь на совокупность исследованных доказательств, свидетельствуют о виновности ФИО1.

Оценивая назначенное судом наказание, коллегия также не нашла его не справедливым. Оно определено в пределах санкции статьи, суд учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденной, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающего наказание обстоятельств.

Суд обоснованно назначил ФИО1 наказание в виде ограничения свободы. Срок назначенного наказание соразмерен содеянному. Положения ст. ст. 6, 60 УК РФ судом соблюдены.

Между тем имеется повод для внесения в приговор изменений на основании п.п. 2,3 ст. 389.15 УПК РФ.

В силу п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, отнесены к числу обстоятельств, смягчающих наказание. Между тем судебная коллегия признает правильным и основанным на материалах уголовного дела довод, как апелляционного представления, так и жалобы потерпевших о необоснованном признании судом обстоятельством, смягчающим наказание, противоправности, аморальности поведения потерпевшего, явившихся поводом к его совершению. Фактически противоправное и аморальное поведение потерпевшего уже учтено при квалификации действий виновной. Ввиду чего надлежит исключить из обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, противоправное и аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления.

Помимо этого, подлежит исключению из числа смягчающих обстоятельств и учет неудовлетворительного состояния здоровья близких родственников осужденной, ввиду того, что документально изложенное не подтверждено, и фактически опровергнуто в суде апелляционной инстанции самой ФИО1.

Вносимые в приговор изменения не влекут усиления назначенного наказания, поскольку оно определено с учетом и иных смягчающих наказание обстоятельств, последние, в свою очередь, установлены верно и в корректировке не нуждаются. Из протокола судебного заседания усматривается, что осужденная сожалеет о случившемся. Позиция виновной по делу справедливо нашла отражение в установленных обстоятельствах, смягчающих наказание.

Также необходимо уточнить резолютивную часть приговора в части назначенного ограничения «не выезжать за пределы территории муниципального образования», добавив указание к г. Омску и указание на Омский муниципальный район Омской области.

Подобная формулировка позволит осужденной, проживающей на территории Омского муниципального района Омской области в <...>, являться в УИИ, расположенную в г. Омске по адресу <...>.

Кроме того, суд первой инстанции оставил без внимания нахождение осужденной по данному дела под домашним арестом, ввиду чего необходимо зачесть время содержания ФИО1 под домашним арестом с <...> по <...> в срок наказания в виде ограничения свободы из расчета 1 день домашнего ареста за 1 день ограничения свободы.

Решения, принятые судом по гражданским искам, представляются судебной коллегии справедливыми. Нарушений требований закона при их разрешении не допущено. Повода для увеличения взысканных сумм не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Омского районного суда Омской области от 19 мая 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, противоправное и аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, неудовлетворительное состояние здоровья её близких родственников.

Исключить из описательно-мотивировочной части суждения суда о том, что в момент нанесения удара ФИО1 находилась в состоянии необходимой обороны.

Уточнить резолютивную часть приговора в части назначенного ограничения «не выезжать за пределы территории муниципального образования» добавив указание к г. Омску – Омского муниципального района Омской области.

Зачесть время содержания ФИО1 под домашним арестом с <...> по <...> в срок наказания из расчета 1 день домашнего ареста за 1 день ограничения свободы.

В остальной части этот же приговор оставить без изменений, апелляционные жалобы, представление – без удовлетворения.

Настоящее определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи