Апелляционное определение по делу № 2-21/2023 от 24.08.2023.

УИД 13RS0025-01-2022-002481-26

Судья Мамаева Е.С. №2-21/2023

Докладчик Пужаев В.А. Дело №33-1446/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Пужаева В.А.,

судей Смелковой Г.Ф. и Солдатова М.О.,

при секретаре Лебедевой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 24 августа 2023 г. в г.Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2, Государственной инспекции труда в Республике Мордовия об установлении факта трудовых отношений, признания незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая и заключения главного государственного инспектора, признании несчастного случая, связанным с производством, компенсации морального вреда вследствие причинения травмы на производстве по апелляционной жалобе ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 21 апреля 2023 г.

Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратился к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2), Государственной инспекции труда в Республике Мордовия об установлении факта трудовых отношений, признания незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая и заключения главного государственного инспектора, признании несчастного случая, связанным с производством, компенсации морального вреда вследствие причинения травмы на производстве.

В обоснование исковых требований указал, что через интернет-сайт им была найдена работа в должности грузчика, позвонив по телефону, указанному в интернете, ему было предложено приехать по адресу: <адрес>

23 ноября 2021 г. он приехал по указанному адресу, где его встретил ФИО3, который представился кладовщиком у ИП ФИО2 В ходе беседы ему предоставили информацию о режиме работы предприятия, трудовых обязанностях грузчика и оплате труда, необходимости прохождения испытательного срока без заключения трудового договора. С данными условиями он согласился и приступил к выполнению обязанностей, в процессе исполнения своих обязанностей он также привлекался к работе по изготовлению оконных откосов из пластиковых сэндвич-панелей на стационарной циркулярной пиле для продольного и поперечного пиления материалов. Трудовой договор с ним не заключался, поскольку ФИО9 пояснил ему, что первый месяц будет испытательным, а в последующем, если все будет хорошо, с ним будет заключен договор. Заработную плату он получил за период с 23 ноября 2021 г. по 30 ноября 2021 г. в размере 8 800 руб., за период с 01 декабря 2021 г. по 14 декабря 2021 г. в сумме 16 000 руб. Данные суммы он получал от ФИО9 в наличной форме.

14 декабря 2021 г. в результате работы на циркулярной пиле ему были повреждены 2,4,5 пальцы правой руки. Он обратился за медицинской помощью, но сказал, что получил травму дома, поскольку ФИО9 и ФИО2 попросили его не говорить, что он получил данную травму на работе, пообещав разрешить все мирным путем. Однако до настоящего времени компенсацию морального вреда, расходы на лечение ему не возместили.

По данному факту он обратился в Государственную инспекцию труда Республики Мордовия. Согласно заключению главного инспектора государственной инспекции труда по Республике Мордовия от 25 февраля 2022г. в ходе расследования обстоятельств несчастного случая, произошедшего 14 декабря 2021г. присутствуют признаки трудовых отношений между пострадавшим ФИО1 и ИП ФИО2 На основании проведенного расследования данный случай подлежит квалификации, как не связанный с производством. В соответствии с актом ИП ФИО2 от 28 февраля 2022 г. в ходе расследования установлено, что трудовую деятельность он осуществлял согласно режиму работы ИП ФИО2, а именно рабочий день ФИО1 начинался с 8 часов 00 минут с перерывом на обед с 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут, как и других работников ИП ФИО2 Непосредственный контроль за выполняемой им работой осуществлял кладовщик ИП ФИО2 - ФИО3 Оборудование, использование которого привело к травме принадлежит ИП ФИО2 При этом заключение о лицах, ответственных за допущение нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая не усмотрено. Кроме того, на основании статьи 229.2 ТК РФ и пункта 23 Положения об особенностях рассмотрения несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, данный несчастный случай подлежит квалификации как не связанный с производством, учету и регистрации в ИП ФИО2 не подлежит. Считает, что в данном случае травма получена им на производстве. Факт того, что между ним и ИП ФИО2 фактически сложились трудовые отношения, подтверждается тем, что он исполнял трудовые функции, приходя ежедневно к 8 часам 00 минут утра на рабочее место, ему выплачивалась заработная плата за отработанное время, а также заключением Государственной инспекции труда Республики Мордовия.

Просил суд с учетом уточнений требований установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 в должности грузчика и по совместительству в должности сборщика стеклопакетов в период с 01 декабря 2021 г.;

признать незаконным и отменить акт о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от 28 февраля 2022 г.;

признать незаконным и отменить заключение главного государственного инспектора Государственной инспекции труда по Республике Мордовия ФИО4 от 25 февраля 2022 г. по несчастному случаю, произошедшему 14 декабря 2021 г.;

признать несчастный случай, произошедший 14 декабря 2021 г., связанным с производством;

взыскать с ИП ФИО2 компенсацию морального вреда вследствие причинения травмы на производстве в размере 400 000 руб.

Определением Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 21 апреля 2023 г. производство по делу по иску ФИО1 к ИП ФИО2, Государственной инспекции труда в Республике Мордовия об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая и заключения главного государственного инспектора, признании несчастного случая, связанным с производством, компенсации морального вреда вследствие причинения травмы на производстве в отношении ИП ФИО5 прекращено, в связи с отказом представителя истца от иска в указанной части.

Определением Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 21 апреля 2023 г. производство по делу по иску ФИО1 к Государственной инспекции труда в Республике Мордовия о признании незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от 28 февраля 2022 г., признании незаконным и отмене заключения главного государственного инспектора Государственной инспекции труда в Республике Мордовия ФИО4 от 25 февраля 2022 г. по несчастному случаю, произошедшему 14 декабря 2021 г., прекращено, в связи с отказом представителя истца от иска в указанной части.

Решением Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 21 апреля 2023 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 в период с 01 декабря 2021 г. по 14 декабря 2021 г. в должности грузчика по совместительству - сборщика-стеклопакетов.

Признан несчастный случай, произошедший с ФИО1 14 декабря 2021 г., связанный с производством.

С ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда вследствие причинения травмы на производстве в размере 250 000 руб.

В остальной части иска отказано.

С ИП ФИО2 в бюджет городского округа Саранск взыскана государственная пошлина в размере 900 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО2 просил отменить решение суда, в удовлетворении исковых требований отказать.

Ссылается на то, что истцом не представлено причин уважительности пропуска срока для обращения в суд.

Ответчиком, вопреки выводам суда, в обоснование своей позиций представлены следующие доказательства: договор аренды помещения от 01 июля 2021 г., согласно которому помещение используется под склад, а не для производства светопрозрачных конструкций, в штатном расписании у ИП ФИО2 отсутствует должность сборщика стеклопакетов, а также должность грузчика.

В материалах дела отсутствует документы, свидетельствующие о трудовых отношениях между истцом и ответчиком. Согласно тексту искового заявления собеседование проводилось с ФИО9, который выдавал заказ-наряды, из аудиозаписи также следует, что истец свяжется со Славой и все документы и сумму передаст через него. При этом ФИО9 не работал у ИП ФИО2 и не мог давать соответствующие указания от работодателя. Допрошенный свидетель ФИО22 пояснил, что он приехал на <адрес> и спросил Славу, данное обстоятельство оставлено судом без внимания. Следовательно, вывод суда о том, что ФИО1 был допущен к работе с ведома и одобрения ИП ФИО2 опровергается материалами дела.

Обращает внимание на противоречивые сведения истца о начале работы у ответчика и надлежащем работодателе, изначально ФИО1 указывал, что работал у ИП ФИО2 с 23 ноября 2021 г.

Компенсацию морального вреда считает завышенной, не соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Указывает на нарушение норм действующего законодательства при проведении экспертизы.

В возражениях на апелляционную жалобу с дополнениями истец ФИО1 и его представитель ФИО6, старший прокурор Октябрьского района г. Саранска Лапшина О.Г. просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жлобу истца – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель ОСФР по Республике Мордовия ФИО7 высказывает сомнения относительно законности и обоснованности решения суда, направив при этом заявление с просьбой расценивать данный отзыв не как самостоятельную апелляционную жалобу, а считать отзывом на апелляционную жалобу.

В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель ФИО6, ответчик ИП ФИО2, представитель ответчика Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, представитель третьего лица ОСФР по Республике Мордовия (просили рассмотреть жалобу в отсутствие представителя), третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 не явились, о дне, времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, при этом о причинах неявки суд не известили, доказательств уважительности этих причин не представили и об отложении разбирательства дела ходатайство не заявляли.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы и поступивших относительно нее возражений, заслушав объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО8, представителя ответчика ИП ФИО2 - адвоката Курочкину О.М, заключение прокурора Немудрякина И.Б., судебная коллегия приходит к нижеследующему.

Из материалов дела усматривается, что с 01 декабря 2021 г. истец ФИО1 на основании приказа (распоряжения) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 24 ноября 2021 № 624-у уволен из ООО «ВКМ-Сталь» по инициативе работника (т.1, л.д.232).

Согласно выписке из ЕГРИП с 13 апреля 2018 г. ответчик ФИО2 зарегистрирован в Управлении Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия в качестве индивидуального предпринимателя. Основным видом деятельности является: торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах, к дополнительным видам деятельности в частности относятся: производство строительно-монтажных работ; работы столярное и плотничные; установка дверей, окон, дверных и оконных рам из дерева или прочих материалов; производство стекольных работ; работы по сборке и монтаж сборных конструкций; деятельность по складированию и хранения (т.1, л.д.24-26).

01 января 2022 г. между АО «Агрокомплект» и ИП ФИО2 заключен договор аренды нежилого помещения, находящегося по адресу: <адрес> склад площадью 1300 кв.м. (т.1, л.д.117-118).

Из карты вызова скорой медицинской помощи от 14 декабря 2021 г. усматривается, что 14 декабря 2021 г. в 14 час 45 мин. ФИО1 по адресу: <адрес> была вызвана бригада скорой медицинской помощи, поводом к вызову указан: <данные изъяты> (т.1, л.д.108).

Согласно заключению от 14 декабря 2021 г. №11003, выданному Отделением травматологии и ортопедии ГБУЗ РМ «РКБ №4», у ФИО1 диагностирован <данные изъяты>

Со слов больного травма бытовая, 14 декабря 2021 г. работал дома с циркулярной пилой и повредил правую кисть. Самостоятельно обратился в приемное отделение РКБ №4 (т.1, л.д.30).

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы по материалам дела от 21 марта 2023 г. №024, полученной травмой ФИО1 причинен средний вред здоровью по признаку его расстройства продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня) (т.2, л.д. 191-193).

Из акта о расследовании группового несчастного случая, произошедшего 14 декабря 2021 г. в 14 час. 40 мин. у ИП ФИО2, следует, что оборудование, использование которого привело к травме ФИО1 (стационарная циркулярная пила для продольного и поперечного пиления материалов, кустарного производства), принадлежит ИП ФИО2 На основании статьи 229.2 ТК РФ и пункта 23 Положения об особенностях рассмотрения несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организация данных несчастный случай подлежит квалификации как не связанный с производством, учету и регистрации в ИП ФИО2 не подлежит (т.1, л.д.6-8).

14 декабря 2021 г. в ходе проведения расследования несчастного случая главным государственным инспектором труда ГИТ в РМ ФИО4 произведен опрос очевидцев несчастного случая, должностных лиц.

Из протокола опроса ФИО2 следует, что 14 декабря 2021 г. он находился в другом регионе, в это время ему на сотовый телефон позвонил кладовщик ФИО3 и сообщил, что с человеком, который пришел трудоустраиваться на работу, произошел несчастный случай. Циркулярные пилы, гибочный станок, маятниковые пилы, находящиеся на арендуемом им складе по адресу: <адрес> принадлежат ему. На данном оборудовании работал кладовщик ФИО3. Руководство и контроль за работниками на территории склада в его отсутствие осуществлял ФИО3 (т.1, л.д.85-86).

Из протокола опроса ФИО5 следует, что о произошедшем несчастном случае 14 декабря 2021 г. он узнал от ФИО2 Оборудование - циркулярные пилы, гибочный станок, маятниковые пилы, находящиеся на арендуемом им складе по адресу: <адрес> принадлежат ФИО2 В торговой деятельности, которой он занимается, указанные инструменты не применяются (т. 1 л.д.87-88).

Из протокола опроса ФИО3 следует, что с августа 2020 г. по 04 февраля 2022 г. он работал у ИП ФИО2 В его подчинении находились грузчики ИП «ФИО5», в том числе и ФИО1, который находился на испытательном сроке. ФИО1 начал работать с середины ноября 2021 г. Будников занимался погрузочно-разгрузочными работами, а также иногда и привлекался к работе по изготовлению откосов из сэндвич – панелей на циркулярной пиле. ФИО1, как и всем работникам выдавались средства индивидуальной защиты, в т.ч. утепленная куртка, штаны утепленные и перчатки х/б. (т. 1, л.д.95-96).

Из протокола опроса ФИО9 от 09 февраля 2022 г. следует, что ФИО9 трудоустроен в качестве менеджера у ИП ФИО5 По просьбе работодателя он размещал на сайте Авито в разделе «трудоустройство» объявления. Ему звонили соискатели, которым он объяснял, где находится организация и к кому нужно обращаться по поводу трудоустройства (т.1, л.д.93-94).

Из протокола опроса ФИО10 от 07 февраля 2022 г. следует, что ФИО10 трудоустроен в качестве кладовщика у ИП ФИО5 Работу он нашел по объявлению в интернете. В декабре 2021 года, точную дату он не помнит, на территории базы, на улице он увидел гражданина, у которого кисть была в крови. Он взял аптечку и перебинтовал травмированному руку, по мобильному телефону вызвал скорую медицинскую помощь. Ранее он этого гражданина видел на территории склада (т.1, л.д.91-92).

Заключением государственного инспектора труда от 25 февраля 2022 г. установлено, что на основании договора аренды между АО «Агрокомплект» и ИП ФИО2 арендовано помещение по адресу: <адрес> складское помещение площадью 1300 кв.м. Складское помещение используется арендатором для хранения оконных блоков и изготовления для них комплектующих. Изготовление комплектующих производится с помощью стационарной циркулярной пилы для продольного и поперечного пиления материалов, электролобзика, маятниковых циркулярных пил и гибочного станка. В производственной деятельности ИП ФИО2 участвуют грузчики, привлекаемые к работе на вышеперечисленное оборудование.

23 ноября 2021 г. ФИО1 прибыл по адресу: <адрес> с целью трудоустройства в ИП ФИО2 По указанному адресу ФИО1 встретился с кладовщиком ИП ФИО2 и ФИО3 В ходе беседы ФИО1 получил информацию о режиме работы предприятия, трудовых обязанностях грузчика и оплаты труда и необходимости прохождения испытательного срока без заключения трудового договора. ФИО1 согласился с предложенными условиями работы и приступил к работе. В процессе выполнения работы грузчика ФИО1 привлекался к работе по изготовлению оконных откосов из пластиковых сэндвич – панелей на стационарной циркулярной пиле для продольного и поперечного пиления материалов.

14 декабря 2021 г. ФИО1 пришел на работу к 08.00 и приступил к разгрузке грузового автомобиля с оконными блоками. После разгрузки автомобиля ФИО1 подошел к циркулярной пиле, произвел разметку сэндвич – панели и, включив станок, стал изготавливать оконные откосы. В процессе распиловки правая рука ФИО1 оказалась в непосредственной близости вращающего пильного диска. Коснувшись рукой пильного диска, ФИО1 получил травму пальцев кисти правой руки. Остановив станок, пострадавший позвал на помощь работников предприятия. Подбежавшие работники перебинтовали руку пострадавшего и вызвали машину скорой помощи. Через некоторое время прибывшие медицинские работники вызвали машину скорой помощи, оказали помощь ФИО1 и увезли его в ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница №4».

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница №4» от 04 февраля 2022 г. №186, диагноз и код <данные изъяты>: <данные изъяты>

В ходе расследования несчастного случая было установлено:

Трудовую деятельность ФИО1 осуществлял согласно режиму работы ИП ФИО2, а именно рабочий день ФИО1 начинал с 08 час. 00 мин., с перерывом на обед с 12 час. 00 мин до 13 час. 00 мин, как у других работников ИП «ФИО2».

Непосредственный контроль за выполняемой работой ФИО1 осуществлял кладовщик ИП ФИО2 - ФИО3

Оборудование, использование которого привело к травме ФИО1 (стационарная циркулярная пила для продольного и поперечного пиления материалов, кустарного производства) принадлежит ИП ФИО2 (т.1, л.д.27-29).

Согласно сообщению заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Республике Мордовия от 25 февраля 2022 г. №556, направленного в адрес истца, Государственной инспекцией труда в Республике Мордовия проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО1 14 декабря 2021 г. у ИП ФИО2 По результатам расследования составлено заключение государственного инспектора труда от 25 февраля 2022 г., в соответствии с которым данный несчастный случай квалифицирован, как не связанный с производством и не подлежит учету и регистрации у ИП ФИО2

В результате расследования несчастного случая, произошедшего с ФИО1, усматриваются признаки трудовых отношений. Рекомендовано обратиться в суд за признанием отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 трудовыми (т.1, л.д.16).

Из записей журнала инструктажа на рабочем месте ИП ФИО2 (дата начала ведения 01 января 2021 г.) следует, что ФИО2 проводил инструктаж своим работникам, в числе которых значится кладовщик ФИО3, которому со слов истца он подчинялся (т. 1, л.д.104-107). В табеле учета рабочего времени также значится кладовщик ФИО3 (т.1, л.д.112, 113),

Согласно выписке из ЕГРИП с 04 апреля 2012 г. ФИО5 зарегистрирован в Управлении Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия в качестве индивидуального предпринимателя (т. 2, л.д.16).

Приказом от 07 февраля 2022 г. ФИО9 принят на работу на должность менеджера к ИП ФИО5 (т.2, л.д.28). На основании приказа от 27 октября 2022 г. трудовой договор между ФИО9 и ИП ФИО5 расторгнут по инициативе работника (т.2, л.д. 27).

Штатным расписанием ИП ФИО5 на период с 1 января 2022 г. по декабрь 2022 г. предусмотрены следующие должности: менеджер (2 штатных единицы), бухгалтер (0,5 штатных единицы), кладовщик (0,5 штатных единицы), логист (0,5 штатных единицы), водитель (2 штатных единицы), комплектовщик (1 штатная единица), грузчик (1 штатная единица) (т.2, л.д.29-30).

14 июня 2022 г. ФИО1 обратился к ИП ФИО2 с претензией о выплате ему компенсации морального вреда в размере 400 000 руб. и признании факта трудовых отношений между ними, которая оставлена ответчиком без удовлетворения (т. 1, л.д.19).

В подтверждение своих доводов о трудоустройстве у ИП ФИО2 и получении травмы истец ФИО1 сослался на аудиозапись разговора, произведенную им на телефон, где он обратился к работодателю за компенсацией его физических и моральных страданий.

Из содержания разговора на представленной аудиозаписи усматривается, что ФИО1 после получения травмы обратился к лицу, представившемуся Максимом, с которым находился в трудовых отношения, сторонами обсуждались вопросы получения и оформления травмы, заработной платы, возмещения на реабилитацию.

Ответчик ИП ФИО2 отрицал свою причастность к разговору с ФИО1

Определением Октябрьского районного суда г.Саранска от 22 ноября 2022 г. по ходатайству представителя истца ФИО8 по делу была назначена судебная фоноскопическая экспертиза.

Из заключения эксперта №№ 2155/3-2, 2156/3-2, 2157/3-2 от 31 января 2023 г. следует, что дословное содержание разговора, относится к факту получения ФИО1 травмы и его просьбы к работодателю об оказании финансовой помощи. Из содержания разговора следует, что были озвучены такие имена как Максим, Виталя, Слава.

Из синтезирующей части исследования следует, что выявленные в результате аудитивной, лингвистической и инструментальной частей идентификационного исследования признаки составляют устойчивый комплекс достаточный для установления индивидуально-конкретного тождества между голосом и звучащей речью диктора «М3» с ИФ и голосом звучащей речи ФИО2.

Ответчик ФИО2, считая, что указанное экспертное исследование не отвечает принципам объективности, всесторонности и полноты исследования, заявил ходатайство о назначении повторной экспертизы, в удовлетворении которого судом первой инстанции отказано.

Указанные обстоятельства установлены судом, подтверждаются материалами дела и, соответственно, сомнений в их достоверности не вызывают.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца в части установления факта трудовых отношений с ИП ФИО2 и признании несчастного случая, связанным с производством, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, в том числе показания свидетелей, руководствуясь положениями статей 15, 16, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», от 29 мая 2018 г. №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», исходил из того, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается наличие обязательных признаков, характеризующих возникновение трудовых отношений между сторонами. При этом отсутствие надлежащим образом оформленных трудовых отношений не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми.

С учетом непредоставления ответчиком доказательств относительно того, что между сторонами имели место иные правоотношения, либо правоотношения с иной организацией судом удовлетворены требования о признании несчастного случая, связанным с производством.

Установив факт нарушения ответчиком трудовых прав истца, суд первой инстанции, признав заявленную истцом сумму компенсации в размере 400 000 руб. чрезмерно завышенной, частично удовлетворил требования, взыскав 250 000 руб., при этом суд исходил из конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, соразмерности объему и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий, характер и степень вины ответчика.

Выводы суда являются правильными, соответствуют установленным по делу обстоятельствам и связаны с правильным применением норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Указанная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. №597-О-О).

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме Не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, при этом трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Характерным признаками трудовых отношений являются: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО1 и ИП ФИО2 о личном выполнении ФИО1 работы в качестве грузчика и сборщика стеклопакетов; был ли ФИО1 допущен к выполнению названной работы; выполнял ли ФИО1 эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли ФИО1 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка или графику работы; было ли достигнуто между ФИО1 и ИП ФИО2 соглашение о размере заработной платы, порядке и сроках ее выплаты; выплачивалась ли ФИО1 заработная плата и за какой период.

При этом доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Судом первой инстанции указанные обстоятельства, касающиеся характера возникших между истцом и ИП ФИО2 отношений, установлены, в связи с чем сложившиеся отношения правомерно признаны трудовыми.

Таким образом, установив, что травма 14 декабря 2021 г. получена истцом на территории работодателя и его оборудовании, указанный день для истца являлся рабочим, принимая также во внимание отсутствие обстоятельств, дающих безусловное основание для признания несчастных случаев, не связанными с производством (часть 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности факта получения травмы истцом 14 декабря 2021 г. на производстве, а, следовательно, об обоснованности заявленных истцом требований о признании произошедшего в указанную дату несчастного случая связанного с производством, удовлетворив иск в указанной части.

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока обращения в суд с указанными требованиями судебной коллегией отклоняются, поскольку, как правильно указал суд первой инстанции, на требования о возмещении вреда исковая давность не распространяется. При этом то обстоятельство, что истцом, в том числе, заявлены требования об установлении факта трудовых отношений, признании несчастного случая, связанным с производством, не является основанием для применения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истец просит признать факт трудовых отношений, в связи с отказом работодателя признать произошедший с истцом несчастный случай связанным с производством, установить данный факт иным способом истец не имеет возможности.

Ссылка апеллянта на недоказанность работы истца именно у ИП ФИО2 опровергается материалами дела. Так, из протокола опроса самого ФИО2 от 14 декабря 2021 г. в ходе проведения расследования несчастного случая следует, что его сотрудник - кладовщик ФИО3 сообщил о произошедшем несчастном случае с человеком, который пришел трудоустраиваться на работу. Сам ФИО3 также подтвердил, что в его подчинении находились ФИО1, у которого был испытательный срок, а также ИП ФИО5, у которого согласно приказу от 07 февраля 2022 г. менеджером работал ФИО9 (т.2, л.д.28), что может свидетельствовать о совместном осуществлении деятельности в арендованного помещении ИП ФИО2 и ИП ФИО5, который работал под руководством ИП ФИО2

Отсутствие трудового договора, соответствующих приказов, табеля учета рабочего времени в отношении ФИО1, вопреки доводам ответчика, с учетом имеющихся в деле доказательств и вышеприведенных норм трудового законодательства, скорее свидетельствует о ненадлежащем исполнении работодателем своих обязанностей по отношению к экономически слабой стороне – работнику, чем об отсутствии трудовых отношений между сторонами.

Наличие договора аренды, согласно которому помещение используется под склад, а не для производства светопрозрачных конструкций, правильных выводов суда не опровергает, поскольку сторонами не оспаривается принадлежность ответчику циркулярной пилы, на которой работал ФИО3, согласно его пояснениям, данным государственному инспектору. Кроме того, отсутствие в штатном расписании должности «сборщика стеклопакетов» не препятствовало сотруднику ИП ФИО2, трудоустроенного в качестве кладовщика изготавливать откосы из сэндвич – панелей. Осуществление посредством циркулярной пилы работ по изготовлению откосов не оспаривалось в суде апелляционной инстанции представителем ответчика, утверждавшим, однако, что такую работу именно ФИО1 никто не поручал. Наличие свободного доступа к циркулярной пиле, как и отсутствие доказательств того, что истец осуществляя распил откоса действовал не в интересах работодателя, принимая во внимание характер деятельности индивидуального предпринимателя, ответчиком не представлено и, соответственно, должно трактоваться в пользу экономически более слабой стороны, а именно работника.

Доказательств наличие трудовых отношений с ИП ФИО5 сторона ответчика не представила, при этому осуществление предпринимательской деятельности в одном арендуемом ИП ФИО2 ангаре объясняет оказание первой медицинской помощи сотрудником ИП ФИО5 – ФИО9, при этом, как указывалось выше, не исключает осуществление такой деятельности совместно. Наличие в штатном расписании ИП ФИО5 должности грузчика не опровергает вывода суда первой инстанции о том, что истец был трудоустроен именно у ответчика.

Доводы жалобы относительно противоречивых сведения истца о начале работы у ответчика (с 23 ноября 2021 г.) также отклоняются судебной коллегией ввиду их необоснованности, поскольку истец просит установить факт трудовых с 01 декабря 2021 г. по 14 декабря 2021 г. Кроме того, согласно предоставленному ООО «ВКМ-Сталь» табелю учета рабочего времени ФИО1 в ноябре в данной организации не работал (т.1, л.д.230), в связи с чем указание ответчика о том, что истец уволен с 01 декабря 2021 г. опровергается материалами дела, соответствующая дата на приказе об увольнении – «ув.01.12.2021» однозначно не свидетельствует о том, что в предшествующее увольнению дни сотрудник осуществлял трудовую деятельность.

Каких-либо объективных и обоснованных доказательств, опровергающих правильность выводов, содержащихся в экспертном заключении стороной ответчика не представлено, поэтому доводы о том, что судебная экспертиза проведена с нарушением требований Федерального закона от 31 мая 2001 г. №73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», судом апелляционной инстанции отклоняются, само по себе несогласие ответчика с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения дополнительной или повторной экспертизы в порядке статьи 87 ГПК РФ. Допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции эксперты на вопросы ответчика пояснили, что в результате проведенного исследования сделан категоричный вывод о принадлежности голоса ответчику, а неполная сопоставимость голосов связана с видом предоставленного речевого материала (звучащей речи и чтения заранее подготовленного текста). Отсутствие полного исследования в отношении все участников разговора, в частности дикторов М2 и М4 обусловлено тем, что установлено полное совпадение диктора МЗ с ФИО2, в связи с чем эксперт не проводил дополнительного исследования в отношении указанных дикторов.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из характера и тяжести вреда, причиненного здоровью истца, степени тяжести перенесенных им физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, степени вины ответчика, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что соответствующей степени перенесенных истцом нравственных и физических страданий будет являться сумма в размере 250 000 руб.

Несогласие ответчика с суммой компенсации морального вреда не является основанием для изменения решения суда первой инстанции, поскольку при определении сумм компенсации суд первой инстанции дал надлежащую оценку обстоятельствам, влияющим на ее размер, оснований для несогласия с которой у судебной коллегии не имеется. Произведенное судом уменьшение суммы взыскиваемой компенсации по сравнению с заявленными исковыми требованиями, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела и доводов жалобы ответчика, не позволяет прийти к выводу как о завышенном размере взысканной судом компенсации, так и о заниженном.

В целом доводы апелляционной жалобы ответчика о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела и отсутствии доказательств, свидетельствующих о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений, являлись предметом подробного исследования и оценки суда первой инстанции, и сводятся к несогласию с произведенной оценкой обстоятельств дела, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, тогда как оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств судебной коллегией не усматривается.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы отменено быть не может.

Нарушения судом норм процессуального права, являющегося в соответствии положениями части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов апелляционной жалобы, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 21 апреля 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

В.А. Пужаев

Судьи

Г.Ф. Смелкова

М.О. Солдатов

Мотивированное апелляционное определение составлено 28 августа 2023 г.

Судья Верховного Суда

Республики Мордовия В.А. Пужаев