Решение по делу № 2-2039/2025 от 28.05.2025

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2025 года г. Владивосток

Ленинский районный суд г. Владивостока Приморского края в составе:

Председательствующего судьи Корсаковой А.А.

при ведении протокола помощником судьи Абашевой А.С.

с участием помощника прокурора Ленинского района г. Владивостока Данилиной О.Л.

представителя истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с названным исковым заявлением. В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ отделом дознания Владивостокского ЛУ МВД России на транспорте возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (Далее - УК РФ).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 уведомлен о подозрении в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем следственного отдела Владивостокского ЛУ МВД России на транспорте капитаном юстиции ФИО4 вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 №, по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Далее - УПК РФ), в связи с непричастностью к совершению преступления, признано право на реабилитацию.

Истец просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела по существу представитель истца ФИО1 на доводах искового заявления настаивал в полном объеме, просил удовлетворить. Дополнительно суду пояснил, что в отношении ФИО3 мера пресечения не избиралась, вместе с тем его доверитель испытывал тяжелые эмоциональные страдания, выражавшиеся в страхе за свою дальнейшую жизнь, стыд перед работодателем и сотрудниками, испытывал дискомфорт и душевную боль, испытывал негативные эмоции, осознавая, что может быть лишен свободы. К врачам и психологам с целью оказания медицинской помощи в силу тяжело стресса и сильного эмоционального истощения не обращался.

Представитель ответчика ФИО2 суду пояснила, что за истцом. признано право на реабилитацию, вместе с тем, указала, что на завышенный размер исковых требований. Приобщила к материалам дела письменные возражения.

Помощник прокурора Ленинского района г. Владивостока Данилина О.Л. в заключении указала, что в силу незаконного уголовного преследования, истцу нанесен моральный вред, который подлежит денежной компенсации с учетом разумности и соразмерности, в виду чего заявленный размер компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. подлежит снижению до разумных пределов.

ФИО3 для участия в судебном заседании не прибыл, о времени, дате и месте извещался надлежащим образом, о причинах неявки не уведомил, заявлений или ходатайств в адрес суда не направлял.

С учетом мнения участвующих в рассмотрении лиц, помощника прокурора, в силу положений статей 113-11, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Далее – ГПК РФ) суд пришел к выводу о возможности рассмотреть дело в отсутствие истца с участием его представителя на основании доверенности.

Суд, выслушав мнения участников процесса, заключение помощника прокурора, полагавшего, что размер компенсации морального вреда является завышенным, с учетом принципа разумности и справедливости просил снизить сумму компенсации, изучив материалы дела, полагает, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В уголовном судопроизводстве право граждан на реабилитацию и порядок его реализации закреплены в нормах главы 18 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (Далее - УПК РФ).

В силу положений статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 1099 ГК РФ).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде (статья 1100 ГК РФ).

В силу положений пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 УПК РФ (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ; отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части 1 статьи 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части 1 статьи 448 УПК РФ) или пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 УПК РФ (например, непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела).

С учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации (пункт 13 Постановления Пленума ВС РФ № 17).

Из разъяснений, данных в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 следует, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В силу положений абзаца 2 статьи 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно положениям статьи 136 УПК РФ иск о компенсации морального вреда в денежном выражении предъявляется в порядке гражданского судопроизводства.

Материалами дела подтверждены в полном объеме обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование своих требований.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что ДД.ММ.ГГГГ отделом дознания Владивостокского ЛУ МВД России на транспорте возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 уведомлен о подозрении в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 УК РФ.

Из постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от ДД.ММ.ГГГГ следует, что согласно статьи 15 УК РФ преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ не превышает трех лет лишения свободы.

Санкция части 1 статьи 112 УК РФ предусматривает максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, следовательно, данное преступление признается небольшой тяжести.

По существу пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Так как преступление в отношении ФИО5 совершенно ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, срок давности со дня совершения преступления истек, то есть с момента совершения преступления прошло более двух лет.

ДД.ММ.ГГГГ в ходе разъяснения положений статьи 24, статьи 27 УПК РФ подозреваемому ФИО3, последний пояснил, что с прекращением уголовного дела на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности не согласен, возражает против прекращения уголовного преследования по данному основанию.

В соответствии с частью 2.2. статьи 27 УПК РФ если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в пункте 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном УПК РФ, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 УПК РФ, по истечению двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести.

Признание права на реабилитацию является основанием для удовлетворения иска.

В обоснование размера заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. истец указывает, на сильное эмоциональное потрясение, необходимость постоянной явки на следственные и процессуальные действия на стадии предварительного расследования, систематические отлучки от рабочего процесса; чувство страха, отчаяния, потерянности, стыда и своей ущербности, физическую и душевную боль.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию за счет казны Российской Федерации в пользу истца, суд учитывает, что сам факт привлечения ФИО3 в качестве подозреваемого в совершении преступления действительно нарушает личные неимущественные права истца, принадлежащие ему от рождения, достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, судом принимается во внимание, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан. В связи с тем, что компенсация морального вреда в данном случае подлежит взысканию за счет средств казны Российской Федерации, которая формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, суд исходит не только из принципа максимального возмещения причиненного морального вреда реабилитированному лицу, но и не допущения неосновательного обогащения потерпевшего.

В ходе рассмотрения дела по существу установлено, что ФИО3 при указании в обоснование своих исковых требований на значительные душевные и эмоциональные переживания, к врачам за оказанием медицинской помощи, в том числе, к психологу с целью получения квалифицированной помощи специалиста не обращался. Указанное обстоятельство также не оспаривалось представителем истца в ходе судебного заседания.

Какие-либо недомогания, обусловленные сильным эмоциональным напряжением, не испытывал, о чем также свидетельствует отсутствие медицинских документов и необходимых сведений о принятия лекарств с целью снижения сильного эмоционального потрясения от происходящего.

Более того, судом дана оценка и тому обстоятельству, что в силу положений действующего уголовно-процессуального законодательства фактическим основанием для прекращения уголовного преследования послужили основания пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, а именно, истечение сроков давности, что также в полном объеме не может говорить о безосновательности проведения в отношении ФИО3 процессуальных действий.

Также принято во внимание и то обстоятельство, что за весь указанный истцом период уголовного преследования, в отношении ФИО3 не принимались меры, создающие ограничения для его привычного образа жизни, поскольку не были избраны меры пресечения, способствующие ущемлению прав ФИО3 на свободу передвижения или осуществление какой-либо деятельности.

При таких обстоятельствах, суд полагает разумной и справедливой сумму компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., которая соответствует фактическим обстоятельствам настоящего гражданского дела, отвечает требованиям добросовестности и объему перенесенных истцом страданий. Данная сумма обеспечит баланс частных и публичных интересов.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО3 – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Ленинский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Корсакова

Мотивированное решение изготовлено 28 мая 2025 года.