УИД 16RS0047-01-2023-000199-53

дело № 2-722/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 мая 2025 г. г. Казань

Кировский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Хадыевой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Загидуллиной Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, возложении обязанности заключения трудового договора, издании приказов о приеме на работу и об увольнении, внесении записей о трудовой деятельности в трудовую книжку и в электронную трудовую книжку, отчислении обязательных платежей, страховых взносов, подаче сведений о страховом стаже, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, отпускных выплат, возложении обязанности уплаты налога НДФЛ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ИП ФИО2 о признании отношений трудовыми, возложении обязанности заключения трудового договора, издании приказов о приеме на работу и об увольнении, внесении записей о трудовой деятельности в трудовую книжку и в электронную трудовую книжку, отчислении обязательных платежей, страховых взносов, подаче сведений о страховом стаже, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, отпускных выплат, возложении обязанности уплаты налога НДФЛ.

В обоснование требований указала, что 1 июля 2017 г. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, по условиям которого истец нанята бухгалтером в ИП ФИО2 по адресу: <адрес> с оплатой МРОТ рублей в месяц. Истец полагает, что указанный договор является трудовым и регулирует трудовые отношения по следующим основаниям: 1 июля 2017 г. истец по поручению ответчика фактически приступила к выполнению трудовой функции бухгалтера по адресу: <адрес> и Сенной рынок, расположенный по адресу: <адрес> что подтверждается многократными показаниями ФИО2, а также показаниями свидетелей ФИО15 неоднократной перепиской в сообщениях, а также мессенджерах «Whatsup» и «Телеграмм».

За выполнение трудовой функции и работы ответчик обязана была выплачивать заработную плату в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации в размере не менее 1 МРОТ рублей в месяц, и со слов ответчика 15000 рублей.

Несмотря на то, что истец продолжала выполнять указанные и порученные работы ответчиком, что подтверждается показаниями Ш.О.ПБ. и вышеупомянутых свидетелей, трудовой договор между сторонами фактически не заключен по настоящее время. По состоянию на 13ноября 2024 г. задолженность ответчика перед истцом за выполненную работу составила 582074 рубля 60 копеек.

Требования истца о заключении трудового договора с 1 июля 2017 г. в должности бухгалтера, выплате заработной платы и отпускных ответчик добровольно не удовлетворил.

Истец заявлено ходатайство о восстановлении срока для подачи искового заявления со ссылкой на то, что в июле 2024 г. в ходе ознакомления с материалами уголовного дела № 12101940001024592 ФИО1 узнала об имеющемся нарушенном праве в рамках трудовых взаимоотношений между истцом и ответчиком. В августе 2021 г. истец переехала на постоянное место жительства вместе в детьми в г. Казань, из прочих источников о нарушенном праве узнать не могла. В период с 2021 г. по 2023 г. истец, систематически по состоянию своего здоровья и здоровья несовершеннолетних детей (164 дня) находилась на больничном. За период с июля по август 2024 г. не менее 10 раз истец была вынуждена выезжать из г. Казани для участия в судебном процессе по уголовному делу, что заняла с учетом дороги 20 дней. В период с 8 октября 2024 г. по 17 октября 2024 г. истец находилась в СИЗО-1.Также в октябре 2024 г. истец находилась 6 дней в командировках. Учитывая непростые жизненные обстоятельства, объем материалов дела, который необходимо было изучить, сформировать, обосновать правовую позицию, собрать доказательства и подготовить исковое заявление с доказательствами, истцу требовалось дополнительное время.

На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований, истец просит признать отношения между истцом и ответчиком трудовыми по совместительству, возложить на ответчика обязанность заключить с истцом трудовой договор для работы в должности бухгалтера по совместительству с окладом не менее 1 МРОТ (с ежемесячной индексацией) рублей с 1 июля 2017 г. по 1 августа 2021 г. с расторжением договора с 1 августа 2021 г. по пункту 1 части 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за фактическое отработанное время в размере 582074 рублей 60 рублей, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 613069 рублей 69 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 53665 рублей, сумму обязательных отпускных выплат в размере 37787 рублей 10 копеек, возложить на ответчика обязанность подать данную в ЕФС РФ по Удмуртской Республике о страховом стаже истца по совместительству, заработной плате (ФОТ) за период с 1 июля 2017 г. по 30 апреля 2021 г., начислить и оплатить страховые взносы в размере 174622 рублей 38 копеек, обязать ответчика уплатить в бюджет НДФЛ исчисленный и удержанный из заработной платы истца в размере 75670 рублей, выдать трудовой договор и приказы о приеме на работу, увольнении, внести записи в электронную трудовую книжку.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала, дополнительно в ходе рассмотрения дела пояснила, что наличие основного места работы не препятствует исполнять трудовые функции по совместительству, тем более в должности бухгалтера, где не требуется постоянное присутствие на рабочем месте, истец на протяжении многих лет совмещала 2-3 места работы. Истец свои трудовые обязанности не обязана была осуществлять на торговой точке ИП ФИО2, при этом истец постоянно приезжала к ФИО2 на торговую точку по адресу: <адрес>, привозила и забирала бухгалтерские документы, накладные, подписывала и отдавала УПД ФИО2, акты сверки, договоры и т.д., выполняла работу по поручению ответчика и под ее контролем. За оказанные ответчику бухгалтерские услуги истец якобы получала оплату, что не подтверждено доказательствами со стороны ответчика. Также дополнила, что не могла ранее подать исковое заявление, в том числе, в связи с тем, что ее телефон, на котором находилась переписка с ФИО2, был изъят в рамках уголовного дела.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала, просила применить срок давности к заявленным требованиям, указывая, что уважительных причин пропуска срока суду не представлено. Представила письменные возражения относительно заявленных требований.

Заслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

В соответствии со статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 2 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора (часть 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно доводам истца,1 июля 2017 г. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, по условиям которого истец нанята бухгалтером в ИП ФИО2 по адресу: <адрес> с оплатой МРОТ рублей в месяц. С 1 июля 2017 г. истец по поручению ответчика фактически приступила к выполнению трудовой функции бухгалтера, трудовой договор между сторонами фактически не заключен по настоящее время. Истец исполняла трудовые функции по совместительству, постоянно приезжала к ФИО2 на торговую точку по адресу: <адрес>, привозила и забирала бухгалтерские документы, накладные, подписывала и отдавала УПД ФИО2, акты сверки, договоры и т.д., выполняла работу по поручению ответчика и под ее контролем.

Свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснила, что она дружила с ФИО2, ФИО1 знает через нее, истец и ответчик дружили. Неприязненных отношений к ним не имеет. ФИО1 занималась строительными и дорожными работами, под ее руководством работал сын свидетеля в 2016-2017 гг. ФИО16 неоднократно слышала разговор истца и ответчика, исходя из которого ФИО1 делала налоговые отчеты для ответчика, также видела как данные отчеты истец делала для ответчика у последней дома. Ежемесячно ответчик платила истцу 15 000 рублей, со слов ответчика, на протяжении многих лет за услуги ФИО1, стоимость зависела от объема работ и сложности, как свидетель поняла из услышанных разговоров между истцом и ответчиком по телефону на громкой связи. Насколько свидетелю известно, это не было основным местом работы ФИО1, она оказывала бухгалтерские услуги с 2017 г., кто оказывал бухгалтерские услуги ФИО2 до 2017 г. свидетелю неизвестно. В 2021 г. стороны поссорились из-за денежного вопроса, насколько ей известно со слов ФИО2, ФИО1 заняла у нее денег и не возвратила, пояснив, что ничего ей не должна. У ФИО2 на торговой точке продавцов не было.

Свидетель ФИО19 пояснила, что знакома с ФИО1 более 20 лет, они с истцом дружили с 2006 г. по 2013 г., после чего свидетель до 2020 г. жила в г. Санкт-Петербург. В период с 2020 по 2021 г. свидетель работала совместно с ФИО1 Со слов ФИО18 ей известно, что муж ФИО2 в период с 2014 г. по 2017 г. работал в Дорос, где украл деньги. При работе с ФИО1 свидетель видела у них в офисе бухгалтерские документы ФИО2, подписанные последней, Данные документы хранились в папке с надписью «Шустова» на стеллаже в офисе по адресу: <адрес> точно свидетель не помнит). Таких папок было несколько. Свидетель сама формировала папки с документами ФИО2 по поручению ФИО1, которая работала главным бухгалтером в ООО «ИжЭКС» и ООО «НКС» (разные периоды), в организации, где работала сама свидетель бухгалтером.

Истцом в обоснование своих доводов также представлены копии бухгалтерских документов, подписанных ИП ФИО2

Как следует из пояснений истца, ею, как бухгалтером, данные документы не подписывались, выплатой заработной платы истец не занималась, такие функции на нее не были возложены ИП ФИО2

При производстве процедуры банкротства в отношении ИПОлинойА.Н. (в период с 2016 г. по 2021 г.), последняя не указывала суду сведений о дополнительном источнике дохода от трудовой деятельности у ИП ФИО2

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2021 г. по делу №А71-12194/2016по заявлению кредитора ФИО3 при рассмотрении вопроса о применении/неприменении к должникуправил об освобождении от исполнения обязательств,о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, установлено, что с учетом содержания отчетов финансового управляющего иотражаемых в них сведений о месте работы должника (ООО «Вита»; далее – общество «Вита»),арбитражный суд пришел к выводу о том, что должник в ходе банкротстваскрыла дополнительный источник доходов.

Между тем, как следует из пояснений должника ФИО1 ипредставленных ею в суд апелляционной инстанции документов, последней16 декабря 2017 г. было написано заявление об увольнении на имя директораобщества «Вита».

Приказом от 31 декабря 2017 г. №11 трудовые отношения с обществом «Вита»прекращены по инициативе работника на основании пункта 3 части 1 статьи77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Приказом от 26 марта 2018 г. №2 ФИО1 принята на должность главногобухгалтера в общество «НКС» с окладом 30 000 рублей.

Также 26 марта 2018 г. между обществом «НКС» и ФИО1 заключентрудовой договор №2.

Таким образом, действительно, единственным источником доходадолжника до 31 декабря 2017 г. являлась заработная плата в обществе «Вита».

В период с 1 января 2018 г. по 25 марта 2018 г. должник не осуществляла трудовуюдеятельность, дохода не имела.

С 26 марта 2018 г. ФИО1 устроилась на работу в общество «НКС».

Из указанных пояснений и дополнительных документов следует, чтодолжником в рассматриваемом случае произведена смена места работыфактически без изменения своего финансового положения, поскольку уровеньзаработной платы сохранился. Материалами дела не подтверждаетсятрудоустройство должника одновременно в двух организациях и получениеею двойного дохода, иное в материалы дела не представлено (статья 65 АПК

РФ).

Как указывает ФИО1, она устно сообщала финансовомууправляющему о своем увольнении и трудоустройстве в новую организацию,причины отсутствия указанных сведений в отчете финансового управляющегои иных документах, ей не известны.

Ответчиком заявлено о применении сроков исковой давности.

Частью 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с частью статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Заявленные истцом требования о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск производны от требований о признании отношений трудовыми и не изменяют установленный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав, например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

По смыслу приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению течение трехмесячного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истец указывает, что осуществляла функцию бухгалтера в ИП ФИО2 в период с 1 июля 2017 г., 1 августа 2021 г. она уволилась по собственному желанию, написав заявление ответчику. При увольнении документы были переданы ФИО2 летом 2021 г.

Истец с исковым заявлением обратилась 26 ноября 2024 г., то есть спустя 3 года 4 месяца после прекращения отношений, которые истец просит признать трудовыми, то есть по истечении установленного Трудовым кодексом Российской Федерации годичного срока для обращения в суд с заявлением о признании отношений трудовыми.

При определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд исходит из того, что течение годичного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Учитывая, что спорные отношения, которые истец просит признать трудовыми, между сторонами прекратились 1 августа 2021 г., принимая во внимание, что ФИО1 достоверно знала о том, что ответчик не осуществила по ее заявлению оформление увольнения и расчет при увольнении, однако заявления по поводу надлежащего оформления трудовых отношений с указанного времени работодателю не подавала, в государственную инспекцию труда, в прокуратуру, иные органы и организации истец за защитой нарушенных прав не обращалась, не высказывала своих возражений относительно размера и порядка выплаты заработной платы, с требованиями о признании отношений трудовыми обратилась в суд 26 ноября 2024 г., то есть спустя 3 года 4 месяца, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 пропущен установленной статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора о признании отношений трудовыми и вытекающих требований об оплате труда, что с учетом заявления ответчика о пропуске данного срока является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении данного требования.

В силу части 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «Оприменении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истец в исковом заявлении заявил ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи искового заявления.

В качестве доказательств уважительности пропуска срока для обращения в суд, истец указывает на следующие обстоятельства: что о нарушенном праве ей стало известно только в июле 2024 г. в ходе ознакомления с материалами уголовного дела № 12101940001024592 О.А.НБ., что суд полагает несостоятельным, поскольку согласно доводам истца она сама написала заявление об увольнении. В августе 2021 г. истец переехала на постоянное место жительства вместе в детьми в г. Казань, из прочих источников о нарушенном праве узнать не могла, что также суд полагает несостоятельными доводами, поскольку сведений о передаче трудовой книжки истцом ответчику не представлено, сведений о невозможности получения истцом данных о трудовой деятельности из пенсионных органов не имеется, истец указывает, что заработная плата и компенсация за неиспользованные отпуска, подлежащие выплате при увольнении, ей выплачены не были.

В период с 2021 г. по 2023 г. истец, систематически по состоянию своего здоровья и здоровья несовершеннолетних детей (164 дня) находилась на больничном.

Так, истцом представлены больничные листы за следующие периоды: с 22 октября 2023 г. по 24 октября 2023 г., 5 ноября 2022 г. по 18 ноября 2022г., с 18 ноября 2022 г. по 29 ноября 2022 г., с 7 декабря 2022 г. по 16 декабря 2022 г., с 19 октября 2022 г. по 28 октября 202 г., с 22 октября 2022 г. по 5 ноября 2022 г., с 24 января 2022 г. по 1 марта 2022 г., с 24 марта 2022 г. по 28 марта 2022 г., с 20 апреля 2022 г. по 29 апреля 2022 г., с 4 мая 2022 г. по 7 мая 2022 г., с 29 марта 2022 г. по 8 апреля 2022 г., с 19 июля 2022 г. по 2 августа 2022 г., с 12 июля 2022 г. по 18 июля 2022 г., с 25 мая 2022 г. по 2 июня 2022 г., с 27 сентября 2022 г. по 3 октября 2022 г. со 2 августа 2022 г. по 5 августа 2022 г. В общей сложности 164 дня.

При этом, часть периода представленных листов нетрудоспособности выходит за пределы срока исковой давности.

Следует также отметить, что по истечении годичного срока для обращения в суд и срока нетрудоспособности истца (2 августа 2022 г.), истец обратилась в суд также спустя длительный период (более 2 лет).

Истец в качестве уважительности пропуска срока для обращения в суда, также указывает, что за период с июля по август 2024 г. не менее 10 раз истец была вынуждена выезжать из г. Казани для участия в судебном процессе по уголовному делу, что заняла с учетом дороги 20 дней. В период с 8 октября 2024 г. по 17 октября 2024 г. истец находилась в СИЗО-1.Также в октябре 2024 г. истец находилась 6 дней в командировках. Указанные доводы не могут быть приняты судом в качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд, поскольку данные периоды имели место после истечения срока для обращения в суд с заявленным иском.

Более того, уголовное дело № 12101940001024592 возбуждено 21 июня 2021 г., ФИО1 допрашивалась в рамках уголовного дела в качестве подозреваемой 22 января 2022 г., согласно доводам истца, телефон, на котором находилась необходимая информация для обращения в суд, изъят в конце 2022 г.

При этом, доводы истца о том, что для подачи иска в суднеобходимо было изучить объем материалов, сформировать, обосновать правовую позицию, собрать доказательства и подготовить исковое заявление с доказательствами, что потребовало дополнительного времени, отклоняются судом, поскольку исходя из представленных совместно с исковым заявлением истцом доказательств, следует, что в обоснование исковых требований истцом были представлены только больничные листы.

Кроме того, при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18).

В силу части 2 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Принимая во внимание вышеустановленные обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании отношений трудовыми и производных от них требований, поскольку истцом пропущен установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок, при отсутствии доказательств, свидетельствующих об уважительных причинах такого пропуска, о чем заявлено ответчиком при рассмотрении дела в суде. При этом суд исходит из того, что пропуск срока обращения в суд с иском об о признании отношений трудовыми, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении указанных исковых требований, а также производных от них требований.

При этом, суд также принимает по внимание, что, не имея ограничений в выборе действий и распоряжении собственными правомочиями, истец имел возможность обращения в суд в установленный законом срок и в разумной срок, в том числе путем подачи искового заявления как лично, так и через представителя, однако в отсутствие объективных препятствий, своевременно право на судебную защиту надлежащим образом не реализовал, каких-либо действий направленных на урегулирование возникшей ситуации в досудебном порядке, в том числе путем обращения в контролирующие органы, позволяющие судить об уважительности пропуска работником срока обращения в суд, в связи с наличием у него правомерных ожиданий для добровольного удовлетворения ответчиком заявленных требований, истцом не совершалось, на уважительные причины, препятствующие ему обратиться с иском в суд с того момента, когда он узнал о нарушении своих прав не указывал, причин, связанных с личностью истца, за столь длительный период, истцом суду не представлено.

Принимая во внимание доказанность пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора при отсутствии уважительных причин пропуска данного срока, суд первой инстанции, исходя из того, что предусмотренные законом основания для удовлетворения иска отсутствуют, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Учитывая положения части 4.1 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, возложении обязанности заключения трудового договора, издании приказов о приеме на работу и об увольнении, внесении записей о трудовой деятельности в трудовую книжку и в электронную трудовую книжку, отчислении обязательных платежей, страховых взносов, подаче сведений о страховом стаже, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, отпускных выплат, возложении обязанности уплаты налога НДФЛ оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Кировский районный суд города Казани в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 6 июня 2025 г.

Судья Кировского

районного суда города Казани Т.А. Хадыева