Судья Коркишко А.И. 61RS0041-01-2023-000441-40

дело 33-14155/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 августа 2023 г. г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда

в составе председательствующего судьи Калашниковой Н.М.

судей Гросс И.Н., Глебкина П.С.

с участием прокурора Ефремовой Т.Н.

при секретаре Загутиной С.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-522/2023 по иску ФИО1 к АО «Матвеев-Курганхимсервис» о компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе АО «Матвеев-Курганхимсервис» на решение Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 05.06.2023 года, заслушав доклад судьи Гросс И.Н., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Матвеев-Курганхимсервис» о компенсации морального вреда, указав в обоснование на то, что 12.12.2019 в 11:40 на рабочей площадке предприятия производилась погрузка минеральных удобрений в мешках «Биг-Бег» в кузов автомобиля «КАМАЗ». При работе бригады грузчиков он находился в кузове машины и после загрузки последнего мешка в кузов автомобиля, он, собираясь перебраться за борт автомобиля, поскользнулся и упал на грузовую площадку.

В результате падения он получил травмы, после чего на машине скорой помощи был доставлен в МБУЗ «Центральная районная больница» Матвеево-Курганского района, где находился на стационарном лечении с 12.12.2019 по 24.01.2020, с 13.12.2021 по 22.12.2021, с 25.04.2022 по 04.05.2022, затем в ФБУ Центр реабилитации РФ «Волгоград» с 02.02.2022 по 20.02.2022, остальное время находился на амбулаторном лечении. Согласно выписке из истории болезни он получил повреждения: ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА. В соответствии с актом о несчастном случае на производстве №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 03.02.2020 причиненный ему вред здоровью квалифицируется как тяжкий, согласно схеме определения степени тяжести повреждений здоровья при несчастных случаях на производстве. ФКУ БМСЭ по РО, филиал №40, ему в 2020 году была установлена ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА группа инвалидности, которая в последующем была продлена.

Таким образом, ФИО1, работавшему грузчиком на предприятии ЗАО «Матвеев-Курганхимсервис» (после реорганизации АО «Матвеев-Курганхимсервис»), при исполнении своих трудовых обязанностей был причинен вред здоровью, вследствие несчастного случая на производстве. В результате произошедшего несчастного случая он испытывает физические страдания в связи с причинением вреда здоровью, передвигаться он может только с тростью, время передвижения очень ограничено. Кроме физической боли он испытывает нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях из-за длительного восстановления здоровья, полученной группы инвалидности, состояние его здоровья только ухудшается. Изменился образ его жизни, он испытывает постоянную боль в позвоночнике, полученные травмы не позволяют ему продолжать трудовую деятельность, длительное время он вынужден постоянно лечиться. До получения травм он не только зарабатывал деньги, но и активно осуществлял работу по домашнему хозяйству, а в настоящее время он не в состоянии выполнить элементарных вещей без посторонней помощи – поднимать крупногабаритные вещи, управлять каким-либо видом транспорта. Вместо того, чтобы помогать своей семье и близким родственникам, после полученной травмы он сам оказался в ситуации, когда ему самому требуется постоянный уход и поддержка. Невозможность вести прежний образ жизни, чувство беспомощности, опасение того, что он возможно уже никогда не сможет полностью восстановиться, причиняет ему глубокие нравственные страдания. С учетом изложенного, истец просил суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

Определением Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 20.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда в Ростовской области.

Решением Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 05.06.2023 исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с АО «Матвеев-Курганхимсервис» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. В удовлетворении остальной части иска отказал. Суд взыскал с АО «Матвеев-Курганхимсервис» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

В апелляционной жалобе АО «Матвеев-Курганхимсервис» просит изменить решение суда, взыскав в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., указывая, что судом дана неверная оценка представленным доказательствам, не установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в связи с чем полагает, что определенная сумма компенсации не соответствует принципам разумности и справедливости. Заявитель указывает, что умысла работодателя на причинение работнику вреда не имелось, вред произошел в результате несчастного случая. Кроме того, не учтена грубая неосторожность самого работника, допустившего спуск с кузова машины, через борт, что является нарушением ст. 214 ТК РФ и п. 3.1 Инструкции №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по охране труда.

Размер компенсации морального вреда определен судом без учета обстоятельств, свидетельствующих о его завышенном характере. Так, не учтено длительное необращение истца с иском в суд, следовательно, не установлено причинно-следственная связь между несчастным случаем и имеющимися у истца травмами и заболеваниями, при том, что истец за период после несчастного случая могу получить иные травмы. Не принято во внимание и то обстоятельство, что АО «Матвеев-Курганхимсервис» является предприятием химической промышленности, наиболее пострадавшим от введенных в отношении РФ санкций, что отражается на финансовом состоянии предприятия. Присужденная в пользу истца сумма компенсации морального вреда нанесет большой имущественный ущерб ответчику, повлияет на его финансовое состояние, что может привести к его банкротству и потере рабочих мест.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Матвеево-Курганского района Ростовской области просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель АО «Матвеев-Курганхимсервис» по доверенности адвокат Мирзоян С.Э. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, просил изменить решение суда.

В судебное заседание истец ФИО1 и представитель третьего лица Государственная инспекция труда в Ростовской области не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представили, об отложении разбирательства дела не просили, в связи с чем рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, выслушав представителя ответчика, заслушав заключение прокурора Ефремовой Т.Н., полагавшей об отсутствии оснований для изменения решения суда, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее в соответствии с требованиями ст.327.1 ГПК РФ, судебная коллегия находит апелляционную жалобу ответчика не подлежащей удовлетворению.

Так, в соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 ТК РФ охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Установление наличия или отсутствия связи несчастного случая с производством, по условиям статей 229.2 и 229.3 ТК РФ является полномочием комиссии в ходе расследования, которое должен незамедлительно организовать работодатель (абзац 6 статьи 228, часть 1 статьи 229 ТК РФ).

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что с 02.04.2012 ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, был принят на работу в ЗАО «Матвеев-Курганагрохимсервис» (после реорганизации АО «Матвеев-Курганхимсервис») на должность грузчика, 11.01.2019 был ознакомлен с должностной инструкцией грузчика и инструкцией №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН охраны труда для грузчиков.

Согласно акту о несчастном случае на производстве от 03.02.2020 №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, 12.12.2019 в 11:40 по адресу: <...>, на рабочей площадке производилась погрузка минеральных удобрений в мешках «Биг-Бег» в кузов автомобиля «КАМАЗ». При работе бригады грузчиков ФИО1 находился в кузове машины. После загрузки последнего мешка в кузов автомобиля ФИО1, собираясь перебраться за борт автомобиля, поскользнулся и упал на грузовую площадку. В результате падения ФИО1 получил травмы, после чего на машине скорой помощи был доставлен в МБУЗ «ЦРБ» Матвеево-Курганского района. Согласно медицинскому заключению ФИО1 установлен диагноз: ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелой.

Комиссией по результатам расследования, среди прочего, было установлено:

в нарушение ст.229 ТК РФ приказом №21 генерального директора комиссия для расследования несчастного случая образована лишь 13.01.2020;

согласно карточке учета выдачи СИЗ №6 ФИО1 был обеспечен спецодеждой, спецобувью и другими средствами индивидуальной защиты;

ФИО1 прошел вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте, а также обучение и проверку знаний требований охраны труда;

ФИО1 был допущен к выполнению работ без проведения обязательного медицинского осмотра, что является нарушением ст.213 ТК РФ, Приложения №2 приказа от 02.04.2011 №302н;

согласно протоколу опроса ФИО1 установлено, что подъем/спуск в кузов автомобиля «КАМАЗ» осуществлялся без использования специальных лестниц;

лица, ответственные за безопасное производство работ, в момент несчастного случая на производственной площадке отсутствовали;

в ЗАО «Матвеев-Курганагрохимсервис» не разработано положение о системе управления охраны труда, отсутствует функционирующая система охраны труда;

ответственным за безопасное производство работ на рабочей площадке является ФИО8;

в ЗАО «Матвеев-Курганагрохимсервис» отсутствует приказ о назначении ответственных лиц за безопасное производство работ.

Комиссия пришла к выводу о том, что причиной несчастного случая стала неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не применении лестницы для спуска/подъема в/из кузова автомобиля.

Лицами, допустившими нарушения требования охраны труда признаны: грузчик ФИО1, который допустил спуск с кузова машины через борт, что является нарушением требований ст.214 ТК РФ и п.3.1 инструкции №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН охраны труда для грузчиков, а также генеральный директор ЗАО «Матвеев-Курганагрохимсервис» ФИО9, который не организовал контроль за безопасным выполнением работ грузчика ФИО1 при погрузочно-разгрузочных работах, чем нарушил требования ст.212 ТК РФ.

Судом установлено, что ФИО1 находился на стационарном лечении в МБУЗ «ЦРБ» Матвеево-Курганского района с 12.12.2019 по 24.01.2020, с 13.12.2021 по 22.12.2021, с 25.04.2022 по 04.05.2022, затем в ФБУ Центр реабилитации РФ «Волгоград» с 02.02.2022 по 20.02.2022.

Согласно выписному эпикризу из истории болезни №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, выданному МБУЗ «ЦРБ» Матвеево-Курганского района, ФИО1 с 22.12.2022 по 04.01.2023 находился на стационарном лечении.

31.07.2020, 04.09.2020, 28.06.2022 ФИО1 обращался за медицинской помощью в ГБУ РО «РОКБ» с жалобами на постоянные боли в пояснице с иррадиацией в бедро, голень слева, слабость в левой стопе, периодически недержание мочи. Последний установленный диагноз: ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА

ФИО1 с ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА повторно установлена ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА группа инвалидности сроком до ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, потеря трудоспособности составляет ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА%, что подтверждается справками МСЭ-2022 №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, МСЭ-2066 №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, выданными филиалом ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области».

Согласно акту и протоколу проведения медико-социальной экспертизы №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 08.09.2022 у ФИО1 выявлено: нарушение сенсорных функций – ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА; нарушение нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций – ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА нарушение функций мочевыделительной системы – ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА. В результате обследования установлено: общее состояние средней тяжести, передвигается самостоятельно в замедленном темпе, использует трость с упором под локоть, передвигается с выраженным затруднением. Раздевается, разувается, одевается, обувается в замедленном темпе с частичной регулярной помощью других лиц. Функции тазовых органов нарушены по типу стрессового недержания мочи.

28.01.2020 ФИО1 обратился с письменным заявлением к генеральному директору ЗАО «Матвеев-Курганагрохимсервис» об оказании ему материальной помощи в связи с тяжелым финансовым положением и лечением травмы, полученной на производстве.

Приказом от 30.01.2023 ответчиком оказана истцу материальная помощь на лечение в сумме 11 500 руб.

Разрешая спор, и частично удовлетворяя исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы при исполнении трудовых обязанностей, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 16, 22, 212, 214, 232, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 15.11.2022 НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исследовал юридически значимые обстоятельства, дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, исходил из того, что обязанность по обеспечению безопасных условий труда возложена на работодателя, данная обязанность им надлежащим образом не исполнена, что повлекло причинение истцу телесных повреждений, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, размер которого определил в сумме 1 000 000 руб. с учетом обстоятельств причинения ФИО1 нравственных страданий, тяжесть перенесенных страданий, его индивидуальные особенности, наступившие последствия для потерпевшего, состояние здоровья которого после получения травмы и до настоящего времени полностью не восстановлено, в результате чего истец не может реализовать свое право на труд и на иные социально-трудовые права, степени вины причинителя вреда, которым предпринимались меры к заглаживанию вины перед потерпевшим в виде оказания материальной помощи на лечение в размере 11 500 руб.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, соответствуют обстоятельствам дела и подтверждены материалами дела.

Разрешая доводы апелляционной жалобы о необоснованно завышенном размере взысканной компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», содержащихся в пунктах 25, 26, 30 следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из анализа статей 151, 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой и апелляционной инстанции.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Снижение размера компенсации морального вреда, исходя лишь из доводов ответчика о несогласии с его размером, не отвечает критерию справедливой компенсации, поскольку не соответствует целям законодательства, предусматривающего возмещение вреда в подобных случаях.

Вопреки доводам апелляционной жалобы при определении размера компенсации морального вреда, суд учел обстоятельства причинения ФИО1 нравственных страданий, тяжесть перенесенных страданий, его индивидуальные особенности, наступившие последствия для потерпевшего, состояние здоровья которого после получения травмы и до настоящего времени полностью не восстановлено, в результате чего истец не может реализовать свое право на труд и на иные социально-трудовые права, принята во внимание степень вины причинителя вреда, которым предпринимались меры к заглаживанию вины перед потерпевшим в виде оказания материальной помощи на лечение в размере 11 500 руб.

Как правильно отмечено судом, не вызывает сомнений, что ФИО1 были причинены нравственные страдания в результате несчастного случая на производстве, произошедшего по вине работодателя, которым не был организован контроль за безопасным выполнением работ грузчика ФИО1 при погрузочно-разгрузочных работах, а также не обеспечены безопасные условия труда, вследствие чего истцу был причинен тяжкий вред здоровью, поскольку причиной произошедшего 12.12.2019 несчастного случая на производстве послужило не применение лестницы для спуска/подъема в кузов автомобиля во время погрузочно-разгрузочных работ, при этом суд принял во внимание, что при выполнении погрузочно-разгрузочных работ истцом не в полной мере были соблюдены требования п.3.1 инструкции №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН охраны труда для грузчиков, согласно которому в процессе работы грузчик должен применять безопасные способы и приемы выполнения работ.

Согласно пояснениям представителя истца в суде первой инстанции, являющихся одним из доказательств по делу в силу ст. 55 ГПК РФ, обосновывая заявленный размер компенсации морального вреда, ссылался на то, что истец в трудоспособном возрасте вынужден претерпевать существенные неблагоприятные последствия полученной травмы на производстве, в виде ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА. В связи с чем лишен возможности вести привычный образ жизни, его возможная физическая активность имеет место только в первой половине дня, потому что во второй половине дня испытывает сильную усталость, не может передвигаться и с тростью. По результатам лечения, выписан из медицинского учреждения без улучшения функций ходьбы. Здоровье ФИО1 имеет негативную динамику, оно будет ухудшаться, будут появляться сопутствующие заболевания, связанные с ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА (протокол судебного заседания от 05.06.2023).

Судебная коллегия, учитывая тяжесть причинения вреда здоровью – тяжкий (ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА), установленную истцу инвалидность ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА группы, индивидуальные особенности истца, находящегося в трудоспособном возрасте, длительный период его лечения, снижение качества жизни в связи с полученной травмой, негативную динамику развития заболевания, характер и степень понесенных истцом нравственных и физических страданий как во время несчастного случая на производстве, так и после него, а также руководствуясь требованиями разумности и справедливости, с выводами суда первой инстанции о компенсации истцу морального вреда в размере 1 000 000 руб. соглашается, поскольку они основаны на законе, правильном определении юридически значимых обстоятельств дела и верной оценке совокупности представленных доказательств.

Доводы апелляционной жалобы относительно длительного необращения в суд с настоящим иском и возможным появлением у истца заболеваний, не связанных с полученной на производстве травмой, свидетельствующие о степени перенесенных истцом страданий, судебной коллегией отклоняются, поскольку доказательств того, что истцом совершались намеренные действия по длительному непредъявлению требований о компенсации морального вреда материалы дела не содержат, истец на протяжении длительного периода времени (с 2020г. по 2022г.) был вынужден проходить лечение в связи с полученной травмой (ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА), что подтверждается представленными медицинскими документами, в связи с чем сам по себе факт обращения истца в суд в марте 2023 г. не свидетельствует о содействии истца в ухудшении состояния своего здоровья и о злоупотреблении правом в иной форме. Ссылка на необращение истца к ответчику с целью досудебного урегулирования спора не может быть принята во внимание, поскольку досудебный порядок по данной категории спора законом не предусмотрен.

Доводы апелляционной жалобы о том, что причиной несчастного случая послужили также действия самого ФИО1, выразившиеся в том, что ФИО1 допустил спуск с кузова машины через борт, что является нарушением требований ст.214 ТК РФ и п.3.1 инструкции №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН охраны труда для грузчиков, не могут являться основанием для изменения решения суда, поскольку в ходе расследования несчастного случая на производстве установлено, что его причиной явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не применении лестницы для спуска/подъема в/из кузова автомобиля, что свидетельствует о вине именно работодателя в произошедшем несчастном случае. Наличие указания в акте о несчастном случае от 03.02.2020 на то, что лицом, допустившим нарушения требования охраны труда признан также грузчик ФИО1, не означает отсутствие вины работодателя в необеспечении надлежащих условий работы.

То обстоятельство, что, по утверждению подателя жалобы, судом не учтено финансовое состояние ответчика, основанием для иных выводов в части размера компенсации не является, учитывая установленный факт нарушения прав истца и снижение судом компенсации морального вреда с заявленной истцом суммы в 1 500 000 руб. до 1 000 000 руб.

Указывая на то, что денежная компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб. с учетом финансового положения ответчика может привести к его несостоятельности (банкротству), прекращению предпринимательской деятельности, ответчиком не приведены доказательства и обоснование указанных доводов.

В целом, доводы апелляционной жалобы выводов суда первой инстанции не опровергают, направлены на переоценку выводов суда, в связи с чем, основанием для изменения правильного по существу решения служить не могут.

Учитывая, что судом правильно установлены обстоятельства дела, которым соответствуют изложенные в решении выводы, судебная коллегия не находит предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований к отмене или изменению оспариваемого судебного решения.

Руководствуясь ст.ст. 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 05.06.2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «Матвеев-Курганхимсервис» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 августа 2023г.