судья Хаванова Т.Ю. УИД 50RS0<данные изъяты>-80
дело <данные изъяты>
№ дела в суде первой инстанции 2-254/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
<данные изъяты> <данные изъяты>
<данные изъяты>
Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Федорчук Е.В.,
судей Колчиной М.В. и Романенко Л.Л.,
при ведении протокола секретаре судебного заседания Ангаповой К.Т.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Шатурского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,
заслушав доклад судьи Колчиной М.В.,
объяснения представитель истца по ордеру - ФИО3, ответчика ФИО2,
установила:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил признать недействительным договор дарения квартиры с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенной по адресу: <данные изъяты>, заключенный <данные изъяты> между сторонами, и применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО2 на указанное имущество, исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о регистрации права <данные изъяты> от <данные изъяты>
В обоснование иска указано, что истцу на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <данные изъяты>. В 2019 г. ответчик обратился с просьбой проживать в указанной квартире, с 2020 г. он в полном объеме начал нести расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг. В период с <данные изъяты> по <данные изъяты> неоднократно находился на стационарном лечении с диагнозами, неврологического характера. В 2022 г. при получении извещений об уплате налогов ему стало известно о том, что указанная квартира выбыла из его собственности. Согласно выписке из ЕГРН собственником недвижимого имущества с <данные изъяты> является его сын ФИО2 Договор дарения, копия которого получена им после обращения в суд, оформлен в простой письменной форме <данные изъяты> и в этот же день сдан на регистрацию через МФЦ. Своего согласия на отчуждение квартиры истец не давал, каким образом произошла сделка, не помнит. Добровольно ответчик отказывается возвращать квартиру в его собственность. На момент регистрации перехода права собственности, он находился на стационарном лечении и самостоятельно покинуть инфекционное отделение больницы не мог, в том числе ввиду плохого самочувствия. Возникшие впоследствии перенесенного заболевания осложнения спровоцировали изменение психоэмоционального фона, в связи с чем дальнейшее лечение проходило в Психиатрической больнице <данные изъяты>.
В суде первой инстанции ответчик пояснил, что истец настоял на его проживании в спорной квартире, а когда узнал о его намерении вступить в брак, принял решение подарить квартиру. Подготовкой документов и оформлением сделки с согласия ФИО1 занимался он. Истец был приглашен на празднование его дня рождения <данные изъяты>, потом на свадьбу, где неоднократно повторял, что квартира является его подарком. При этом между ними была договоренность, что он отдаст ФИО1 деньги, полученные от продажи принадлежащей ему комнаты. Но жилое помещение до сих пор не реализовано. Полагал, что в момент совершения сделки истец понимал значение своих действий и имел волеизъявление на отчуждение квартиры.
Решением Шатурского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> иск удовлетворен.
Не согласившись с решением суда, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение.
В судебном заседании апелляционной инстанции ответчик доводы жалобы поддержал, пояснил, что считает экспертизу, проведенную судом первой инстанции, неполной и недостоверной, настаивал, что истец понимал и осознавал значение своих действий.
Представитель истца просил оставить решение суда без изменения. Пояснил, что доверитель не помнит факт дарения, впустил ответчика для проживания при условии оплаты налога, а после того, как налог не был оплачен, он перестал пускать его в квартиру, сменил замки.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили.
При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, <данные изъяты> стороны заключили договор дарения квартиры, в соответствии с которым истец ФИО1 безвозмездно передал в собственность ответчика ФИО2 квартиру с КН 50:25:0030301:713, расположенную по адресу: <данные изъяты>, а ответчик принял указанную квартиру в дар, <данные изъяты> произведена государственная регистрация права ФИО2 запись <данные изъяты>.
Как поясняет истец, о переходе права собственности на квартиру ему стало известно в 2022 г., когда он не получил налогового уведомления в отношении спорного недвижимого имущества.
Судом исследованы медицинские документы, представленные истцом.
Так, ФИО1 <данные изъяты> года рождения, на учете у врачей нарколога и психиатра не наблюдается.
В период с 6 по <данные изъяты> истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты>.
<данные изъяты> ФИО1 поступил на лечение в инфекционное отделение ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ» с диагнозом «COVID-19, вирус идентифицирован, тяжелое течение».
<данные изъяты> в результате рентгенологического исследования у ФИО1 выявлена <данные изъяты>.
<данные изъяты> для дальнейшего стационарного лечения переведен в <данные изъяты> 2, где проходил лечение по <данные изъяты>
<данные изъяты> ФИО1 поступил в <данные изъяты> с диагнозом <данные изъяты>, <данные изъяты> <данные изъяты>, <данные изъяты> консультирован <данные изъяты> (диагноз: <данные изъяты>.), направлен в <данные изъяты> <данные изъяты>.
Судом была допрошена свидетель ФИО4 (знакомая супруги ФИО2), которая пояснила, что <данные изъяты> на праздновании бракосочетания ФИО1 несколько раз сказал о том, что его подарком молодоженам является квартира.
Опровергая показания свидетеля, истец пояснил, что накануне свадьбы сноха и ответчик забрали его из психиатрической больницы, привезли в Шатуру и пригласили на свадьбу. Он говорил, что не хотел идти на свадьбу, так как плохо себя чувствовал, но пошёл со своим сыном-инвалидом. Они пришли позднее, никого слова родителям не предоставляли. Подарка он никакого не дарил, так как только выписался из больницы, денег не было. Что происходило, он плохо помнит, но то, что конкретно произносил слова, что подарил квартиру, отрицает.
Оценивая показания свидетеля, суд указал, что они не могут быть признаны достаточным доказательством, чтобы констатировать факт нахождения истца в момент совершения сделки в состоянии, позволяющем ему понимать свои действия и руководить ими, в т.ч. принимая во внимание то обстоятельство, что квартира по спорному договору была подарена только ответчику, а не супругам и в силу закона не является их общим имуществом.
Для проверки доводов и возражений сторон по делу была назначена судебная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ МО «Психиатрическая больница <данные изъяты>».
Согласно выводам заключением комиссии экспертов от <данные изъяты> <данные изъяты> на момент судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 обнаруживает признаки <данные изъяты>. Учитывая, что в период стационарного лечения в <данные изъяты> (через месяц после заключения сделки) ФИО1 было диагностировано <данные изъяты>, при описании его психического состояния лечащий врач отмечал <данные изъяты> ретроспективно на момент сделки ФИО1 также обнаруживает признаки <данные изъяты> расстройства в связи с сосудистым <данные изъяты>
Принимая во внимание, что сделка была совершена накануне госпитализации в <данные изъяты>, симптомы <данные изъяты> за шесть дней до сделки, <данные изъяты> отягощали протекание <данные изъяты>, с большей степенью вероятности можно предположить, что на момент сделки у подэкспертного на фоне <данные изъяты>
Таким образом, с большей степенью вероятности можно предположить, что в момент совершения договора дарения квартиры способность понимать юридическую суть сделки у ФИО1 была снижена, и он мог не учитывать различия между разными категориями сделок, не принимал во внимание характер пользования собственностью после совершения сделки, не рассматривал возможности иных имущественных распоряжений. Кроме того, тяжело протекавшая новая коронавирусная инфекция на фоне психоорганического синдрома с большей степенью вероятности нарушали волевой компонент сделкоспособности, а именно формирования цели и мотивов сделки.
На основании изложенного, комиссия экспертов пришла к выводу, что с большей степенью вероятности можно предположить, что в момент совершения договора дарения квартиры ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Оценивая представленное заключение, суд указал, что оно отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы, обоснованные представленными в материалы дела документами, в связи с чем заключение принято судом в качестве доказательства.
Отклоняя ходатайство ответчика о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы, суд учитывал, что предусмотренных законом оснований для ее назначения не имеется, эксперты не указали о невозможности сделать выводы по поставленным судом вопросам в рамках амбулаторного и камерального исследования, эксперты имеют необходимую квалификацию и опыт.
Кроме этого, выводы экспертов, что ФИО1 мог не понимать разницы между различными способами распоряжения принадлежавшей ему квартиры согласуются с доводами ответчика, что стороны договаривались о передаче им денежных средств отцу от продажи принадлежащей ответчику комнаты в г. Шатуре, которая до настоящего времени не продана и деньги, соответственно, не переданы.
Разрешая спор по существу, суд руководствовался статьями 167, 209, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, и учитывая выводы заключения судебно-психиатрической экспертизы, исходил из того, что нахождение истца на стационарном лечении с тяжелым течением болезни и его последующая госпитализация в психиатрическую больницу, заключение судебно-психиатрической экспертизы, в отсутствие бесспорных доказательств наличия волеизъявления истца на отчуждение принадлежащего ему жилого помещения, который по состоянию здоровья не мог понимать значение своих действий и руководить ими, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия с выводами суда соглашается, поскольку они мотивированы, основаны на представленных доказательствах, оценка которых соответствует требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, аргументированы ссылками на нормы права, которые применены судом правильно. Нарушений норм процессуального права судом не допущено. Оснований для иной оценки фактических обстоятельств и представленных по делу доказательств, судебная коллегия не усматривает.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с заключением судебно-психиатрической экспертизы судебной коллегией отклоняются, поскольку нарушений, влекущих признание данного заключения недопустимым доказательством, допущено не было, а несогласие с выводами экспертов, которые подлежат оценке судом, само по себе о недопустимости данного доказательства не свидетельствует.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы экспертного заключения обоснованы, согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами, мотивированы, логически обоснованы и не содержат каких-либо противоречий.
При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию ответчика, заявленную в ходе разбирательства в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
Предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда апелляционная жалоба не содержит.
На основании изложенного,
руководствуясь статьями 193, 199 и 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определила:
решение Шатурского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> оставить без изменения,
апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи