ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело № 2-673/2022 № 33-6360/2023УИД 91RS0003-01-2021-006053-53

председательствующий в суде первой инстанциисудья – докладчик в суде апелляционной инстанции

ФИО1 Копаев А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 июля 2023 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего Копаева А.А.,

судей Кирюхиной М.А., Понамаренко А.В.,

при секретаре Мусийчук В.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Крым о признании бездействия незаконным, взыскании компенсации неиспользованного набора социальных услуг, морального вреда, инфляционных потерь,

по апелляционной жалобе представителя Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Крым на решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года,

установила:

22 декабря 2021 года ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования тем, что 8 апреля 2021 года он обратился к ответчику с заявлением об оказании государственной услуги по установлению и начислению ежемесячной денежной выплаты (далее - ЕДВ) как инвалиду, включая набор социальных услуг (далее - НСУ) в натуральной форме. Как считает истец, представленных им документов было достаточно для назначения и выплаты ему ЕДВ в полном объеме, в размере 2 336,70 руб. ежемесячно, со дня установления инвалидности. При этом, истец отмечает что орган пенсионного фонда должен был вынести решение о назначении ЕДВ не позднее 10 дней со дня приема его заявления, направить ему копию этого решения, а также включить сведения о нем в региональный сегмент Федерального регистра в течение 5 дней со дня принятия решения о назначении ЕДВ. Вместе с тем, несмотря на то, что заявление о начислении ЕДВ было подано ФИО2 в апреле 2021 г., истец по ноябрь 2021 г. не получал ЕДВ и был лишен права пользоваться НСУ в натуральной форме из-за отсутствия сведений о его инвалидности в Федеральном реестре инвалидов. Бездействие ответчика, выразившееся в несвоевременном внесении сведений об инвалидности в Федеральный реестр инвалидов, привело к блокировке в течение семи месяцев возможности ФИО2 на получение государственной социальной помощи, он был вынужден оплачивать проезд к месту лечения и обратно, не получал лекарства в безвозмездном порядке. Указанные обстоятельства отрицательно повлияли на темпы восстановления и адаптации организма ФИО2 в постинфарктный и постковидный период, ухудшили условия его жизнедеятельности. На основании изложенного, истец обратился в суд с указанным иском, в котором просил: признать незаконным бездействие ГУ ОПФ РФ по РК, выразившееся в несвоевременной выплате ЕДВ, несвоевременном внесении сведений об инвалиде в Федеральный реестр инвалидов, нарушении сроков размещения информации, обеспечивающей истцу в социальном статусе инвалида получение ежемесячных денежных выплат и доступ к пользованию государственным набором социальных услуг; взыскать денежную компенсацию за неиспользованный вследствие бездеятельности ответчика набор социальных услуг в натуральной форме, исходя из размера денежного эквивалента полного набора социальных услуг в сумме 1211,66 руб., за каждый пропущенный месяц, что за период с апреля по ноябрь 2021 г. составляет 8481,62 руб.; взыскать компенсацию морального вреда, в размере 900000 руб.; взыскать компенсацию инфляционных издержек с учетом индекса роста потребительских цен, в размере 1308,55 рублей; вынести частное определение.

Решением Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года иск ФИО2 удовлетворен частично.

Бездействие Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Крым, выразившееся в несвоевременном назначении ежемесячной денежной выплаты, несвоевременном предоставлении сведений об инвалидности ФИО2 в региональный сегмент Федерального регистра, признано незаконным.

С ГУ ОПФ РФ по Республике Крым в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 руб..

В удовлетворении иска в части требований о взыскании компенсации за неиспользованный набор социальных услуг, инфляционных издержек, остальной части компенсации морального вреда ФИО2 отказано.

В удовлетворении ходатайства ФИО2 о вынесении частного определения отказано.

Не согласившись с таким решением суда, 12 июля 2022 года ГУ ОПФ РФ по Республике Крым подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос о его отмене и принятии по делу нового решения об отказе ФИО2 в иске в полном объеме. Доводы апелляционной жалобы ответчика сводятся к тому, что за несвоевременное принятие решения об установлении ЕДВ ФИО2 к главному специалисту-эксперту клиентской службы в Красногвардейском районе применены меры дисциплинарного воздействия. Судом при взыскании компенсации морального вреда нарушены нормы материального права, поскольку специальным законом возможность взыскания с пенсионного органа морального вреда в случае нарушения пенсионных прав граждан не предусмотрена.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 14 сентября 2022 года жалоба ГУ – ОПФ РФ по Республике Крым удовлетворена частично.

Решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года в части взыскания с Государственного учреждения – Отделение Пенсионного фонда российской Федерации по Республике Крым в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 10000 руб. отменено, в этой части постановлено новое решение об отказе в иске.

В иной части решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года оставлено без изменений.

Не согласившись с названным апелляционным определением, 17 января 2023 года ФИО2 подана кассационная жалоба, в которой ставится вопрос о его отмене и принятии по делу нового решения об оставлении без изменений решения Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года. В обоснование доводов ФИО2 указал, что суд апелляционной инстанции неверно истолковал содержание его исковых требований о компенсации морального вреда, нанесенного действиями (бездействием) ответчика, нарушевшего неимущественные права, покусившегося на принадлежащие истцу нематериальные блага: жизнь, здоровье и достоинства личности, ошибочно трактовав эти требования как нарушение имущественных прав.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 13 апреля 2023 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Крым от 14 сентября 2022 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции – Верховный суд Республики Крым.

Протокольным определением судебной коллегии от 6 июля 2023 года ответчик ГУ ОПФ РФ по Республике Крым заменен правопреемником - Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Крым.

Как следует из доводов апелляционной жалобы, решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года в части отказа в иске о взыскании компенсации за неиспользованный набор социальных услуг за период с апреля по ноябрь 2021 г., в размере 8481,62 руб., компенсации инфляционных издержек с учетом индекса роста потребительских цен, в размере 1308,55 руб. истцом ФИО2 не обжаловано, в связи с чем, в соответствии с положениями ст. 327.1 ГГ1К РФ в этой части решение суда первой инстанции в апелляционном порядке не пересматривается.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело при данной явке лиц участвующих в деле.

Заслушав докладчика, пояснения представителя ответчика, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы в пределах требований ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО2 с 3 февраля 2016 года является получателем страховой пенсии по старости по ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в размере 10368,70 руб., которая назначена истцу решением ГУ-УПФР по Уренскому району Нижегородской области (л.д.76).

8 апреля 2021 года ФИО2 обратился в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Джанкойском районе Республики Крым с заявлением о запросе его выплатного дела с прежнего места жительства в пенсионный орган по месту его нового проживания в <адрес> (л.д. 179).

Запросом от ДД.ММ.ГГГГ № выплатное дело ФИО2 истребовано из ГУ УПФ РФ по Уренскому району Нижегородской области и в соответствии с сопроводительным письмом от 13 апреля 2021 года №03-20/165 поступило 15 апреля 2021 года в ГУ УПФ РФ в Джанкойском районе Республики Крым (межрайонное). В сопроводительном письме имеются сведения, что пенсией (иными выплатами) в размере 12120,73 руб. ФИО2 удовлетворен по 30 апреля 2021 г. (л.д.180,183), в связи с чем, выплатное дело истца поставлено на учет в ГУ УПФ РФ в Джанкойском районе Республики Крым (межрайонное) с 1 мая 2021 года.

Сведения о наличии у истца инвалидности, назначении ЕДВ в сопроводительном письме, а также в материалах выплатного дела отсутствовали.

7 июля 2021 года в пенсионный орган поступила выписка из акта освидетельствования гражданина, признанного инвалидом, серии №, выданная Бюро № 9-филиалом ФКУ «ГБ МСЭ по г. Москве» Минтруда России, об установлении ФИО2 инвалидности третьей группы на период с 16 марта 2021 года по 31 марта 2022 года (л.д. 184).

В связи с установлением ФИО2 инвалидности 3 группы, с 16 марта 2021 года в беззаявительном порядке истцу решением ГУ УПФР в Джанкойском районе Республики Крым (межрайонное) от 12 октября 2021 года №210000116695 по категории «инвалид 3 группы» установлена ежемесячная денежная выплата на основании п. 1 ст. 28.1 Федерального закона № 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" на период с 16 марта 2021 года по 31 марта 2022 года, в размере 2336,70 руб., в том числе 1211,66 руб. на оплату социальных услуг, предусмотренных п.1, 1.1 и 2 ч.1 ст.6.2 Федерального закона от 17 июля 1999 г. №178-ФЗ (л.д. 186).

Признавая бездействие ответчика, выразившееся в несвоевременном назначении ежемесячной денежной выплаты, несвоевременном предоставлении сведений об инвалидности ФИО2 в региональный сегмент Федерального регистра незаконным, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что пенсионным органом нарушены требования п. 15 и п. 16 Административного регламента предоставления Пенсионным фондом Российской Федерации государственной услуги по установлению ежемесячной денежной выплаты отдельным категориям граждан в Российской Федерации, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 19 августа 2019 года 414п (зарегистрировано в Минюсте России 19 декабря 2019 г. №56895), в соответствии с которыми рассмотрение заявления о назначении ЕДВ, заявления о переводе ЕДВ с одного основания на другое (далее - заявление о переводе ЕДВ) и вынесение решения о назначении (отказе в назначении) ЕДВ, решения о переводе (отказе в переводе) ЕДВ осуществляются ПФР, территориальным органом ПФР не позднее 10 рабочих дней со дня приема заявления со всеми необходимыми для назначения (перевода) ЕДВ документами, обязанность по представлению которых возложена на гражданина, и документами, находящимися в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организации, представленными гражданином по собственной инициативе.

В случае вынесения решения об отказе в назначении (переводе) ЕДВ копия решения направляется гражданину не позднее чем через 5 рабочих дней со дня его вынесения с указанием причины отказа и порядка его обжалования заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении.

Также судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что бездействием ответчика истцу причинен моральный вред, компенсацию которого суд оценил в размере 10000 руб. на основании следующего.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В силу статей 17 (части 1 и 2) и 18 Конституции Российской Федерации закрепленное ее статьей 46 право на судебную защиту в числе других основных прав и свобод человека признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает не только право на обращение в суд, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства (постановления от 14 июля 2005 года N 8-П, от 26 декабря 2005 года N 14-П, от 25 марта 2008 года N 6-П и др.).

Признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в правоотношениях, связанных с публичной ответственностью, в частности уголовной и административной, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из статей 17, 19, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в том числе посредством справедливого правосудия (постановления от 12 мая 1998 года N 14-П, от 11 мая 2005 года N 5-П и от 27 мая 2008 года N 8-П и др.).

Исходя из положений Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов, основанных на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, следует, что государство обязано гарантировать лицам, пострадавшим от незаконных и (или) необоснованных государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, возмещение причиненного вреда, в том числе морального.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 статьи 150 настоящего Кодекса закреплено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании пункта 2 статьи 1099 данного Кодекса моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 1069 указанного Кодекса вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в Определении от 16 октября 2001 года N 252-О, отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Таким образом, часть первая статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает возможности возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими имущественные права гражданина.

Прямая обязанность компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в случаях, предусмотренных законом, закреплена в пункте статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако современное правовое регулирование не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 4 июня 2009 года N 1005-О-О, в соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании разъяснений, данных в пункте 37 настоящего Постановления, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем, моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Из искового заявления ФИО2 следует, что бездействие ответчика, выразившееся в несвоевременном внесении сведений об инвалидности истца в Реестр, привела к блокировке в течении более семи месяцев возможности истца реализовать своё законное право на получение государственной социальной помощи, из-за которой истец оказался в трудной жизненной ситуации. В частности, истец был лишен возможности воспользоваться правом на бесплатный проезд железнодорожным транспортом к месту лечения и обратно; совершать поездки в другие регионы, располагающие высокотехнологичным медицинским оборудованием и кадрами для проведения всестороннего обследования и анализа течения реабилитационного периода с целью предотвращения рецидива сердечно-сосудистых заболеваний; лишен возможности получать бесплатные лекарства из средств регионального бюджета. Совокупность указанных обстоятельств создало реальную угрозу жизни и здоровью истца, отрицательно повлияло на темпы восстановления и адаптации организма в постинфарктный и постковидный период после перенесенных им заболеваний, отмеченных в Выписном эпикризе ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ» города Москвы от 7 января 2021 г.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции исходил из того, что в результате бездействия ответчика, выразившегося в несвоевременном назначении ежемесячной денежной выплаты и несвоевременном включении сведений об ФИО2 в Регистр, нарушены личные не имущественные права истца, поскольку социальное обеспечение по инвалидности направлено на создание получателям данных выплат достойных условий жизни, поддержание их жизнедеятельности, сохранение их здоровья, а следовательно на обеспечение достоинства их личности.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания в пользу ФИО2 компенсации морального вреда.

Апелляционная жалоба ответчика не содержит доводов относительно не согласия пенсионного органа с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца. При этом, доводы апелляционной жалобы сводятся лишь к указанию на нарушение судом норм материального права, поскольку специальным законом возможность взыскания с пенсионного органа морального вреда в случае нарушения пенсионных прав граждан не предусмотрена.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия отклоняет названные доводы апелляционной жалобы, как основанные на неверном толкований норм материального и процессуального права, поскольку в данном случае вред, причиненный личным не имущественным правам ФИО2, в результате незаконного бездействия ответчика подлежит компенсации в определенном судом размере.

Не может быть принят во внимание и довод ответчика о привлечении главного специалиста – эксперта клиентской службы (на правах отдела) в Красногвардейском районе к дисциплинарной ответственности, поскольку в данном случае указанное обстоятельство не свидетельствует о незаконности принятого судебного акта. Кроме того, обстоятельства привлечения работника к дисциплинарной ответственности не может служить основанием для освобождения ответчика от обязанности компенсировать истцу причиненный моральный вред.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

Решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 15 июня 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Крым – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции (город Краснодар) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 июля 2023 года.

Председательствующий:

Судьи: